Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
БиблиотекаАрхив публикаций ]
Распечатать

Алексей Зайцев. Беседа об истории Церкви в XX веке. Накануне революции [история]


"Портал-Credo.Ru" публикует фрагмент популярной лекции Алексея Зайцева. Лекция была прочитана в 2011 году для прихожан и гостей прихода в честь иконы Божией Матери "Всех скорбящих радость"В в пос. Мятлево Калужской обл. (в то время приход еще находился в составе РПЦ МП)

Добрый день всем! Давайте немножко истории.

Христианство — это, с одной стороны, откровение внеисторического, внетварного Бога, но с другой стороны, — это такое откровение, которое совершается в истории через воплощение. Бог не просто сбрасывает нам с небес какие-то знания, а сам воплощается, становится субъектом истории. И потом, после своего Воскресения, Вознесения, он оставляет Церковь, которая, по учению апостола Павла, по учению святых отцов, есть Тело Христово. То есть, тоже некоторый исторический субъект. При этом отечество каждого члена Церкви — на небесах, но, увы, до поры до времени мы вынуждены жить и на этой грешной земле.

И поэтому, для понимания того, что есть Церковь и где Церковь, нужно знать не только вероучение Церкви, но и ее историю: то, как это вероучение преломляется в тех или иных исторических событиях. Поскольку мы сами участники этих послереволюционных событий, для нас, может быть, это все привычно. А если посмотреть «с высоты птичьего полета» на происходящее с Церковью в ХХ веке, то можно сказать, что с Церковью в ХХ веке стали происходить вещи ранее совершенно немыслимые, по крайней мере в каком-то отношении, необычные и очень непростые.

Накануне революции православная Церковь и, в первую очередь, Церковь в России, В привыкла к некоему, В если брать земное измерение, статичному, стабильному, размеренному житию. Хотя, если мы посмотрим жизнь святых, их не только внутренний мир, но и их внешнюю жизнь, то там, конечно, все не статично и не стабильно, сплошная динамика.

Вот Игнатий Брянчанинов — это постоянно какое-то движение, какие-то поступки, резкие, радикальные разрывы связей. Потому, что христианство — это вообще такая вещь, которая предполагает, словами из сказки, можно сказать, «пойди туда, не знаю куда». Помните тот сюжет, который апостол Павел приводит, когда говорит о вере и верующих. И вот он Авраама использует в качестве такого архетипа верующего. Он говорит: «Авраам— — отец верующих». Даже на уровне детских Библий можно вспомнить историю Авраама.

Кто такой Авраам? Чем он знаменателен для нас? И почему он отец верующих? Если просто описать его жизнь, то это, сначала, первый этап — некое, в мирском отношении благополучное житие. Авраам из Месопотамии. Месопотамия в то время — это В древний центр цивилизации. Авраам, в общем, человек очень не бедный, состоятельный. Он отец рода, он патриарх. Можно, говоря нашим языком, сказать, что глава какого-то элитарного, олигархического клана. А потом, вдруг, он переживает некое откровение. И что дальше? Ему предлагается: оставь все и иди «туда, не знаю куда», в какую-то землю обетованную, и какие-то обещания надежд. То есть, у него уже все есть. И, вдруг, нужно все бросить и куда-то уйти.

Вот когда Церковь в истории пускает корни и начинает слишком приземляться и оземленяться, Господь всегда создает такие условия, чтобы человек получил возможность поступить так, как Авраам. Человек, община и Церковь вообще.

Есть такие знаменитые слова Иоанна Златоуста, что «лютейшее гонение для церкви — это благополучие». Поэтому, Бог хочет нас спасать, и Церковь он своей кровью искупил, но чтобы стать Христовыми через внутреннее произволение, мы должны начать жизнь по Христу. А жизнь по Христу — это, по человеческим меркам, не всегда сахар. А по другим каким-то меркам — наоборот, того, кто вкусил этой жизни по Христу, уже ничто другое не интересует.

Церковь в Синодальный период оказалась в неких В тепличных условиях, она была под колпаком государства. Причем, с одной стороны это было плохо, а с другой — даже хорошо. Бог в своем помысле все рассчитывает точно. Плохо было то, что все живое по-возможности отсекалось и сдерживалось, ведь живое ни в какие рамки, ни в какое прокрустово ложе не вместишь. Если взять жизнь святых, то они всегда были, говоря современным политическим языком, были оппозиционерами, некими изгоями-маргиналами. Это для святых вообще нормально. А с другой стороны — это хорошо, потому что в то же самое время в Церкви уже начали зреть всякие внутренние процессы, которые Игнатий Брянчанинов, например, прямо называет страшным словом из «Послания Апостола» — «отступление».

И вот, эти процессы уже зреют, но они, благодаря внешнему колпаку удержания, не могли прорваться наружу, и стать систематичными, тотальными. То есть, с одной стороны — истинное проявление православия как-то сдерживалось, потому что сдерживалось все. А с другой стороны — и разные проявления отступления тоже сдерживались. И, с одной стороны, например, мы видим, что Игнатий Брянчанинов не мог беспрепятственно публиковать свои произведения, потому что они казались какими-то слишком радикальными, слишком возмущающими мир, спокойствие и благополучие. То есть, задача государства по отношению к Церкви была такая: сделать ее инструментом мирского благополучия, чтобы была крепкая семья, законопослушность и т.д. Ну, это бывало во все времена.

А Христос, в общем-то, таких целей перед своей Церковью не ставит, у него цели другие — спасение и жизнь вечная. А спасение и жизнь вечная не всегда соотносятся напрямую с земными социальными институтами. Косвенно они могут иногда влиять положительно, а иногда — отрицательно. Иногда святость способствует государственности, укреплению семьи, а иногда, мы видим, что святые вдруг бросают семью и куда-то бегут.

С одной стороны, мы видим, что Игнатий Брянчанинов, например, не мог беспрепятственно публиковаться. Прямо ему не могли запретить, а тем не менее, всякие ковы строили, и он об этом говорил достаточно подробно. А с другой стороны, в общем-то, и всякие апостасийные процессы внутри Церкви, и всякое откровенное безбожие тоже сдерживались. Тем не менее, вновь напомню слова Игнатия Брянчанинова, что дореволюционная Церковь, а именно организация, напоминала некое древнее древо, старый трехсотлетний дуб, который снаружи производит впечатление чего-то мощного и незыблемого, что-то такое стабильное и вечное, а внутри, говорит Игнатий Брянчанинов, это древо уже все истлело и выедено. И первая же буря сломит его.

Епископ Феофан ЗатворникВ еще более точно, даже называя какие-то временные параметры, говорит, что если В ничего чудесного с нами не произойдет, какого-то радикального, по образу ниневитян, покаянияВ всенародного, то поколение-два, и что останется от нашего православия? Поколение-два — это полтора поколения. Вот, как раз эти слова Феофан Затворник в конце 80-х — в начале 90-х годов писал.В Вот где-то полтора поколения — и революция. И действительно, там дальше уже, если оценивать социальными категориями, то, в общем-то, от православия ничего не осталось.

В тех процессах, которые проходили в Синодальный период, были какие-то внутренние механизмы и причины, которые и привели к революции. Мы можем по-разному оценивать их с экономической и с политической точки зрения. А вот если оценивать с духовной точки зрения, то мы должны посмотреть, что на эту тему говорили святые. Они говорили, что проблема связана с Церковью, а так как Церковь была в некотором смыслеВ стержнем России, значит, прежде всего, она была связанаВ с самими христианами. И многие святые вспоминали слова Христа, что «вы — соль мира, а если соль потеряет силу, то ничего не сделаешь соленым». И соль, по словам тех же самых святых отцов, и Серафима Саровского, и Игнатия Брянчанинова, и оптинских старцев, и многих других, и Иоанна Кронштадтского, одного из последних предреволюционных пророков-святых, она, в целом, потеряла силу. И дальше что говорит Христос: «Потерявшая силу соль, она ни к чему не годна. И так бросается на попрание людям».

Уже позднее, после революции, преемник дореволюционных святых, святой мученик Михаил Новоселов так описывал этот революционный процесс. Он говорил, когда адресаты его писем задавались такими недоуменными вопросами, к примеру, за что это происходит, за что Бог это допускает, что храмы отнимаются, священники убиваются, какие-то случаи кощунств, изъятия мощей, разорения, осквернения святынь, что, во-первых, на все воля Божья, поэтому слишком переживать из-за всего этого не стоит, а нужно перетерпеть. Во-вторых, он говорил, ну чего мы хотим. По свидетельству святых мы просто сейчас теряем то внешне, от чего внутренне отказались уже давным-давно. То есть, мы утратили истинную веру в Бога и живую связь с ним, поэтому, зачем нам какие-то внешние атрибуты божественного присутствия. Бог их отнимает. Поэтому, он говорит: «Сейчас происходит некий суд: Бог пытается среди нас, именующих себя православными, найти, выявить и спасти тех, кого еще можно спасти».

Во внешнем плане что произошло, с точки зрения организации церковной? Организация рухнула и разбилась на какие-то куски. Была неразбериха. Мы часто представляем, что Церковь как организация — это некий единый монолит, который со времени апостолов парадным строем шествовал до нашего времени. На самом деле, Церковь как организация постоянно видоизменялась. Были периоды, когда Церковь ужималась до какого-то небольшого числа верных. Потом опять разрасталась внешне до пределов Византийской империи или Российской. А вот в революцию российская церковная организация рухнула, разбилась. Игнатий Брянчанинов, и потом уже святые 20–30-х годов вспоминали образ из «Деяния апостола Павла»: «Когда Павла везли в Рим, начался шторм и корабль был разбит. И все спутники апостола Павла по его обетованию спаслись, уцепившись за какие-то щепки на обломках». И многие святые говорили, что корабль церкви разбит, но на обломках возможно спасение. Тут речь, конечно, не идет о внутренней природе церкви, что церковь есть Тело Христово, а Тело Христово — это то, что не разделяется и не дробится. А здесь речь об историческом корабле церкви. Он был разбит.

(продолжение следует)

Пожалуйста, поддержите "Портал-Credo.Ru"!


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-19 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования