Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
БиблиотекаАрхив публикаций ]
Распечатать

С.В. Васильева. Эпистолярное наследие забайкальского старообрядческого духовенства в Китае. [древлеправославие]


Огромные территории Сибири и Дальнего Востока, на которых проживало большое число старообрядцев, требовали архипастырского окормления. Древлеправославные общины окраин России обратились с ходатайством к Освященному собору Церкви об открытии и учреждении епископской кафедры. Просьба была удовлетворена. В 1911 г. Освященный собор Белокриницкой церкви принял решение о создании новой епархии, получившей название Иркутской и Амурской и всего Дальнего Востока.

В ее состав вошли старообрядческие приходы Иркутской, Забайкальской, Якутской, Амурской областей и всего Дальнего Востока, а так же те пределы Манжурии, которые входили в административный округ епархии - Харбин, Хайлар, Верхние-Кули).

14 декабря 1911 г. епископом Иркутским и Амурским был рукоположен о. Иосиф (в миру И.И. Антипин), единогласно избранный Освященным собором. Первоначально предполагалось, что владыка изберет для своей резиденции г. Иркутск. Но дальневосточные общины настояли на том, чтобы он жил в Амурской области. В результате местом жительства епископа было избрано с. Бардагон Амурской области.

Владыка Иосиф зарекомендовал себя ревностным и энергичным епископом. Под его руководством продолжили работу ежегодные съезды старообрядцев, получив статус епархиальных съездов. По всей епархии строились храмы. Преосвященный регулярно посещал все старообрядческие селения. В 1912 г. он посетил Якутскую старообрядческую общину, а в 1913 г. — старообрядческие приходы селений Куйтун и Тарбагатай в Забайкалье.

Учреждение старообрядческой епископской кафедры явилось исключительно важным событием в религиозной и общественной жизни края. Белокриницкая церковь стала второй после Русской православной церкви религиозной организацией в регионе, имевшей священнослужителя высшего ранга. Забайкальские старообрядцы обрели полноту церковной жизни и впервые почувствовали себя равноправными в вероисповедном отношении с православными-новообрядцами.

В Национальном архиве Республики Бурятия (НАРБ) находится уникальный фонд "Переписка и письма Старообрядческого Епископа Иркутско-Амурского и всего Дальнего Востока с настоятелями старообрядческих общин и храмов других городов" (1923 — 1936), 6 ед. хр. В фонде 478 отложились следующие материалы: "Мирная грамота Белокриницкого митрополита всем православным крестьянам" от 1867 г.; копии протоколов заседаний Священного Синода и Собора, съездов епископов — старообрядцев, архиепископского совета и объединенных собраний, представителей прихода Иркутско-Амурской древлеправославной старообрядческой епархии; письма всесоюзного архиепископского совета и епископами церквей (1923 — 1930) (д. 1); протоколы Архиепископского совета и объединенных заседаний комиссии старообрядцев; памятные записи при встрече епископов у московского архиепископа; письма епископов и переписка с ними (д. 2); обращение епископа к православным христианам с. Тарбагатая, Куйтуна и др.; переписка с епископами и священниками других городов о постройке храма в г. Харбине (где вначале находился епископ Дальнего Востока и Сибири) (д. 3); переписка с архиепископским советом г. Москвы и епископами других городов о священно-церковнослужителях, совершении церковных обрядов, проведении общих собраний прихожан и другим вопросам, письма архиепископа Московского и епископов других городов по вопросам использования духовной службы и обрядов (д. 4); прошения прихожан с просьбами о разрешении на крещение, вступление в брак и по другим вопросам.

Различные документы, собранные в фонде старообрядческого епископа Афанасия Амурского и Дальневосточного, относятся к 20-30-м года XX века. Значительно облегчает работу исследователя с этими материалами то обстоятельство, что практически все документы из фонда подписаны и имеют точную дату. Вопросы установления авторства, адресата и даты документов, за редким исключением не вызывают сложностей. Основной массив документации выполнен машинописью. Почерк в рукописных документах современной графики не сложен для расшифровки. Однако в этой связи наблюдается интереснейшая особенность - цитаты из книг Священного Писания и апокрифов.

Документы этого фонда проливают свет на отношения владыки Иосифа с настоятелями старообрядческих общин Забайкалья. Вверенная владыке епархия охватывала огромные территории, приходы находились на большом расстоянии друг от друга.

Владыка Иосиф всегда беспокоился за религиозную жизнь своих прихожан. Своими переживаниями он часто делился в письмах с протоиереем Тарбагатайской старообрядческой общины Амвросием (Федотовым). Так, в своем обращении старообрядцам древлеправославной епархии Белокриницкой митрополии, жительствующих в пределах Прибайкалья, писал: "...помните братья христиане, что мы с Вами были и должны быть истинными потомками тех благочестивых предков, которые за святую истину и благочестивое учение святой древлеправославной христовой церкви помирали от слуг Никона, на плахах, кострах и в земляных подвалах, которые лишаясь произвольно своего достояния, бежали за границы: в Турцию, Румынию, Австрию и Польшу, из последней, в начале второй половины семнадцатого столетия были высланы правительством, и наши с вами предки. И на сколько для них был тернистый, и в то же время длинный путь. Проходя его они всего лишились и имущества, и прав гражданских, но за что, страдали, то за истинную веру, и святую Церковь.. " (1)

Изменения, принесенные революцией, старообрядцы приняли по-разному. Епископ Иосиф не принял советской власти. В 1920 г. с "волной беженства" он прибыл в г. Харбин, где окончательно обосновался. В этом городе в эмиграции оказалось много старообрядцев. Для оказавшихся на чужбине христиан епископ Иосиф стал и епископом, и священником, и общественным деятелем. Владыка возглавил единоверцев, как всегда, энергично взялся за налаживание религиозной жизни. В своих письмах всегда переживал за религиозную жизнь в старообрядческих приходах "... относительно же проведения постановлений от общин на местах... ведь во многих приходах нашей епархии нет ни Совета и не попечительства, а что то такое неопределенное....и мы не в силах что-либо с Вами сделать...покуда не будет у нас проведена централизация церковно-общественной власти, до тех пор мы обречены на прозябание и вина эта ни в ком другом, а именно в нас. Пора давно уже нам исправиться и войти в законное русло" (2). Так благодаря его активной деятельности в Харбине создается Епархиальный совет. В письме Амвросию уже из Харбина писал: "... посылаю тебе "Положение о Епархиальном Совете" и "Указ" о назначении Совета, прочти все это и напиши мне свои замечания на все, скажи всю правду, ведь я тоже человек со всеми присущими человечеству слабостями и недостатками. Ты сам знаешь: человек от человека учим бывает, а Бог разум подает. И так ты отче, скажи свое слово и принеси свой камешек в здание общей нашей матери-Церкви" (3).

В 1922 году с очередной волной беженцев из России в Харбин прибыл О. И. Кудрин. Он создал впервые в истории России институт военного старообрядческого духовенства, наравне с военным духовенством русской православной церкви. Его трудами в 1922 году во Владивостоке появился "Дальневосточный старообрядец" - первое периодическое старообрядческое издание в Сибири и на Дальнем Востоке (4). Владыка утвердил о. И.Кудрина в звании настоятеля харбинского старообрядческого храма и возвел его в сан протоиерея. Благодаря активной деятельности своего нового руководителя старообрядческая община легализовала свою деятельность: был выработан Приходской устав. Утвержденный гражданскими властями; в 1924 году от КВЖД был получен участок земли, и началось строительство кирпичного храма (5).

Теперь преосвященный Иосиф получил возможность заняться архиерейскими делами и с большей активностью взяться за устроение церковной жизни христиан в Китае. Однако он не раз сожалел и о том, что не может посетить свою епархию в России. "...Не могу поехать по епархии, т.к. я все таки живу за границей, на это нужно употреблять большие хлопоты ... правительственная власть разрешит или нет., да и в добавок потребуется на это большие расходы у меня таковых не имеется, ... а если Богу будет угодно и наша жизнь немного поправится тогда я по прямой своей обязанности с Божью помощью все, что потребуется все исправлю и в порядок приведу, а сейчас ты [о. Амвросий - С.В.] насколько можешь старайся учи христиан благовременно и безвременно и обращай заблудших овец к стаду христову, и не отчаивайся" (6), - так писал он своим единоверцам в Забайкалье.

Несмотря на все сложности, епископ Иосиф продолжал вести церковную работу в Харбине. Благодаря его деятельности в Харбине сложилась старообрядческая община, был построен первый старообрядческий храм Св. Ап. Петра и Павла "...постройка эта уже была произведена вчерне, когда средства у прихода закончились и источника для их появления не стало. Тогда преосвященный Иосиф все свои сбережения отдал на окончание постройки храма. С весны 1925 года он целые дни проводил на строительстве и даже ночевал там, в сторожке, вплоть до окончания строительства и обустройства нового храма.... Огромная духовная радость охватила владыку, когда он освящал храм" (7).

В очередном письме старообрядцам Тарбагатая он пишет: "...сообщаю радостную для меня новость мы 22 июня 1925 года освятили вновь построенный храм и переехали со всем в новую квартиру в Новый город на Ляолянскую улицу № 360. Храм у нас в настоящее время просторный, светлый, с иконостасом в древнем стиле и вообще с довольно приличной обстановкой, только большой у нас недостаток в богослужебных книгах, но думаю, вы мне все поможете выйти из этого положения. Правда постройка нам пришлась очень и очень горькой. С постройкой мы понесли очень много долгов, запасы какие были у нас истощились, придется наверное обращаться и к вам мои детушки, не оставьте старца немощного, сколько силы вам позволят..." (8).

После освящения храма немного пожил преосвященный Иосиф. Владыка умер 4 января 1927 года и был похоронен возле алтарной стены созданного им храма в городе Харбине.

После его смерти вверенная ему епархия осталась без окормления. Вдовствующей она была недолго. В старообрядческих общинах и приходах Забайкалья, Читинской, Амурской областей и Приморского края начались поиски кандидата на сей обширный край. Со всех уголков Восточной Сибири и Дальнего Востока в Москву пошли письма за многими подписями с прошениями о своем даровитом, активном земляке. Миряне начали хлопотать перед церковным чиноначалием о возведении отца Амвросия Федотова в сан архиерея. И только 19 мая 1929 года в г. Томске в Храме Успения пресвятой Богородицы епископами: Амфило-хием, временно тогда управляющим епархией Иркутско-Амурской и всего Дальнего Востока, и Тихоном Томско-Алтайским был рукоположен в епископы протоиерей Тарбагатайской старообрядческой общины Амвросий Феофанович Федотов, наречный Афанасием (9). Владыка Афанасий - епископ Иркутский и Дальнего Востока белокриницкой иерархии - родился 30 ноября 1877 года в семье Феофана Федотова. О сложных перипетиях своей судьбы он повествует в письме к епископу Иосифу в Харбин: "Аз недостойный звания християнского, жительство имел в селе Тарбагатай, где был рожден и воспитан по вере своих во плоти родителей... имя моего родителя Феофан, сын небезызвестного здесь Ивана Григорьевича Федотова, который по своему личному упрямству или любоначалию отдалился от единства древлеправославной церкви Христовой и завязал узел беспоповства, который и до настоящего времени существует в селе Тарбагатай... таинство крещения принял я от блаженной памяти епископа Мефодия, который еще был в то время священником Михаилом. Это было в начале 1881 года. До него здесь не было священства Белокриницкой митрополии. По отделении моего деда от единства древлеправославной церкви и я унаследовал религию бегло-поповства и... был призван ревнителем оной..., среди своих собратий пользовался популярностью, был "заправилой Прибайкалья"... В 1910 году на съезде в с. Куйтун был избран депутатом для приискания священника, но дело не увенчалось успехом... По приезде из России чувствовалось во мне что-то странное... и вот наконец всемогущая десница Божия коснулась моей мятущейся души и прозрел я душевно..." (10).

Итак, в жизни Амвросия Федотова наступил новый этап. Новопоставленный архиерей был принят с любовью и почтением всеми старообрядческими общинами епархии, находившимися на территории советской России, так и оказавшимися в эмиграции на территории Китая.

Первыми его приветствовали Харбинцы. В своем послании они ликовали: "Ваше преосвященство Святой Владыка. Совет Харбинского старообрядческого прихода Свято-Петропавловского Храма получил сведение, что Вашему преосвященству поручено вступить в управление Иркутска-Амурской и Д-Восточной епархии, что нас членов Харбинского Прихода несказанно обрадовало, т.к. после смерти Преосвященного Иосифа, мы себя чувствовали до сего времени круглыми сиротами. Много у нас было "пестунов", но не было о т ц а, которого мы надеялись видеть и с нетерпением ждали. Разрешите Вас приветствовать со вступлением в обязанности нашего архипастыря и наедятся на скорейшее лицезреть Вас в пределах наших. Мы верим и надеемся, что Вы порученное Вам Освященным Собором примите с покорностью служителя Церкви и неза-медлите нас обрадовать своим посланием... здесь Владыка Святой "жатва многа, а делателей мала".... Время дорого, медлить будет для нас великим горем, т.к. нива наша запустела, а во многих местах даже заросла сорными травами и чертополохом, нужны вы как опытный возделыватель и страж дому Божия" (11).

Теперь Тарбагатай превратился в новый духовный центр огромной епархии. Духовная жизнь стала налаживаться. Афанасий созывает в своем доме воскресную школу. К нему начинают съезжаться христиане их отдаленных сел Забайкалья -Хасурты, Бичуры. Владыка Афанасий включился в переписку с епископами и священниками. Его по-прежнему занимала богословская полемика. В своих письмах он задавал опытному священству множество вопросов и просил четкого богословского ответа на них.

Оживленную переписку вел Афанасий с преосвященным Тихоном (Сухановым), епископом Томским и Алтайским. Дружеские отношения сложились у него с виднейшим полемистом и начетчиком начала XX века иереем Алексеем (в иночестве - Аввакумом) Старковым, а так же с настоятелем Града - Иркутской Покровской старообрядческой общины Антонием Пучковым. Так невольно он становится в центре духовной жизни епархии. Занимается переводом епархиального управления в Тарбагатай.

В 1920-е годы Советская власть начала активную политику наступления на религию и церковь. Не раз Владыке Афанасию приходили письма и с тревогой: "...Владыка я весьма опечален ... жизни мало стало уже не то что душевной но телесной, идет везде раскулачивание, ссылки, задают непосильные задания по работам и многое другое...", "...церковная жизнь, не радостная, как уже известно, есть слухи чтобы у нас в Дано отобрать обе церкви, нашу и никонианскую под кулътросветучилище, но народ сильно за них радеет и стоит, так что пока этого сделать не удалось. По праздникам моления, молящихся в храме бывает много, все идет по милости Божию ничего, но нет духовного окормления, а наши бедненькие души сильно оскудели от духовного Глада..." (12)

Новопоставленный владыка Афанасий не раз возбуждал ходатайство к органам власти с прошением дать ему разрешение на поездку по вверенной ему территории Восточной Сибири и Дальнего Востока. Мотивируя тем, что ему необходимо ознакомиться с жизнью священников и мирян, посмотреть на состояние храмов и молитвенных домов, в большинстве своем пострадавших во время затяжной гражданской войны. Разрешение на поездку по епархии владыке выдано не было, и он фактически оказался в положении домашнего ареста. Единственным способом окормления епархии осталась молитва к чадам духовным и переписка.

Общение с Харбином не прекратилось. Владыка Афанасий до своего ареста в 1937 году продолжал переписку с Харбинским приходом. И ему теперь приходили письма из Харбина от легендарного человека того времени - старшего старообрядческого священника армии адмирала Деникина иерея Иоанна Кудрина, настоятеля Петропавловского храма, который не только возглавил издательство Церковно-приходского совета старообрядческого прихода, но и стал автором многих полемических изданий в разные периоды (13). В одном из своих писем он ему напишет: "...просматривая Ваше письмо, я вывел заключение, что мы здесь напрасно работаем, напрасно пишем "Уставы", напрасно организуем Епархиальный Совет, пишем постановления и протоколы, напрасно пользуемся пером и бумагой т.к. это все человеческая выдумка, ведь наши старообрядцы этого всего до сего времени не знали...у старообрядцев с давних просуществовал в Москве Духовный совет, у них был и Совет всероссийских съездов, и этот "Совет" издал массу брошюр и книг, председатель этого "Совета" П.П. Рябушинский издавал на свои гроши журнал "Церковь"...и все-таки все они до последнего момента не знали, что они делают не на пользу сегодняшней церкви.15.09.1925 г." (14), "... а относительно запроса Вашего о количестве душ в Харбинским приходе сообщаем: на 14 апреля.1932 по списку значится свыше 18 лет мужчин - 73, а женщин - 74, да детей около этого количества" (15).

Таким образом, несмотря на то, что старообрядцы Иркутско-Амурской и всего Дальнего Востока епархии оказались разделены государственной границей, пасторское окормление старообрядческих общин в Китае, хотя бы через письма, но осуществлялось.

Недолго пришлось христианам свободно и открыто служить старообрядческой церкви в Китае. Гонения за веру, которых они избежали, покинув Россию, настигли их на чужбине. Старообрядческая община в Харбине просуществовала до конца 1950-х годов. Харбинские старообрядцы стали разъезжаться, прихожан становилось все меньше, и построенный храм должен был перейти в руки китайских властей. Чтобы избежать поругания над могилой Иосифа, оставшиеся прихожане и два священника добились разрешения городских властей перезахоронить прах владыки. Перезахоронение произошло 14 января 1957 года на общее Успенское кладбище в районе Нового города.

Старообрядцы Восточной Сибири и Дальнего Востока, а также живущие ныне в Китае, Австралии и Аляски, бережно хранят светлую память о деятельности старообрядческой общины в Харбине.

-----------

1 НАРБ. Ф.478.Оп.1.Д.2.Л.6.
2 НАРБ. Ф.478.Оп.1.Д.З.Л.32.
3 НАРБ. Ф.478.Оп.1.Д.З.Л.5.
4 Годы, Люди, Судьбы. История российской эмиграции в Китае // Материалы междунар. науч. конф., по-свящ. 100-летию г.Харбина и КВЖД, Москва, 19-21 мая 1998 г. - М., 1998. - С.67.
5 НАРБ. Ф.478.Оп.1. Д.5. Л. 77.
6 НАРБ. Ф.478.Оп.1. Д.З. Л.6.
7 НАРБ. Ф.478.Оп.1. Д. 3. Л..5.
8 НАРБ. Ф.478.Оп.1.Д. З.Л.4.
9 НАРБ. Ф.478.Оп.1 Д. 3. Л.103.
10 Бураева С.В. Рукописное наследие старообрядчества Забайкалья. - Улан-Удэ, 2006.- С.32.
11 НАРБ. Ф.478.Оп.1.Д.З.Л.37.
12 НАРБ. Ф.478.Оп.1.Д.З.Л.342.
13 Кудрин И.Г., протоирей. Древняя Русь и старообрядчество. Заметки на брошюру миссионера о. А. Понамарева "Старообрядчество". - Харбин, 1929. - 44 с. Он же. О единоверии. Беседы новообрядческого священника со старообрядцами. - Харбин, 1930. - 38 с. Он же. Как святые отцы ушли от православной церкви. - Харбин, 1935. - 31с. Он же. Голос старообрядца в защиту своих упований: (По поводу брошюры протоирея Аристарха Панамарева "Об единоверии"). - Харбин: Изд-во Церковноприходского Совета Старообрядческого прихода, 1939. - 173 с.
14 НАРБ. Ф.478.Оп.1.Д З.Л.11.
15 НАРБ. Ф.478.Оп.1.Д.ЗЛ.7.

Васильева С. В. (Улан-Удэ), доцент кафедры истории отечества Бурятского Государственного Университета; [email protected]

Источник: Сборник материалов конференции "Липоване: история и культура русских старообрядцев", выпуск VII, Одесса - Изамаил, 2010


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-20 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования