Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей

БиблиотекаАрхив публикаций ]
Распечатать
Епископ Йозеф Барон. Кризис и возрождение лютеранства. Некоторые замечания из новейшей истории нашего вероисповедания: феномен "Единой евангелическо-лютеранской церкви России". [протестантизм]

Дорогой Читатель!

На Западную Пасху сего года я решил после длительного молчания опубликовать свое Послание с некоторой информацией и духовными размышлениями о светлом празднике Христовом. Как известно, за это время появились некоторые отзывы. Я благодарю всех за внимание. Но у многих верующих, возможно, сложилось следующее впечатление: в начале 90-х автор этих строк активно участвовал в возрождении лютеранства у нас, но потом свое пастырское служение "прекратил" и от дел "отошел". Признаюсь: последние 30 лет как мирянин, а позже и как священник я был непосредственно связан с церковной жизнью Латвии, а также принималпосильное участие в восстановлении нашей церковности в России.

Верно, о нашем совместном служении были и публикации объективного характера. За это хочу поблагодарить их авторов. Тем не менее, большинство информации появилось по заказу определенных лиц и руководителей западных церквей, лично не знающих меня. Вообще, вокруг Вашего покорного слуги за последние 20 лет сложилось немало мифов, клеветы и дезинформации. По просьбе и рекомендации Епископского Совета решился на написание настоящей статьи. Прежде всего, к этому меня побудило не защита своей "персоны", а общее положение лютеранства в России сегодня. Хочу также подчеркнуть то обстоятельство, что изложенные мною события основаны на фактах, включая письма и иные документы из церковного и личного архива.

СМИ и их источники: один пример из многих

(1) Среди многих источников о лютеранстве в 2002 г. издательством "Летний сад" была выпущена книга под общим названием "Религия и общество. Очерки религиозной жизни современной России". Это лишь один пример публикаций о нашем исповедании. Большинство статей сборника принадлежит ответственному редактору издания, московскому социологу С. Б. Филатову. Я внимательно прочел статью "Российское лютеранство". Разумеется, любая информация о лютеранстве и его судьбах, в том числе и из научных изданий, является для меня важной. Особенно когда речь идет не только об объективной проблематике возрождения на территории РФ одного традиционного вероисповедания, но также и о некоторых аспектах сугубо личного характера, субъектах и носителях нашего духовного возрождения, тем более их характеристике.

В статье "Российское лютеранство" г-на Филатова представлены характерные черты сложного процесса не только как возрождения, но и идентичности лютеранства в нелегких и смутных условиях современной России. Верно, сегодня в этом участвуют, как минимум 5, а то и больше церковных течений. Среди них финно-скандинавский элемент (и поддерживающие его представители части американского лютеранства), крайне либеральное западное германское направление, а также – "новороссийское" (как я его условно называю). Последнее особенно добивается независимости, как от узкого национализма, так и от западного суперлиберализма, а также стремится к новому синтезу наследия Реформации в условиях нашей страны. Здесь соглашусь с социологами, авторами статьи: богословская независимость российского лютеранства может осуществиться лишь тогда, когда среди самих русских лютеран будет больше образованных богословов (с. 335). Как отмечают авторы данной статьи, "российское лютеранство становится серьёзным духовным и интеллектуальным вызовом русскому православию" (с. 335). По моему убеждению, российское лютеранство должно будет поучиться у своей старшей сестры по вере – у русского православия. Последний момент остается важным потому, что и скандинавские церкви – как справедливо указывается авторами статьи – "по степени либерализации […] не принципиально отличаются от церкви Германии" (с. 329). Лютеранство на Западе (и в определенной мере даже католицизм) сегодня переживает свой глубокий церковный кризис именно как кризис христианской идентичности вообще.

Считаю необходимым выразить признательность за труд авторам, дающим читателю с исторических, контекстуальных и актуальных позиций определенную возможность, хотя бы в общих чертах, осмыслить социологическую роль религии, а также задуматься о потенциальном месте лютеранства в России – как определенного "синтезатора" между католичеством и православием для будущего.

(2) Позвольте мне приступить к следующей части обсуждения. Считаю это своим пастырским долгом, связанным и с достоинством своего Сана. Тем более что в статье "Российское лютеранство", как и во многих других, более кратких публикациях, (в основном в интернете), рассматриваются некоторые имена и личности, включая и меня. Авторы данной статьи справедливо отмечают "недовольство […] немецким культурным засильем в церкви, навязываемыми нормами немецкого [т. е. западного] лютеранства" в России (с. 317), а также – присутствие конфликта и соперничества (с. 321). Вообще, в данной статье в самой тесной связи переплетаются как отдельные личности, так и конфликты. Должен сказать, что возникший конфликт соперничества до сих пор продолжается не только между западными миссионерами и так называемыми "отсталыми" или изолированными "братскими общинами" (с. 318) Сибири и восточной части РФ. Неизбежная объективность этого конфликта, по моему глубокому убеждению, лежит еще глубже; он не связан только с т. н. высокой "образованностью" или "теологической компетентностью" немецких бюргеров. В основе конфликта до сих пор лежит отчужденность между западным Христианством и Россией в целом. Отчужденность не удается преодолеть даже по догматике и вероучению довольно близким "сестрам-церквям", т. е. Римско-католической и Русской Православной. Думаю, здесь будет кстати простая, но одновременно и глубокая мысль,высказана Александром Солженицыным: "Запад для нас не учитель, ибо он не испытал то, что мы испытали…". – [Интервью в телеканале "Россия" от 9 июня 2001 г.]. В данном случае: скрытое нежелание (или неспособность?) западного лютеранства понимать местных церковныхруководителей, а также борьба за престижные места миссии в Петербурге, Москве и др. крупных городах России. Кроме того, часто западные миссионеры не склонны служить на ниве Божией вместе со способными, но уважающими свой собственный подход к проблемам людьми советского прошлого, с россиянами.

(3) Авторы вышеуказанной статьи за эти годы не сочли нужным встретиться лично со мной, обговорить сложную и не простую тематику с одним из первых руководителей российской лютеранской церкви. Надеюсь, что такая возможность для встречи и для серьезной беседы еще представится. Ведь события, отраженные в статье, относятся к последним 18 – 20 годам бурного развития в России вообще. Это касается не только духовной жизни, но и возможных противоречий в будущем.

Если я правильно понимаю, изданная при финансовой поддержке Кестонского института книга претендует на место "Энциклопедии современной религиозной жизни России". Кестон и его сотрудники оказались подготовленными, пишет в предисловии издания Майкл Бурдо, для достаточно амбициозной задачи, – "составить максимально подробное и объективное описание современной религиозной ситуации в каждом регионе России" (с. 19). Впрочем, если в статье будущей энциклопедии без учета моей точки зрения дается оценка событий, в которых я непосредственно участвовал, можно ли с научных позиций на данном этапе назвать такой сборник статей "энциклопедией"? По крайней мере, это заметно именно в статье "Российское лютеранство".

Также создается впечатление, что даже данные о моей личности взяты из вторых или третьих рук. В статье не приводится, кроме финских, немецких, американских или вообще западных авторов (напр. Г. Штрикера, с. 319), ни одного источника, принадлежащего мне или людям, которые знали меня лично по церковному служению. Кроме того, события, связанные с нелегким служением, как заметно из текста статьи, пересказываются моими бывшими студентами и слушателями курсов богословия. В начале 90-х в моих семинарах по богословию принимали участие о. Сергей Прейман, пасторы Фон Дитлов, Дмитрий Лотов, сестра Инесса Тирбах и др. Из-за связей с Западом, позже онипримкнули к т. н. "историческим" церквям. Как указывается авторами, – к церквям немцев или финнов (ср. с. 330). Почти все остальные личности, о которых упоминается в данной статье, включая и Руководителя финской церкви, со мною лично до сих пор не знакомы. Они обучались и появились на служении к середине или к концу 90-х, поэтому я не вправе их здесь затронуть.

Конец 80-х и начало 90-х прошлого ХХ века

(4) Безусловно, возрождение лютеранства в России, во второй половине 80-х и в 90-е, происходило неспокойно и бурно из-за того, что, во-первых, на территории РФ (кроме Прибалтики) не было ни одного компетентного богослова, имеющего при этом и закал веры в условиях советского атеизма. Не менее важен и следующий фактор, связанныйс самой сущностью протестантизма как такового. Еще на пороге ХХ века известный датский философ Харальд Гёффдинг (1843–1931), ссылаясь на некоторых представителей кантианства, писал: "в отличие от католицизма протестантизм выделяет принцип личности. Это – как его слабость, так и его сила. Его слабость в том, что он не смог выступить с такой уверенностью авторитета как католическая Церковь. … Его силой все-таки станет то, что само будущее принадлежит свободе и личной истине"… Протестантизм – это также и метод. И таким методом не должно являться ни что другое, как только все то, что тесно связано с признанием личности как центра опыта и ощущения ценностей.Реформаторы в ХVI веке этого еще не видели. Они расстроили общину древней Церкви, но при этом для своего нового общества не нашли осуществляемого принципа. "Из-за этого, – далее отмечает Гёффдинг, – беспокойство, спор и движение в протестантском мире". – [Harald Hoeffding. Religionsphilosophie. Leipzig, 1901. S. 280, 281s.].

(5) Не исключаю, что и в моей деятельности (как руководителя первой зарегистрированной властями Единой русской лютеранской церкви на территории РФ) могли быть ошибки и неточности. Я начинал свое епископское служение, когда мне было 33 года. Однако и сегодня хочу подтвердить, что интересные личности, как субъекты и носители возрождения, были не только в моем окружении. Они, безусловно, были и среди советских финнов, в первую очередь, как справедливо отмечают авторы публикаций, это – пастор церкви Ингрии, прелат Арво Сурво. Его я знаю лично и до сих пор храню в своей молитве. Благодаря именно этой личности, с помощью Божьей, возродилась церковь Ингрии. (Мне неизвестно почему о. Арво не стал первым ее епископом).

Верно и то, что уже в 80-х годах у пастора Арво Сурво в г. Пушкине, в Ленинградской области и Карелии, были общины, в том числе и одна русская. Я лично, когда еще не было своего храма, приезжая из Риги, посещал эти финские общины и бывал как в доме о. Арво Сурво, так и в финской кирхе в Царском Селе. Юридический статус, после переименования пробства (округа благочинного) в церковь, а также приобретения канонической независимости от Эстонии, местные финны, получили после проведения первого синода церкви Ингрии. Это было 20 марта 1993 г. – [Ст. "Юбилейные даты церкви Ингрии". Журнал "Церковь Ингрии". № 37, март 2001 г. С. 20].

(6) Здесь снова вынужден коснуться "межличностного" момента. У меня после прочтения вышеприведенной статьи – как и статьи "Русское лютеранство: между протестантизмом, православием и католицизмом" ["Дружба Народов", № 9 за 2002 г.] – сложилось впечатление, что я как бы лично находился под постоянным влиянием пастора Арво Сурво как "идеолога", который меня "затмил" (ср. с. 330). Простите, по какому праву можно так рассуждать о духовных лицах? Как на это смотрят люди с точки зрения общей культуры и журналисткой этики?! Вообще, с самого начала между мною и о. Арво речь не шла ни о "соперничестве", ни об общей работе – именно из-за стремления этнического, национального возрождения местных финнов, связанного, конечно, и с духовностью. И я сам до сих пор, в первую очередь, себя не считаю ни литовцем, ни латышом, даже не лютеранином, а просто христианином и бывшим советским, теперь российским, гражданином.

Также хотелось бы разъяснить, что моя пастырская деятельность не так уж тесно была связана с "рок-н-ролльными" приходами. В статье С. Филатова (с. 330) создается представление обо мне, правда, посредством пересказа других, как о не серьезном священнике. Верно, некоторые музыкальные группы молодежи действительно были знакомы со мной. Но такое знакомство было возможным именно в той связи, что они интересовались Евангелием. Однако это не означает, что моя деятельность была так сильно музыкальной и "супер-современной".

На рубеже 80-х и 90-х финны, как и немцы, и не думали о воссоздании единой церкви для всех национальностей: единой не по одной финской (или немецкой) национальности, а по одному вероисповеданию. Это для многонациональной России, согласитесь, было бы логично и по-христиански справедливо. Естественно, братья финны были заняты, в первую очередь, своим этническим и духовным возрождением. Тем более что до Петра I территория сегодняшней Ленинградской области, а то и некоторые другие северо-западные области, принадлежали финнам, входящих в церковь Ингрии. Спрашиваю: какое могло быть "соперничество" (как об этом пишут авторы статьи) между мною и финнами, между людьми, которых еще совсем недавно травила советскаяатеистическая идеология?!

Истинные корни раскола в российском лютеранстве

(7) Как правильно отмечают, я в действительности после факультета Иностранных языков Латвийского Университета с 1986. г. продолжал свое богословское образование в Теологическом Семинаре лютеранской церкви Латвии. Параллельно проходил литургическую практику у известного прибалтийского пиетиста Харальда Калниньша (1911–1997). (Об этом я пишу и в своей книге "Крест и христианство: теология Креста для человека, Церкви и ее единства". – СПб.: Алетейя, 2007). Как известно, в ноябре 1988 г. Калниньш был рукоположен в епископа немецких общин СССР при согласии и прямом участии архиепископа Латвии Эрика Местерса. Фактически Калниньш был епископом немецких общин уже долгие годы до перестройки. При этом он некоторое время в Семинаре церкви Латвии преподавал экзегетику.

В 1989 г. я был рукоположен в сан полноправного пастора и с согласия архиепископа Эрика Местерса направлен епископом Калниньшем в Ленинград и Москву – [справка № 110 от 05. 11. 90] для проведения регулярных служб на немецком языке. При этом я считался в списках пасторов церкви Латвии. В начале моего служения в России немецкой лютеранской общины в Москве не было. Лишь 27 июля 1991 г. у входа фабрики "Диафильм", точнее: на паперти лютеранского собора св. Петра и Павла г. Москвы, с ассистентами о. Д. Лотовым и о. Августином Севастьяновым мне удалось провести первую Литургию на русском и немецком. – [См. А. Песков. Дайте Богу Богово. "Вечерняя Москва" от 30. 07. 91. – В той же связи за замечательную статью "Немые обитатели Москвы" хочу поблагодарить его автора А. Митрофанова].
А. А. Биттнер.

В сентябре вторая Литургия уже состоялась не на паперти собора, а внутри под руководством главы Немецкой церкви Калниньша.

(8) По сравнению с Москвой, немецкая община в Ленинграде воссоздалась раньше. Она, после долгих лет притеснений советскими властями, включая "запрет 100-го километра", к 1987 г. была собрана А. А. Биттнером. Некоторые среди советских немцев еще боялись повторения сталинских лагерей из-за участия в жизни общины. Тем не менее, приход начинал свое возрождение, а его председателем стал Андрей Андреевич. Он уже к 1988 несколько раз приезжал в Ригу и посещал церковь Иисуса, где служил епископ Х. Калниньш. А. Биттнер просил его направить в Ленинград пастора, владеющего немецким языком. Прошло еще несколько бурных лет восстановления церковности и случилось следующее: из-за западной церковной политики, к январю 1992 г. Андрей Андреевич, еще в советские времена собравший верующих и давший первые шаги восстановленной жизни прихода, незаконно был отстранен от своей должности. – [См. заявление пробста ЕЛКРАС Хайнца Китцки начальнику УВД Центрального р-на СПб. от 15. 11. 95 г. – Ср. кассационную жалобу в Судебную коллегию на решение СПб. городского суда от 12. 01. 96 по делу № 3-25, подписанную г-м А. А. Пастором]. Законный Совет восстановленной немецкой общины не один год судился с той частью прихода, которая была создана позже под влиянием граждан ФРГ. Но А. А. Биттнер, несмотря на дезинформацию, уже вошел в историю восстановленного немецкого прихода в Петербурге, как и в историю российского лютеранства. Царство ему небесное!

Добавлю, что в 1993 г. законная община А. А. Биттнера обратилась ко мне с просьбой проведения своих служб во храме св. Екатерины на В. О., начиная с 14. 02. 1993 г. В письме общины на имя Генеральной Консистории Единой ЕЛЦР было указано: "… Ф. Лотихиус и Г. Кречмар, оба граждане ФРГ, … сорвали богослужение нашей общины 31. 01. 1993 г. в храме св. Анны [о чем имеется гражданами РФ составленный акт]. Не подчиняясь Уставу общины и общецерковным канонам, – далее говорилось в письме немецкого прихода – Ф. Лотихиус искусственно создал параллельную нигде не зарегистрированную общину, граждане из которой под его руководством нарушают нормальную духовную жизнь общины". Они "мешают работе работникам кинотеатра, что создает проблему в сотрудничестве общины с коллективом кинотеатра "Спартак". Я и Консистория просьбу немецкой общины о проведении ее богослужений удовлетворили. Позже, во второй половине 90-х, община собиралась на 1-й линии В. О. у В. А. Коробовой. Прихожане до сих пор благодарны Валентине Анатольевне за прием и предоставленную возможность проведения Литургии.

(9) Хочется еще раз подчеркнуть: к т. н. "расколу" общины не немецкой национальности никакого отношения не имели и сегодня не имеют. В европейской части России работа с верующими, кроме пастора Арво Сурво, а позже, в конце 80-х и меня, практически не велась. Епископ Х. Калниньш в 70-80 гг., постоянно проживая в Латвии и находясь под юрисдикцией архиепископа Латвии Эрика Местерса (до ноября 1988 г.), иногда посещал лишь изолированные от европейской части России немецкие "братские общины" в Сибири и в республиках Средней Азии. Безусловно, это было связано и с политическими причинами СССР, с его отношением к национальным меньшинствам. Таким образом, ни одной нормально действующей общины на европейской части РФ до конца 80-х, когда начались регулярные службы в г. Пушкине под Ленинградом, не было.

С другой страны, должен признать: церковь Германии ждала ухода от активного служения о. Калныньша. Она сначала сделала из него фигуру международного масштаба в "немецком лютеранстве", но в то же время были организационные трудности из-за его преклонного возраста. Вскоре, наблюдая поведение представителей ЕКД в России, у многих создалось впечатление о том, что она не столько желала помогать возрождению, но, используя экономические трудности местных общин, захотела полностью руководить ими. Притеснение законной немецкой общины А. А. Биттнера в Петербурге остается ярким примером такого рода.

(10) До сих пор меня спрашивают: "почему же Вы отделились от немецкой церкви в СССР? Ведь это была ошибкой!"

Я и сейчас Х. Калниньша считаю одним из своих духовных отцов. Я лично у него – как яркой личности высокой культуры и глубоких взглядов пиетизма – прошел первую духовную практику в Риге. Часть собеседников ссылается на Г. Кречмаром изданную брошюру, где говорится о конфликтах. – ["ЕЛЦ в России …". der Bote, 1996. С. 31-32]. Но там, среди вопросов о таларах и церемониях, нет ни одного слова о самых глубоких корнях разделения. Наличие в моих приходах, как отмечают, некоторых элементов "католической обрядности", к расколу не имеет никакого отношения.

Во-первых, такие элементы в лютеранстве, особенно в Скандинавии и Прибалтике, сохраняются из-за того, что и до Реформации они были общими у неразделенной Церкви. Во-вторых, эти элементы, например, грегорианское пение на латыни, сегодня даже возрождаются на том же Западе. В-третьих. И в евангелической Литургии можно пользоваться, как черным таларом (в Германии), так и древним церковным облачением. Например: столой, альбой и орнатом. Вкратце: никогда вещи адиафорного порядка по своей сути не могут стать поводом разделений.

(11) Истинные причины раскола российского лютеранства, которые никогда не зависели от меня лично, среди других менее объективных, до сих пор необходимо искать в другом отношении. Отметим то обстоятельство, что культурная и духовная жизнь на Западе за последние 100 лет резко изменилась. Если учесть и изоляцию россиян до конца 80-х прошлого века в СССР, разница между христианами Запада и Востока окажется весьма серьезной. К сожалению, эта разница сегодня не редко включает в себя совсем не второстепенные моменты. А именно: по настойчивому требованию Всемирной Лютеранкой Федерации (ВЛФ) д-ром Г. Кречмаром (тогда гостем из Германии и негласным представителем Федерации) 3-го июля 1990 года на съезде благочинных немецких лютеранских общин в г. Целинограде – вопреки здравому смыслу Писания и условиям России – были "узаконены" ординация и священство женщин. Это было зафиксировано в ст. 33, п. 5 Устава "Немецкой Евангелическо–Лютеранской церкви в СССР", тогда руководимой епископом Г. Калниньшем.

К сожалению, против такого западного "нововведения" в своем преклонном возрасте сам о. Калниньш не смог протестовать. Тем более, не смогли противостоять и пробсты. В большинстве они сами были пожилыми людьми, не были теологами, имели лишь начальное образование… Верно, я присутствовал на съезде без права голоса, поскольку по совместительству и с согласия архиепископа Латвии являлся пастором-адъюнктом немецкой общины в Ленинграде, по данному случаю – переводчиком, сопровождающим епископа Калниньша и гражданина ФРГ д-ра Кречмара. Вообще, до 1991 г. я был под юрисдикцией церкви Латвии и одновременно – адъюнктом у епископа Калниньша.

Возвращаюсь к теме: повторно практика женосвященства была одобрена – уже после переименования немецкой церкви – в Уставе "Евангелическо-Лютеранской церкви в России и др. государствах". Это произошло к 1994 году по тому же требованию ВЛФ, уже руководимой самим д-ром Кречмаром (ст. 42 п. 5 Устава). Позже в своем отчете во время 2-го Генерального синода д-р Кречмар прямо заявил: "в церкви речь не идет о правах женщин и мужчин, но о том, можем ли мы" практику женосвященства воспринимать "как дар Святого Духа" (?!). – [Ev-luth. Kirche in Russland, der Ukraine, in Kasachstan und Mittelasien. 1994–1999. St. Petersburg, 2000. S. 47].

(12) Таким образом, раскол из-за женосвященства имел самые глубокие корни и затронул основы не только лютеранства, но и Христианства вообще; он поставил под удар всю традицию Писания, на которой и далее должна основаться любая христианская церковь в мире. Иными словами: введение западной практики феминизма в российское лютеранство нанесло тяжелый удар Христианству вообще, особенно экуменическому диалогу с православием. Российскому лютеранству грозил статус нетрадиционной церкви. В дальнейшем необходимо было определиться: следовать ли заданному "курсу" Лютеранской Федерации? Или: брать на себя ответственность за последствия "непослушания" такой западной политике (и это по отношению к Церкви и так физически и морально беспредельно пострадавшей во времена советского безбожия).

Факт остается фактом: раскол из-за вопросов вероучения до сих пор в российском лютеранстве продолжается не просто из-за "раскольника" Баронаса, бывшего "прежде ближайшим сотрудником епископа Харальда Калниньша" [как об этом написано в "сообщении Центрального церковного управления ЕЛЦ" от 08 июня 2006]. Дело в том, что сами руководители немецкой церкви до сих пор не охотно говорят о действительных причинах раскола как сугубо тяжелого феномена…

Тогда, в 1990 г., и не было, у кого просить духовного совета. Лютеранская Федерация слушалась только Г. Кречмара. О событиях в России она узнавала только через него и верила только им данной информации. Епископ Калниньш с самого начала, хотя и говорил о "западной инвазии", но подчинился Кречмаром предложенному курсу. Финны в Ленинградской области, в свою очередь, занимались своими делами национального и духовного возрождения. Единственным выходом было обращение к архиепископу Латвии Эрику Местерсу, рукоположившего меня в пасторы.

Верно, на волне национальной независимости в апреле 1989 г. на место Местерса был избран новый руководитель церкви Латвии – Карлис Гайлитис (1936–1992). Но Местерс (1926 г. р.), как это положено, и после ухода в отставку сохраняет свои общие духовные права архиепископа эмэритуса.

При этом он был незаконно смещен со своей церковно-административной должности на 3 года раньше Уставом положенного срока! Это факт.

Создание "Единой церкви"

(13) Я уже говорил о том, что на территории европейской части России к 1991 г. нормально действовала лишь одна немецкая лютеранская община в г. Ленинграде. Верно, существовали т. н. "немецкие братские общины" на юге европейской части РФ. Напр. в г. Анапе или г. Прохладном. Но там не было ни одного образованного пастора, а были просто "проповедники".

Ленинградская немецкая община раз в месяц или два собиралась в г. Пушкине и с моим участием проводила службы в финской кирхе. Настоятелем финской общины тогда уже не один год был о. Арво Сурво, пламенный энтузиаст и общественный деятель, авторитет в кругах местных финнов, тогда заочно еще продолжающий богословское образование в Эстонии. Больше никаких приходов в составе "Немецкой ев.–лют. церкви в СССР", главой которой являлся епископ Калниньш, к 1991 г. в европейской части РФ не было. Все бы шло тихо и спокойно, если бы я не столкнулся с новой действительностью. Ленинградские латыши, эстонцы, литовцы, шведы (или лица частичного шведского происхождения), также и русские, в 1990 г. просили организовать свои собственные приходы. Объективно говоря, они не желали вступить в "Немецкую церковь в СССР". – Тем более, через год СССР вообще не стало. А Латвия, где в г. Риге постоянно находился престарелый епископ Калниньш, раньше долгие годы посещавший немецкие приходы (в основном в Казахстане и Сибири), получила независимость.

(14) Таким образом, на основе добровольного объединения вышеуказанных общин разных национальностей к 1989 г. в Ленинграде начало действовать Представительство приходов. Оно в январе 1991 г. пригласило архиепископа Местерса для проведения совместной Литургии в храме св. Екатерины на Васильевском острове. До своего приезда о. Местерс в Риге посоветовался и с епископом Калниньшем о целесообразности своей визитации. Отношение последнего к созданным приходам ненемецкой национальности было нейтральным; Калниньш не желал вступления этих приходов в свою юрисдикцию; но и приходы не желали этого.

Во время своей визитации в Ленинград архиепископ Местерс убедился в целесообразности возрождения надэтнического лютеранства. Более того, он о своих приездах духовного попечительства скоро проинформировал и ВЛФ. Первая реакция Федерации была очень позитивной. – [Ср. Schreiben vom 4. Maerz 1991 mit der Unterzeichnung des ehemaligen Generalsekretaers des LWB Gunnar Staalsett und des Leiters der Europa-Abteilung an der EKD Hermann Goeckenjan vom 18. Februar 1991].

Все только что указанные моменты дали дополнительный импульс активности созданных приходов. По предложению Президиума Представительства 15 января 1991 г. меня избрали и. о. Суперинтендента Представительства приходов ЕЕЛЦР. Архиепископ Местерс мою кандидатуру одобрил. Возник вопрос о том, целесообразно ли мне оставаться в юрисдикции церкви Латвии, а также и в Немецкой церкви СССР, поскольку я считался пастором немецкой общины в Ленинграде. Естественно, просто оставить немецкого прихода я не мог. Но деликатную ситуацию разрешило неожиданное знакомство. В православной Духовной Академии тогда учился гость из Германии пастор Франк Лотихиус. Он по своей собственной инициативе очень хотел провести немецкие службы на моем месте в г. Пушкине. Так это и случилось: немецкий приход не остался "сиротой", тем более что в Ленинград и Москву и до сих пор, как правило, стремятся разные представители западного лютеранства… О том, что совет этого прихода позже был переизбран, я уже упомянул раньше (см. п. 8).

(15) Скоро события пошли следующим образом. Во-первых, важно отметить, что визитации архиепископа Местерса в Ленинграде происходили с письменного согласия Консистории и архиепископа Латвии Гайлитиса. – [См. мандат о. Местерсу от 18. 02. 91 г.]. Во-вторых, и о моем служении скоро узнали представители национальных меньшинств в Москве и других городах европейкой части России (Ульяновске, Самаре, Ростове-на-Дону, Свердловске, Оренбурге и др.). Таким образом, уже в 1991 г. после съезда лютеран на территории РФ была создана и при Минюсте зарегистрирована "Единая Евангелическо-Лютеранская церковь России" (ЕЕЛЦР). В состав этой церкви, кроме Представительства в Ленинграде, в начале входили не только русская, но даже немецкая, а также финская общины г. Москвы. Самое важное было в другом: ЕЕЛЦР объединяла верующих независимо от их национальной принадлежности. Лютеране на добровольных началах могли войти в состав церкви и начать жизнь христианского общения.

Финская община г. Пушкина не могла быть приглашенной на учредительный Синод ЕЕЛЦР, поскольку тогда находилась в юрисдикции Церкви Эстонии, как и немецкая община в юрисдикции епископа Калниньша.

Первые отзывы

(16) К сожалению, такое развитие событий не понравилось Г. Кречмару, тогда в 1991 г. еще постоянно проживающему в ФРГ. Как известно, именно он дал Лютеранской Федерации в одной своей статье весьма негативную информацию, как о Представительстве, так и о ЕЕЛЦР. – ["Kirchlicher Konflikt in Leningrad" // Lutherische Weltinformationen. 14/91, S. 9]. Он также распространял дезинформацию о том, что "Баронас стал епископом без синода, избрания и законного рукоположения". Суть таких комментариев со стороны Кречмара состояла лишь в том, что Единая церковь для своих внутренних дел никогда не просила "согласия" или "разрешения" у Запада. Этого нельзя было делать уже потому, что Запад во многих случаях сам отклонился от христианских традиций и канонов. Как можно просить его согласия об епископских рукоположениях, если он сам в Гамбурге и в Ганновере – в самом центре лютеранской Германии – имел женщин-епископш?!

(17) Были высказано много спекуляций о том, что архиепископ Местерс, будучи "пенсионером", не имел права совершать ординации. Что при рукоположении в епископы должны принимать участие двое епископов и т. п. – [„Joseph Baronas war fuer dieses Amt nicht rite vocatus(Conf. Aug. 14)"… „Dann ist aber in wohl allen Kirchen, insbesondere dort, wo die Apostolische Sukzession hoch gehalten wird, die Assistenz zweier weiteren Liturgen im gleichen Rang bei der Einsegnung vorgeschrieben". – Georg Kretschmar. „Die Rechtskontinuitaet zwischen der Evangelisch-Lutherischen Kirche in Russland der vorrevolutionaeren Zeit und der Deutschen Evangelisch-Lutherische Kirche in Russland im Verband der Deutschen Evangelisch-Lutherischen Kirche in Republiken des Ostens". 17. Maerz 1992.  S. 10-11].

Но таких правил в лютеранской традиции нигде не значится. Наоборот, порядок церковных церемоний по внешней форме в исповедальных книгах лютеранства XVI в. объявляется адиафорным, т. е. второстепенным – по сравнению с внутренним содержанием сути Евангелия и Христианства вообще. Разве можно абсолютный Божий Дух всегда вмещать во внешние формы обряда, установленными людьми? Именно об этом говорит уже Аугсбургское Вероисповедение (АВ). В его VII-м артикуле "о Церкви" ясно сказано: "для истинного единства Церкви достаточно согласия относительно учения о Евангелии и отправлении Таинств. Нет нужды в том, чтобы человеческие традиции, то есть обряды или церемонии, учрежденные людьми, были везде одинаковыми. Как говорит Св. Павел: "...Одна вера, одно крещение, один Бог и Отец всех..." (Еф. 4:5.6). – [Ср. Formula Concordiae (solida declaratio). X. De ceremoniis ecclesiasticis : BSLK, 3. Aufl. 1956, S. 1063, 31:„Iuxta hanc de adiaphoris doctrinam nulla ecclesia propter ceremoniarum dissimilitudinem … alteram condemnabit, si modo in doctrina et in omnibus illius partibus atque in legitimo sacramentorum uso concordes fuerint"].

(18) В ответном письме от 7 декабря 1991 г. архиепископ Местерс, ссылаясь на FC X, de ceremoniis ecclesiasticis (BSLK, 814, 4), разъяснил: "Внешний вид или форма, как и церемония, имеет свое место и свое значение. Это – сосуд, в который вмещают определенное духовное содержание. Но любой сосуд нельзя переоценить как таковой. Вообще, нет такой человеческой формы, которая могла бы полностью вместить в себя всю Божественную субстанцию. Нет и церемонии, к которой Дух Божий окончательно был бы привязан" [С. 2]. К 14 артикулу АВ это не имеет никакого отношения. Наоборот, епископство женщин в Германии и скандинавских странах на основании предания Нового Завете и общей, здравой традиции Христианства необходимо было бы давно и ясно объявить незаконным!

Хочу совершит этот экскурс некоторыми историческими замечаниями. Сам Лютер в своем обращении "К христианскому дворянству немецкой нации" от 1520 г. говорит об утверждении епископа двумя епископами или одним архиепископом. – [WA. 6, S. 429. Cfr. 455. – В русском издании: М. Лютер. Избр. произв. СПб. : "Андреев и согласие" 1994. С. 78 и 104]. Наверно, мало кто знает, что Петрус Магни, в Риме рукоположенный в епископы и позже принявший Реформацию, как один епископ в 1528 г. рукополагал трех новых епископов. Это было в Швеции. – [См. Martii Parvio. The Post-Reformation Developments of the Episcopacy in Sweden, Finland, and the Baltic States // Episcopacy in the Lutheran Church? Studies in the Development and Definition ofthe Office of the Church Leadership.Ed. by I. Asheim and V. R. Gold. Fortress Press Philadelphia, 1970. PP. 125-137. – Далее: Lexikon fuer Theologie und Kirche. Bd. 6. Freiburg, 1961, 1283. Art. Magni, Petrus]. Тем не менее, именно в Швеции до сих пор существует понятие исторической "апостольской сукцессии", по сравнению с Германией, где имеется лишь successio verbi.

В этих и подобных случаях никто не говорит о том, что и сам Лютер, не будучи епископом, 20 января 1542 г. рукополагал в епископы Николая Амсдорфа! – [См. статью с его именем в Энциклопедии Брокгауза и Ефрона]. Но примеры подобного рода были и в ХХ веке. Архиепископ Швеции по мне неизвестным причинам не мог принимать участия в ординации избранного архиепископа Латвии Феодора Гринберга. Тогда 5 ноября 1933 г. в Домском соборе г. Риги по просьбе Синода ординацию совершил самый старший священник Латвии – благочинный округа

г. Валмера д-р теологии Карлис Кундзиньш. Все церкви, в том числе и западные, признали эту ординацию в чисто протестантском духе, и не было никаких бесконечных комментариев и споров. – [A. Maculans. Ievesana archibiskapa amata //Evangelija gaisma. Riga, 1939. 93-96. lpp.].

Христос нас призвал стать Его учениками. По этому гораздо важнее другое: Он Сам говорит: "Тем прославится Отец Мой, если вы принесете много плода и будете Моими учениками. Как возлюбил Меня Отец, и Я возлюбил вас; пребудьте в любви Моей. Если заповеди Мои соблюдете, пребудете в любви Моей, как и Я соблюл заповеди Отца Моего и пребываю в Его любви" (Ин. 15:8-10).

Главное не в церемониях, а в наших отношениях с другими: "По тому узнают все, что вы Мои ученики, если будете иметь любовь между собою" (Ин. 13:35).

В духовной жизни, в духовных практиках нет, и не может быть, "пенсионеров" или духовных "пенсионеров", тем более в сане архиепископа!

Дальнейшие реакции и недоразумения

(19) Вскоре, в том же 1991 г. свою позицию о приездах Местерса в Россию для духовной опоры верующих в самом начале возрождения нашего исповедания, поменял и новый архиепископ Латвии К. Гайлитис.

Так, на волне национальной и политической независимости Латвии, он в своем письме от 1 марта 1991 г. дал понять следующее: приезды Местерса как Верховного духовного попечителя в Россию не нужны. Более того: восстановление приходов разных национальностей в Ленинграде и других городах РФ – по мнению Гайлитиса – могли бы привести и к восстановлению советского режима (?!), а также – к подчинению церквей Прибалтики бывшей при царе до 1917 г. С. –Петербургской Генеральной Консистории… Гайлитис в письме прямо заявил: "В этой связи сообщаю, что Евангелическо-лютеранская Церковь Латвии вместе с латышским народом твердо стоит на позициях возобновления государственной независимости Латвии и, как Церковь, и впредь остается самостоятельной Церковью без подчинения какой-либо Суперинтендентуре или Представительству – все равно СССР или России". – [ С. 2].

Как известно, архиепископ Местерс является ветераном Великой Отечественной войны. Поэтому в начале 90-х и он в Прибалтике подвергался довольно жесткой критике – не только за участие в войне на стороне советской власти, но и за свои инициативы возрождения лютеранства в России. Его обзывали "пособником большевиков и коммунистов". Некоторые из латышских лютеран ему прямо звонили домой и постоянно отговаривали от поездок в "красную, страшную Россию, к коммунистам".

(20) С большим удивлением можно лишь отметить следующее: узко-национальные интересы и западная церковная политика уже в самом начале нанесли неисправимый вред и дезинформацию надэтническому движению российских лютеран. Наивное представление о возможном новом "подчинении" прибалтийских лютеран "Санкт-Петербургской Генеральной Консистории" оказались "важнее" первых шагов восстановления российской духовности!

Архиепископу Местерсу в мае 1991 г. в деятельности и верховном духовном попечительстве в Ленинграде отказали. Но ранее, на Пасху того же года 31 марта (на основании прошения Президиума Представительства приходов и моего избрания от 15 января, то есть до мая 1991 года!), была совершена консекрация. Таким образом, Представительство, а позже и вся Церковь получили каноническую самостоятельность.

Иными словами: ситуация резко изменилась после моего рукоположения в суперинтенденты-епископы на Пасху 1991 года. Сам факт учреждения "Единой Евангелическо-Лютеранской Церкви России" на основании решения Синода в июле представителями верующих из 15 регионов РФ, а также ее регистрация Минюстом в сентябре того же года, действительно послужили стимулом как для местных финнов, так и для западных немецких миссионеров, прибывших в Петербург позднее, примерно к концу 1993 г. (Г. Кречмар и др). Информацию об этом нельзя отрицать. – [См. "Невское Время". № 39 от 2. 04. 91. С. 2. – "Независимая Газета" от 11. 04. 91. С. 6. – Московская газета "Куранты" от 7. 05. 91. С. 2. – "Голос Родины". № 28, 1991 г., статью "Равные среди равных". С. 6. – "Российская Газета" от 29. 11. 91 г., статью "По следам Лютера". – Статью А. А. Алова и Н. Г. Владимирова "Протестантизм" // "Мировые религии". Изд. Министерством культуры РФ и Российского НИИ культурного и природного наследия. М., 1998. С. 181].

(21) Руководитель одной из церквей относительно недавно,(это о событиях-то 18-летней давности!), подчеркнул: мол, я сам себя в 1991 г. провозгласил главным лютеранином России и, таким образом, "пытался извлечь из ничего многое, "нахватать по верхам". […] объявил себя единым епископом всех лютеран – самозванец ... ". – [Интервью от 18 июля 2006 г. с Анастасией Коскелло]. Согласно таким словам Руководителя, для него даже решения съезда ничего не значат… Но факт остается фактом: в 1991 г. под руководством архиепископа Эрика Местерса на Пасхе совершилась моя ординация, а 13 – 15 июля прошел первый съезд лютеран России. Впрочем, в статье С. Б. Филатова "Российское лютеранство" говорится, что я "объявил о выходе из церкви Латвии и создании ЕЕЛЦР" (с. 330). Это не так. Архиепископ Местерс по просьбе местных общин во время ординации передал мне духовные полномочия для руководства ЕЕЛЦР, включая и апостольскую преемственность. Однако передача духовных прав не означает, что ЕЕЛЦР, состоящая из граждан РФ, и далее в административном плане зависела бы от церкви Латвии.

(22) В чем же тогда еще можно меня упрекать после событий 18-летней давности? – Архиепископом Местерсом и Синодом, т. е. съездом российских лютеран ведь не была создана некая национальная церковь, т. е. неновая "церковь Ингрии", обойдя финнов, не новая "немецкая церковь" параллельно уже существующей "немецкой церкви в СССР", а просто единая церковь не по национальному признаку, а по вероисповеданию… Никакого раскола "немецкой церкви в СССР", как писали некоторые, не было. – ["Ст. Петербургская газета" Немецкого общества. Ноябрь 1991 г. С. 11].

Так в чем обида и претензии господ немецкой церкви? Предполагаю: лишь в том, что ЕЕЛЦР стала пионером в возрождении лютеранства и, таким образом, затронула гордыню "первой инициативы" у других. Странно, что западные христиане за такую инициативу, за распространение проповеди Евангелия после долгих лет советского безбожия не радуются, а "наказывают" своими комментариями и спекуляциями. При этом они до сих пор для подавления духа независимости российского лютеранства охотно пользуются экономическими рычагами – едва ли единственным инструментом, оставшимся в их расположении…

Безусловно, больше всего чувствовали себя "затронутыми" западные немцы, церковь Германии, ЛФ. Но они не имели никакого канонического права прямо вмешаться в дела верующих россиян. Не имели никакого права уже на основании VII-го артикула АВ. Там говорится: "единая Святая Церковь пребывает и должна пребывать во веки вечные. Церковь – это собрание верующих, в котором верно преподается Евангелие и правильно отправляются Таинства".

(23) В свою очередь в трактате "О власти и первенстве папы" от 1537 г., в разделе "О власти и полномочиях епископов" ясно говорится: "везде, где существует Церковь, там существует и право [заповедь] преподавать Евангелие. Таким образом, необходимо, чтобы Церковь сохраняла власть [право] призывать, избирать и рукополагать служителей. И эта власть является даром, который реально [действительно] дан Церкви, и который никакой человеческой властью нельзя отнять у Церкви …". – [П. 79. – По изданию: Книга Согласия: Вероисповедание и учение лютеранской церкви. СПБ: Фонд "Лютеранское Наследие", 1996].

Ради ясности необходимо повторить: и церковь Ингрии ведь тоже пользовалась своими правами. По более точной хронологии: финны восстановили свою историческую церковность в 1993 г. В свою очередь, немцы свою "Немецкую Евангелическо-Лютеранскую церковь в СССР" лишь в 1994 г. назвали без квалификации "немецкая", а "Церковью в России, на Украине, в Казахстане и Средней Азии". В итоге: как церковь Ингрии, так и немецкая ЕЛЦ "в России и других государствах" начали заявлять о том, что именно они могут объединять лютеран уже не по одной особой национальности, то есть на 3-5 года позже, чем ЕЕЛЦР …

Считаю необходимым уточнить: по данным Минюста на территории РФ в 1993 г. было зарегистрировано около 30 общин ЕЕЛЦР, а не "лишь четыре общины присоединились к Баронасу", как пишет господин Филатов (с. 330). Но было и другое, о чем многие до сих пор умалчивают. Это – переманивание пасторов и приходов ЕЕЛЦР при использовании западных материальных благ в немецкую церковь. Как правило, это в начале 90-х делалось за моей спиной. Шла борьба за то, какая из церквей в России, точнее, кто из руководителей местных церквей получит западную помощь. – [Ср. данные Минюста РФ на 1 января 1993 г., приведенные к статье "Как идет религиозное возрождение России" // журнал "Наука и Религия" от 1993, № 6. С. 14–15].

(24) Некоторые с особым удовольствием выделяют факт "непризнания" ЕЕЛЦР Лютеранской Федерацией. Один из источников сообщает: "непризнание авторитетными лютеранскими организациями, наряду с возникшими материальными трудностями, повлекло за собой переход ряда пасторов и общин церкви к [немецкой] Евангелическо-лютеранской церкви в России, на Украине, в Казахстане и Средней Азии или к Евангелическо-лютеранской церкви Ингрии". – [Ст. "Единая евангелическо-лютеранская церковь России" // Народы и религии мира: Энциклопедия. М.: Большая Российская энциклопедия. 1998].

Тем не менее, спросим: о каком признании "авторитетными лютеранскими организациями" может идти речь, если эти организации с крайним релятивизмом в вопросах вероучения и христианской этики, с практикой крайнего феминизма уже давно утратили свой общий христианский авторитет?! А "возникшие материальные трудности" в начале 90-х (о чем пишет тот же самый источник) объясняются тем, что до сих пор в российском лютеранстве остается типичным. Это – соперничество между самими лидерами общин за первенство западной помощи, включая поездки на Запад, покупку квартир, машин и т. д. Слава Богу, лично я ни от церквей Германии, или Финляндии, или США, или Синода Миссури никогда ничего не получил. Иначе СМИ бы постарались давным-давно об этом написать. Всегда было тяжело осознать факт руководства западниками российских лютеран при помощи такого инструмента как деньги. Ведь этим путем почти в любую церковь протестантского толка на территории РФ до сих пор можно было ввести почти все Западом желаемые "порядки"… Как правило, и сегодня помощь с Запада оказывается лишь с определенными "условиями".

До тех пор, пока лютеранские общины в России будут строиться не на основе общего духа, опыта и переживания веры, а лишь на основе западного "распределения", будет продолжаться и раскол (ср. Рим. 12:1-3). И первая Христианская Церковь по описанию Деяний апостолов была создана Духом, а не просто "деньгами". Необходимо различать цель от средств в любой церкви. Точнее: и "распределение" материальных благ у первых христиан было подчинено Духу и Уму Христову, а не наоборот: Дух не подчинялся "распределению"…

(25) Как правильно отмечают, храм св. Екатерины лютеранской в начале моего служения для верующих и для меня стал духовным домом. Там еще находилась студия записей всесоюзной фирмы "Мелодия". Не смотря на многие препятствия, уже накануне Рождества в декабре 1990 г., после 50 лет перерыва, в храме св. Екатерине удалось совершить первую службу. Было много народа. С этого дня воскресная Литургия для несколько приходов, входящих в состав ЕЕЛЦР, регулярно совершалась именно там. Адрес храма всем известен: СПб., Васильевский Остров, Большой пр., д. 1. Основной собор лютеран России на Невском 22/24 был передан в пользование верующим примерно к 1994 г. Но там с 60-х годов находился плавательный бассейн Балтийского морского пароходства. В финском соборе св. Марии находился музей природы. Требовались дорогостоящие реконструкции и ремонты, как на Невском, так и на Б. Конюшенной. Из-за этого храм св. Екатерины на ВО в первой половине 90-х собирал много прихожан. Хочу добавить, что Консистория ЕЕЛЦР никогда по поводу передачи финских храмов в свое пользование к властям не обращалась.

31 марта 1991 г. там же в храме св. Екатерины состоялась и моя консекрация. Позже в диаконы и пасторы там же были рукоположены служители и пасторы, совершались молебны, а также концерты церковной и органной музыки. В начале 90-х было много крещений и конфирмаций. Поэтому моя деятельность и далее настораживала немецких, западных миссионеров. Они скоро начали переманивать при ЕЕЛЦР зарегистрированные приходы в свои структуры. К счастью, приходам, кроме духовного окормления, я не мог предлагать ничего: ни валюты, ни поездок на Запад, ни выгодных знакомств…

(26) Руководство немецкой церкви ЕЛКРАС о событиях в Петербурге постоянно дезинфор-мировало не только Запад, но и церкви Прибалтики. Так, осенью 1993 г. архиепископ Эстонии Куно Паюла попросил меня прислать приглашение для проведения совместной Литургии по случаю восстановления эстонского прихо-да в Петербурге.

В действительности по приглашению моей Консистории в Петербург прибыла большая делегация эстонской Церкви, включая и хор. Служба должна была состояться 19 декабря в храме св. Екатерины на Васильевском острове. – [См. письмо архиепископа Эстонии мне от 26. 10. 93 г.]. Многие пришли на эстонскую службу. Но перед самым началом мероприятия немецким пастором из ФРГ Лотихиусом к паперти кирхи св. Екатерины был подан большой автобус, чтобы увезти прихожан в Колтушы, т. е. из центра города – в Ленинградскую область. Там по немецкой инициативе вместе с финнами и состоялась эстонская Литургия. Все, находящиеся в храме св. Екатерины, в том числе и я с пасторами, остались в большом недоумении… И самое главное: руководство ЕЛКРАС уже к середине 90-х при помощи дезинформации изолировали меня и от церкви Латвии – моей первой церкви, ставшей духовно навсегда родной, давшей мне первый опыт и первое богословское образование. И судьба латышского мною в 1990 г. восстановленного прихода до сих пор выглядит похожей на постоянные "мытарства" общины А. А. Биттнера. Они до сих пор продолжают скитаться между немецкой и финской церквями.

По вдохновению западных немецких миссионеров вокруг храма св. Екатерины были и другие конфликты. Особенно хотелось отметить воскресение 17 ноября 1996 г., а также 14-го июня 2001 г., в день памяти репрессированных народов Прибалтики, когда мне перед консулами трех прибалтийских республик не дали выступать и сказать хоть одно слово, а мною рукоположенные пасторы разбежались…

Более подробно о деталях этих происшествий писать не хочется… Лишь подчеркну: до сих пор западные миссионеры, манипулируя прихожанами посредством материальной помощи, в храм, духовно для меня ставший родным, меня же и не пускают. Они не пускают и моих прихожан. Как епископ и гражданин РФ я вынужден с ноября 1996 г. по сей день (сейчас июнь 2008 г.) совершать Литургию на своей квартире у домашнего алтаря. А ведь в начале 90-х храм св. Екатерины был общим духовным домом для многих.

Дальнейший экскурс в проблематику возрождения

(27) В начале 90-х ХХ века, – после открытия границ распавшегося СССР, – наблюдался некий пафос новых настроений. Он коснулся не только основ бывшего т. н. "советского общества", но и верующих. Настроения эти были связаны с долгожданной свободой церковной жизни, с новыми возможностями служения после долгих лет господства советской идеологии, насаждения "научного" атеизма. Подъем свидетельствовал и о некоторой стихийной привязанности к западному христианству, об ожиданиях от него чего-то "особенного". Коснулся он также и лютеран, и других конфессиональных меньшинств, поскольку их предки когда-то в России нашли свою вторую родину. Например, часто было слышно мнение: "западные лютеране нам во всем помогут…" Или другое: "чтобы легче уехать в Германию, надо получить свидетельство о крещении …" В начале 90-х те же люди не редко ходили за продуктовыми посылками, поступающими от церквей Запада в качестве гуманитарной помощи. Люди что-то получали не только у православных, но одновременно у лютеранских и католических храмов… Во всяком случае, такое состояние дел наблюдалось в Ленинграде…

Постепенно, чаще стихийно, начало возрождаться российское лютеранство и другиеконфессии. При помощи западных церквей восстанавливалась жизнь местных общин, велась пастырская работа. Верно, практически, как у католиков, так и у лютеран, не было своих местных служителей. Почти все духовные кадры были уничтожены, большинство храмов закрыты еще в 30-х гг.

Но после долгожданных перемен, уже к 1994 г., лютеранские пасторы начали приезжать в Россию, как правило, из бывшей ГДР. Они у нас действовали под негласным, но фактическим руководством представителей церквей Западной Германии.

(28) Кроме всего позитивного, что наблюдалось в таком довольно стихийном возрождении, постепенно, в начале как бы незаметно, появились и проблемы. О них не раз говорило телевидение, писали газеты. О внутренних проблемах российских христиан особенно старались писать авторы, постоянно проживающие в своих странах Запада. Напр. журнал Glaube in der zweiten Welt ("Вера во втором мире"). Цолликон, Швейцария. Экспертами непростой проблематики духовного возрождения – по своей собственной инициативе – становились и советские историки, философы, бывшие преподаватели "научного" атеизма. Безусловно, и они не всегда оказывались способными объективно отражать то, чем жили и что чувствовали сами верующие-россияне.

Поток западных миссионеров разного толка на некоторое время как бы "закрыл" все то, что было, что как-то продержалось еще при Союзе, в тяжелые для местных верующих времена. Верно, до перестройки о жизни церквей у нас почти ничего не писали и не говорили. Но она все-таки была! Она, несмотря на многие испытания, как-то "выживала" и выжила… Таким образом, вспоминая 90-е годы как начало возрождения, полезно коснуться и той проблематики, которая, хотя и частично, сохраняется и сегодня.

Дело в том, что весьма скоро и я сам почувствовал некоторое разочарование. Здесь не буду говорить обо всех деталях происшедшего. Достаточно упомянуть, на мой взгляд, одно весьма типичное явление на территории бывшего Советского Союза. Это – соперничество между самими христианами. Точнее говоря: между местными верующими и представителями структур западных церквей. Во всяком случае, такое явление и до сих пор наблюдается в российском лютеранстве. Но оно существует и в отношениях между более древними историческими церквями, между местным православием и западным католичеством.

Общую картину дополняет проблематика отношений меньшинства российского протестантизма с западным большинством. Я хочу еще раз поделиться некоторыми наблюдениями в отношении лютеранства. Об общей истории нашего вероисповедания у нас вышла книга Курило О. В. "Лютеране в России (XVI–XX вв.)". Фонд "Лютеранское Наследие" : 2002. – Необходимо отметить, что некоторые факты, связанные с возрождением лютеранства 80–90 гг. ХХ века в книге отражены не полностью, возможно даже искажены.

И сегодня к лютеранству, как к вероисповеданию в отдельности, относятся не только моменты вероучения, но и аспекты небогословского характера; они связаны с тяжелой ситуацией западного постхристианского общества. Безусловно, проблематика тождественности христианства в западном мире включает и католичество. Она еще чаще может касаться других христианских течений, идейно связанных с Реформацией и появившихся гораздо позже в качестве неопротестантизма. Здесь попытаюсь показать лишь основные штрихи многосторонней сферы вопроса.

(29) Исходной точкой непростой ситуации, по нашему глубокому убеждению, остается факт, что Церковь любого конфессионального толка на Западе сегодня является практическим меньшинством. В то же время другая особенность – это экономическое сосуществование церквей, связанное с т. н. "церковным налогом". Церкви на Западе, в первую очередь в католичестве и лютеранстве, практически не отделены от государства как института распределения. Иными словами: наряду с функцией защиты и подавления – типичными функциями любого государства – западные правительства своим церквям до сих пор оставляют роль некоего "дистрибьютора". При этом сохраняется напряженность и с этической стороны вопроса: дело в том, что Церковь до эпохи императора Константина (до его Миланского эдикта от 313 г.) не была частью государства-распределителя. До этого все в ней совершалось верующими не на основе союза с государством, а по общему духу и добровольно. Ср. от Марка 12: 42-44 и Деяния 2:44.45; 4:34.35 и пр.

Во-вторых. Несмотря на союз с государством-распределителем, пустующие храмы на Западе давно стали реальностью. Принадлежность к лютеранству или католичеству, например в Германии или в скандинавских странах, чаще всего, при жизни человека ограничивается совершением одноразовых обрядов крещения, конфирмации, венчания, а также погребения. В то же самое время такая "принадлежность" к той или иной церкви проявляется регулярным, примерно 10%, отчислением от общего дохода гражданина через государство. К положению дел, например в Швеции, можно отнести пропорциональное соотношение "всех крещенных" с теми, которые по воскресным дням посещают кирху; это, по данным 90-х годов ХХ столетия составило примерно 100 к 3. В итоге, необходимо открыто говорить о практикующем христианстве как о меньшинстве, а также о диспропорции материальных средств этого меньшинства. Верно, и в России неравенство между практикующей верой и денежными средствами имеет место. Но, такое неравенство прямо не входит в такой механизм государства как налогообложение. Конечно, можно смотреть на такое положение дел как на чисто внутреннююособенность Германии и других западных стран. Однако использование западных денежных средств в условиях России не всегда может идти на пользу нормальной жизни общин.

Существенными предпосылками отчуждения между христианами Запада и Востока остаются и различия менталитета, социально-культурных условий. Нередко место атеистической идеологии бывшего СССР сегодня в России, с использованием имени церкви, занимают разные формы западного полускрытого неоколониализма. Восстановление лютеранских кирх при помощи средств Запада – благородное дело. Но руководство всеми вопросами при помощи тех же средств – дело сугубо нехристианское. Разрыв между так называемыми "бедными" церквями Востока и "богатыми" Запада часто обостряется.

Проблема прямого административного влияния и правления на территории РФ через западные денежные средства, к сожалению, до сих пор остается не решенной. Бескорыстная западная "христианская помощь" переплетается с манипуляцией сознанием бывших советских людей, чаще всего в церковной жизни раньше не искушенных, знающих о вере лишь по рассказам своих дедов. То же самое можно сказать и о серьезном изучении теологии, что в условиях СССР было просто невозможным.(Единственным исключением для лютеранства, в какой то степени, была Прибалтика). Не удивительно, что люди так скоро от одной церкви (как "структуры") примкнули к другой, как указано в ранее упомянутой нами статье г. Филатова "исторической" (с. 330), фактически до сих пор руководимой иностранцами. Вряд ли такое возможно в Германии, чтобы кто-то из русских, "по обмену", сегодня стал их епископом в ФРГ!

Один из опытных представителей российского лютеранства, подводя итоги богатого прошлого отношений местных верующих с западными миссионерами, отмечает: "Власть – вот та цель, которую преследуют очень многие пасторы из Германии. Цель, которая оправдывает любые средства, и достижение которой толкает их на серьезные нарушения уставной деятельности нашей Церкви. Что мы имеем сейчас? В теории, Устав ЕЛЦР все еще предполагает исключительно демократические принципы управления и деятельности Церкви, при которых все внутрицерковные/внутриобщинные вопросы решаются коллегиально, путем выработки общей точки зрения из числа многих, пускай даже не совпадающих друг с другом точек зрения различных и наиболее уважаемых в Церкви/общине людей. На практике все обстоит совершенно иначе. Исподволь, но решительно и с уверенностью в своей вседозволенности и непогрешимости в жизнь российских общин все эти годы внедряется иной, чисто иерархический способ управления, по типу управления феодальными княжествами. В каждой общине есть свой "князек", пастор, который, вместо того, чтобы взять на себя духовное руководство общиной (что, собственно, он и должен делать по Уставу), подгребает под себя все и вся. А как же иначе, ведь в его руках деньги. […] Поэтому хотелось бы дать общинам совет. Готовьте своего пастора, а не просите его из Германии. Скорее всего, "заморский" пастор начнет наводить у вас свои порядки, опираясь на "собственные" средства, а если вы станете возражать, то он просто заменит Церковный Совет, окружит себя преданными ему людьми, которых он будет лично кормить из своих рук (для гарантии их полной лояльности), и станет лоббировать исключительно свои узкие интересы, совершенно не сообразуясь с интересами общины и не заботясь о ее будущем. Сколько людей из-за этого ушли из общин! Для каждого такой уход стал личной трагедией. Но разве кого это обеспокоило? […] В России, в отличие от Германии, нет церковного налога. В наших условиях финансовая самостоятельность Церкви могла бы строиться на базе общественных фондов, действующих открыто и отчитывающихся перед обществом и прихожанами. Это единственный путь развития для Церкви, существующей в демократическомгосударстве. Об этом, о будущем Церкви в России, стоило бы, прежде всего, задуматься всем, прежде чем предпринимать какие бы то ни было шаги". – [В. С. Пудов. Quo vadis, Ecclesia? – Куда идешь, Церковь? – Из интернета. Январь 2002 года].

(30) Среди лютеранских церквей на территории РФ возникла т. н. проблема внутреннего прозелитизма. Она, к сожалению, актуальна при возможности поступления "материальных благ Запада". Нередко фактическое руководство лютеранскими общинами в России осуществляют западные граждане, не имеющие опыта веры в условиях советского прошлого. Местные верующие, стоявшие у истоков возрождения церквей в конце 80-х и в начале 90-х прошлого столетия, часто остаются просто в стороне. – [Ср. Еп. Георг Кречмар. Отчетный доклад за период с 1988 по 1994 года. Евангелическо-ЛютеранскаяЦерковь в России, на Украине, в Казахстане и Средней Азии. derBote, 1996. С. 33].

Принадлежность к лютеранству часто и до сих пор понимается не духовно, а как своеобразная "виза" просто для поездки на Запад.

В условиях такого стихийного возрождения "круг вопросов, которые церквям Восточной Европы … еще предстоит решать, остается очень широким", отмечает один из пасторов. Более сильные церкви могут "легко пасть в большое искушение, отказаться от своего собственного прошлого. Они могут по отношению к другим применять ту же тактику, которую раньше коммунистические режимы использовали против всех конфессий: запрещать, отодвинуть в сторону, не принимать во внимание, просто пользоваться другими – только для достижения своих собственных интересов". – [Dr. Juris Rubenis. Kirchen in Nachbarschaft. Zum Stand der oekumenischen Beziehungen im Baltikum // Lutherische Kirche in der Welt. Jahrbuch des Martin-Luther-Bundes. 2000 (F. 47). S. 103-111. – „Der Bogen der Fragen, die die Kirchen Osteuropas […] noch loesen muessen, ist sehr weit gespannt." Die staerkeren Kirchen und Konfessionen können dabei „leicht in die grosse Versuchung geraten, die eigene Vergangenheit schnell zu verdraengen und gegenueber den anderen die gleiche Taktik anzuwenden, mit der die kommunistischen Regime frueher gegen alle Konfessionen vorgegangen sind – verbieten, beiseite schieben, nicht beachten, sie als Machtmittel zum Durchsetzen der eigenen Interessen benutzen" (S. 110 f.)].

(31) Особо острой проблемой, заимствованной из советского прошлого, остается дефицит местных духовных кадров и служителей. Она, поскольку существуют разногласия в понимании апостольской преемственности и вероучения между Западом и местными лютеранами, при помощи церквей Германии, Финляндии, США и других западных стран фактически не решается. Поэтому к проблематике диалога между представителями разных лютеранских церквей (а их сегодня, как минимум, 5) необходимо отнести вопросы вероучительного и догматического порядка. Они, к сожалению, связаны с т. н. демократизмом и феминизмом в церквях Запада. Дело в том, что практика рукоположения женщин и далее навязывается Евангелической Церковью Германии, Финляндии и Всемирной Лютеранской Федерацией церквям Прибалтики и России.

На фоне вышеизложенных аспектов могут возникать и такие конфликты, корни и суть которых представителями западных церквей умалчиваются или замещаются второстепенными вопросами. Например, критика тех, которые пользуются особыми облачениями и таларами, имеют больше "католических" элементов в Литургии по сравнению с другими. – [См. Еп. Георг Кречмар. Отчетный доклад … С. 31 и сл.]. В основе такой и подобной проблематики лежит не только отсутствие надлежащего христианского воспитания из-за советского прошлого. Причины необходимо искать и на Западе.

(32) Общий кризис лютеранства проявляется и в таких международных объединениях, как Всемирный Совет Церквей (ВСЦ), в том числе и в одном из основных его членов-спонсоров, – Всемирной Лютеранской Федерации (ВЛФ). – [Ср. R. Slenzka, R. Schmidt. Zur Krise des kirchen Lehr– und Leitungsamtes // Kerygma und Dogma 41 (1995) 160-175]. Основанная в 1947 году как добровольное объединение отдельных церквей мира, сама Федерация обременена тяжелой проблемой догматического и экклезиологического порядка.

Так в Уставе ВЛФ говорится, что "Всемирная Лютеранская Федерация признает Священное Писание Ветхого и Нового Завета как единственный источник и безошибочную норму всего церковного учения и деяния". – "Der Lutherische Weltbund erkennt die Heilige Schrift des Alten und Neuen Testamentes als die alleinige Quelle und unfehlbare Norm aller Lehre und alles Handelns der Kirchе". – [Verfassung des LW. II. Lehrgrundlage].

П. Бруннер в своей статье уже в начале 60-х прошлого века опасается, что ВЛФ может скоро стать "экклезиологической аномалией" (S. 251). Как "свободное объединение лютеранских церквей", не имея общего мандата вероучения, такая Федерация, – признает автор, – может легко превращаться в чисто "каритативную организацию", похожую на Красный Крест. – [P. Brunner. Der Lutherische Weltbund als ekklesiologisches Problem // Gesammelte Aufsaetze zur dogmatischen Theologie. 2. Bd. Berlin/Hamburg, 1966. S. 233-252]. Если ВЛФ действительно признает Св. Писание как единственную "норму всего церковного учения и деяния", то по мнению серьезных богословов ни как не может ставится вопрос о священстве или епископате женщин [Там же. S 235].

Практика такого "священства" сегодня, в кругах протестантского западного богословия по мнению экспертов уже прямо связана с отрицанием патернитета Св. Троицы. Кроме того, сама апостольская преемственность, которую во времена Реформации сохранила не немецкая, а лютеранская церковь Швеции и в свое время через рукоположения передала также церквям в Прибалтике, при этом не сохраняется. В итоге можно утверждать, что такая практика, по мнению многих верующих бывшего СССР, свидетельствует "не о свободе совести и не об особом даре Духа, а о духе „мира сего" или духе западного парламентаризма, часто не отличающего кафедры и алтаря от общественной политической трибуны". Поэтому из-за вероучительных соображений в ВЛФ и сегодня входит лишь одна часть поместных церквей.

(33) Таким образом, к проблематике экуменизма относится не только межконфессиональный диалог, но и диалог между представителями того же исповедания. Как известно, для преодоления схизмы ведется диалог РПЦ с православными на Украине. Но такое явление касается и религиозного меньшинства: необходим диалог между представителями западного лютеранства и представителями той же конфессии в России. Лютеране из Германии, Финляндии, Швеции, Америки и других стран должны бы сами искать контакты с руководителями местных церквей; они без их согласия не имеют морального права создавать свои структуры на территории РФ и руководить ими. Вообще,руководство верующих России западными гражданами остается ненормальным явлением.

К общей проблематике диалога относится и само понятие апостольской, а также исторической преемственности. Как известно, лютеране в России жили еще в XVI веке, но их положение резкоизменилось не только после 1917 г. Изменения в данном случае связаны не с преследованием советскими властями, не с закрытием храмов в 30-х, а с отклонениями вероучительного характера у лютеран западных церквей. Это стало известным после открытия границ в 90-х. По мнению епископа Всеволода Лыткина (г. Новосибирск) "люди из Германии привозят либеральное богословие. Иногда мне кажется, что они уже совсем разрушили христианство в Европе и теперь приехали, чтобы разрушать христианство в нашей стране. Мы в Сибирской Евангелическо-Лютеранской Церкви критически относимся к деятельности иностранных миссионеров. Грустно, что американцы и немцы вместо того, чтобы уважать наши традиции, привносят что-то своё". – [Портал-Credo. Ru. Беседовал Роман Лункин. 2005/6 гг.].

Верно, некоторые с чистой совестью заявляют: сегодня именно в лютеранстве, как они говорят, "допустима большая свобода мнений. Есть общины, которые более либеральны, есть более консервативные. Поэтому если есть причины, касающиеся вероисповедания, то нет необходимости создавать иную структуру. Между общинами могут быть разногласия, даже достаточно жесткие, например, касающиеся проставления женщин во епископы. Однако христиане, – пишет далее автор, – всегда остаются христианами, и лютеране всегда остаются лютеранами" [?!]. Поэтому с трудом можно было бы "представить, как озабоченный будущим российского лютеранства христианин может искренне говорить о пользе образования новых лютеранских структур в России". [Т. е., после того, как россияне, наконец, ближе познали дух современного западничества]. Вопреки этому, отмечает далее автор той же статьи пастор Д. Зенченко, "мнение традиционных лютеранских церквей играет важнейшую роль в признании новых лютеранских структур". – ["Что происходит в российском лютеранстве?" Август 2006 г., СПб. Из электронной версии. Необходимо признать: вся статья написана скорее в светском, чем вбогословском тоне].

(34) К сожалению, положение более сложное, чем оно может показаться молодым пасторам уже второго поколения религиозной свободы у нас. Например: немецкую церковь (ЕЛЦ) в условиях России нельзя считать "традиционной" из-за того соображения, что она признается ВЛФ. По уставу ЕЛЦ "является членом Всемирной Лютеранской Федерации". – [Ст. 2. 1; цит. по: О. В. Курило. Лютеране в России … С. 370]. Но в то же время, – как утверждает ее Устав, – "сохраняет традиции Евангелическо-лютеранской Церкви России с XVI века". – [Ст. 1. 1. Там же. С. 369]. Возникает противоречие: ЛФ, членом которой является ЕЛЦ, практикует не только женское священство, но негласно признает и венчание т. н. "альтернативных пар". Но оба феномена, будучи продуктом постхристианского западного общества, прямо противоречат как Писанию, так и общей христианской традиции, включая и историю лютеранства в России. Нередко модернисты обоснование феминизма видят в одном из Посланий апостола Павла, где говорится: "все вы, во Христа крестившиеся, во Христа облеклись. Нет уже Иудея, ни язычника; нет раба, ни свободного; нет мужеского пола, ни женского: ибо все вы одно во Христе Иисусе" (Гал. 3:27-28). Но в данной топологии речь идет о равном статусе всех крещенных лишь в новом эоне. Т. е. – при наступлении полной эсхатологии. Лишь тогда, говоря словами того же апостола, Бог будет "все во всем". (1 Кор. 15:28). До наступления этого Церковь земного мира, Церковь странствующая, подчиняется общему порядку творения. Остаются и различие полов, талантов, должностей и служений, "потому что Бог не есть Бог неустройства, но мира. Так бывает во всех церквах … (и) все должно быть благопристойно и чинно" (1 Кор. 14:33. 40).

Раскол в российском лютеранстве (как было нами отмечено) произошел уже в начале 90-х, когда в Уставе еще неразделенной церкви появилась статья о женосвященстве. Местное лютеранство, сознавая это, и сегодня не может считать немецкую ЕЛЦ прямой продолжательницей традиций лютеранства в России, начиная с XVI века. Скорее, при таком положении дел у такой церкви eo ipso утрачивается и апостольская преемственность. Крайний феминизм, навязанный местным верующим ВЛФ, до сих пор остается практикой не только в Германии. Он распространен и в Финляндии, в других скандинавских странах. Его собираются навязывать и церкви Ингрии, до сих пор в России придерживающейся христианских канонов. Западный феминизм противоречит не только Писанию и духу христианства, но и нормальному сосуществованию лютеран с русским православием – традиционным Христианством нашей страны.

(35) Во время интернет-конференции в 2005. г. на вопрос "признает ли Православная Церковь наличие апостольского преемства у англикан и скандинавских лютеран" Митрополитом Кириллом, председателем отдела Внешних сношений ПРЦ, был дан ясный ответ: "Вопрос об англиканском священстве неоднократно обсуждался Православными Церквами. В первой половине ХХ века некоторые из них, например, Константинопольский и Румынский Патриархаты, признали за англиканским клиром апостольское преемство. […] При установлении такого вожделенного единства признание действительности англиканских хиротоний может быть осуществлено по принципу икономии, единственно авторитетным для нас соборным решением всей Святой Православной Церкви. Теми же принципами Православная Церковь руководствовалась и в отношении скандинавских лютеран. Для Православия решающим условием признания благодатности и действительности Таинства Священства является не только наличие формального преемства от апостолов (без которого, конечно, ни о каком признании не может быть и речи), но единая вера в это Таинство и единые канонические принципы относительно священства и иерархии. Между тем, в наши дни многие из англиканских Церквей и лютеранских Церквей скандинавского региона имеют у себя практику рукоположения женщин и рукоположения женщинами. Наблюдаются также попытки ревизии христианских этических норм, когда открытых гомосексуалистов допускают к священнослужению и благословляют их отношения. В связи с этими явлениями, совершенно несовместимыми с православным представлением о священстве, вопрос о признании англиканских и лютеранских рукоположений утрачивает прежнюю актуальность". – [www. luther. ru.]. Самое обидное – это то, что под влиянием западного феминизма большая часть лютеранства в России стала нетрадиционной, а церкви – не канонические.

Последние события 2006–2008 гг.

(36) Как известно, для преодоления сложившейся ситуации в октябре 2007 г. по инициативе самих российских граждан при Минюсте РФ была зарегистрирована "Евангелическо-лютеранская церковь Аугсбургского Исповедания" с центром в Москве. В обращении руководителей этой церкви – епископа Даниила Соболева и президента Генерального синода Владимира Пудова – в версии интернета подчеркивается: "в средствах массовой информации часто писали и пишут, что в сталинские времена все Церкви в Советском Союзе пострадали в одинаковой степени, но это не так. Мы не знаем на территории современной России, ни одной другой Церкви, которая бы пострадала до такой степени как лютеранская. Были закрыты все общины, репрессированы все пасторы. Лютеранская Церковь в России была уничтожена полностью. Но и после смерти Сталина положение … было много хуже, чем у других Церквей"… – [Из электронной версии от 2007 г.]. Хотелось бы добавить: насильственное введение практик постхристианского Запада уже в начале 90-х нанесло еще одну глубокую рану в самосознание той же Церкви Христовой, которая и так остается пострадавшей во многих отношениях.

Феномен образования на территории РФ новой церкви как юридического лица заслуживает особого внимания. Создается впечатление, что в условиях экспансии западного постмодернизма ЕЛЦАИ (после ЕЕЛЦР, немецкой ЕЛЦ и церкви Ингрии), как четвертая образованная церковь, в определенном отношении призвана продолжать инициативы начала 90-х. Движение за надэтническую Церковь, начатое еще в 1991 г., продолжается. ЕЛЦАИ, как видно из заявлений ее руководства, призвана объединить верующих многонациональной России. "Перспектива у лютеранства в нашей стране, – подчеркивает епископ Даниил Соболев, – есть только в связи с надэтнической моделью церковного строительства и глубокой инкультурацией в современное российское общество". – ["Чем ЕЛЦАИР отличается от других лютеранских церквей в России?" // тема: "Под одним небом" от 16. 01. 2007 г. – Портал-Credo. Ru].

(37) Большинство российских лютеран является потомками своих отцов и прадедов той же евангельской веры. Они, как и их предки, уважают православие; – не только как исконное Христианство на Руси, но и как старшую сестру по вере. Но они, граждане России, ожидают от нее более конкретной апостольской солидарности – для сохранения своего исторического уклада, защиты от западного супермодернизма.

"В той же Европе, – пишет в своей статье президент Генерального Синода, – христианство давно откровенно скатилось в либерализм, который подтачивает его изнутри, словно червь и, может стать, приведет его к состоянию полного коллапса. Современное либеральное христианство допускает все – венчание гомосексуалистов, священников-гомосексуалистов в лоне Церкви, женское священство, право на аборты. В той же Германии храмы уже начали сдавать в аренду представителям других конфессий! Широко распахнув двери для мирских ценностей, христианство из живой религии превратилось в обряд. При этом не забывайте, что, в отличие от нас, в странах Западной Европы, где все это ныне наблюдается, не было ни Октябрьской революции, ни господства коммунистической идеологии, ни государственного атеизма. Что стало причиной такого положения дел? Тем более, что аналогичные процессы мы можем наблюдать теперь и у нас в России, коль скоро мы решили слепо идти по европейскому пути, не задумываясь, а надо ли нам оно. […] На волне всеобщего либерализма процветает и развивается либеральное богословие, и, как следствие, либеральное отношение к поведению прихожан и общества в целом". Тем не менее, по глубокому убеждению автора, "христианство может и должно сыграть огромную роль в выработке, наконец, национальной идеи, без которой Россия не может развиваться дальше. Вспомните, у христиан всегда были четкие установки – что можно, а что нельзя, что есть добро, а что зло. Именно поэтому либеральный Рим не сумел устоять против него: он пал, а христианство устояло! Недопустимо, чтобы можно было все. Устои нашего общества сильно расшатаны, но, похоже, их и сейчас продолжают усиленно расшатывать в угоду "демократии". На словах говорят об идеалах христианства, а на деле кроят это христианство под себя. Либерализация христианства – это то, что его погубит, а вместе с ним и весь христианский мир. Поэтому и ислам сегодня побеждает, потому что он остается верен себе, а мы, христиане, нет. Вот о чем надо задуматься сегодня, пока еще не поздно". – [В. С. Пудов. "Кризис Христианства". www. religare. ru/article. 26 октября 2005 г.].

Разумеется, более объективная характеристика нашего положения возможна лишь при контекстуальном соблюдении всех основных аспектов бытия. В то же время, при общем кризисе Христианства, лютеранство на Западе, и на родине Лютера, надо было бы рассматривать уже как некое "явление прошлого". Однако его влияние до сих пор ощутимо во многих сферах жизни современного общества; история и актуальность не всегда просто отделимы друг от друга. Прошлое переплетается с настоящим, как и сама история Реформации, в свое время ставшая частью обновления того же западного Христианства.

Заключение

(38) Основной задачей этой статьи было следующее: дать ответы на вопросы, связанные со служением в ЕЕЛЦР в первой половине 90-х. Автор на основании имеющихся у него документов и личного опыта попытался сделать это. Но он, будучи человеком, не претендует на последнюю "точность" изложенного и подчиняется словам Писания: "человек смотрит на лице, а Господь смотрит на сердце" (1-я Царств 16:7б), на внутренний настрой наших дел, а не на внешние успехи. При этом он, как и его коллеги, не питает наивных иллюзий в том, что единство лютеран можно было бы осуществить в полном объеме – как во всем мире, так и в России. Даже между старшими церквями – православием и католичеством – этого нет до сих пор. Но верным для нас остается другое: каждый христианин призван стремиться к единству. И лютеранство остается частью всего Христианства. Точнее: в нашем случае надо было говорить не о "лютеранстве", а о евангельской церкви и евангельском христианстве.

Как известно, Лютер всегда протестовал против того, чтобы Церковь Христова называлась его именем. Это сделали люди. Началом Реформации на Западе было не разделение Церкви, а ее корректура, восстановление. Удалось это или нет, в данном случае – не задача нашей статьи. Однако верным всегда остается другое: ecclesiareformatasemperreformanda – реформированная Церковь, любая христианская церковь, всегда нуждается в Реформации. Проблемы российского лютеранства (хотя бы частично) могут быть разрешены лишь в случае встречи заинтересованных групп, течений и церквей. Такой встречей, считаю, могла бы стать конференция или форум лютеран России. Не просто "по интернету", заочно, а в личном общении с другими. Глядя друг другу в глаза мы поймем, что мы имеем Духа Божьего, что мы желаем друг другу добра. За спиной друг друга это не получится.

Основной задачей такой встречи, как мне кажется, во-первых, остается определение идентичности лютеранства в условиях современного мира и в России, а также – братское распределение миссии на территории РФ между епископами. Но для этого важным условием, по моему опыту и убеждению, необходимо считать уважение западными миссионерами нашего прошлого, а также людей, сохранивших свою веру в условиях советского атеизма. Любая "борьба за души", выдвигая себя и отодвигая других, действия западных граждан посредством материальных "поощрений", а также использование под другими названиями старых механизмов, подобных методам неоколониализма, не допустимы. Не по-божески выглядят и действия тех руководителей церквей ЕЛЦ и ЦИ, которые из-за западной помощи и борьбы за власть готовы отодвинуть своих старших собратьев по Сану.

(39) Вообще, для любого духовного служения, тем более для руководства в Церкви, независимо от ее внешней исторической или культурной формы, важна не сама атмосфера соперничества между разными "группировками" и "течениями" (такая конкуренция, может быть, важна в производстве и бизнесе в условиях дикого капитализма). В Христианстве, – если нам писать это имя как высокое призвание людей не только к вере, но и к доброму делу большой буквой, – есть слова притчи Христа "о работниках в винограднике". Там говорится, что "будут последние первыми, и первые последними" (Мф. 20:16). Эти слова Господа как бы предостерегают верующих любого исповедания, "конфессии", "церкви", "группы" или "общины", что в служении Евангелию гораздо важнее внутреннее расположение и смирение человека, а не внешние успехи и количество той или другой "структуры".

Хотелось бы продолжить волнующую нас тему диалога. Наверно, каждый сознательный христианин после событий 90-х и последующих лет, после испытаний и соблазнов, хороших и отрицательных впечатлений, сегодня мог бы извлечь уроки и для себя. И мне самому пришлось признать, как некоторые достижения, так и ошибки. Я тоже человек смертный. Могу ошибаться, как и любой другой. Недавно в Первом Послании апостола Петра для себя прочел то, чем хочу завершить и так длинный экскурс в 90-е годы. Вот его слова:

"будьте все единомысленны, сострадательны, братолюбивы, милосерды, дружелюбны, смиренномудры; не воздавайте злом за зло или ругательством за ругательство; напротив, благословляйте, зная, что вы к тому призваны, чтобы наследовать благословение. Ибо, кто любит жизнь и хочет видеть добрые дни, тот удерживай язык свой от зла и уста свои от лукавых речей" (3:8-10).

С.- Петербург, 18 мая 2008 г. в день Святой Троицы по рекомендации и согласованию Совета Епископата


[ Вернуться к списку ]



Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"


Наши партнеры:

Портал Baznica.Info
Zdravomyslie.ru Христианская книга
www.agentura.ru








Статьи партнеров: Влияние аськи на молодежь
Аренда недвижимости
Влияние социальных сетей
Домашний персонал
Исправление зрения
Автомобиль и навигатор
Дыхание природы
Секрет успеха компаний
Квартиры в столице
C чувством благодарности
Клининговые услуги
Влияние интернета
Учитывать при создании сайта
Рынок недвижимости
Рамки закона
Квартира в новостройке
Телевизоры
Прогнозы

 © Портал-Credo.ru 2002-14 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования