Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
БиблиотекаАрхив публикаций ]
Распечатать

Алексей Зайцев. Беседа об истории Церкви в XX веке. Проблема не в декларации [история]


(Продолжние. Первая часть здесь, вторая часть здесь, третья часть здесь)

В 1926 году митрополит Сергий стал исполняющим обязанности местоблюстителя. Каким образом? Законный местоблюститель митрополит Петр Полянский оставил завещание, что на случай, если он будет арестован и не сможет управлять, он оставляет вместо себя трех заместителей. Одним из них был митрополит Сергий. Еще одним был митрополит Иосиф (Петровых).

И был период, когда Иосиф вступал в права заместительства, а потом Сергий вступил в эти права на короткий строк. И формально в его первое заместительство в 1926 году ни у кого из авторитетных иерархов к нему претензий не было. Он просто исполнял роль заведующего канцелярией, поддерживал курс Патриарха Тихона и митрополита Петра. Более того, он достаточно умело разобрался с архиепископом Григорием — переиграл его.

В то время Тучков решил попробовать две разные группировки, дать легализацию обеим. И посмотреть, как они между собой, кто победит. Ну и, конечно, простите за жаргонизм, Сергий Страгородский этого Григория «сделал по полной». И для Тучкова стало ясно, что такая кандидатура предпочтительней.

В тот период, еще раз повторю, каких-то претензий к митрополиту Сергию не было. Потому что иногда патриархийные апологеты говорят, что «антисергианская» полемика была вся на личных обидах, что Сергия не любили, потому что он такой неординарный. Нет, на самом деле, стоит прочитать переписку — ничего же не скроешь. Никто к нему никаких претензий не предъявлял. Более того, сам митрополит Петр, который уже сидел всерьез и больше никогда не вышел, пытался управлять и воздействовать только через переписку. Он писал Сергию, когда тот начал свой губительный, с точки зрения видных иерархов, курс: вернитесь на прежнюю позицию. В 1926-году Вы управляли так, что никто к Вам никаких претензий не предъявлял. Вернитесь на эти позиции и исправьте все ошибки.

В то время, в 26-м году, состоялись тайные выборы патриарха. То есть это были не столько выборы, сколько некий мониторинг ситуации. Через доверенных людей, через переписку, те архиереи, которые были доступны, высказали свое мнение, кого бы они хотели видеть патриархом, за кого бы они проголосовали, если бы можно было собрать собор и избрать патриарха сейчас. Сложно сейчас судить, кто это и зачем делал. Кто-то говорит, что это был заказ ОГПУ, чтобы вычислить реального лидера. Кто-то считает, что это была такая частная инициатива молодых, не очень, может, разумных архиереев. Кто-то связывает эту инициативу с самим митрополитом Сергием. Но как бы там ни было, опрос около сотни, наверное, архиереев состоялся. Семьдесят из них сказали, что хотели бы видеть патриархом митрополита Кирилла (Смирнова). То есть, он был безусловный лидер, действительный авторитет. И тогда стало ясно, что, раз уж с митрополитом Кириллом договориться невозможно, значит, это человек, которого выпускать нельзя. И вся его дальнейшая жизнь — из одной ссылки его выпускают, тут же где-то арестовывают и так далее. Был период, когда он смог оказаться в Москве. Внезапно появился в Патриархии, пришел для разговора с Сергием, но тот его не принял. Сергий увидел его, от неожиданности у него отвисла челюсть, и он сразу сказал: «Обратитесь, пожалуйста, к моему заместителю и ему расскажите». То есть, брат вернулся из ссылки, а он — обратитесь к заместителю.

В связи с этими тайными выборами патриарха состоялось несколько арестов тех, кто был к этим выборам причастен. В частности, арестовали исполнявшего тогда обязанности заместителя патриаршего местоблюстителя Сергия Страгородского. И именно в этот период, во время отсидки, с ним произошла какая-то радикальная перемена, которая стала всем сразу ясна.

Во-первых, он сел не один по этому делу, а вышел один. Сразу стало понятно, что с ним что-то произошло. Во-вторых, после того как он вышел, он сразу получил от советской власти, такие права, которых не имел вообще никто. Свободный доступ в Москву, возможность поселиться в Москве, возможность завести патриаршую канцелярию, начать процесс легализации и регистрации новой организации. Тогда ни одна тогда из оставшихся патриарших структур не имела регистрации. Обновленцы имели. А патриаршие группы не имели. И Сергий получает такую возможность. Более того, он получает возможность создать Синод. Такой возможности не было ни у кого. И такая возможность не предполагается канонами. Потому что Синод — это орган межсоборного управления при законно избранном предстоятеле — патриархе. Синод может быть только патриаршим. И, кстати, Синод Сергия так и назывался «патриарший Синод». А сам он был непонятно кто, с точки зрения канонов, он был зам зама.

Оставив вместо себя заместителем того самого «Алешку», митрополита Сергия, митрополит Петр ему никаких полномочий не давал. То есть, задача заместителя, как ее видели и митрополит Петр, и митрополит Кирилл, состояла в том, чтобы быть сторожем патриаршего престола и заниматься какими-то текущими делами. А тут Сергий совершает свои деяния. Митрополит Кирилл писал, что если бы митрополит Петр создал Синод, я бы тотчас от него отделился, потому что это была уже узурпация власти. Синод может быть избран при законном предстоятеле, патриархе. Даже местоблюститель не пытался создать Синод.

Есть такой миф. Когда я пришел учиться в семинарию, мне там объяснили, что Сергий, продолжатель прежнего курса, настаивал на лояльности к советской власти. И апостол говорит, что всякая власть от Бога и т.д. А мыслящие старыми категориями монархисты были противниками советской власти, поэтому не хотели следовать ее курсу. Ну, вот такая версия была. Создателем такой версии является ОГПУ. На самом деле, никто из видных архиереев не был против того, что мы называем лояльностью, то есть, некой законопослушностью в гражданских вопросах, если эти вопросы не противоречат христианской совести и церковному учению, церковным канонам., При этом— мы не вмешиваемся в политику. «Красная» власть — мы к ней отношения не имеем и держим дистанцию.

И Тихон, и митрополит Петр, и тем более митрополит Кирилл делали это демонстративно. Последний постоянно демонстрировал свою неполитичность, подчеркивал свою дистанцию, давал понять, что политические вопросы его не касаются. И поэтому даже митрополит Кирилл Смирнов в переписке с Сергием никогда ему не ставил на вид декларацию, в которой митрополит Сергий объявил не просто о своей лояльности новой власти, а объявил о подчинении ей, то есть, о политизированности. Ваши радости — наши радости. Ваши успехи и неудачи — наши успехи и неудачи. То есть, он полностью солидаризировался с политической земной силой, находящейстя у власти. Если это выстрел в нашу советскую родину, значит и в нас. То есть, он полностью уравнял себя с советской властью. Это, конечно, для многих оказалось шоком. Как будто мы снова занимаемся какими-то политическими играми. Ведь этим занимались обновленцы. Позиция Патриарха Тихона, наоборот, говорила о невмешательстве в политические дела. Причиной отделения от Сергия была даже не эта декларация. Хотя многие, особенно на низовом уровне, отреагировали именно на нее.

Митрополит Кирилл Смирнов постоянно подчеркивал, что проблемой для него стала узурпация власти. И он Сергия постоянно называл узурпатором, захватчиком церковной власти. То есть, она Сергию не принадлежит. Сергий создает какой-то совершенно новый канонический порядок, новый прецедент. Создает новую организацию. А он же не был преемником патриарха Тихона, его Синод не преемствовал. Он просто взял и создал новый Синод под руководством ОГПУ. Но ОГПУ митрополит Кирилл, конечно, тоже не упоминал из дипломатических соображений. А реагировал только на деяния самого Сергия.

В течение 27-го года, создав Синод, Сергий смещает с кафедр около сорока архиереев. То есть, он начинает не просто хранить, как ему полагалось, существующий порядок, а он начинает руководить, и он объявляет о том, что создает некий новый церковный курс. Все должны получить регистрацию у советской власти на местах. Создается система уполномоченных. И дальше что происходит? Те, кто отказываются подчиняться новому курсу, сразу становятся государственными преступниками, потому что они препятствуют проведению государственной церковной политики.

И вот, начиная с 27-го года, поэтапно увеличивается число арестованных. Если в 26-м году по церковным делам было арестовано 124 человека, то в 27-м уже 180, а в 28-м — триста с чем-то, а в 30-м — уже несколько тысяч. То есть, вот такой начинается резкий прогресс. Причем аресты ведутся конкретно в связи с отношением к митрополиту Сергию, к его декларации. Советская власть еще и требовала, чтобы декларация подписывалась на местах. Подписываешь декларацию — значит, лоялен. То есть, начинается некий переворот и захват власти, создание совершенно новой структуры.

(Продолжение следует)

Пожалуйста, поддержите "Портал-Credo.Ru"!


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-19 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования