Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
БиблиотекаАрхив публикаций ]
Распечатать

С.А. Мозговой. К вопросу о введении института военного духовенства в Российской Армии. [религия и культура]


Ключевым вопросом военно-религиозных отношений является вопрос о военных священниках, точнее о введении института военного духовенства [1]. И хотя некоторые православные функционеры и православные неофиты из числа офицеров указывают на то, что речь идёт не столько о введении, сколько о воссоздании этого института, так как он существовал в царской России и некоторое время полковые священники продолжали службу даже в отдельных частях Красной Армии.

Штатное военное духовенство на Руси было напрямую связано с петровской вестернизацией, т.е. "западнической политикой" Петра I и его последователей, которые  заимствовали опыт западно-европейских, как правило, протестантских держав. Российские правители XVIII – XIX вв. старались "поставить православную Русь в один ряд с государствами западного мира, приблизить ее гражданское и военное устройство к европейским стандартам и при этом сохранить ее политическую независимость и культурную автономию" [2]. В XVIII в России церковь также была окончательно починена государству, превратившись в институт, наделявшийся функциями схожими с национальными церквами Европы. В этом смысле церкви де-юре становились не столько церквами спасения, сколько идеологическими придатками кесаря. Хотя исторически этот процесс начался задолго до этого. Да и в целом характер отношений государства и церкви в России больше был схож с византизмом. Ныне, в условиях жесткого авторитаризма и тенденции политического тоталитаризма церковь вновь начинает играть свою историческую роль легитимизатора и сакрализатора власти, что востребовано последней в условиях серьёзного кризиса и не оптимистичными предчувствиями будущего.

Недавние инициативы президента Дмитрия Медведева, связанные с введением этого нового – старого института в нынешней Российской Армии вполне закономерный, хотя и незаконный процесс. Закономерный, потому что это результат того курса, на который Россия встала в начале 90-х годов [3]. Незаконный, потому что этим решением Д.Медведев нарушил конституционные принципы светского характера государства, а также ряд федеральных законов. Что до Конституции и светского характера то это не более чем фиговый листок, красивая декларация властной элиты, чтобы быть включенным в клуб западных демократий по формальным признакам. Не более того. Чтобы в этом убедиться, достаточно окинуть взором все действия власти по обнулению конституционных принципов свободы совести и светского характера государства. Причем вся эта работа, начиная с принятия Федерального закона "О свободе совести и о религиозных объединениях" (1997) и ползучей клерикализации армии и школы проводилась в тандеме церкви и власти.

Курс на воссоздание института военного духовенства РПЦ был взят еще в начале 90-х годов ХХ века. О том, что церковь в лице ее Священноначалия говорила о необходимости (в будущем) создания (воссоздания) постоянного института военного духовенства, уже упоминалось в начале этой статьи. Ещё в марте 1993 года Патриарх Московский и всея Руси Алексий II отмечал, что им (РПЦ МП) "хотелось бы видеть институт военного и морского духовенства восстановленным в ближайшее время и в полном объёме, соотносимом с дореволюционным временем…." [4].

В числе первых православных общественных деятелей кто в начале 90-х г. официально поставил вопрос о необходимости срочного введения военных священников был один из руководителей Христианско-демократического союза России Александр Огородников, который через СМИ обратился к президенту России и министру обороны РФ с предложениями о "христианизации Вооруженных Сил", включая создание института военного духовенства. Подобные предложения также исходили и от ряда других общественных организаций и церковных структур. Оценивая содержание этих предложений, заместитель министра обороны генерал-полковник Валерий Миронов 25 августа 1992 года в служебной записке на имя министра обороны РФ Павла Грачёва указывал, что "попытки немедленного формирования института военных священников не основываются на знании реальной жизни войск и носят конъюнктурный, популистский характер". Однако в то время не только военное руководство было против подобных нововведений, но и священноначалие РПЦ.

В то время патриарх понимал, что это пока невозможно: "Я, однако, прекрасно отдаю себе отчёт в том, что мы не сможем в одночасье к этому придти. Духовенства не хватает даже на приходах..." [5]. При этом патриарх отметил, что "сложность создания института военного духовенства не может препятствовать уже складывающимся формам общения с военнослужащими приходских священников" [6]. Тем не менее, вопрос о введении института военного духовенства в той или иной форме постоянно ставился. Например, такие предложения прозвучали в ряде выступлений духовенства РПЦ МП на Первой Всероссийской конференции "Православие и Российская Армия", которая состоялась в Москве 25-27 октября 1994 г.

Но, несмотря на отсутствие положительного решения по вопросу введения военного духовенства, церковь начала внедряться в воинские коллективы "тихой сапой", в отдельных частях стали появляться священники "на постоянной основе". Делалось это двумя способами: священников принимали на воинскую службу по контракту, а также рукополагали в священнический сан военнослужащих, в основном офицеров. Впервые священник на военную службу по контракту был принят 201-й Гатчинской дважды Краснознаменной мотострелковой дивизии, дислоцированной в Таджикистане. Это протоиерей Алексий Буланушкин, который был поставлен на должность механика-водителя (позднее – командира) танка, хотя занимался своей священнической работой. Но кроме такого рода нарушения оргштатной дисциплины (находясь на должности военного специалиста и получая денежное довольствие как танкист, священник занимался религиозной деятельностью), известны также случаи, когда действующих офицеров рукополагали в сан священника.

Сегодня многие ученые – религиоведы вынуждены констатировать, что в Русской православной церкви Московского патриархата небрежно относятся к священному преданию, ведь христианская церковь в апостольских правилах и правилах Вселенских Соборов запрещает священникам быть воинами. 83 правило святых апостолов гласит: "Епископ или пресвитер, или диакон, в воинском деле упражняющийся, и хотящий удержать обое, то есть, римлянов начальство и священническую должность: да будет извержен из священнова чина, что кесарева кесареви, и Божия Богови" [7].
А в седьмом правиле IV Вселенского Халкидонского Собора читаем: "Вчиненным единожды в клир и монахам, определили мы не вступати на воинскую службу, ни в Мирский чин. Иначе дерзнувших на сие, и не возвращающихся с раскаянием к тому, что прежде избрали для Бога, предавать анафеме" [8].

Одновременно с единичными случаями назначения священников в армию, продолжались попытки решить вопрос с учреждением института военного духовенства. Представителями различных религиозных и общественных организаций направлялись письма руководству страны и министерству обороны с требованиями о введении капелланов в армии. Однако священноначалие РПЦ МП и руководство Вооружённых сил в тот период не придавало этому большого значения. Хотя периодически этот вопрос поднимался на довольно высоком уровне. Так, в ходе предвыборной президентской кампании 1996 года, а также в местные органы власти, по ходатайству губернатора Евгения Савченко и епископа Белгородского и Старооскольского Иоанна, президентом России Б.Н. Ельциным было подписано распоряжение от 15 апреля 1996 г. № 758 "О разработке статуса полковых священников", а также дано поручение правительству о проработке вопроса о строительстве в Белгороде военно-духовного учебного заведения. В результате проработки этого вопроса начальник Генерального штаба ВС РФ генерал армии Михаил Колесников сделал соответствующие доклады, в которых была обоснована невозможность осуществления этих инициатив ввиду их несоответствия Конституции России, светского характера государства и отсутствия достаточного количества верующих среди военнослужащих.

Через три года за подписью заместителя председателя Отдела Московского патриархата по взаимодействию с Вооруженными силами и правоохранительными учреждениями протоиерея Алексия Зотова на имя руководителя Администрации президента РФ А.С. Волошина была отправлена "докладная записка". В ней в очередной раз предлагалось "воссоздать ведомство военного духовенства и ввести штатную должность Советника по вопросам вероисповедания и соблюдения духовных традиций в структурах военной организации государства". Стремление о. А. Зотова возродить архаичное ведомство, как считают некоторые специалисты, было продиктовано материальными мотивами и карьерными соображениями.

В двухтысячные годы, особенно с назначением председателем Синодального Отдела протоиерея Димитрия Смирнова в прессе появилась серия материалов о необходимости скорейшего введения военного духовенства. В июне 2003 г. на сборах священнослужителей, окормляющих православных воинов, в Рязанском институте Воздушно-десантных войск протоиерей Димитрий Смирнов говорил о необходимости учреждения службы военного духовенства. А 16 мая 2005 года в интервью "Интерфаксу" он заявил, что в российской армии должно быть православное военное духовенство уже в ближайшие десять лет. Причем руководитель Синодального Отдела предложил для организационно-штатного решения вопросов, связанных с "военным духовенством", сократить число психологов и на их должности назначить священников. Отметим, что вскоре так и произошло. Незадолго до объявления президентом Медведевым своего решения о введении в войсках (силах) института военного духовенства, в Вооруженных Силах РФ были ликвидирована служба военных психологов. А после июльских решений в продолжение все той же "военной реформы" в видах Вооруженных Сил были ликвидированы Управления воспитательной работы.
Инициативы РПЦ по введению института военного духовенства поддерживалась в последние годы также отдельными генералами. На заседании секции "Армия и Церковь: соработничество во имя жизни", проходившей в рамках XIII Рождественских чтений (январь 2005 г.), заместитель начальника ВАГШ генерал-полковник В.М. Барынькин в своём докладе подчеркнул, что "пришло время всерьёз поставить вопрос о введении в ВС института военных капелланов". В ноябре того же года начальник Главного управления воспитательной работы Вооружённых сил РФ генерал-полковник Николай Резник, выступая перед молодёжью и студентами МГТУ им. Баумана упомянул о "готовности Минобороны России ввести институт военных капелланов" и проведении, для начала, соответствующего "эксперимента". Однако каких-либо конкретных решений по реализации заявленных нововведений Министерство обороны не принимало. Напротив, министр обороны Сергей Иванов неоднократно подчёркивал, что в армии не планируется введение никаких новых "параллельных" структур. Не проводился в Вооружённых силах РФ и подобный "эксперимент", о котором говорил генерал Резник, так как любой эксперимент требует программы, правового обеспечения, научно-методической проработки и сопровождения. Не было и соответствующего приказа министра обороны о его проведении.

Тем не менее, уже на протяжении последних нескольких лет при поддержке руководства Министерства обороны, на базе военно-учебных заведений стали проводиться многодневные учебно-методические сборы так называемого "военного духовенства". В них участвовали епархиальные священники РПЦ МП и сотрудники  "военных отделов" Моспатриархии. К примеру, эти сборы прошли на базе Рязанского института Воздушно-десантных войск (июнь 2003 г.), в Военной Академии Генерального Штаба ВС РФ (ВАГШ) и в военном гарнизоне Ракетных войск стратегического назначения во Власихе (Московская обл.) (январь 2005 г.), в Улан-Уде (июнь 2005 г.), на базе Калининградского военно-морского института (2006 г.) и т.д.

Во избежание недоразумений от возможной критики со стороны других конфессий, также имеющих свои интересы в армии, "военный отдел" РПЦ МП приглашал на эти сборы представителей тех религиозных организаций, которые разделяли стратегию и тактику РПЦ в армии и стремились занять там определенное место. Это, прежде всего, руководимый Талгатом Таджутдином ЦДУМ, а также ФЕОР и Традиционная Буддийская Сангха. Но если первые две организации проявляли некоторую активность, то буддисты были не более чем статистами. Тем не менее, все они были нужны лишь как отвлекающий маневр для придания видимости участия в сборах наряду с РПЦ и других конфессий.

Одновременно проводилась активная пропагандистская кампания по обоснованию необходимости института военного духовенства в России. Основные аргументы радетелей этого института сводились к следующему: 1) "Россия – православная страна"; 2) "большинство военнослужащих (80 %) являются православными"; 3) "Армейско-церковное сотрудничество и религиозное воспитание военнослужащих способствуют возрождению Вооружённых сил, укреплению воинской дисциплины"; 4) "военные психологи не справляются со своими обязанностями"; 5) "институт военных капелланов есть в зарубежных армиях ряда стран мира".

В феврале 2006 года патриарх Алексий II наконец-то дал официальное согласие на подготовку военных священников "для духовного окормления российской армии". А Главная военная прокуратура (ГВП) подготовила и направила 10 февраля 2006 года в министерство обороны, Генеральный штаб, соответствующие комитеты Совета Федерации и Госдумы законопроект, связанный с введением в армии института полкового духовенства. В проекте, разработанном ГВП, указывалось, что церковь поможет армии "в укреплении войсковой дисциплины – противостоянии неуставным отношениям и борьбе с национальной и религиозной рознью". Председатель Синодального отдела по взаимодействию с Вооруженными Силами и РПЦ протоиерей Димитрий Смирнов в связи с этим заявил, что священники в армии смогут "не только повысить уровень патриотизма в войсках, но и снизить показатели суицида".
Резкой критике этот законопроект подвергли представители науки, гражданского общества, правозащитники и даже некоторые депутаты из числа военных. Отрицательное заключение по нему сделал Институт свободы совести, критическое мнение выразило Российское гуманистическое общество [9], а "Портал-Сredo.ru" организовал 17 марта 2006 года совместно с Институтом свободы совести специальный круглый стол "Спасти рядового Сычева. Поможет ли введение института военного духовенства укреплению дисциплины и боеспособности российской армии?" [10]. Экспертные оценки и выводы участников "круглого стола" дали правовую оценку антиконституционному характера законопроекта, но и практике военно-религиозных отношений, грубо грубого нарушения российского законодательства со стороны органов военного управления и воспитательной работы, а также представителей РПЦ МП. Критике этот законопроект подверг и замглавы думского комитета по обороне Алексей Сигуткин. "Я вижу опасность введения полковых священников как раз в усилении межрелигиозной розни. Очевидно, что приоритет получит лишь одна из конфессий – учитывая процент православных граждан в России, это будет РПЦ… У церкви появится желание вовлекать военнослужащих в свое вероучение помимо их воли", - заявил депутат [11].

А в мае того же года тогдашний президент России Владимир Путин на встрече в ветеранами положительно отозвался об идее создания института военных священников, хотя и не принял в этом направлении никаких конкретных шагов. Администрация президента Путина, особенно на первом этапе его правления, продолжала придерживаться тех подходов в государственно-конфессиональных отношениях, которых придерживалась администрация его предшественника – Бориса Ельцина, и к тому же не спешила с кем либо делиться своей монополией на идеологическую и мировоззренческую сферы. Это касалось и вопроса создания института военного духовенства.

Власть в то время чувствовала достаточную силу для управления страной. Её авторитет был еще высок, цены на нефть росли вверх, а церковь рассматривалась скорее как дополнительный, но далеко не основной инструмент легитимации нынешнего политического режима. Хотя будущий преемник, ещё в ранге главы президентской администрации, а затем и первого вице-премьера уже сделал ставку в своей карьере на религиозные институты, и, прежде всего РПЦ МП. Поэтому Дмитрий Медведев в апреле 2006 года возглавил Комиссию по вопросам религиозных объединений при Правительстве РФ, а свою супругу Светлану подрядил возглавить попечительский совет церковно-государственной программы "Духовно-нравственная культура подрастающего поколения России" (апрель 2007 года) [12], созданной по благословению Патриарха Алексия II.

Будучи активным политическим игроком, Русская православная церковь стала политическим ресурсом Медведева и его политтехнологов в ходе президентской кампании 2008 года. Уже тогда за религиозно-идеологическую поддержку, особенно в ходе выборной кампании, РПЦ были обещаны преференции, начиная от государственного признания дипломов и богословских степеней духовных учебных заведений РПЦ и кончая введения православно-ориентированных курсов и программ в светских учебных заведениях, а также официального введения духовенства в армии. Таким образом, страна все эти годы медленно и цинично скатывалась в болото клерикализма. Однако серьёзную корректуру в государственно-конфессиональные отношения в 2009 году внесли два обстоятельства, которые значительно активизировали и серьёзно ускорили этот процесс. Первый фактор – это разразившийся мировой кризис, который не на шутку напугал кремлевских небожителей. Второй фактор - избрание, а, по сути, назначение, патриархом Московским и всея Руси митрополита Кирилла (Гундяева).

Вместо того чтобы изменить саму политику, поставившую страну на грань катастрофы, правящий политический класс бросился спасать свою "душу". Причем своё спасение от пробуждающегося народного гнева они поручили ОМОНу и церкви. И тут, как нельзя кстати, вместо скончавшегося нерешительного (в дни народных волнений, особенно в ходе политического кризиса 1993 года) патриарха Алексия II, появился претендент на патриарший престол - напористый церковный "авторитет" митрополит Калининградский и Смоленский Кирилл (Гундяев). Однако, еще до его восхождения на патриарший престол было ясно, что он попрет как бульдозер, напролом, в армию, сферу образования и культуры. Что, в общем-то и произошло…

2009 год войдёт в историю военно-религиозных отношений как переломный. И хотя священники РПЦ МП вот уже более 15 лет имеют зеленый свет для посещения воинских частей и кораблей, участия в воинских мероприятиях, но именно решение Верховного Главнокомандующего Д.А. Медведева впервые легитимировало это присутствие. По степени значимости принятых решений он сопоставим или даже превосходит 1994 год, когда было подписано Совместное заявление – первый документ, открывший армию для церкви.

21 июля 2009 года, президент Медведев в своей резиденции в Барвихе (Московская область) провел совещание по вопросам преподавания в школах основ религиозной культуры и светской этики и введения в Вооружённых Силах Российской Федерации института воинских и флотских священнослужителей. В совещании приняли участие Патриарх Московский и всея Руси Кирилл (Гундяев), председатель Координационного центра мусульман Северного Кавказа муфтий Исмаил Бердиев, председатель Совета муфтиев России муфтий Равиль Гайнутдин, председатель ЦДУМ России муфтий Талгат Таджуддин, главный раввин Российской Федерации (по версии ФЕОР) Берл Лазар, глава Буддийской традиционной Сангхи России Пандито Хамбо-лама Дамба Аюшев. В совещании также участвовали руководитель администрации президента РФ С.Е. Нарышкин, первый заместитель руководителя администрации президента РФ В.Ю.Сурков, министр обороны РФ А.Э. Сердюков, министр образования и науки РФ А.А. Фурсенко и др.

Медведев отметил, что в его адрес поступили два обращения от руководителей ведущих российских конфессий. В одном из них поднимается вопрос о преподавании в школах дисциплин, которые направлены на духовно-нравственное просвещение подрастающего поколения, а во втором говорится о введении в Вооружённых Силах отдельного института воинских и флотских священнослужителей. Президент заявил, что он принял решение поддержать оба этих обращения. "Я имею в виду и идею преподавания в школах России основ религиозной культуры и светской этики, также считаю целесообразным организацию работы на постоянной основе в наших Вооружённых Силах священнослужителей, представляющих традиционные российские конфессий", - сказал он. При этом Медведев указал на некоторые конкретные сроки и параметры нового института. "Сначала должности войсковых и флотских священнослужителей будут вводиться в частях дислоцированных вне территории России, а со следующего года (с 2010 г. – прим. С.М.) - на уровне военных округов, бригад, дивизий, в высших учебных заведениях". При этом Д. Медведев ввел 10% -ный порог верующих той или иной так называемой "традиционной конфессии" в воинской части для назначения туда священнослужителя. Президент отметил, что "мы должны руководствоваться реальными сведениями об этно-конфессиональном составе частей и соединений", а именно, "если более десяти процентов личного состава бригады, дивизии, учебного заведения составляют представители народов, традиционно связанных с той или иной конфессией, священнослужитель данной конфессии может быть включён в штат соответствующего соединения". При этом воинские и флотские священнослужители должны оставаться гражданскими лицами. По мнению Дмитрия Медведева, реализация его решений "поможет укрепить моральные, духовно-нравственные основы нашего общества, укрепить единство нашего многонационального и многоконфессионального государства" [13].

Безусловно, эти решения были приняты и согласованы Администрацией Президента РФ с РПЦ МП и Минобороны заранее. Не случайно, сразу после совещания министр обороны РФ Анатолий Сердюков сообщил весь алгоритм реализации поручения Верховного Главнокомандующего. В соответствии с его распоряжением, институт воинских и флотских священников в российских Вооруженных силах будет вводиться в три этапа. На первом этапе священники должны появиться в воинских соединениях, находящихся за пределами России. Речь идет о 102-й военной российской базе в Армении, 201-й военной базе в Таджикистане, а также о соединениях и бригадах на территории Южной Осетии, Абхазии, на Украине (в Севастополе) и в Киргизии. "До конца 2009 года во всех этих подразделениях будут введены по одному священнослужителю", - сказал А.Сердюков. На первом этапе планируется создать соответствующий отдел в Северо-Кавказском военном округе. "Это у нас самый воюющий округ, там есть потребность в священнослужителях", - пояснил министр. Такие короткие сроки были подсказаны представителями РПЦ МП, которым хотелось быстрей, пока еще "горячо" распоряжение президента, создать свои структуры в ВС РФ. Однако, уже на первом этапе, церковь столкнулась со сложностями по укомплектованию создаваемых должностей подготовленными священнослужителями. Поэтому, вместо конца 2009 года, первый этап растянулся на 1-й квартал 2010 года.
В ходе реализации первого этапа, 1 октября 2009 года в Патриаршей рабочей резиденции в Чистом переулке состоялась встреча Святейшего Патриарха Кирилла с командующим ВДВ генерал-лейтенантом В.А. Шамановым, в ходе которой генерал предложил патриарху Кириллу (Гундяеву), чтобы введение института войсковых священников было начато с ВДВ. По словам командующего, уже подготовлено 36 священнослужителей, которые могли бы исполнять соответствующие функции по духовному окормлению десантников.

21 ноября 2009 года на подведении итогов сбора военного духовенства, окормляющего военнослужащих частей Дальней авиации заведующий сектором военно-воздушных сил Синодального Отдела Московского Патриархата по взаимодействию с Вооруженными силами и правоохранительными учреждениями протоиерей Константин Татаринцев отметил, что этот род войск полностью готов к введению института военного духовенства.

Однако, во избежание судебных исков о нарушении российского законодательства и светского характера государства, Минобороны пока не ввело должности военных священников. Федеральная власть по данному вопросу пошла на "военную хитрость", введя директивой начальника Генштаба ВС РФ с 1 декабря 2009 года в штат воинских частей должность помощника командира по работе с верующими военнослужащими. Формально, в соответствии с названием, это светская должность. Однако на нее назначаются исключительно священнослужители, что уже есть нарушение Трудового законодательства. Таким образом, уже сегодня штатную деятельность священников РПЦ МП на постоянной основе закамуфлировали под "эксперимент". На формально светскую должность назначаются представители исключительно одной конфессии, что является грубейшим нарушением права на труд для других категорий граждан, имеющих соответствующие знания и квалификацию.

Осенью 2009 года в Ростове-на-Дону прошли военные сборы 30 священников, назначаемых в войска, где они постигали специфику ратного труда, включая и упражнения в военном деле. А в декабре Священный Синод Русской православной церкви благословил первую группу священников, которые направляются нести послушание в воинских частях российской армии (на военные базы). Первые 13 человек в феврале т.г. (по плану это должно было состояться в декабре 2009 г.) уехали к месту работы.

Таким образом, первый этап формирования военного духовенства, в соответствии  с указанием Президента России и по благословению Святейшего Патриарха Кирилла прошел с опозданием на два месяца.

В ходе второго этапа (по плану с 1 января 2010 года, по факту – со второго квартала 2010 года) предполагается введение "дополнительного гражданского персонала (священнослужителей – С.М.) в бригадах, военных подразделениях и на военных базах на территории России". На этом этапе будут назначены священнослужители РПЦ во всех Вооруженных силах до бригады включительно. Пока планируется привлечь до 250 священников. Министр обороны А.Сердюков заявил, что "в Вооружённых Силах будут представлены священники всех основных религий, а их  штат в российской армии и на флоте должен составлять около 200-250 человек".

По заявлению руководства Минобороны в текущем году институт военных священников будет распространен на все российские Вооруженные силы. Таким образом, "корпус военных священников" планируется полностью сформировать в течение 2010 года.
Третий этап - это создание соответствующего управления при центральном аппарате Вооруженных сил РФ, а также отделов в военных округах и на флотах.

Официальные лица Минобороны РФ сделали также заявления о том, что в будущем появятся духовники, окормляющие военнослужащих других "основных конфессий", представленных в России, – мусульман, буддистов и иудеев.

Жалованье "военному духовенству" будет выплачиваться из федерального бюджета. Также государство будет обеспечивать их жильем, медицинским обслуживанием и другими социальными гарантиями и пособиями. По словам статс-секретаря - заместителя министра обороны Николая Панкова, зарплата военных священников будет как у заместителей командира бригады по воспитательной работе (в 2009 году их денежное довольствие составляло более 20 тысяч рублей в месяц, плюс различные надбавки). С учетом надбавок и коэффициентов, в отдельных частях и регионах, из заработная плата может достигать 40 тыс.рублей.

О том, как будет осуществляться подготовка кадров и управление новой военно-религиозной структурой, а также субординации внутри этой новой военно-духовной корпорации рассказал ведущий идеолог формирования института военного духовенства протоиерей Димитрий Смирнов, отвечая на вопросы журналистов 8 декабря 2009 года. Священников для работы с военнослужащими планируется набирать тремя способами. "С одной стороны, будет вестись подготовка офицеров, которые достаточно воцерковлены, к принятию священного сана. С другой стороны, священники, служившие в армии, пройдут дополнительную подготовку. С третьей стороны, планируется на базе  Рязанского филиала Общевойсковой академии ВС РФ (бывшее Рязанское высшее воздушно-десантное училище)  создать факультет для подготовки армейского духовенства, на котором будут учиться и православные, и представители других традиционных религий. Эта подготовка будет самой длительной по времени, где молодые люди будут проходить полный семинарский курс" [14].

Механизм управления военным духовенством и окормления военнослужащих предполагается следующий. "Главой всего военного духовенства будет православный священник как представитель главенствующей религии (выделено мною – С.М.). Следующий уровень управления – это координационный совет, состоящий из представителей всех традиционных религий. Квота представителей духовенства в этом совете будет соответствовать численному составу верующих… Для первого этапа пока нам (РПЦ – С.М.) требуются только православные священники. И у нас такой план, что структура создается именно из православного духовенства, потому что и буддистское сообщество, и сообщество наших евреев, и мусульмане не имеют центральной структуры" [15].

Для обоснования надобности в военном духовенстве были обнародованы социсследования Социологического центра Вооруженных сил. По оценкам СЦ ВС, сегодня более 70% военнослужащих армии и флота считают себя верующими, из них 80% относят себя к православным, около 13% - к мусульманам, около 3% - к буддистам, 4% - к приверженцам иных вер. Необходимо отметить, что эти цифры являются результатом конъюнктурных приписок людей ничего не сведущих в социологии религии. Кроме того, социология не должна и не может служить основанием для принятия решений правового характера, особенно в вопросах, касающихся конституционных принципов светского характера государства и свободы совести.
Сегодня для формирования института военного духовенства и даже осуществления той деятельности в армии, которую проводит РПЦ, нет правовых оснований. Отныне вся ответственность лежит в первую очередь на президенте, принявшем данное неправовое антиконституционное решение, и во вторую очередь на министре обороны Анатолии Сердюкове, официально санкционировавшем нарушение Федеральных законов "О статусе военнослужащих", "О свободе совести и о религиозных объединениях" и др.
Надо признать, что свою негативную роль в клерикализации армии сыграли органы воспитательной работы. Именно их беспринципная позиция, безграмотная деятельность и прямое содействие антиконституционным притязаниям церкви в итоге явились причиной такого состояния дел. Одновременно они подписали себе смертный приговор. Отныне органы воспитательной работы в Вооружённых Силах повсеместно сокращаются, а Управления воспитательной работы в видах Вооруженных Сил ликвидируются, вместо них будут небольшие отделы. В тоже время в структуре Минобороны создаётся Управление по работе с верующими военнослужащими. Ну а кто будет работать с неверующими, атеистами и агностиками одному Богу известно.
Между тем, в начале 2010 г. Министр обороны РФ утвердил положение о функциональных обязанностях помощников командиров частей по работе с верующими военнослужащими в Вооруженных силах РФ. В документе, разработанном представителями ГУВРа совместно с Синодальным Отделом Московского патриархата по взаимодействию с Вооруженными силами и правоохранительными учреждениями определены задачи, связанные с введением в армии института военных священников. Согласно сообщения начальника отдела Главного управления воспитательной работы ВС РФ (ГУВР) полковника Игорь Сергеенко "упомянутое положение станет основополагающим документом, который будет регламентировать деятельность помощников командиров по работе с верующими военнослужащими в армии и на флоте… В положении определен статус военных священников, полномочия помощников командиров частей по работе с верующими военнослужащими, а также условия, в которых они могут окормлять верующих военнослужащих" [16].

Признавая под напором критики, что нынешнее российское законодательство не даёт правовых оснований для введения института военного духовенства, руководство Вооруженных Сил с санкции Администрации Президента РФ пока не стало вводить в войсках (силах) должности военного духовенства, ограничившись на этом этапе введением должностей помощников командиров по работе с верующими военнослужащими. Поэтому в ближайшее время в соответствии с поручением президента следует ожидать появления законопроекта о военных священниках и его шумным принятием парламентским большинством. Следует отметить, что исполнительная и законодательная власть намерены в ближайшее время довести "эксперимент" Дмитрия Медведева до его завершающей фазы. При этом они не намерены церемонится с мнением ученых, юристов, правозащитников, общественным мнением в целом. Так,  28 января т.г. в ходе круглого стола "Новое в законодательстве, регулирующем деятельность религиозных организаций" в рамках XVIII Рождественских образовательных чтений, который прошел в Государственной думе РФ председатель парламентского Комитета по делам общественных объединений и религиозных организаций Сергей Попов в грубой форме оборвал своих оппонентов профессора Михаила Шахова и сопредседателя Славянского правового центра Анатолия Пчелинцева, которые подвергли критике порядок введения военных капелланов [17]. Проигнорированы также ряд заявлений различных общественных и научных структур, касающихся губительной для страны политики клерикализации государства.

--------------------------

[1] Подробней о военных священниках см.: Мозговой С.А. Военное духовенство. Религиоведение. / Энциклопедический словарь. М.: Академический Проект, 2006. С. 207-209.

[2] Бачинин Вл. Арнольд Тойнби о русском византизме //"Христианская мысль: социология, политическая теология, культурология". Том III, Санкт-Петербург, 2004 г.

[3] Если бы в России действительно изначально был взят курс на правовое светское государство, то не было бы столько загубленных жизней, которые были брошены на алтарь "реформ", не было бы ни той формы грабительской приватизации которую мы пережили, ни расстрела Парламента в 1993 году. Кстати эти действия власти были поддержаны священноначалием, хотя иногда эта поддержка выражалась молчаливым согласием. Во всяком случае, Церковь не подняла свой голос в защиту обездоленного народа. Напротив, на всех патриарших приёмах сначала в патриаршей резиденции Данилова монастыря, а затем и в Храме Христа Спасителя провозглашалась здравица за "хранимую Богом власть" (Примечание автора).

[4] Алексий II, Патриарх Московский и всея Руси. Материалы конференции "Христианство и армия", проведенной в марте 1993 г. М., 1994. С.8.

[5] Там же.

[6] Там же.

[7] См.: Книга правил Святых апостолов, Святых Соборов, Вселенских и Поместных и святых отцов. Свято-Троице-Сергиева Лавра, 1992.

[8]Там же.

[9]Подробнее см.: А.Твинидзе РЕПОРТАЖ: Армейские раскольники. Растерянные генералы и протоиерей Димитрий Смирнов в роли суфлера. Куда они ведут армию и страну? // "Портал-Credo.Ru", 16 февраля 2006. Также: журнал "Здравый смысл", Весна 2006 № 2 (39).

[10] См.: ДОКУМЕНТ: Круглый стол "Спасти рядового Сычева. Поможет ли введение института военного духовенства укреплению дисциплины и боеспособности российской армии?". "Портал-Credo.Ru", 17 марта 2006 г. Стенограмма. // "Портал-Credo.Ru", 17 марта 2006 г.; См.также: Гражданское общество против ксенофобии, нетерпимости, дискриминации по мотивам религии или убеждений: [сборник]. М.: Московская Хельсинская Группа, 2007. С. 33-87.

[11] Юлия Таратута, Павел Коробов Боевой дух укрепят святым. В войсках могут появиться священники в погонах // Коммерсант, 14.02.06.

[12] Презентация церковно-государственной программы "Духовно-нравственная культура подрастающего поколения России" прошла 1 февраля 2007 года в Большом зале Российской академии наук в рамках ХV Международных Рождественских образовательных чтений.

[13] См.: Стенографический отчёт о совещании по вопросам преподавания в школах основ религиозной культуры и светской этики и введения в Вооружённых Силах Российской Федерации института воинских и флотских священнослужителей // веб-сайт Президента РФ http://www.kremlin.ru/

[14] См.: Алексей Сагань Батюшки особого назначения. Пресс-конференция 8 декабря 2009 года в патриаршей гостинице "Даниловская // Православие.Ру

[15] Там же.

[16] Минобороны РФ утвердило положение о военных священниках // ИНТЕРФАКС. 8 февраля 2010.

[17] В. Ойвин РЕПОРТАЖ: "Можно спорить, хорошо это или плохо, но мы знаем, что это нереально". В Госдуме РФ рамках Рождественских чтений прошло обсуждение нового в законодательстве, регулирующем деятельность религиозных организаций // "Портал-Credo.Ru", 03 февраля 2010.

Источник: "Военно-юридический журнал", № 11, 2010 г. 


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-20 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования