Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
Мониторинг СМИАрхив публикаций ]
 Распечатать

"ГАЗЕТА.РУ": Были «советские», стали «православные». Комплекс национальной неполноценности у россиян стал «непроходящим», пришли к выводу социологи


Чтобы быть истинным россиянином, нужно родиться в России, быть православным и уважать существующий политический строй, считает подавляющее большинство граждан, опрошенных "Левада-центром". Социолог объясняет, что такой набор представлений о себе сформировался в массовом сознании в результате госпропаганды. Ответы на другие вопросы выдают в жителях России комплекс неполноценности, констатирует эксперт: "истинные россияне" не очень хотят, чтобы жители других стран были на них похожи.

В период с 1 по 19 октября эксперты аналитического центра Юрия Левады ("Левада-центр") в рамках исследования патриотических воззрений россиян опросили 1516 человек. В ходе исследования респонденты отвечали на вопросы о том, насколько сильна их связь с Россией, насколько они себя чувствуют близкими к Европе и к Азии, а также о том, что делает граждан страны "настоящими россиянами". Результаты опроса были опубликованы центром во вторник.

Как следует из ответов опрошенных, "истинный россиянин" должен родиться в России, прожить тут всю жизнь (в той или иной степени важными эти факторы считают 85% респондентов при погрешности исследования 3,4%), иметь гражданство Российской федерации (88%) и говорить на государственном языке (87%). Кроме того,

"истинные россияне" должны быть православными (так считают 69% опрошенных) и уважать существующий политический строй (81%).

Социологи называют выявленный ими комплекс представлений об "идеальном россиянине" "моделью навязываемой идентичности". Единодушие в ответах респондентов, по словам директора "Левада-центра" Льва Гудкова, во многом объясняется действием государственной пропаганды. "Люди принимают ту структуру, которая задается: "Для того, чтобы быть россиянином, важно быть православным", — объясняет результаты исследования Гудков. Он напоминает результаты предыдущих опросов, согласно которым, доля называющих себя православными с 1989 года в России увеличилось в 5,5 раз: с 16 до 87%. При этом, констатирует Гудков, из этих людей "только половина верит в бога, а уж о том, чтобы быть включенными в церковную жизнь – вообще говорить не приходится".

"Иначе говоря, "православный" стало таким этно-конфессиональным синонимом русскости. Пустое абсолютно самоопределение, заменившее титул "советский", — констатирует социолог.

Уважение к государству, объясняет Гудков, в массовом сознании уживается с пониманием того, что система не уважает простого человека, а чиновники "во власти заняты собой, своими интересами и готовы плевать на обычных людей". Противоречие объясняется тем, что в сознании российского человека именно государство определяет общество, а не наоборот, продолжает он.

Помимо уверенности граждан в связи между православием и русской идентичностью, опрос "Левады-центра" выявил в обществе сильные патриотические настроения: 70% респондентов считают, что лучше всего быть гражданином России, чем любой другой страны мира. Этот показатель никак не изменился за последние 16 лет. Аналогичный опрос, проведенный в июне 1996 года, также выявил 70% убежденных в исключительной удаче рождения в России. С тем, что Россия лучше большинства других стран, готово согласиться гораздо меньшее число респондентов – 48% (в июне 1996 года так считало лишь 36%). При этом 62% россиян признают, что своей страной им приходится гордиться реже, чем хотелось бы.

В том, что укрепить положение страны в мире можно с помощью сильных патриотических настроений в России, уверены 65% респондентов (27% полностью согласны с этим утверждением, 38% скорее согласны, не согласных всего 9%, остальные затруднились ответить).

Россияне не слишком хотят, чтобы похожие на них граждане жили в других странах.

С тем, что мир стал бы лучше, если бы иностранцы были бы похожи на русских, согласны всего 34% респондентов. 42% опрошенных затруднились ответить на этот вопрос, 24% ответили отрицательно. Впрочем, за последние 16 лет эти показатели улучшились, "наблюдается некоторый рост русского самоутверждения", констатирует Гудков. В июне 1996 года согласие с этим утверждением выражал лишь 21% респондентов, а несогласие – 39%.

Уровень патриотических настроений и популярности образа православного человека, уважающего государство и законы, который существенно отличается от желания видеть иностранцев похожими на русских, свидетельствует о наличии комплекса неполноценности в обществе, констатирует Гудков. Эту версию подтверждает отношение к Западу, выявленное среди респондентов.

Лишь 11% опрошенных чувствуют свою "очень сильную" или "довольно сильную" связь с Европой. Совершенно не чувствуют таковой 52% участников исследования, еще 30% ощущают ее "не очень сильно".

"Для российского самосознания отношение к Европе или к Западу – чрезвычайно значимое. Запад выступает как некая утопия всего того, что хотели бы иметь у себя русские. Поэтому комплекс неполноценности – он чрезвычайно болезненный и существенный, почти непроходящий. Утверждение самих себя всегда меряется по отношению к Западу, который выступает как позитивная система референции", — объясняет Гудков.

Структура национального сознания построена на балансировании между Западом и невозможностью с ним сблизиться, что обнажает "травму незавершенной модернизации", "травму распада империи", констатирует социолог.

"Несмотря на рост гордости все равно остается ощущение собственной неполноценности, и поэтому люди признают, что мир вряд ли был бы лучше, если бы в других странах все были похожи на русских", — констатирует социолог. По словам Гудкова, исследования, проводившиеся в течение последних 20 лет, показывают, что дистанцирование от Европы лишь нарастает. В конце 80-х-начале 90-х, говорит он, европейцами себя ощущали порядка 30% граждан; сейчас же "русских европейцев" не больше 15-16%, и эта доля продолжает заметно сокращаться.

С комплексом национальной неполноценности можно бороться, пытаясь приблизиться к идеалу, а можно — отрицая сам идеал. В России выбирают вторую модель поведения, и именно поэтому популярен образ мышления в духе "Мы особенные, у нас особый путь, мы не похожи на других, мы не Запад и не Азия, мы православные, мы не похожи на западных людей, с их холодной расчетливостью, с их формализмом, мы теплые и душевные", приводит Гудков модель массового мышления.

"В каком-то смысле это тоже механизм изоляционизма – подчеркивание своей особости по отношению к внешнему миру, причем к более развитым странам. Это превращение собственных недостатков в добродетель, такое перевертывание знака. Мы не можем жить как Запад, и это, кстати, создает сильнейший комплекс стыда ("Мы великая страна, а живем в нищете, грубости, хамстве и прочее"). Если его перевернуть, то эта наша особенность становится достоинством: "Зато мы духовные", — заключает социолог.

Ольга Кузьменкова,

"ГАЗЕТА.РУ", 20 ноября 2012 г.


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-19 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования