Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
БиблиотекаАрхив публикаций ]
Распечатать

Елена Околович. Еврейские и славянские былички о встрече человека с нечистой силой. [религия и культура]


Данная статья является своеобразным продолжением разговора на тему о еврейской народной демонологии, начатого нами в предыдущем сборнике серии (Околович 2002). На этот раз основное внимание мы уделим представлениям о формах контакта человека и нечистой силы, об "этикетных" нормах поведения в подобных ситуациях и особо рассмотрим вопрос о том, как интерпретируется встреча с "чужим" (демонологическим персонажем") в еврейских и славянских быличках.

Встреча - это своеобразное проявление судьбы, испытание для человека. То, каким - благоприятным или неблагоприятным - будет исход такой встречи для человека, зависит от правильности его поведения во время контакта с нечистой силой. Правильность поведения определяется тем, сумел ли человек вовремя опознать "чужого" (демона) во встреченном персонаже. Носитель народной традиции имеет в своем распоряжении некий универсальный набор признаков, по которым он может опознать демона и тем самым оградить себя от его воздействия. Оба участника встречи - и человек и демон, находясь в рамках одной культурной традиции, в одинаковой мере подчиняются "правилам игры", действующим в данной ситуации и регламентирующим их поведение. Так, если человек сумел опознать демона и предпринять соответствующие действия, демон прекращает свои попытки ввести его в заблуждение и отступает, оставляет его в покое. Однако если человек поддается на провокацию, демон чувствует себя вправе продолжать игру и ставит человека в положение проигравшего. Прагматическая ценность быличек о встрече с нечистой силой заключается в том, что тексты подобного рода поддерживают в "рабочем состоянии" систему представлений о мифологических персонажах и о формах контактов с ними.

Как в восточнославянском, так и в еврейском фольклоре большую популярность имеет сюжет о черте, который встречается путнику в виде овцы, барана, теленка, гуся, реже - козла (свиньи - для восточнославянской традиции). При всей многочисленности таких сюжетов все они в основном следуют одной сюжетной линии: дело происходит обычно ночью; путнику попадается лежащее животное, часто со связанными ногами. Не веря своему счастью, человек взваливает его на воз, причем животное оказывается чрезвычайно тяжелым, и продолжает свой путь. Везти находку становится все тяжелее, однако человек все еще не подозревает подвоха. Наконец, оборотень (овца, баран, теленок и т.д.) выдает себя, разражаясь хохотом, передразнивая едущих, насмехаясь над ними, и исчезает:

Лавочник ехал ночью по дороге и увидел лежащего у обочины теленка. Лавочник взвалил его на телегу и двинулся дальше. Когда пропели петухи, теленок высунул язык и улетел (м. Ливнхоф, Лифляндия; Kagan 1938: 182, № 103).

Местечковый еврей ехал в город. У обочины увидел связанную блеющую овцу. С огромным трудом еврей взвалил ее на повозку, лошади еле передвигали ноги от тяжести груза. Когда еврей выехал из города, ехать стало значительно легче. Обернувшись, он увидел, что овца стоит на задних ногах, показывает ему свой зад и, выкрикнув "Host zikh epes gut ongemordevet?" ("Ну что, здорово намучился?"), с гоготом исчезает (Лодзь; Kagan 1938: 185, № ПО).

Два мясника ехали через поле, увидели овцу и подобрали. По дороге они принялись спорить, кому достанется задняя, а кому передняя часть найденной овцы. Прибыв домой, они собрались ее зарезать - тут овца захлопала крыльями, передразнивая мясников: "Мне - зодик, тебе - прейдик!" и исчезла (м. Шауляй, Литва; Kagan 1938: 185, № ПО).

Мойше-Хирш с извозчиком-гоем возвращались зимним вечером с ярмарки; по дороге им попалась овца со связанными ногами. Вдвоем они насилу взвалили ее на телегу, а по дороге начали спорить, какая доля кому достанется. Мойше-Хирш хотел получить передок, а гою отдать задок, однако гой требовал сороковой в придачу. У самого порога овца замахала передними ногами и рассмеялась со словами: "Dir dem prad, mir dem zad! Dir dem zad, mir dem prad! A tsugob a fertsiker!" ("Тебе - передок, мне - задок! Тебе - задок, мне - передок! Сороковой в придачу!"). Мойше-Хирш упал в обморок, его насилу откачали. Он рассказал о случившемся раввину, тот велел ему в течение года читать кадиш (поминальную молитву) и ежегодно в этот день зажигать поминальную свечу (м. Лунно, р-н Белостока; Kagan 1938: 184, № 109).

Отметим, что повтор и передразнивание являются наиболее универсальным приемом, характеризующим речевое и звуковое поведение нечистой силы. В восточнославянских сюжетах черт, встречающийся путнику в виде овцы, барана, гуся, на призывный клич человека: "Бяша, бяша!", "Баруська, баруська!", "Гусочка, гусочка!" - отзывается жутковатым эхом, в точности копирующим призыв человеком, обращенный к животному (Виноградова 2000: 134).

Рэб Бер шел через лесок, ему попалась по пути овечка. Взвалив ее на плечи, рэб Бер пошел дальше, чувствуя, что с каждым шагом ноша становится все тяжелее. Наконец, тяжесть оказалась непосильной и еврей хотел уж было свалить овцу с плеч, но тут она сама спрыгнула на землю, и рэб Бер увидел, что вместо ножек у нее ручки, которыми она машет и смеется ему в лицо. Рэб Бер схватился за цицит, произнес "Шма" и нечистый исчез (м. Соник, окрестности Львова; Kagan 1938: 186, № 113).

Один скупщик увидел лежащего на дороге индюка. Скупщик взял его с собой, но с каждым шагом индюк становился все тяжелее. Когда еврей сбросил его, он превратился в камень (Краков; Kagan 1938: 187, № 115; ЕНС, № 40).

На дороге гой увидел барана, взвалил его на телегу и еле доехал до дому, т.к. баран был очень тяжел. У дома баран спрыгнул с воза и сказал: "Abee, ober du host mikh gemust aheym firn!" ("Но ты должен был меня привезти домой!") (м. Соник; Kagan 1938: 183, № 104). Любопытно, что в данном сюжете нечистый говорит с гоем на идише, что указывает на принадлежность данного демона к еврейским шейдим.

Этот же мотив встречается и у Шолом-Алейхема, в частности в рассказе "Dos groyse gevins" (в русском переводе "Счастье привалило"), рассматривавшемся нами в связи с демонологическим персонажем лантухом (Околович 2002: 149-150). Демон, фигурирующий в сюжете у Шолом-Алейхема, показывает одураченному им извозчику "язык длинной в аршин" - признак, характерный для домашнего духа лантуха - весельчака и насмешника. Однако из данного сюжета явствует, что спектр его функций не ограничивается домашними проказами.

Среди мотивов, связанных с лантухом, рассказчики называли также его способности: заманивать в лес, заставлять блуждать, подшучивать, внезапно разражаться громким смехом (Борисовский уезд, Минская губ.; Weinreich 1926: 219). Таким образом, лантух еврейских быличек сближается со славянским лешим, причем не только функционально (леший стремится оглушить находящегося в лесу человека громким криком, ввести его в заблуждение, сбить с толку, испугать зычным голосом, одурачить, расхохотаться; Виноградова 2000: 127), но и характерно: былички изображают обоих демонологических персонажей скорее как проказников и весельчаков, чем грозных вредоносных духов.

Лантух принадлежит к виду демонологических персонажей, известному под названием лейцим. Вот что узнает Исролик, главный герой произведения Менделе Мойхер Сфорима "Кляча" от шейда (т.е. демона) Брохи: "Все шейдим подразделены на разные банды (kat-leytsonim), а он, т.е. Броха, из банды лейцим. Эти лейцим - страшные проказники, они, дурачась, разыгрывают людей, а иногда могут и серьезно напакостить..." (MMS 1946: 112) (перевод наш. - Е.О.). Проделки лейцим, к которым принадлежит Броха, в основном направлены на то, чтобы проучить и одурачить человека. В большинстве случаев демон просто развлекается и проказничает, не причиняя человеку вреда и вполне довольствуясь тем, что насмеялся над ним. Самой излюбленной шуткой весельчаков-лейцим и следует признать рассматриваемый в данной работе сюжет об их появлении на дороге перед проезжими и прохожими в виде домашних животных или какого-то неодушевленного предмета, имеющего ценность в хозяйстве, например, сахарной головы или мешка с солью, горохом.

Проезжая через поле, извозчик заметил большой кусок сахару и подобрал его. По дороге он его лизал, а когда подъехал к городу, из его телеги появился, танцуя, маленький человечек и сказал, смеясь: "Be-be! Host mikh gelekt, vu men hot nisht gedarft!" ("Бе-бе! Ты меня лизал туда, куда не надо было!") (м. Высокое, Полесье; Kagan 1938: 387, № 118).

Деревенский торговец разъезжал из деревни в деревню. Вдруг видит - на дороге лежит мешок - то ли с сахаром, то ли с солью. Купец взял щепотку сыпучего вещества, чтобы попробовать его на вкус, но никак не мог донести до рта, т.к. содержимое убегало сквозь пальцы. Рассердившись, торговец нагнулся к мешку и лизнул белую массу. Оттуда выскочил лец и закричал: "Ober du host mikh gemuzt lekn in tokhes!" ("Но ты должен был лизнуть меня в задницу!") (Лодзь; Kagan 1938: 187, № 119; ЕНС, № 38).

По словам леца Брохи, "вечер в среду и ночь с субботы на воскресенье - наилучшее время для их проделок. В эти ночи они оборачиваются человеком или скотиной, как им хочется, чтобы одурачить и провести проезжих" ("Кляча", MMS 1946: 112) (перевод наш. - Е.О.). Броха рассказывает Исролику "о том, как он в среду ночью явился одному извозчику в обличье связанного теленка. Тот слезает с козел, берет его и забрасывает в телегу... И вот он тащится, а тут мой лец ставит ему передние ноги на плечи, задирает хвост - и был таков" ("Кляча", MMS 1946: 112) (перевод наш. - Е.О.).

Отдельные рассказы слегка отклоняются от описанной выше стандартной схемы, поэтому приведем их особо.

а) Человек не подается на провокации нечистой силы.

Один извозчик ехал ночью в деревню с зерном. Вдруг дорогу ему преградила лежащая поперек дороги телка. Еврей стегнул ее кнутом, она убежала, но через какое-то время лошадь снова встала - на сей раз на дороге лежал теленок. Извозчик прогнал его кнутом, но вскоре на дороге появилась лошадка. И ее извозчик стегнул. Так повторялось много раз, пока не наступил день (м. Высокое, Полесье; Kagan 1938: 182, № 102).

б) Лец в виде овцы сам подсаживается на телегу. Поздним вечером еврей проезжал лесом. Вдруг сзади кто-то слегка хлопнул его по спине, он обернулся - в телеге сидит овца. Дорогой она расспрашивала его о доме. В полночь овца пропела, захлопала крыльями и исчезла (м. Шауляй, Литва; Kagan 1938: 183, № 105).

в) Овцу выловили в реке. Эта быличка объясняет название местечка "Чарток" (т.е. черт). Однажды еврей ловил рыбу и поймал вместо рыбы овцу. Он повез ее домой, думая: "Kh'vell shoyn hobn a fete vetchere fun dem sheps!" ("Вот уж будет у меня ужин (вечеря) из этой овцы!") - на что овца ответила: "Du vest es nokh nit hobn!" ("Нет, пока еще не будет!") - и исчезла. С тех пор местечко и называется "Чарток" (м. Дуниловичи, Виленская губ., Kagan 1938: 183, № 107).

Проанализировав изложенные выше мемораты о встрече человека с нечистой силой в виде домашних животных, можно сделать вывод, что в большинстве случаев демон просто развлекается и проказничает, не причиняя человеку вреда и вполне довольствуясь тем, что одурачил и проучил его.

Однако в некоторых случаях последствия для адресата могут быть более серьезными:

а) Болезнь после пережитого испуга (см. быличку о Мойше-Хирше и извозчике-гое);

б) Нанесение человеку телесных повреждений нечистой силой. В полночь один еврей встретил на улице жеребчика и решил отвести его к себе в стойло, пока не объявится хозяин. Он сел на жеребчика верхом и направил его к своему дому, однако животное тронулось в другую сторону, по мосткам, покрывающим улицу, с каждым шагом становясь все выше, пока не достигло крыш домов. Еврею расщепило голову о какой-то косяк, жеребчик сбросил его наземь, а сам скрылся в церкви (м. Мостиска, окрестности Львова; Kagan 1938: 186, № 114). Следует отметить, что встреченный персонаж явно принадлежит к "чужой" демонологической системе, на что указывает место его пребывания - церковь. Помимо этого, в данном сюжете в свернутом виде содержится славянское поверье о том, что нечистая сила может обитать в сакральном пространстве (в церкви, на колокольне; подробнее об этом см. Власова 2000: 529). Накануне Песаха один еврей ехал на телеге домой, увязая колесами в грязи. Увидев овцу, он перенес ее на телегу. Вдруг поднялся ветер, полил дождь, наступила кромешная тьма. Еврей остановился в леске, залез под телегу и заснул. Ночью его подняли вместе с возом в воздух и до утра швыряли во все стороны. Утром овца на телеге встала на задние ноги, замахала ими и удрала (м. Ливнхоф, Лифляндия; Kagan 1938: 185, № 112). Аналогичный сюжет представлен в полесской быличке про Гершко Щербатого: "(Ехал с базара на возу ночью). По дорозе лежит баран. Взял того барана у воз. А лошади не идут. Оглянулся на барана - догадался, что это сила нечистая. Хотел выбросить с воза, а баран влупил ему в зубы и выбил. Вмиг все зашумело с воза, (и исчез баран). С того дня Гэршко и зовут Шер-батым" (с. Олтуш Малоритского р-на Брестской обл., ПА 1985, зап. И. Кондрашева).

в) Нанесение материального ущерба (в т.ч. с целью проучить за попытку присвоить чужое или бесхозное имущество). Извозчик ехал по дороге, увидел мешок гороху, перенес на телегу. Проехал дальше - увидел овцу, с огромными усилиями взвалил и ее на телегу. Едет дальше - видит ладную, молодую лошадку. Извозчик подумал: "Распрягу свою клячу, прогоню, а вместо нее запрягу эту!" Так и сделал. Отъехал довольно далеко, тут лошадка исчезла, и он остался один с возом посреди дороги (м. Жетл, р-н Новаредка; Kagan 1938: 185, № 111).

Согласно рассказу из Подлясья, некий еврей ехал из Трестна в Белосток. В одном месте его лошадь никак не могла взобраться на гору. Оглянулся еврей и видит: недалеко пасется табун без присмотра. Он поймал одного коня, впряг вместо своей кобылы и двинулся дальше. Он ехал всю ночь, а наутро оказался у подножия той же горы, табуна там больше не было (Белосток; Kagan 1938: 178, № 92). Вариант из Подолии имеет более моралистический конец: прибыв в пункт назначения, еврей рассказал о случившемся знакомому извозчику. "Тот сказал, что нечистая сила нарочно приняла вид коня, чтобы испытать, захочет ли он присвоить себе чужого коня или нет. - "Где нечестивое дело, там и нечистая сила", - так сказал" извозчик" (ЕНС, № 42). Несколько извозчиков направлялись в Брест с товаром. Один из них отстал, т.к. его лошадь отказывалась идти быстрее. Видит извозчик - бежит маленькая овечка. Он поймал ее и поехал дальше. Вдруг овечка спрыгнула с воза с криком: "Du host mikh untergefirt!" ("Ты меня подвез!") - и исчезла. Спустя два часа лошадь стала. Извозчик принялся тянуть за вожжи, и вскоре они заполнили собою все козлы. Извозчик обрезал их, снова стал тянуть, снова обрезал. Уже у самого Бреста перед ним появилась та же овечка, которая рассмеялась ему в лицо и сказала: "Be-be, du host opgeshnitn dayne eygene leytses!" ("Бе-бе, ты обрезал свои собственные вожжи!") (м. Высокое, Полесье; Kagan 1938; 184, № 108).

г) Переход в христианство (на материале славянских меморатов). Еврей нашел на дороге теленка, который вскочил к нему на воз, и прогнать его было невозможно. Еврей понял, что это черт, взял две соломинки, сложил их в виде креста и спросил теленка: "Знаешь, что это за знак?" Теленок тут же исчез в виде вихря. Еврей после этого окрестился в костеле и женился на деревенской девушке (Волынь; Siewiriski 1903: 85. См. также: Белова 2001: 215, где данный текст рассматривается как пример "страшного чуда").

Чтобы отпугнуть нечистую силу, евреи, по утверждению информантов-белорусов, прибегали к знаку креста: "Еврей ехал на возу ночью один. Оглянулся, а за спиной баран лежит. "Багасю, багасю, а що ты такое?" - спросил еврей и скрестил пальцы. Баран сразу исчез (с. Олтуш Малоритского р-на Брестской обл., ПА 1985, зап. И. Кондрашева).

Сюжет о перемене веры рассматривается наряду с ущербами и увечьями, т.к. изменение конфессиональной принадлежности приравнивалось к одному из наиболее серьезных испытаний для представителей традиционной культуры. Чаще всего оно влекло за собой исключение из своего социума; человек мог стать изгоем. То, что в славянских быличках оценивается как благо (еврей окрестился в костеле), с точки зрения еврейской традиции могло обернуться для него трагедией.

д) Попытка заманить в воду. Дядя рассказчика ехал на повозке. Видит - у реки лежит маринарка (тип сорочки). Он слез с повозки, хотел ее подобрать, но ее все дальше относило к реке. Извозчик закричал дяде, что это шейдим хотят заманить его в воду (Люблин; Kagan 1938: 187, № 116). Дети играли вечером на берегу реки. Вдруг кто-то окликнул их: "Детки, детки! Идите ко мне, я подарю вам красивые вещи!" Оглянувшись, дети увидели стоящего в воде гоя с длинной трубкой во рту. Мальчики не знали, что это die Malke Shu, и подошли ближе; демон утащил их в воду (м. Соник, окрестности Львова; Kagan 1938: 144, № 12).

За таинственным демонологическим персонажем под названием Malke Shu скрывается Malke(s) Shvo, т.е. Царица Савская. Однако трансформация в народном сознании этого танахического персонажа в демонологический персонаж -похитителя детей в облике "чужого" - тема отдельного исследования и самостоятельной статьи.

Литература и источники

An-ski 1925 - An-ski Sh. (Rappoport Shloyme-Zaynvl). Gezamlte shriftn in 15 bendn. Vilno-Warszawa-New-York, 1925. B. 15.

Kagan 1938 - Mayses un Masores // Shriftn fun Yiddish Visnshaftlikhn Institut. Filologishe Shriftn / Unter der redaktsie fun I.L. Kagan. Vilno, 1938.

MMS 1946 - Mendele Moicher Sforim. Di Kliatche. Masoes Benyomin Hashlishi // Selected Works. New York, 1946. Vol. 2.

Sh.-A. 1903 - Sholom-Aleykhem. Dos Groyse Gevins. Warszawa, 1903.

Siewinski 1903 - Siewinski A. Bajki, legendy i opowiadania ludowe zebrane w pow. Sokalskim // Lud. 1903. T. 9. S. 68-85.

Weinreich 1926 - Weinreich M. Lantukh: die Geshikhte fun a Heymishn Nisht-gutn // Filologishe Shriftn fun YIVO (Landau Buch). Vilno, 1926.

Белова 2002 - Белова О. Чудо и вера: народные легенды о религиозных праздниках, обрядах и обращении иноверцев // Концепт чуда в славянской и еврейской культурной традиции. М., 2001. С. 194-217.

Виноградова 2000 - Виноградова Л.Н. Народная демонология и мифо-ритуальная традиция славян. М., 2000.

Власова 2000 - Власова М. Русские суеверия. СПб., 2000.

ЕНС - Еврейские народные сказки / Собр. Е.С. Райзе. СПб., 1999.

Околович 2002 - Околович Е. Заметки о еврейской народной демонологии (по материалам фольклора на идише) // Между двумя мирами: представления о демоническом и потустороннем в славянской и еврейской культурной традиции. М., 2002. С. 136-162.

ПА - Полесский архив. Материалы экспедиций Института славяноведения РАН, проводимых в 1974-1986 гг. под руководством Н.И. Толстого.

"Свой или чужой? Евреи и славяне глазами друг друга", сборник статей. Москва, 2003 г.


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-20 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования