Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
БиблиотекаАрхив публикаций ]
Распечатать

«Я иду только за Христом...» Протоколы допросов митрополита Иосифа (Петровых), 1929-1930 гг. [история Церкви, исторические документы]


Начало здесь

№ 2 Протокол допроса митрополита Иосифа (Петровых)

23 сентября 1930 года

Продолжение протокола допроса Петровых Иосифа 23/IX 1930 года.

Рукопись, обнаруженная у меня при обыске, написанная мною лично: "Толковать с вами — самое бесполезное и безнадежное дело. Мы никогда не столкуемся. Вы никогда не сделаете того, чего я хочу. Я никогда не сделаю того, что Вам нужно. Вам нужно уничтожение христа, мне его процветание... По вашему, мы мракобесы, по нашему, Вы настоящие сыны тьмы и лжи... Вам доставляет удовольствие издеваться над религией и верующи­ми, таскать по тюрьмам и гонять по ссылкам ее служителей. Нам кажется величайшей дикостью, позором из позоров XX века Ваши насилия над свободой совести и религиозными убеждениями человечества". Написан он в состоянии крайнего нервного возбуждения при вызове к агентам Г.П.У. в Моденском монастыре, которые в 2-х-часовой срок предложили мне дать ответы на вопросы: 1) Мое пребывание в ссылке, 2) Отлучка в Ростов и 3) Мое отношение в настоящем положении к современным событиям.

Отвечать я начал именно так, как приведена вышеуказанная рукопись, но впоследствии, немного успокоившись, я по­нял, что совершенно неуместны [вписано над строкой: и сума­сбродно] такие мысли, и написал три ответа, обнаруженные также при обыске [1].

Сейчас я выражаю искреннее и глубокое сожаление, что мог допускать такие мысли, если я их сразу же не уничтожил, то лишь потому, что эта рукопись в суматохе куда-то завалялась и я не мог ее обнаружить и уничтожить.

Ответ мой о ссылке мне помогла с черновиков переписать Мария Ивановна Гранатова, которая жила при мне и помогала мне в хозяйстве. Копии этих ответов я оставил у себя.

Этими ответами приезжающие ко мне духовенство и верующие интересовались, переписывали и увозили.

Находясь в ссылке в Моденском монастыре, ко мне приезжали за советами не только с Ленинграда, но приезжали и с других городов СССР.

С Ленинграда чаще всего приезжала монахиня Анастасия Куликова [2]. Через нее я получал всю корреспонденцию, как с Ленинграда, так и с других городов. Помню, что таким образом была получена копия письма митр[ополита] Петра, напи санного им с высылки одной своей Киевской знакомой.

В этом письме митр[ополит] Петр писал о трудностях его пребывания в ссылке и о том, что ему продлен срок ссылки еще на два года [3]. Помимо письменных ответов моих я [с] матушкой Анастасией сообщал и давал те или иные указания и устно.

С Ленинграда кроме Анастасии Куликовой приезжали за советами и разрешениями тех или иных вопросов следующие лица: свящ[енник] Алексей Вознесенский — раза 2, Викторин Добро нравов [4] — 1 раз, иеромонах Тихон [исправлено вместо: Стефан], Николай Ушаков, Филофей Поляков [5], епископ Василий [6], миряне Мария Петровна Березовская [7] - два раза, Наталья Николаевна Андреева [8] - два раза и др[угие], которых не помню.

С Натальей Николаевной Андреевой в ее приезды были разговоры о событиях, происходящих вокруг церкви.

Разговаривая с Андреевой, я заключил, что Андреева была удручена последним расколом, происшедшим в нашей организации в связи с регистрацией двадцаток [9], вследствие чего духовенство в лице Викторина Добронравова, Алексея Вознесенского, Николая Ушакова, Николая Васильева [10] и других отошли от епископа Сергия Дружинина и Василия Докторова и прекратили служение в церквах, принявших регистрацию. Наталия Николаевна мне говорила, что она лично принимала усердие к примирению, а тем более еще тогда, когда увидела, что бывшие духовные чады умершего св[ященника] Федора Андреева [11] прекратили посещать храм Воскресения на крови. О Московском антисергианском течении я был в курсе дела отчасти от тех лиц, которые ко мне приезжали, а отчасти и от Наталии Николаевны. В один из своих приездов ко мне она говорила мне о деятельности какого-то ее знакомого Лосева, но, что она говорила, я не помню, и, не зная этого Лосева, я не придал разговору Натальи Николаевны никакого значения.

Добронравов, Вознесенский и Ушаков приезжали по поводу своего отхода и непризнания регистрации. В своих разговорах они хотели меня убедить осудить перерегистрацию двадцаток, но я был против их предложения и говорил, что раз эту регистрацию требует гражданская власть, то ее нужно про изводить, и был более согласен с предложением Марии Пет ровны Березовской, которая, приехав ко мне по этому же делу, в пункты регистрации внесла оговорки, и я тогда же эти ого ворки одобрил. Отказ от благотворительности церкви может быть допущен только в противоречии с нашими церковными правилами.

Про Алексея Шишкина [12], иеромонаха с Северного Кавказа, знаю, что он бесприходный священник, который ведет агитацию против регистрации, призывая верующих уйти в подполье. Об этом Шишкине мне писал нынешним летом один священ ник, который был против Алексея Шишкина.

Записано с моих слов правильно.

Иосиф Петровых.

Уполномоченный А. Макаров.

ЦА ФСБ РФ. Дело "Всесоюзной организации ИПЦ". Т. 11. Л. 307-308 об. Подлинник. Автограф А. Макарова. Каждая страница заверена подписью митрополита Иосифа. На л. 312-313 заверенная А. Макаровым машинописная копия.

[1]Два различных письменных ответа митрополита Иосифа на 3-й вопрос содержатся в материалах настоящего следственного дела и представляют собой публикуемые здесь документы № 4 и № 16.

[2]Монахиня Анастасия (Куликова Александра Георгиевна,1870-?) — в 1922-1925 годах сопровождала протоиерея Димитрия Любимова в ссылке; с 1927 года - секретарь и экономка епископа Димитрия (Любимова); 29 ноября 1929 года арестована вместе с епископом Димитрием; приговорена к пяти годам заключения в лагере.

[3]Срок заключения митрополита Петра был продлен на два года постановлением Особого совещания при Коллегии ОГПУ СССР от 11 мая 1928 года.

[4]Протоиерей Викторин Михайлович Добронравов (1889-1937) — с 1919 года настоятель церкви святителя Николая на Петровском острове в Ленинграде; 19 сентября 1930 года арестован; приговорен к десяти годам заключения в лагере; расстрелян.

[5]Протоиерей Филофей Петрович Поляков (1893-1958) — с октября 1929 года настоятель Малоколоменской церкви Михаила Архангела в Ленинграде; 21 сентября 1930 года арестован; вскоре освобожден; в 1933 году примирился с Московской Патриархией.

[6]Епископ Василий (Докторов Владимир Иванович, 1872-1938) -в 1924 году хиротонисан во епископа; с 1927 года - епископ Карго польский, викарий Олонецкой епархии; в 1928 году, как не признавший июльскую Декларацию, уволен от управления Каргопольским викариатством; переехал в Ленинград; 7 декабря 1930 года арестован; приговорен к пяти годам заключения в лагере; расстрелян.

[7]Березовская Мария Петровна (1872-?) — председатель приходского совета храма Воскресения на крови в Ленинграде; 28 сентября 1930 года арестована; приговорена к пяти годам высылки в Северный край.

[8]Андреева Наталья Николаевна (1897-1970) — вдова протоиерея Феодора Андреева, 21 сентября 1930 года арестована; приговорена к трем годам высылки в Казахстан.

[9]Регистрация двадцаток производилась в соответствии с постановлением ВЦИК и СНК о религиозных объединениях от 8 апреля 1929 года.

[10]Протоиерей Николай Григорьевич Васильев (1897-1956) - с 1930 года священник церкви святителя Николая на Петровском острове в Ленинграде; 28 декабря 1930 года арестован; в мае 1931 года освобожден; в 1948 году примирился с Московской Патриархией.

[11]Протоиерей Феодор Константинович Андреев (1887-1929) — до 1918 года профессор МДА; с 1922 года священник в Петрограде; с 1927 года протоиерей; один из самых активных и авторитетных деятелей оппозиции митрополиту Сергию в Ленинграде; 8 сентября 1928 года арестован; в ноябре 1928 освобожден, будучи смертельно больным туберкулезом; в мае 1929 года скончался.

[12]Иеромонах Алексий (Иннокентий?) (Шишкин Алексей Прохорович, 1878-1938) — с 1928 года исполняющий обязанности благочинного иосифлянских приходов на Кубани; в ноябре 1929 — начале 1930 годов жил в Ленинграде; с 1930 года скрывался; расстрелян.

№ 3 Протокол допроса митрополита Иосифа (Петровых)

27 сентября 1930 года

Продолжение допроса Петровых Иосифа 27 сентября 1930 г[ода].

Как в первый свой приезд в Ленинград, так и проездом в Ростов через Ленинград я останавливался у моего земляка Дмитрия Петровича Варганова, проживающего по Горсткиной улице д[ом] № 1/4. Проезжая в Ростов, я пробыл в Ленинграде два дня и одну ночь. За эти два дня я кроме епископа Дмитрия, у которого обедал, ни у кого не был, меня же на квартире Варганова посетило духовенство и знакомые, и с некоторыми из них было чаепитие.

Кто оставался на чаепитии у Варганова, я не помню, как не помню, какие вопросы за чаепитием обсуждались.

Отрицая свое руководство над антисергианским течением, я все же сознаю, что нужно же кому-нибудь было быть духовным руководителем и советником того духовенства и верующих, которые в силу лжи митрополита Сергия отошли от него и примкнули к нашей церковной группе, а так как кроме меня никого из митрополитов не было, то только этим я и объяс няю, что ко мне со всего Союза приезжало духовенство и верующие за советами.

После того как я был выслан в Моденский монастырь, своим заместителем я назначил епископа Дмитрия, а после ареста последнего руководство перешло к епископу Дружинину Сергею. Первое время епископ Дмитрий являлся моим заместителем только по Ленинградской епархии, но впоследствии, когда антисергианское течение разрослось далеко за пределы Ленинградской епархии, я не мог ему запретить, да и сам с ним был согласен за то, чтобы всем обращающимся к нему за руководством он давал советы. Сам епископ Дмитрий по всем вопросам меня ставил в известность, спрашивая у меня как у своего митрополита советов и руководства.

Распространение антисергианских документов, в которых задевалась и Советская] власть, преступлением не считаю, этими документами мы критиковали слова и дела митрополита Сергия, его лакейский подход к Советской] власти в его церковной политике.

Я ничего не имел против того, что группа Ленинградского духовенства и мирян на декларацию митрополита Сергия написали протест, требуя от последнего изменения взятого им курса церковной политики. Кто писал этот протест, я не знаю, но знаю, что его возили к митрополиту Сергию епископ Дмитрий и профессор] Абрамович-Бара новский. И с тем, и с другим я встретился в Москве [1] и ожидании приема митрополитом Сергием, где протест мною был прочитан.

Записано с моих слов правильно.

Иосиф Петровых.

Уполномочен[ный] А. Макаров

ЦА ФСБ РФ. Дело "Всесоюзной организации ИПЦ". Т. 11. Л. 308 об. - 309 об. Подлинник. Автограф А. Макарова. Каждая страница заверена подписью митрополита Иосифа. На л. 314-315 заверенная А. Макаровым машинописная копия.

[1] Показания митрополита Иосифа о том, что он лично встретился в Москве с профессором С. С. Абрамовичем-Барановским и что последний, таким образом, также входил в состав ленинградской делегации, не подтверждаются показаниями других членов делегации. Так, протоиерей Викторин Добронравов на допросе 18 января 1931 года показал: "В день отъезда в Москву на квартире у Любимова я видел Абрамович-Барановского, но он с нами в Москву не ездил". (ЦА ФСБ РФ. Дело "Всесоюзной организации ИПЦ". Т. 10. Л. 95 об.). И. М. Андреевский на допросе 12 декабря 1930 года говорил, что по знакомился с С. С. Абрамовичем-Барановским лишь в тюрьме (Там же. Т. И. Л. 349 об.).

№ 4

Собственноручные показания митрополита Иосифа (Петровых) о его отношении к современным ему церковным событиям

27 сентября 1930 года

"Собственноручное мое показание по делу в объяснение моего отношения к современным церковным событиям, как я их себе представляю".

Процесс, в котором я сейчас фигурирую, имеет целью -видимо "разгром" так называемого "Иосифлянства" (правильнее "антиСергиянства"), организации якобы с антисоветскими тенденциями. Отсюда вытекает и тот неправильный путь, по которому — мне кажется — идет все следствие, грозя напрасною гибелью многих неповинных в том, в чем их обвиняют. Ведь критика слов и дел м[итрополита] Сергия — вовсе не есть [1] критика или выпад против Власти.

Лакейский подход Сергия к Власти в его церковной политике — факт неопровержимый. И вся Советская печать гораздо злее и ядовитее нас высмеяла это лакейство [2] и в стихах, и особых фельетонах, и юмористических иллюстрациях. Почему же нам это воспрещено?

За хранение и распространение этой критики людей пре следуют, как за хранение и распространение чего-то антисоветского. Правда, здесь прорываются иногда вопли, как будто бы и Власть задевающие. Но ведь это неизбежно, как одна крайность при другой, как невольная отрыжка тех подхалимств, до которых дошел наш недавний "господин-лакей" Сергий. В этих воплях, в этой отрыжке - нет однако же активного противодействия и оскорбления Власти, а простое подчеркивание контрастов. В самом деле, если Сергию - по пословице - "плюнь в глаза, ему все будет "Божья роса", то мы говорим, что плевок есть плевок, и только. Сергий хочет быть лакеем Советской] Власти, мы — хотим быть честными, лояльными гражданами Советской] Республики с правами чело века, а не лакея, и только. Ведь в других областях - Власть на ша (Советская) — крепкая и спокойная за свое существование — не боится никакой здоровой самокритики, и даже сама ее ищет и требует.

Понятно поэтому — если Власть хочет блага себе, то она должна найти нечто здоровое для себя и в нашей самокритике, которая позволяется другим почти в неограниченном количестве.

Еще раз повторю:

1. Во главе "антиСергиянской" ориентации я не стоял и на выпады ее антисоветские не имел ни малейшего влияния. Если таковые выпады оказались, я решительно от них отмежевываюсь и советовал бы всем отмежевываться, и прошу Власть не налагать на меня ни малейшей ответственности за эти выпады.

2. Проявляя свое участие в церковной жизни общины Храма Воскресения и др[угих], единомысленных с нею, советами и помощию в решении разного рода вопросов церковного характера, я считал и считаю, что не выходил из рамок законности, поскольку сама Власть позволяла меня регистрировать при этой общине в качестве ее духовного руководителя и не предъявляла мне никаких требований в смысле ограничения моих чисто духовных прав. Запретили бы мне это прямо, на тех или других законных основаниях, и я не пошевелил бы и пальцем.

Признавая некоторую нелояльность своего личного поведения в отношении Власти и находя, что безупречное соблюдение этой лояльности чрезвычайно затруднено вообще при таком множестве всякого рода невыясненных достаточно ограничений свободы живой человеческой личности и возможно разве только для высшей 100%-нтной мудрости Сократа, я прошу вновь Власть простить мне мои ошибки, о коих выражаю искренней­шее сожаление, и принять мое честное (и отнюдь не лакейское) заверение, что сознательным врагом и вредителем Власти никогда не был и быть не могу уже в силу своего далеко не дворянского происхождения и в силу того, что никогда не был особым сторонником старого режима, с коим у меня посему даже были в прошлом немалые недоразумения (прекращение мною в 1905 г[оду] всякого поминовения царской фамилии за Богослужением и за это лишение на некоторое время возможности священнослужения, перевод на худшее место, лишение наград и повышений по службе и т[ому] п[одобное]).

Доколе же тяготеть будет надо мною несчастный рок, не дающий заработать и у нового режима честного и незапятнан ного имени при всех искренних желаниях и попытках этого?

27 сентября] 1930.

Иосиф Петровых.

ЦА ФСБ РФ. Дело "Всесоюзной организации ИПЦ". Т. И. Л. 330-331. Подлинник. Автограф митрополита Иосифа.

[1]Здесь и далее в документе подчеркнуто митрополитом Иосифом.

[2]Так, уже в сопроводительной статье к опубликованной в газете "Известия" Декларации митрополита Сергия писалось: "Только наиболее тупые и заскорузлые представители духовенства неспособны были понять и увидеть, что политическое равнение по пастве, по трудовому народу — необходимое условие сохранения за церковью того, что у нее еще осталось, и прежде всего сохранения тех доходов, которые простодушная паства еще им доставляет" (Среди церковников // Известия ВЦИК. 1927 г. № 188 (3122). 19 авг.)

№ 5 Протокол допроса митрополита Иосифа (Петровых)

30 сентября 1930 года

Продолжение протокола допроса Петровых Иосифа 30 сентября 1930 г[ода].

Антисергианская организация началась с известной декларации митрополита Сергия, где он, высказав более или менее приемлемые для всякого честного Советского гражданина мыс ли, в тоже время допустил неприемлемые для церковного сознания действия, нашедшие свое выражение тотчас в целом ряде противоцерковных мероприятий: переброска с места на место почти всех тогдашних архиереев, учреждение синода на неканонических началах, уничтожение вовсе некоторых епархий, произвольное слияние их, прекращение молитвы за привлеченное по гражданскому суду духовенство и т[ому] п[одобное].

Все это для Ленинградской епархии приняло особую остро ту после того, как им без всякого законного канонического основания был смещен митрополит, на стороне которого было большинство духовенства и верующих мирян. Когда попытки сговориться с митроп[олитом] Сергием и склонить его на не которые важные уступки, выраженные тогда в особом протес те, в составлении которого участвовал Абрамович-Барановский, остались тщетными, недовольные Сергием решились прервать с ним общение как с администратором и управляться в своей общине самостоятельно с зарегистрированными при храме Воскресения на крови духовными руководителями, митрополитом Иосифом и епископом Дмитрием, которому и бы ли мною переданы соответствующие полномочия.

Никакого другого оформления политического или церковного эта оппозиция не имела и не имеет, ограничивая себя чисто церковною деятельностью, чуждою гражданской политики, и в начале только лишь в тесном кружку одной общины, к которой вскоре же однако примкнул целый ряд др[угих] общин, как в самом Ленинграде, так и в других местностях Сою за. Все эти общины объединялись одним духом протеста против антиканонических деяний митрополита Сергия и никакой документальной программы, общей и обязательной для всех, не имели. Их неписаный лозунг был — совершенное отрешение от светской политики в сторону только церковного дела. Целью было одно: религиозное утешение верующих в богослужениях по строго церковному, чуждому всяких новшеств, чину, и как содействующее условие этому - устройство церковной жизни на строго церковных началах, выработанных правилами Вселенских Соборов, ближе пододвинутыми к условиям современной жизни постановлениями поместного собора 1917 года.

Мы до сих пор не знаем, за что сидят в ссылке митр[ополиты] Петр, Кирилл и др[угие] и все увеличивающие сроки их пребывания в ссылке, однако митрополит Сергий в своей декларации осудил все духовенство и церковь в нелояльности к Советской] власти.

Радости Советской] власти не могут быть нашими общими радостями. Советская власть получает удовлетворение закрытием той или иной церкви, мы можем только иметь скорбь и не можем радоваться. В программе Советской] власти на первом месте поставлена борьба с религией как опиумом для народа, мы же считаем и всякое преследование духовенства и верующих преследованием религии и только можем выражать скорбь.

Как глава церкви, прежде чем осудить заграничное духовенство, митрополит Сергий должен был учинить формальный церковный суд. И как глава церкви он был не вправе в своей декларации осудить огульно все духовенство. За политику церковный суд не судит, это дело гражданского суда.

Связь с митр[ополитами] Петром, Кириллом, Агафангелом и другими лицами вначале была совершенно неощутительна. О митр[ополитах] Петре и Кирилле сергианцы даже пускали слухи, что они осуждают это новое течение, пускали в оборот письма, якобы с их одобрениями [1], чем смущали и колебали многих.

Лично я получил письмо от митроп[олита] Серафима Чичагова [2], где он призывал меня образумиться, ссылаясь на то, что и митроп[олит] Кирилл, и все виднейшие иерархи на их стороне. В дальнейшем оказалось, что это была ложь, которая еще более оттолкнула от пользующихся столь негодными средства ми. И в настоящее время никакой особой связи с митр[ополитами] Петром, Кириллом и др[угими] антисергианское течение не имеет, и о том, что с митрополитом Петром была через епископа Дамаскина [3] налажена связь [4], я слышу впервые.

Те документы, которые получались нашей организацией в защиту нашего течения, я получал от разных лиц с Ленинграда и других мест. Поскольку эти документы говорили в пользу нашей организации, я получал удовлетворение и, напротив, когда что-либо писалось не в нашу пользу.

Записано с моих слов правильно.

Иосиф Петровых.

Уполномоченный А. Макаров.

ЦА ФСБ РФ. Дело "Всесоюзной организации ИПЦ". Т. 11. Л. 316-317. Подлинник. Автограф А. Макарова. Каждая страница заверена подписью митрополита Иосифа. На л. 320-322 заверенная А. Макаровым машинописная копия.

[1]Самым известным подобным документом был доклад митрополиту Сергию епископа Василия (Беляева) о положительном отзыве митрополита Петра о июльской Декларации (см.: Акты... С. 529-530). Сам священномученик Петр в декабре 1929 года в письме митрополиту Сергию, подвергнув суровой критике действия своего Заместителя, писал: "Между прочим, мне пишут, что епископ Василий о делах от моего имени представил Вам доклад. Должен заметить, что ни ему, ни другому моему сожителю я не давал никаких поручений, касающихся церковных дел" (Акты... С. 681-682).

[2] Священномученик митрополит Серафим (Чичагов Леонид Михайлович, 1856-1937) - в феврале 1928 года назначен митрополитом Ленинградским; в сентябре 1933 года уволен на покой; расстрелян.

[3]Священномученик епископ Дамаскин (Цедрик Дмитрий Дмитриевич, 1877-1937) — в 1923 году хиротонисан во епископа Стародубского, викария Черниговской епархии; был близок митрополиту Кириллу (Смирнову); 27 ноября 1929 года арестован; приговорен к десяти годам заключения в лагере; расстрелян.

[4]Летом 1929 года епископ Дамаскин (Цедрик) организовал посылку гонца к митрополиту Петру, находившемуся в ссылке в поселке Хе Обдорского района. Патриаршему Местоблюстителю были достав лены различные церковные документы, отражавшие происходившие тогда события. Ответа от митрополита Петра получить не удалось, однако о его реакции можно достаточно определенно судить по содержанию вышеупомянутого письма митрополиту Сергию.


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-20 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования