Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
Мониторинг СМИАрхив публикаций ]
 Распечатать

"НГ-РЕЛИГИИ": Владыки над бюджетом. Как имущество РПЦ МП может выводиться в «гражданский офшор»


Во время празднования 1000-летия Крещения Руси, 8 июня 1988 года Поместным собором Русской Православной Церкви (далее – РПЦ) впервые был принят Устав этой религиозной организации. Один из пунктов этого документа имел следующую формулировку (гл. VII, п. 22): "Церковное имущество, которым обладал архиерей в силу своего положения и должности и которое находится в официальной архиерейской резиденции, после его смерти вносится в инвентарную книгу епархии и переходит в её собственность. Личное имущество скончавшегося архиерея наследуется в соответствии с действующим государственным законом о наследстве" (Устав об управлении Русской Православной Церкви. М., Изд. Московской патриархии. 1989. С. 17; или здесь).

О принципиальной новизне правовой нормы, зафиксированной во втором предложении этого пункта, нами уже говорилось на страницах "НГ-религии" (от 20.06.2012 и 05.12.2012; см. здесь и здесь). Ниже мы проанализируем содержание первого предложения.

Прежде же отметим, что в процитированном пункте упоминается две категории имущества: церковное и личное. Встаёт вопрос: как провести грань между ними? Ответ на этот вопрос дают, например (хотя и в общих чертах), церковные каноны и их комментаторы. Они говорят, что рукополагаемый в епископский сан перед своим посвящением должен объявить своё личное имущество, нажитое ранее или полученное от родственников. То есть должно быть известно то имущество, которым архиерей может распоряжаться на правах своей личной собственности. В канонах также указывается, что после кончины епископа перед передачей оставшейся его личной собственности наследникам, клирики должны чётко (по описи) отделить собственность епископа от церковного имущества. (См. правило 40-е св. Апостол; 24-е Антиохийского собора; 41-е Карфагенского собора). Весьма подробно о разграничении церковного (называвшегося также казённым) и личного имущества архиереев говорилось в принятом в 1841-м и действовавшем до 1917-1918 годов "Уставе духовных консисторий" (ст. 113–115, 118–123 по редакции 1841 года и ст. 107–109, 112–117 по редакции 1883 года). (См.: Полное собрание законов Российской империи. Собр. 2-е. Т. XVI: 1841 г. Отд. 1-е. Ст. 14409. С. 235–236; Там же. Собр. 3-е. Т. III: 1883 г. Ст. 1495. С. 126–127).

На сегодняшний день в РПЦ нет документа, в котором регламентировался бы порядок разграничения церковного имущества и личной собственности иерархов. "Положение о церковном имуществе", о котором, как о существующем, неоднократно говорится в действующем с 2000 года новом Уставе РПЦ (гл. XV, п. 6, 9, 11, 34, 39), до сих пор не выработано (Устав Русской Православной Церкви. М., Изд. Московской патриархии. 2000. С. 54–55, 59–60; или здесь). И в обозримое будущее это "Положение…" вряд ли появится, поскольку о его разработке не упоминается в планах Межсоборного присутствия – созданного в 2009 году совещательного органа РПЦ, основной задачей которого является содействие высшей церковной власти в подготовке решений по наиболее важным вопросам внутренней жизни и внешней деятельности РПЦ. (Перечень готовящихся к обсуждению Межсоборным присутствием тем см. здесь).

16 августа 2000 года Архиерейским собором был принят ныне действующий Устав РПЦ, который 28 января 2009 года был утверждён высшей церковной инстанцией – Поместным собором. В том документе процитированный выше пункт Устава 1988 года(гл. VII, п. 22) воспроизведён почти дословно. Незначительное различие имеется лишь во втором предложении, ставшем таким: "Личное имущество скончавшегося архиерея наследуется в соответствии с действующими законами". Первое же предложение осталось без изменений (гл. X, п. 22). Рассмотрим его содержание:

"Церковное имущество, которым обладал архиерей в силу своего положения и должности и которое находится в официальной архиерейской резиденции, после его смерти вносится в инвентарную книгу епархии и переходит в её собственность" (Устав Русской Православной Церкви. М., Изд. Московской патриархии. 2000. С. 33; или здесь). Обращает внимание, что смысл этого предложения неоднозначен. Разночтения зависят от пояснительной оговорки: "и которое находится в официальной архиерейской резиденции".

Например, возможно такое понимание текста: 1) Всё церковное имущество, которым обладал архиерей в силу своего положения и должности, после его смерти вносится в инвентарную книгу епархии и переходит в её собственность. Правда, в таком случае фраза "и которое находится в официальной архиерейской резиденции", по существу, не нужна.

Возможен и иной вариант прочтения: 2) Лишь та часть церковного имущества (которым обладал архиерей в силу своего положения и должности), после смерти архиерея вносится в инвентарную книгу епархии и переходит в её собственность, которая находится в (!) официальной архиерейской резиденции.

Судя по наличию указанной пояснительной фразы, более вероятен второй вариант прочтения. Но в таком случае возникает вопрос: а какова после смерти архиерея судьба того церковного имущества (которым обладал архиерей в силу своего положения и должности), которое находится вне официальной архиерейской резиденции? Например, если то имущество – воздвигнутая "неофициальная" резиденция архиерея? Или то имущество вывезено в личную квартиру или загородный дом иерарха, или по воле того же иерарха находится у третьих лиц? Ведь в Уставе не говорится, что после смерти архиерея в инвентарную книгу епархии следует вносить то церковное имущество (которым обладал архиерей в силу своего положения и должности), которое находится вне официальной архиерейской резиденции…

Поставленный нами вопрос не лишён соответствующих оснований: ведь по современным нормам церковного права (в отличие от норм права, действовавших до 1917-1918 годов) в РПЦ отсутствует практика чётко разграничивать церковную и личную собственность, нет запрета на владение иерархами недвижимости, архиереи могут передавать наследникам любое своё личное имущество, причём вне зависимости от категории этого имущества.

Умышленно или неумышленно в "учредительный документ" РПЦ внесён пункт с неоднозначной трактовкой по деликатному имущественному вопросу? Это нам неизвестно. Вместе с тем можно предположить, что указанное разночтение выгодно тем, кто по действующему в России законодательству является наследниками имущества архиереев: в первую очередь, их родственникам.

При этом необходимо учитывать, что возможности распоряжаться церковным имуществом и денежными средствами у архиереев в постсоветское время стали практически неограниченные (в отличие от всех предыдущих периодов истории Русской церкви). Во-первых – из-за отсутствия какого-либо контроля со стороны государства. Ведь согласно Конституции РФ 1993 г. (ст. 15, п. 2) "религиозные объединения отделены от государства", а в федеральном законе "О свободе совести и о религиозных объединениях" от 26 сентября 1997 г. (№ 125-ФЗ) значится (ст. 4, п. 2): "В соответствии с конституционным принципом отделения религиозных объединений от государства государство: […] не вмешивается в деятельность религиозных объединений". Во-вторых, современное церковное "законодательство" предоставляет архиереям практически неограниченный доступ к церковным средствам. Например, в ныне действующем Уставе РПЦ сказано, что епархиальный архиерей "распоряжается финансовыми средствами епархии, заключает от её имени договоры, выдаёт доверенности, открывает счета в банковских учреждениях, имеет право первой подписи финансовых и иных документов" (гл. X, п. 18.я3). При этом как бюджеты епархий, так и, в целом, общецерковный бюджет являются тайнами, доступ к которым имеет лишь очень узкий круг лиц.

Таким образом, в ныне действующем Уставе РПЦ имеется брешь, с помощью которой заинтересованные лица имеют практически неограниченные возможности вывода церковного имущества из лона Матери-Церкви в "гражданской офшор".

Михаил Бабкин,

"НГ-РЕЛИГИИ", 19 декабря 2012 г.


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-20 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования