Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
Мониторинг СМИАрхив публикаций ]
 Распечатать

"МОСКОВСКИЙ КОМСОМОЛЕЦ": Вавилонская пашня. "МК" нашел в России село, где живут представители сразу пяти религиозных конфессий


Пока политики гадают, как примирить между собой последователей разных религий, в затерявшемся в мордовских лесах селе Кабаеве рецепт веротерпимости уже давно найден. Здесь на двух улицах бок о бок уживаются представители пяти религиозных конфессий. Да не просто терпят друг друга, а живут не разлей вода - за двести лет никто из соседей не припомнит ни одного конфликта на религиозной почве. Одно плохо - многие сельчане в сплетениях местных религий запутались настолько сильно, что порой и сами не могут внятно ответить, к какой вере принадлежат.

В поисках панацеи от религиозных конфликтов корреспондент "МК" заехал в мордовский Вавилон.


- Да кого у нас только нет: и православные, и баптисты, и пятидесятники, и жиды (так местные называют субботников - секту с ярко выраженными элементами иудаизма. Они признают Христа лишь как пророка, отвергают Троицу и следуют ветхозаветной обрядности. - "МК"), и молокане... - загибает пальцы на одной руке продавщица местного магазина, другой при этом продолжая выгружать ящики с печеньем из потертого грузовичка. - У нас здесь как в Ноевом ковчеге - каждой твари по паре.

- А вы кто будете?

- Да я пока еще не определилась. Выбор-то какой... Может, по маминым стопам пойду - она у меня пятидесятница. С другой стороны, батюшка Виталий зазывает, наш православный священник... Да и рано мне еще. Вы лучше у бабулек спросите - вон они как раз по церквам расходятся!

...Каждое воскресенье ровно в десять часов утра все 400 жителей мордовского села Кабаево как один спешат на службу: православные, подвязавшись платочком да прихватив узелочек с яйцами-мукой, в Михайло-Архангельский храм - получить благословение и исповедаться у местного батюшки. Пятидесятники - в заброшенное здание старой школы - попеть стихи да послушать проповедь о Христе от командированного из Саранска брата Александра. Молокане - в избушку бабы Вали - открыть рукописную, оставшуюся еще от матери тетрадку с псалмами. Но вот незадача - встречаются все перед недавно восстановленной православной церквушкой, здесь у кабаевцев перекресток местных религий. Да как давай проповедовать да инакомыслящих в свою веру обращать.

- Валя, пойдем лучше к нам! - хватает за рукав пальто баптистка Тамара Яковлевна свою давнюю подругу, убежденную молоканку. - Вас всего-то полтора человека осталось - считай, и нет уже никого.

- Нет уж, лучше вы к нам переходите, - отпирается баба Валя. - Тогда и наша вера не исчезнет.

Правда, на этих словах все теологические диспуты в мордовском Вавилоне и заканчиваются - хоть Кабаево и считается самой многоконфессиональной деревней в России, религиозных войн здесь за всю историю села не было.

- А что нам делить? - удивляются односельчане. - Бог ведь у нас один, а каким путем и через какие молитвы мы к нему приходим - личное дело каждого.

Святой источник в бидоне с молоком

Из заваленных "тушками" мух окон избушки бабы Вали выглядывает скромненькая маковка сельской церкви - хоть и живет пенсионерка по соседству с "домом божьим на земле", ни икон, ни креста в светелке у нее не встретишь. И не потому, что не верит 70-летняя женщина в царствие небесное. Просто верит она по-своему, по-молокански. Валентина Сергеевна, можно сказать, последняя из могикан в многоконфессиональном селе - всего последователей вымирающей религии в Кабаеве осталось трое.

- Все, пропала наша вера! - тяжело вздыхает баба Валя. - Теперь к нам никто уже не идет, родные дети осеняют себя крестным знаменем да к иконам на поклон ходят. И подумать-то стыдно. А что с них взять, они теперь православные: замуж повыходили, в церкви повенчались и забыли корни свои.

Креститься и молиться перед образами по канонам этого отечественного варианта протестантизма, возникшего в конце XVIII века, действительно грех. Так же как напиваться и есть свинину. Основателем молоканства считается Семен Уклеин из Тамбовской губернии, первым восставший против официальной церкви. Оттуда молоканство начало "кочевать" по всей России. Да и осело в мордовских лесах.

Как давно "поселилось" необычное ответвление от протестантизма в мордовской глуши, Валентина Сергеевна уже и не помнит. Только знает, что еще при Екатерине ее собратья в этих краях уже псалмы распевали.

- Несколько человек из наших даже ходили на поклон к императрице, просили, чтобы разрешили по всей стране молоканскую веру, - вспоминает Валентина Сергеевна. - Так мне мама рассказывала. А еще рассказывала, как молокан за их убеждения ледяной водой обливали, тогда многие отрекались.

А баба Валя не отреклась, даже когда ее начали зазывать к себе соседние конфессии - пятидесятники и баптисты. Да наговаривать, дескать, и похоронить старушку по всем правилам будет некому. Но не испугалась преданная бабуля и в отместку им начала вымирающую религию возрождать. Достала с чердака рукописные псалмы, переписанные еще матерью, вспомнила мелодичные напевы и пригласила в дом двух своих подруг, тоже потомственных молоканок. Теперь каждое воскресенье, когда ноги позволяют, они собираются в избушке на службу. Старушки твердо решили: "Пока мы есть, и наша вера не пропадет!"

- Вот покушайте хлебушка деревенского, на молоке. Там ведь в городе уже и вкус настоящего хлеба не знают, - угощает баба Валя, протягивая румяный каравай.

- А у вас разве не пост сейчас?

- Что вы, у нас обязательных постов нет. Нас же за то и прозвали в народе "молоканами", что мы в постные дни молоко пили. Просит душа, любой день бери - и голодай, и не греши. А шестинедельным постом только себя истязать.

Жалеют только старушки-общинницы, что по молодости на родовую религию внимания не обращали, не до того было. Да всех обрядов умирающей веры от старших товарищей не переняли. Теперь исполняют их больше по памяти.

- Раньше нас здесь много было, полдеревни. Собирались в мамином доме, псалмы пели, да всем места не хватало. Сидели чуть ли не на ступеньках. Потом главная запевала умерла, а ничему не научила. Только вот знаем мотивы с детства и поем.

И затягивает трио старушек вполголоса: "Господи, боже наш. Как величественно имя твое по всей земле. Слава твоя простирается превыше небес..." Вдруг неожиданно запинаются: "Сложно на троих соображать - псалмы уж очень длинные. Вдвоем или втроем не осилишь. Вот у баптистов - стихи. Их и понимать, и петь легче".

"Кем похороните - тем на том свете и буду..."

Воскресным утром глава баптистской общины Тамара Яковлевна наводит глянец в доме: переносит с кухни табуретки и расставляет их по кругу, расстилает плед на диване. Колдует, чтобы все сестры уместились: сегодня они должны собраться полным составом - вдесятером.

- А я уж думала, наш православный священник стучится, - приговаривает баба Тамара, смахивая пыль в гостиной. - Он по воскресеньям ко мне иногда заходит, спрашивает, когда мы свои чудачества бросим. А я ему и говорю: "Бог-то у нас с вами один, а как мы к нему обращаемся - дело каждого".

К "истинной вере", как называет баптизм сама Тамара Яковлевна, она продиралась через родственные хитросплетения. И обрела ее только к пятидесяти годам, тогда и приняла крещение по баптистскому обычаю.

- Мой отец был иудей, а мама - молоканка. Я поначалу пошла по маминым стопам, у нас так издревле принято - какой веры мать, такой и дети будут. А к старости поняла, что баптисты живут более праведно.

Правда, дочери самой Тамары Яковлевны оказались не такими покорными. По стопам родительницы не пошли - обе вышли замуж за православных и крестились. Но Тамара Яковлевна на них не обижается: "Пусть хоть так к Господу придут!" - с надеждой в голосе любит повторять она.

Все религии переплелись в этой многоконфессиональной семье. Да так крепко, что уже и самим родственниками легче пустить все на самотек, чем определиться , в какую церковь идти на поклон.

- Муж мой сильно болел после инфаркта и уже перед смертью сказал: "Да хоть как хороните. Похороните баптистом - буду баптистом. Похороните православным - буду православным. Все равно на том свете в одном месте окажемся", - вспоминает Тамара Яковлевна.

Только перед самой кончиной мятущаяся душа определилась: "Зачем, говорит, лишний разговор. Крестили меня в младенчестве по-православному, так и хороните по-православному".

Так и положили его в родственную могилу и крест поставили рядом с баптистскими да пятидесятническими "столбиками". Ведь своего кладбища у каждой конфессии нет, всех хоронят на общем погосте.

Молитва за чашечкой чая

Но все же самая большая община на селе у пятидесятников, или, как сами они себя называют, "христиан веры евангельской". Им даже помещение под собрания сельская администрация отписала - всем 30 последователям этой конфессии в одном деревенском доме давно уже не уместиться. Теперь по средам и воскресеньям собираются прямо в здании старой школы - в двух бывших классах за партами слушают проповеди да пьют чай с вареньем.

Почти все пятидесятники перешли в эту веру из молокан. Вера Степановна - одна из таких "перебежчиков". Полжизни бывшая работница колхоза считала себя молоканкой, а под пенсию взяла и изменила религиозным пристрастиям.

- У меня все в семье были молокане: и бабушка, и дедушка. И я до 50 лет этой веры придерживалась. А как шестой десяток стукнул, церковь решила поменять, - признается сама баба Вера.

Переманила ее сплоченность пятидесятнической общины. Теперь все 30 сестер и братьев по вере для нее как вторая семья.

- К нам проповедники с гитарой приезжают и псалмы поют. И такие молодые, у меня аж слезы текут, как они верят в Бога. У нас верующие в мир не выходят замуж и из мира жен не берут - только за церковных братьев и сестер. А на свадьбе вина не пьют - только лимонад, - расписывает баба Вера все прелести пятидесятничества.

Только вот объяснить отличия своих убеждений от религиозных предпочтений подруг сама Вера Степановна не может - говорит, сердцем чувствует. Зато без труда может проповедник Александр, командированный "нести слово Божие" из саранской общины.

- От традиционной церкви мы отличаемся только тем, что их вера основана на преданиях старцев, а наша - на Библии, - нараспев декламирует "учитель". - На служения мы поем песни Возрождения, прославляем Бога, молимся за власти. Ведь нам завещали, чтобы к властям мы относились с уважением. Все праздники соблюдаем - и Пасху, и Крещение. И всех кабаевцев к себе приглашаем.

Только вот не спешат местные жители из числа "неопределившихся" вступать в ряды протестантов. Судачат, что, мол, деньги они на собрания приносят - "по десять процентов от пенсии". Правда, потом сразу осекаются, главное, чтобы люди были хорошие, а уж чем они по воскресеньям занимаются - личное дело каждого.

Храм согласия и примирения

Хоть вер в Кабаеве и много, но самая распространенная все же одна - православная. И храм один - Михайло-Архангельский. Деньги на его возведение собирали всем миром - и пятидесятники, и баптисты, и субботники внесли свою лепту. Да так серьезно подошли к вопросу восстановления православной церкви иноверцы, что даже до кровных обид доходило.

- Когда только задумали построить православный храм в Кабаеве взамен разрушенного, пошли бабульки по домам - деньги на восстановление церквушки собирать. А к одной своей соседке - пятидесятнице - не зашли. Та как узнала, что ее обошли вниманием, обиделась страшно, - вспоминает настоятель Михайло-Архангельской церкви отец Виталий. - Сняла с книжки последние гроши и принесла их просителям со словами: "Что же вы думаете, раз я веры другой придерживаюсь, значит, своим односельчанам на благое дело копейки не подброшу?"

Правда, даже несмотря на столь серьезный моральный подвиг, представителей всех остальных вероисповеданий православный священник все же называет "сектантами". И мечтает обратить заблудших овечек в лоно истинной церкви.

- Запомнился мне один мужчина: он всю жизнь был жидовствующим, но к традиционной вере тянулся. Он еще не принял православия, а уже помогал нам церковь восстанавливать. Говорил: "Мой дед с храма колокола сбрасывал, а я водружать буду!" А потом пришел ко мне под Пасху и говорит: "Крести меня, отец Виталий. Решился!" В тот же вечер я его в виде исключения и окрестил, хоть и нельзя перед великим праздником. От него потом даже отец отказался, предателем веры назвал.

За то время, пока Кабаевский приход возглавляет отец Виталий, в православие крестилось уже человек 17. А еще шесть лет назад и четырех десятков прихожан на воскресной службе не набиралось. Заходили в основном по праздникам свечку поставить.

- Я попал в это уникальное село по распределению. Священники ведь как военные - куда рукоположит владыка, туда и отправимся, - объясняет настоятель. - Прихожу я первый раз на службу, смотрю, а на большое село прихожан раз два и обчелся. Спрашиваю у бабулек: "Что такое?" А они мне и отвечают: "Село-то у нас непростое, здесь еще до революции сектанты поселились".

Правда, предысторию создания уникального "религиозного заповедника" в мордовской глубинке старики уже не помнят. Не важно им это. А батюшке интересно стало: он покопался в районных архивах, посоветовался с историками... И нашел.

- Раньше Кабаево было богатым селом, сады здесь шикарные цвели. А зимой местным мужикам делать было нечего, вот и уезжали всей артелью на заработки по России. Скорее всего были они сильно недовольны местным православным священником. По крайней мере много раз писали в центр прошения о перемене батюшки. Но на их просьбы так никто и не откликнулся. Вот и начали они привозить из "командировок" каждый свою веру.

Хоть и говорят местные жители, что отроду в Кабаеве не было религиозных склок да обид, не верит в искренность этих слов отец Виталий. У него на этот счет другое мнение.

- Мои прихожанки рассказывали, что, бывало, придешь к жидовствующим воды напиться, они не откажут. А потом кружку эту выбрасывают. Нечистыми мы для них были.

Правда, в будущее настоятель все же смотрит с оптимизмом.

- Вот приедете вы через 10 лет, а здесь уже ни одного иноверца не останется. Все придут к православию - это лишь вопрос времени. Ведь говорится же в Священном Писании: врата адовы да не одолеют церковь.

Вот только какую, там, к сожалению, не сказано.

Анастасия ГНЕДИНСКАЯ

24 марта 2008 г.

Фото автора


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-21 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования