Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
Мониторинг СМИАрхив публикаций ]
 Распечатать

"КРЫМ.РЕАЛИИ": Бывший симферопольский раввин Михаил Капустин: «Не так легко сменить вывеску, если люди привыкли к чему-то…» История раввина Общин прогрессивного иудаизма Симферополя и Украины


Многие симферопольцы, не только прихожане синагоги на улице Сергеева-Ценского в административном центре Крыма, знают и уважают раввина Общин прогрессивного иудаизма Симферополя Михаила Капустина. Многим запомнились не только его проникновенные публичные выступления и молитвы во время еврейских праздничных и поминальных мероприятий, но и мудрые комментарии и заявления в крымской прессе и на местных телеканалах. О том, почему рав Михаил Капустин вынужден был уехать из занятого российскими войсками, а в последствии аннексированного Россией, Крыма – это интервью с ним, которое мы с любезного разрешения ресурса Jewish news перепечатываем с небольшим сокращением.

Большинство украинских раввинов – иностранцы, приехавшие в 1990-е возрождать еврейскую общинную жизнь. Обратного процесса не наблюдалось, но, как говорится, не было бы счастья, да несчастье помогло… Недавно Михаил по приглашению еврейской общины Словакии стал раввином этой страны и ее столицы Братиславы. Впрочем, разговор мы начали с того, что заставило рава Капустина покинуть Симферополь, где он проработал, и весьма успешно, почти 7 лет.

– Давайте вернемся на год назад – как события на Майдане восприняли в Крыму в целом, и в еврейской общине, в частности?

– Неоднозначно, но община была вне политики и я, как раввин, не делал никаких заявлений по поводу ситуации в стране. Хотя своя точка зрения у меня была – после избиения студентов на Майдане, после чего, собственно, и началась Революция достоинства —я сказал прихожанам, что произойди подобное в Симферополе, то постучись эти ребята в ворота синагоги (как стучались они в ворота Михайловского монастыря в Киеве), я, безусловно, их впустил бы. Это, на мой взгляд, уже не политика, а пикуах нефеш – спасение жизни – и как евреи мы должны это понимать.

– И как это воспринимали прихожане? Не секрет ведь, что Крым всегда был пророссийским регионом и евреи, будучи органичной частью общества, разделяли те же мировоззренческие установки, что и окружающее население.

– Это правда, но далеко не все думали в унисон, особенно после Майдана, в период подготовки к российской аннексии полуострова – многие были этому не рады. Еще больше было тех, кто просто ждал, чем все закончится. Что касается меня, то я не скрывал, что очень обнадежен движением Украины в Европу, но никогда – до российского вторжения – не заявлял об этом публично. В ночь на 27 февраля, после захвата парламента Крыма и появления «зеленых человечков», в Симферополе на стенах синагоги «Нер тамид» впервые за 23 года независимости Украины появилась антисемитское граффити – «Смерть жидам!».

– А уже 3 марта вы распространили обращение к международному сообществу с призывом «спасти нашу страну, спасти Украину!» и петицию на сайте Белого Дома с призывом ввести санкции против России за оккупацию Крыма. Правда, вскоре на Russia Today вышел сюжет, где на фоне кадров с граффити на «Нер тамид», вы собираете вещи, якобы готовясь бежать от антисемитских угроз, исходящих от нового правительства Украины. Это выглядело очень странно…

– Да, это была классическая и очень грамотная провокация. Журналисты Russia Today процитировали мою фразу: «Я не хочу уходить. Но я хочу, чтобы мои дети чувствовали себя в безопасности, чтобы они были свободными и открыто выражали свои мысли. Именно поэтому я и ухожу», – якобы подразумевая мое нежелание жить при «новом фашистском правительстве в Украине». Я действительно это говорил, но в прямо противоположном контексте – имея в виду аннексию Крыма Россией и нежелание жить в таком Крыму. Это интервью я увидел, уже покинув полуостров, и вынужден был отвечать на недоуменные вопросы друзей и знакомых.

В первой половине марта я дал десятки интервью различным масс-медиа и, несмотря на неточности в интерпретациях, не настаивал на опровержении. Например, в интервью одному из израильских изданий на вопрос: «Вы писали петицию?», я ответил «Да», подразумевая свое открытое письмо, содержавшее призыв спасти Украину и поддержать одну из петиций на сайте Белого Дома, ведь мое письмо, по сути, и было петицией. Однако это издание сделало меня автором петиций на сайте Белого Дома, что быстро подхватили другие СМИ.

Но Russia Today допустил не небрежность, а сделал полуфейковый красивый сюжет, в котором я сыграл одну из главных ролей. Они просто использовали меня в своих целях. Сначала я порывался написать опровержение, но затем, заставив себя отключить эмоции, принял решение ничего не писать и никому не давать интервью. Было очевидно, что любое интервью будет использовано противоположной стороной для разжигания информационной войны, а в момент, когда я уже покинул свой дом, но еще не обрел нового, мне это было нужно меньше всего. А вскоре ресурс Stop Fake представил этот сюжет, как образцово-показательный пример лжи Russia Today и необходимость в дополнительном опровержении отпала.

– Через несколько дней после этого памятного интервью в Крыму прошел референдум, участие в котором наверняка приняли и ваши прихожане.

– Мы с семьей уехали как раз в день референдума, но люди действительно массово голосовали – один мой знакомый проголосовал аж трижды, столь важно для него это было. Люди искренне верили, что перемены приведут к улучшению жизни и были настроены очень пророссийски.

– Эйфория прошла?

– Не у всех, и основной аргумент тех, кто ни о чем не жалеет – мол, если бы не аннексия, то в Крыму было бы сейчас то же, что в Донецке и Луганске. Поэтому люди рады, что у них хотя бы нет войны – на фоне Донбасса это благополучный регион.

– На общинной деятельности российская аннексия как-то отразилась? Даже председатель Ассоциации еврейских организаций и общин Крыма Анатолий Гендин, будучи абсолютно лоялен новой власти, был, мягко говоря, обеспокоен тем, что еврейскую религиозную жизнь на полуострове пытаются встроить в российскую вертикаль.

– Анатолия Исааковича я знаю достаточно хорошо – не могу ничего дурного сказать о нем, как человеке. Хотя у нас диаметрально противоположные политические взгляды, мы продолжаем поддерживать отношения. Да, наша община теперь является членом Объединения организаций современного иудаизма России, соответственно, ее устав был изменен в соответствии с законодательством Российской Федерации. Но не думаю, что перекроить в целом еврейскую жизнь полуострова под российскую модель, где главным течением является Хабад, будет очень просто.

Так сложилось, что именно в Крыму весьма сильно реформистское течение —у нас три синагоги, несколько общин, и во многом это заслуга Анатолия Исаковича Гендина. Не так легко сменить вывеску, если люди привыкли к чему-то…

Что касается синагоги в Симферополе, раввином которой я имел честь быть, то она продолжает функционировать – общинный работник регулярно проводит молитвы, а на праздники приезжает раввин из Москвы – он бывает не только в Симферополе, но и других наших общинах.

– Как сложилась ваша личная судьба после бегства из Крыма?

– Неделю мы жили в Киеве – вчетвером (я с женой и двое детей) в одной комнате – и за это спасибо, слава Б-гу, нас приютили. А потом со мной связались из еврейской общины Словакии, пригласили на какое-то время к себе, а познакомившись поближе, предложили остаться в качестве раввина Братиславы и Словакии. На тот момент это было единственное предложение работы, поэтому я его принял, о чем нисколько не жалею.

– Община, разумеется, не русскоязычная. Быстро удалось найти взаимопонимание с новыми людьми в новой стране?

– Службы я веду пока на английском (в свое время окончил Leo Baeck College в Лондоне), но постепенно улучшаю свой словацкий, чтобы общаться с прихожанами на их родном языке.

– Насколько община самодостаточна?

– Вполне самодостаточна, в первую очередь, благодаря успешному процессу реституции, в рамках которого ей вернули общинную собственность. Безусловно, она более благополучна, чем в Украине, хотя я не знаю ни одной еврейской структуры, у которой было бы достаточно средств для реализации всех своих планов, и община Словакии в этом смысле не исключение.

– Михаил, Словакия – развитая страна Восточной Европы (с ВВП более $23 тыс на человека), член ЕС, и прочая и прочая… И, все-таки, нет ностальгии по Крыму? Не хотели бы вернуться в город, где вас помнят и уважают?

– Конечно, есть. Но ностальгия не по тому Крыму, о котором рассказывают оставшиеся там родственники и друзья, а тому, в котором до марта 2014 года мы строили планы на будущее. В середине мая я побывал на полуострове, чтобы решить ряд вопросов с документами для получения вида на жительства в Словакии, но это был уже не тот Крым, и я окончательно убедился в правильности решения уехать…

Михаил Дор,

"КРЫМ.РЕАЛИИ", 3 декабря 2014 г.

Пожалуйста, поддержите "Портал-Credo.Ru"!

Денежным переводом:

Или с помощью "Яндекс-денег":


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-17 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования