Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
БиблиотекаАрхив публикаций ]
Распечатать

Вал.В.Полосин. Надпись в гареме Эрзерума (по следам А.С.Пушкина). [Христианский Восток]


1.

В 1994 г. профессор Санкт-Петербургского университета А. А. Долинина опубликовала статью "Вокруг одной цитаты у А. С. Грибоедова" (1), в которой, в частности, привела текст писем, которыми обменялись в 1930 г. Юрий Николаевич Тынянов (1894—1943), писатель и литературовед, и академик Игнатий Юлианович Крачковский (1883—1951), востоковед-арабист. Приведу отрывки из этих писем, которые дали толчок к нижеследующему повествованию.

Тынянов — Крачковскому:

"...Вашим письмом Вы сами даете мне повод обратиться к Вам за разрешением еще одного цитатного вопроса.

В Пушкинском "Путешествии в Арзрум", которым я теперь занимаюсь, в главе V есть следующее указание: на цветных окнах арзрумского гарема Османа-паши Пушкин видел надписи, "взятые из Корана". "Одна из них, — пишет он, — показалась мне очень замысловатой для мусульманского Гарема: тебе подобает связывать и развязывать".

Точно ли из Корана надпись и имеет ли она тот двусмысленный оттенок, который Пушкин ей придал?" (2)

Крачковский — Тынянову (через 10 дней):

"...Не собрался сразу Вам ответить, потому что и ответа-то настоящего у меня нет. За цитатой Пушкина несомненно чувствуется восточный (арабский) оригинал и смысл фразы мне ясен, хотя он и не тот, что пришел в голову поэту и его информатору. Несомненно, что фраза (обращенная вероятно к Аллаху) значит, как мы говорим — "Тебе (единому) подобает вязать и решать". К сожалению в Коране оригинала я не могу найти: может быть она взята из изречений Мухаммада, так называемых хадисов. Не теряю надежды, что случайно когда-нибудь натолкнусь на предполагаемый оригинал, а теперь вынужден ограничиться общим предположением" (3).

К этому обмену письмами в статье А. А. Долининой есть ее комментарий, который я приведу полностью:

"Оригинала приводимой Пушкиным надписи Крачковский, вероятно, так и не нашел, ибо в примечаниях Тынянова к "Путешествию в Арзрум" и в его работах, касающихся этого произведения, упомянутая фраза никак не комментируется" (4).

Так выглядит проблема, поставленная когда-то Тыняновым лично перед самим собой. Он не счел нужным выносить ее на публичное обсуждение, как явствует из заключительного замечания А. А. Долининой, которое процитировано выше. Но теперь, когда письма обоих корреспондентов опубликованы, они вероятно вызовут не одну попытку внести ясность в вопрос, занимавший Тынянова. И одной из таких попыток является настоящее сообщение.

2.

По письму Крачковского можно догадаться, каким путем он искал ответ на вопросы Тынянова. Он, конечно, воспользовался конкордансом к Корану и с его помощью установил, что в Коране искомой фразы нет. Что касается хадисов, то в тридцатые годы конкордансом Венсинка (5) Крачковский воспользоваться еще не мог. Конкорданс к хадисам начал печататься только в 1936 г., а закончился печатанием, когда ни Тынянова, ни Крачковского уже не было в живых. Поэтому самое первое, что можно было сделать после Крачковского, чтобы ответить на один из двух тыняновских вопросов, это заглянуть в конкорданс к хадисам.

Оказалось, что и среди хадисов нет ничего похожего на искомую фразу. Таким образом, закрыть вопрос об источнике этой фразы опять не удалось. Однако окончательно прояснилось, что ни Коран, ни сборники хадисов источником не были.

Между тем, само выражение "связывать и развязывать" достаточно характерно для арабского языка. Оно зафиксировано у Лейна, который опирался на классические арабские словари. Оно зафиксировано и в словаре Влад. В. Полосина, основанном на росписи древнеарабских поэтических текстов (6). В самом общем виде смысл арабского выражения "связывать и развязывать" можно пояснить фразой "заключить сделку (договор) и расторгнуть ее (или его)". Напомню, что и Крачковский не усомнился в арабском происхождении фразы. В письме Тынянову он написал совершенно определенно и уверенно: "За цитатой Пушкина несомненно чувствуется восточный (арабский) оригинал и смысл фразы мне ясен".

И все же, при всей этой ясности, никакие словари не выводят нас на такой текст, выдающееся значение которого сделало бы разбираемое выражение крылатым и достойным воспроизведения в качестве настенной, скажем, надписи.

3.

Более продуктивными мне кажутся результаты анализа русского фразеологизма, который Крачковский сопоставил с арабским "связывать и развязывать". Напомню соответствующее место из его письма. "Несомненно, — написал он Тынянову, — что [эта] фраза <.. .> значит, как мы говорим, — "Тебе (единому) подобает вязать и решать". В словах "как мы говорим" субъектом, конечно, являются не "мы, арабисты", а "мы, русскоязычные".

Действительно, в "Братьях Карамазовых" (7) Ф. М. Достоевского в главе "Великий инквизитор" есть такая фраза: "Ты обещал, ты утвердил своим словом, ты дал нам право связывать и развязывать и уж, конечно, не можешь и думать отнять у нас это право теперь" (8). В вариантах этого романа читаем: "...эта масса изречений, показаний, жестов, криков — о, это так влияет, так может подкупить убеждение; но ваше ли, господа присяжные заседатели, ваше ли убеждение подкупить может? Вспомните, вам дана необъятная власть, власть вязать и решить" (9).

А в "Настольном словаре для справок по всем отраслям знания" Ф. Толля (10) слово "духовник" поясняется следующим образом: "Лицо, не ниже пресвитера, принимающее исповедание грехов кающегося, с правом вязать и решить".

Приведенные примеры показывают, что в русском литературном языке действительно существует (или существовало в позапрошлом веке) выражение, очень близкое к надписи в эрзерумском гареме — вязать и решить. В одной из приведенных цитат место этого выражения занимает другая пара слов — связывать и развязывать (11), которая даже полностью совпадает с эрзерумскои надписью. Если к этому добавить, что исконное значение глагола "решить" — это ни что иное как именно "развязать" (12), то мы увидим, что между эрзерумской надписью и всей серией примеров из русских литературных источников никакой разницы просто нет.

4.

Происхождение русского фразеологизма вязать и решить известно — он восходит к Евангелию от Матфея, к словам Иисуса, обращенным к апостолу Петру. "И дам тебе ключи Царства Небесного; и что свяжешь на земле, то будет связано на небесах; и что разрешишь на земле, то будет разрешено на небесах" (13).

В русскую фразеологию это место Евангелия вошло, как мы видели, в сокращенной форме, то есть просто как пара глаголов ("связывать и развязывать" или "вязать и решать"). Совместное употребление этих архаичных глаголов служит для образной характеристики очень большой власти, оно содержит в себе скрытое сравнение какой-либо власти с властью, данной когда-то Богом апостолу Петру. Во всем остальном это выражение вполне синонимично таким, тоже употребительным в языке, формулам, как "судить и прощать" или "казнить и миловать". Этот ряд однотипных оборотов помогает приблизиться и к смыслу эрзерумскй надписи: "Тебе, дескать, подобает связывать и развязывать, судить и прощать, казнить и миловать".

Но все это относится, разумеется, к русской фразеологии, к русскому обороту связывать и развязывать (14). К сожалению, не могу сказать, существует ли подобный фразеологизм в других языках, например — в арабском, персидском и турецком, на одном из которых и была, надо полагать, сделана эрзерумская надпись (15). Если бы он нашелся, то по контекстам, в которых он встречается, тоже, вероятно, можно было бы судить о его происхождении.

В соответствующих местах арабских Евангелий употребляются разные пары слов, в частности, рабата — талака (в рукописи, переписанной в Дамаске предположительно в XIII в.(16)) и 'акада талака в другом месте той же рукописи (17). Но рукописей арабских Евангелий много, и как в них представлен интересующий нас фразеологизм, сказать сейчас сложно. В современном печатном издании Евангелия 1974 г. (карманном) это пара глаголов рабата — халла, и в издании арабской Библии прошлого века — точно так же.

В этой маленькой коллекции найдется место еще одному примеру — арабскому выражению асхаб ал-халл ва-л- 'акд в значении "властители". Оно почти несомненно восходит к евангельским текстам. Его зарегистрировал X.К.Баранов (18), но в каком тексте (христианском или мусульманском) он его встретил, не известно.

5.

Пока не найдены все необходимые языковые свидетельства в пользу христианского толкования гаремной надписи, некоторую поддержку такому толкованию дает ответ на второй тыняновский вопрос. Имеет ли разбираемая надпись двусмысленный оттенок?

Тынянов не пояснил, в чем именно могла бы состоять эта двусмысленность. Крачковский, судя по его письму, тоже признавал наличие какой-то двусмысленности в пушкинском тексте (19). Признаюсь, что я не смог догадаться, что оба корреспондента имели в виду. Но разбираясь с этим вопросом, я вдруг обнаружил, что сама надпись-то никакого отношения к гарему не имеет, и ее поэтому нужно вообще выводить из гаремного контекста.

Из пушкинского текста определенно следует, что порученец Паскевича, а также переводчик и напросившийся к ним в компанию Пушкин побывали во дворце эрзерумского губернатора. "Нас ввели в открытую комнату, — пишет Пушкин, — убранную очень порядочно, даже со вкусом, — на цветных окнах начертаны были надписи, взятые из Корана. Одна из них показалась мне очень замысловата для мусульманского гарема: тебе подобает связывать и развязывать. Нам поднесли кофию в чашечках, оправленных в серебре...". В этой же комнате, по словам Пушкина, состоялся разговор с отцом плененного русской армией губернатора и препирательства сторон относительно посещения гарема, которые закончились тем, что, как пишет Пушкин, "Нас повели через сад, где были два тощие фонтана. Мы приближились к маленькому каменному строению". Вот в этом строении и находился гарем, внутри которого Пушкину побывать однако так и не удалось.

Подмена в повествовании понятий — приемной залы на гарем — была произведена Пушкиным искусно (это видно хотя бы по письмам Тынянова и Крачковского) и почти наверняка — умышленно. Ввиду общедоступности пушкинского текста, я не буду прослеживать, как это было сделано. Приведу только — как ключ к пониманию этой технологии — одно высказывание А. Блока. "Всякое стихотворение — покрывало, растянутое на остриях нескольких слов, — записал он в своем "Дневнике", — Эти слова светятся, как звезды. Из-за них существует стихотворение. Тем оно темнее, чем отдалённее эти слова от текста" (20). В какой-то мере это наблюдение справедливо, видимо, и для прозы (21). В пятой главе "Путешествия" такими "колышками" (для сюжета, который нас здесь интересует) являются слова евнух и гарем. На пространстве в неполные четыре книжные страницы они встречаются 14 раз. При этом 13 раз они употреблены Пушкиным, так сказать, "правильно" и точно и только один-единственный раз — "неправильно", когда приемное помещение губернаторского дворца было названо им гаремом, и не просто гаремом, а даже мусульманским гаремом.

Именно к этому, единственному не к месту употребленному слову гарем подвёрстаны Пушкиным и надпись тебе подобает связывать и развязывать, и, казалось бы, совершенно излишний эпитет мусульманский к слову "гарем". Других гаремов просто не бывает, и во всех остальных случаях (шесть раз до этого места и три раза после него) слово гарем употребляется без всякого определения.

Все это говорит, на мой взгляд, о двух серьезных вещах. Во-первых, Пушкин специально создал ситуацию, приостанавливающую внимание читателя на надписи (и Тынянов чутко отреагировал на это). Во-вторых, или Пушкину прямо в эрзерумском дворце объяснили христианское происхождение разбираемой надписи — или же он самостоятельно опознал в ней Евангелие, намекнув на курьезность ситуации тем, что к ненужному здесь слову "гарем" (вместо "приемный зал") добавил очень нужное определение "мусульманский". Замысловатость (22) надписи для Пушкина заключалась в том, что она была христианской по содержанию и происхождению, а находилась в мусульманском присутственном месте. В этой надписи поверженный турецкий управитель пашалыком (23) уподоблялся апостолу Петру. По не вполне понятным причинам Пушкин не стал писать об этом прямо, без обиняков. Можно предположить три ситуации, которые, по отдельности или в комбинациях, привели к "замысловатости" пушкинского текста.

Одна из них — процедура превращения мужчины в евнуха. В ней оба евангельские глагола, но в своем обычном, не переносном значении (24), играют определенную роль и могли бы дать в зале с надписью повод для каламбура. Но могла ли — это вторая ситуация — "выписка" из Евангелия находиться в приемной мусульманского губернатора? Вместо прямого ответа (это — дело турколога-османиста) процитирую статью об Эрзеруме из справочника 1864 г.: "Эрзерум <...> местопребывание трехбунчужного паши (25), армянского патриарха и греческого епископа; 33 тысячи жителей, из коих 1/3 христиан" (26) (курсив мой. — В. П.). Губернатору несомненно приходилось принимать у себя упомянутых христианских иерархов, а текст надписи имел к ним прямое отношение и означал самим фактом своего присутствия во дворце официальное признание суверенитета христианской церкви. Так что, вероятно, надпись все же была. Но оповещать читателя об этом Пушкин видимо не мог по цензурным соображениям. Ведь во время всех русско-турецких войн обязательно поднимался вопрос об угнетении христиан в Османской империи, хотя сами угнетаемые не всегда, как отмечал В. В. Бартольд, бывали согласны с заступниками из Европы (27). Мирного соседства евангельского и коранических текстов во дворце турецкого чиновника цензура не пропустила бы. И, наконец, третья ситуация: надпись действительно соседствует с кораническими сентенциями, но не идентифицируется турками как евангельская. Некоторые основания для такого предположения дает рассказ арабского автора X в., о трогательной встрече некоего шейха со своим рабом, который когда-то бежал от хозяина и спустя годы стал видным военачальником, эмиром. Хозяин при этой встрече публично дарует эмиру "вольную" (28). А тот, обретя законную основу для своей власти, и обласкав своего, бывшего уже теперь, хозяина, отвечает ему следующими словами: "Пользуйся, господин, властью, которой наделил тебя Аллах, с уверенностью человека, который знает, что эмир — его вольноотпущенник, и знай, что ты не развяжешь то, что я свяжу, и не свяжешь то, что я развяжу" (29). Однако по одному только этому тексту (и всему рассказу в целом) все же трудно судить, парафраз ли это Евангелия или уже органический арабский фразеологизм, лишенный каких бы то ни было конфессиональных аллюзий.

--------------------

1 А. А.Долинина, Вокруг одной цитаты у А. С. Грибоедова // Россия и арабский мир. Сборник статей (СПб., 1994) 78-85.

2 Там же. 82.

3 Там же.

4 Долинина, Вокруг одной цитаты... 83.

5 A.J.Wensnik, Concordance et indices de la tradition musulmane. Les six livres, le Musnad d'al-Darimi, le Muwatta' de Malik, le Musnad de Ahmad ibn Hanbal. Avec le concours de nombreux orientalistes. T. I-VII (Leiden, 1936—1969).

6 Влад. В. Полосин, Словарь поэтов племени 'абс (VI—VIII вв.) (М., 1995).

7 Опубликованы в 1879—1880 гг.

8 Ф.М.Достоевский, Полное собрание сочинений в тридцати томах. Т. 14: "Братья Карамазовы" (Л., 1976) 229, стк. 29-31.

9 Там же. Т. 15: "Братья Карамазовы". Рукописные редакции (Л., 1976) 167, стк. 6-10.

10 СПб., 1864.

11 Этот фразеологический дублет — чистой воды галлицизм. См. об этом ниже прим. 13

12 М.Фасмер, Этимологический словарь русского языка. Т. 3 (М., 1987) 479.

13 Мф. XVI: 19. См. также: "Истинно говорю вам: что вы свяжете на земле, то будет связано на небе; и что разрешите на земле, то будет разрешено на небе" (Мф. XVIII: 18). В русском переводе Нового Завета употреблены глаголы, происходящие от разных корней (вязать/связать и решать/разрешать). А во французском переводе в соответствующих местах Евангелия от Матфея стоят однокоренные глаголы lier (связывать) и delier (развязывать). Цитирую по изданию 1810 г.: "19. Et je te donnerai les clefs du royaume des cieux; et tout ce que tu lieras sur la terre sera lie dans les cieux; et tout ce que tu delieras sur la terre sera delie dans les cieux" (Мф. XVI: 19) и "18. Je vous dis en verite, que tout ce que vous aurez lie sur la terre sera lie dans le ciel; et tout ce que vous aurez delie sur la terre sera delie dans le ciel" (Мф. XVIII: 18). В пушкинскую эпоху перевода Нового Завета на русский язык еще не существовало (Евангелия печатались только по-церковнославянски), и образованные люди пользовались нередко французским переводом (в том числе, вероятно, и Пушкин; судя по глаголам, и Достоевский).

14 Раскавычивание цитаты из Евангелия от Матфея и превращение ее во фразеологизм началось, невидимому, уже в раннехристианской богословской литературе. Ср.: "Не царям Христос дал власть связывать и разрешать, но апостолам и их преемникам, и пастырям, и учителям" (Иоанн Дамаскин, Три защитительных слова против порицающих иконы или изображения / С греч. перевел А.Бронзов (СПб., 1893) 83). Из этого или подобного ему источника фразеологизм мог попасть не только в русский язык, но и в языки других христианских народов.

15 Язык надписи не указан Пушкиным, как ничего не сказано им и о том, кто переводил надпись и на какой язык — русский или французский. Оба обстоятельства подталкивают, при реконструкциях, к умножению версий.

16 D 226, т. 3, л. 74а (арабская рукопись из собрания С.-Петербургского филиала Института востоковедения РАН).

17 Там же, т. 3, л. 75Ь:4.

18 Арабско-русский словарь / Около 33000 слов. Составил проф. X.К.Баранов. Кн. I (М., 1970) 541 (корень с-х-б).

19 Напомню его собственные слова, приводившиеся выше: "...и смысл фразы мне ясен, хотя он и не тот, что пришел в голову поэту и его информатору" (курсив мой. — В. П.).

20 А. Блок, Дневник, декабрь 1906 г.

21 Может быть, еще ближе к нашему случаю наблюдение французского писателя Жюля Ренара: "Если в фразе есть слово "задница", публика, как бы она ни была изысканна, услышит только это слово" (Ж.Ренар, Дневник. Избранные страницы / Пер. с франц. Н. Жарковой и Б.Песиса (М, 1965) 114).

22 Пушкин написал (см. выше): "...одна из них показалась мне замысловата". Из "Толкового словаря" Вл. Даля: "Замысловатый, о человеке и о деле, остроумный, глубоко и дельно вникающий и придумывающий, умный и мудреный. Замысловатость, ж. Свойство, качество замысловатого". Из 18-томного ? академического ? словаря русского языка: замысловатый — 1) не сразу понятный, сложный, мудрёный, причудливый, затейливый. Из подтвердительных цитат: "[Дамы] заняли и закружили его своими разговорами, подсыпая кучу самых замысловатых и тонких аллегорий, — которые все нужно было разгадывать, отчего даже выступил у него на лбу пот" (Н. В. Гоголь, Мертвые души). У самого Пушкина в стихотворении "Движение" (написано в 1825 г, напечатано в 1826 г.): "Движенья нет, сказал мудрец брадатый. Другой смолчал и стал пред ним ходить. Сильнее бы не мог он возразить; Хвалили все ответ замысловатый..." (курсив мой. —В П.). Или в стихотворении "Вяземскому": "Язвительный поэт, остряк замысловатый, И блеском колких слов, и шутками богатый. Счастливый Вяземский, завидую тебе...".

23 Губернией; см. прим. 25.

24 В визите во дворец эрзерумского губернатора принимал участие в качестве переводчика русский офицер, о котором Пушкин сообщает следующее: "18-ти лет попался он в плен к персиянам. Его скопили, и он более 20 лет служил евнухом в хареме одного из сыновей шаха. Он рассказывал о своем несчастии, о пребывании в Персии с трогательным простодушием". "В физиологическом отношении, — заключает Пушкин, — показания его были драгоценны".

25 Османская Турция административно делилась на вилаеты (или пашалыки), во главе которых стояли муширы, имевшие ранг трехбунчужных пашей.

26 Настольный словарь для справок по всем отраслям знания. В трех томах / Изд. Ф. Толль. Т. 3 (СПб., 1864) 1119. Согласно этому же справочнику (т. 2, с. 1124), в Османской империи проживало до 14 миллионов христиан, из которых 13 миллионов придерживались православного вероисповедания.

27 В.В.Бартольд, Турция, ислам и христианство // Он же, Сочинения. Т. VI (М., 1966) 413-431, особ. 430-431. Эта статья была написана и опубликована в 1915 г., когда Россия в очередной раз находилась в состоянии войны с Турцией (шла первая мировая война).

28 По шариату, раб не может иметь власти над мусульманами, и нарушение этой нормы составляет главный смысл рассказа ат-Танухй. Подобный юридический казус стал сюжетом комедии "Растерявшийся султан", написанной Тауфйком ал-Хакймом, классиком новой египетской литературы, в 1960 г., возможно, под влиянием рассказа ат-Танухй. См.: Тауфик аль-Хаким, Пьесы (М., 1979) 145-225 и прим. 29.

29 Ат-Танухи, абу Али дль-Мухассин, Занимательные истории и примечательные события из рассказов собеседников / Пер. с араб., пред. и прим. И. М. Фильштинского (М, 1985) 95 (курсив мой. — В. П.).

 Источник: "Христианский Восток", том 5 (XI), Издательство "Индрик", Москва, 2009

[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-19 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования