Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
БиблиотекаАрхив публикаций ]
Распечатать

Игумен Александр (Заркешев). "Русский" батальон на службе шаха. Миссия капитана Альбрандта в 1838 году. Из книги "Русская Православная Церковь в Персии-Иране (1597-2001 гг.)". [религия и культура]


В период русско-персидских войн в пограничных с Россией районах Персии стали постепенно образовываться русские поселения. В основном их жителями становились дезертировавшие из русской армии солдаты. Самая необычная судьба сложилась у вахмистра Нижегородского драгунского полка Самсона Яковлевича Макинцова, бежавшего еще в русско-персидскую войну 1804-1813 годов. Благодаря своим боевым навыкам он был зачислен на службу в персидскую армию сразу офицером. Он же подал шаху мысль сформировать из русских дезертиров батальон, который и получил под свое командование, одновременно став сархангом (полковником). Несмотря на то, что эта воинская часть была укомплектована дезертирами, батальон совершил ряд боевых подвигов, достойных имени русского солдата. Победы в Курдистане, в войне с турками, и наконец, штурм Герата послужили причиной того, что персы стали назы-вать русский батальон "Бохадыраном", т.е. батальоном богатырей (1) . Сам же Самсон-хан, так стали в Персии звать Макинцова, дослужившись в персидской армии до генерала, несмотря на долгое пребывание среди мусульман, сохранил в себе русскую душу и горячую приверженность к православной вере. Он добился разрешения построить в одной из пожалованных ему в Азербайджане деревень - Сургюле - православный храм, где служил священник, сопровождавший его во всех походах.

Узнав в 1837 году о существовании русского батальона в Персии, император Николай I (1825-1855) приказал, чтобы сей батальон был непременно возвращен в отечество. До сведения шаха была доведена воля русского царя, в случае несогласия шаху пригрозили полным разрывом отношений, а может быть, и войной. Шах согласился не препятствовать возвращению русских воинов.

Для выполнения этого сложного предприятия был выбран капитан Нижегородского драгунского полка Альбрандт, человек исключительной храбрости. Уроженец Херсонской губернии, он в 1832 году бросает гражданскую службу и приезжает на Кавказ волонтером. В первом же бою, опередив всех, Альбрандт бросился на вражескую амбразуру, где был прострелен тремя пулями. За этот подвиг он был произведен из коллежских асессоров прямо в штаб-ротмистры. Во время высадки десанта 7 июня 1837 года на мыс Адлер, возглавляя отряд охотников (разведчиков), попал в окружение, но на штыках прорвался к своим. В бою пали почти все офицеры отряда и был изрублен поэт-декабрист Александр Бестужев (Марлинский). За этот бой капитан был награжден орденом Владимира 4-й степени.

В помощь капитану Альбрандту был направлен поручик того же полка Яневич, который должен был влиять на дезертиров из числа поляков.

19 июня 1838 года оба прибыли в Тавриз. Часть батальона сражалась под Гератом, часть была расквартирована по ближайшим деревням, которую с трудом удалось собрать. Дезертиры явились в персидской одежде, большинство пьяные, озлобленные, небритые, более похожие на разбойников, чем на воинов. Находившийся здесь же шахский чиновник заявил, что в случае ухода солдат в Россию их жены и дети останутся в Персии. Это не смутило капитана, который стал говорить им о величии России, о милосердии государя, о том, что бесславно служить царю иноземному, служить в стране, в которой нет ни родных, ни друзей, где они гибнут в безверии, как Богом отверженные люди. Его пламенное слово возымело такую силу, что 35 человек заявили о своей готовности вернуться. С остальными Альбрандт ежедневно беседовал и понял, что их удерживает нежелание расстаться с семьями. Капитан решил хитростью и вопреки воле шаха забрать в Россию жен и детей. После этого все дезертиры в количестве 100 человек выразили желание вернуться на родину. Ночью они вместе с семьями были тайно выведены к русской границе, где встретили радушный прием.

Но перед капитаном Альбрандтом стояла еще более сложная задача. В Тегеране, куда после пиратского похода возвратилась большая часть батальона, препятствий было больше, чем в Тавризе. Персидские власти, напуганные успехом капитана, побуждали дезертиров не соглашаться, настраивая их против русского офицера. Однажды толпа ожесточившихся дезертиров хотела убить Альбрандта, но когда вожак занес руку с кинжалом, тот, обнажив грудь, сказал: "Ты вздумал стращать меня смертью! Ты думаешь, что мне дорога жизнь, которой я не раз жертвовал в честном бою с врагами отечества! Так вот тебе грудь моя... Я умру; но, умирая, я заклеймлю тебя ужасным проклятием. Слова твои не от Бога, а от дьявола, который губит тебя!" (2) Эти простые, но страстные слова офицера, возымели такую власть, что вожак, упав на колени, стал молить о смерти или прощении. После слов капитана "Бог и Русский Государь прощают тебя!" (3), толпа заявила, что пойдет за Альбрандтом, куда бы он ее ни повел.

Последним препятствием был сам генерал Самсон-хан. В беседах с ним офицер напомнил ему о грехе, который тот принимает на себя, удерживая стольких христиан от исполнения их христианского долга. Растроганный старик обещал не мешать выводу батальона. Упорствовала польская рота, но постепенно поручику Яневичу удалось уговорить и ее. Через несколько дней весь батальон в составе 385 человек во главе со своим командиром полковником персидской службы Скрыплевым (бывшим прапорщиком Нашебургского пехотного полка) был в распоряжении капитана Альбрандта. Тем временем среди тегеранской черни начались волнения, как и в преддверии истребления Российской миссии в 1829 году. Следовало торопиться. Семьи заранее были вывезены за город. Ночью капитан поднял по тревоге батальон, и в полночь православным священником, в полном облачении, был отслужен напут-ственный молебен. По всей видимости, это был священник, состоявший при Самсон-хане. Русские солдаты, возвращавшиеся на родину, ощущали потребность в молитве и молились от всей души под тегеранским небом, призывая благословение Божие на предстоящий поход. Тихо выступил батальон из Тегерана и в 16-ти верстах от города соединился с солдатскими семьями. Дальнейшее продвижение было благополучным, и 13 февраля 1839 года батальон перешел пограничную реку Аракс.

Капитан Альбрандт за свой подвиг Николаем I был произведен в майоры, через два месяца - в подполковники, а затем и в полковники. Позднее дослужился до звания генерала и умер в 1849 году в должности эриванского военного губернатора. В том же 1849 году в Персии в славе и почете умер Самсон-хан, который был похоронен, согласно завещанию, в Сургюле под самым алтарем сооруженной им православной церкви (4).

--------

1 Берже АП. Самсон Яковлевич Макинцов и русские беглецы в Персии / / Русская старина. 1876. Т. XV.

2 История 44-го Нижегородскаго Его Императорского Высочества Государя Наследника Цесаревича полка. Т. IV. СПб., 1894. С. 91-102. 

3Там же.
 
4 Там же.

Источник: Игумен Александр (Заркешев), "Русская Православная Церковь в Персии - Иране (1597-2001 гг.), Санкт-Петербург, 2002


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-19 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования