Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
Мониторинг СМИАрхив публикаций ]
Распечатать

"ВРЕМЯ МН": Плюс православизация всей страны


Церковь стала серьезным политическим игроком. Она все заметнее претендует на ведущую роль в обществе.

В последние дни одним из главных ньюсмейкеров стала Русская православная церковь. Активно обсуждается инициатива руководителя аграрного комитета Совета Федерации Ивана Старикова о передаче РПЦ земель, принадлежавших ей до 1917 года. В центре внимания оказалась и встреча хранителей трона и алтаря — президента Владимира Путина и патриарха Алексия II. И все это на фоне бурной дискуссии о введении в учебные программы предмета "Основы православной культуры", который тем временем уже активно преподается духовно не окрепшим душам в Московской, Смоленской и других областях России.

Очевидно одно: РПЦ сегодня сильна как никогда за весь период после октябрьских событий 1917 года. Во главе российского государства стоит человек воцерковленный и всячески свою воцерковленность подчеркивающий. РПЦ имеет мощных лоббистов и в президентской администрации, и в обеих палатах российского парламента. В то же время услышать из уст властей предержащих атеистические сентенции столь же невозможно, как лет пятнадцать назад услышать от членов Политбюро ЦК КПСС призывы укрепляться в вере.

Подобное усиление позиций церкви получает неоднозначную оценку и со стороны экспертного сообщества, и со стороны простых граждан. Однако споры об активном наступлении РПЦ и возможных его последствиях ограничиваются, как правило, двумя проблемами.

У специалистов в области естественнонаучного знания усиление религиозного компонента культуры (в широком смысле ее понимания) ассоциируется с отказом от прогресса. По мнению Сергея Капицы, "религиозный взгляд на устройство мира — это этап, который остался в прошлом. Невозможно принимать достояние современной науки и совмещать его с догматическим взглядом на устройство мира и божественное происхождение человека". При этом остается неясным, как совмещали свои естественнонаучные прозрения с жаркой и осознанной верой Исаак Ньютон и Блез Паскаль, отец Павел Флоренский и Альберт Эйнштейн?

У людей же, далеких от физики, химии и биологии, претензии РПЦ на духовную монополию рождают страхи нового идеологического диктата, при котором идеология коммунизма будет заменена идеологией православизма, весьма далекой от толерантности и плюралистического взгляда на мир. Наступление РПЦ рассматривается гуманитариями также как потенциальная угроза нарушения статей российского Основного закона и в конечном итоге как угроза демократии.

И на этот аргумент можно было бы найти немало контраргументов. В таком бастионе демократии, как Британия, существует возглавляемая монархом государственная Англиканская церковь, а по своему фактическому (не формально-юридическому) влиянию институты церкви во вполне демократических Испании, Италии, Польше, Греции не менее сильны, чем аналогичные институты РПЦ.

Настала пора признать церковь серьезным политическим игроком и рассмотреть, насколько предлагаемый РПЦ политико-идеологический проект соответствует нынешним потребностям российского общества.

Без эффективной рыночной экономики Россия будет обречена играть в догонялки с Португалией и Бразилией. Рыночные реалии признали даже лидеры и активисты КПРФ и более мелких "левых" объединений. Для основной же части РПЦ это не является столь уж очевидным благом. Слышал ли кто-нибудь из уст иерархов одобрительные слова — нет, не о приватизации и либерализации цен, а хотя бы о предприимчивости, личном успехе, богатстве как факторах позитивных? Оценка событий 1990-х годов как "развала великой державы" доминирует в выступлениях церковных деятелей. А ведь именно во многом благодаря демократизации последних десяти лет РПЦ добилась того социального статуса, которым сегодня обладает.

Не является церковь и горячим поборником демократии и прав человека, предпочитая тесную унию с государственными институтами всех уровней и направлений. В прошлом году в Москве с большой помпой прошел Гражданский форум. Но церковные институты не приняли в нем серьезного участия, тем самым четко идентифицируя себя как институт государственный, а не гражданского общества.

Ключевым понятием в выступлениях иерархов церкви является "возрождение". Обществу предлагается "Золотой век", "Россия, которую мы потеряли", размытый идеал "соборной Руси". Что РПЦ собирается возрождать? Как известно, до секуляризации церковных земель в 1762 году церковь владела тысячами душ крепостных крестьян. До 1917 года православие было государственной религией Российской империи, и Закон божий был обязательным предметом для учащихся. Православная церковь до Петра Великого и после его церковных реформ — это два разных института. Какой из них более богополезный? Известно, что после петровского царствования священника обязывали доносить на пришедшего на исповедь прихожанина, ежели у последнего был некий "умысел". Та же "почетная обязанность" была и у священников в советскую эпоху. Так что же из всего перечисленного выше собираются "возрождать" иерархи РПЦ? Где идеал Руси православной — в эпоху Ивана Грозного, Петра Великого или Николая II? Вопросы не праздные.

"Темные страницы" характерны не только для РПЦ. Но нашли же в себе силы церковные институты Испании покаяться за сотрудничество с режимом каудильо Франко. Смогли же европейские католики выработать принципы "теологии после Освенцима" и критически переоценить свою роль в трагедии холокоста. Увы, рефлексия не стала сильной стороной нынешней РПЦ и каяться за сотрудничество с коммунистическим (не просто людоедским, но и атеистическим, между прочим) режимом наши иерархи, сделавшие в советские времена свои карьеры, не хотят. Зато с большой охотой занимаются поиском идеологических противников и с успехом находят таковых в лице конкурентов на своем религиозном поле — католиков, протестантов, "сектантов". Отсюда и церковный изоляционизм, ксенофобия и охранительные тенденции.

Отдельная тема — антисемитизм среди духовенства. И если иерархи РПЦ не произносят погромных проповедей, то в книжных лавках православных храмов вместе со Священным писанием нередко можно встретить "Сионские протоколы" и прочие антисемитские экстремистские сочинения.

Вопросы веры и принадлежности к той или иной конфессии — сложный личный (даже интимный) выбор каждого человека. В течение всего кровавого XX века россияне платили слишком большую цену за осознание этого права. Возможность ходить в православный храм, мечеть или синагогу должен реализовывать сам человек по подсказке собственной совести, а не мудрого госчиновника или духовного иерарха. Попытка же заменить безбожный атеизм на насаждаемый сверху "православизм" будет иметь только одно последствие — рост атеистических настроений и отказ не от хождений в храм, а отрыв от религии как таковой.

Стоит подумать и властям предержащим, и отцам церкви над тем, что благие намерения "воскресить" в людях веру могут стать дорогой в атеистический ад...

Сергей Маркедонов, кандидат исторических наук

"Время МН", 31 июля 2002 г.


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-20 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования