Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
БиблиотекаАрхив публикаций ]
Распечатать

О. Валаамова. Тайна трех иерархов или как митрополит Сергий восхитил власть. [история Церкви]


"Ваше Святейшество, Святейший Отец наш и Владыко, Патриарх Московский и всея Руси Сергий!

Многократно Собором епископов и сонмом пастырей встречали мы Тебя и в сем святом храме и в других храмах Твоего града, но в первый раз Тебя сретаем, облеченного в высокий и священный для русского народа сан Патриарха Московского и всея Руси..." (1)

Это слова из речи митр. Ленинградского и Новгородского Алексия - тоже будущего патриарха - при вручении патриаршего жезла Сергию Страгородскому.

Каким образом оказался в руках митрополита Сергия этот жезл?...

Начиная с 1917 года зловещая тень митрополита Сергия возникала подле Церковного Управления всякий раз в переломные моменты жизни Церкви.

Еще в марте, сразу после отречения Государя от Престола, назначенный Временным Правительством обер-прокурор Священного Синода обновленец Львов, придравшись к несогласию членов Синода передать синодальную газету "Церковно-Общественный Вестник" в руки либерально-обновленческой профессуры Петроградской Духовной Академии, добивается разгона всех Архиереев - членов Синода. Львовым оставлен в Синоде только Архиепископ Финляндский Сергий, подписавший незаконное постановление Синода о передаче газеты. На место уволенных Архиереев (среди них Митрополит Киевский Владимир и Митрополит Литовский Тихон, будущий Патриарх) новые Архиереи в Синод уже не приглашаются, только священники.

Вспомним предсоборное лето 1917 года.

В Москве в июне собирается обновленческий по духу Всероссийский съезд духовенства и мирян. Этот съезд требует созвать Собор для переустройства церковной жизни.

Архиепископ Сергий, оставшийся во главе Синода, руководит предсоборной работой.

Один из главнейших вопросов, представленных на рассмотрение Собора - это высшее церковное управление. В проекте даже не рассматривалась возможность восстановления патриаршества, власть в Церкви должна была принадлежать Синоду и Высшему церковному Совету.

Естественно предположить, что Архиепископ Сергий, уже стоявший во главе Синода, надеялся возглавлять его и дальше. Он перебрался из Финляндии поближе к Москве - в Успенском кафедральном Соборе Г.Владимира 9 августа единомышленники-обновленцы подстроили его избрание на Владимирскую кафедру.

А 15/28 августа в другом Успенском Соборе - Московском - открылся Священный Собор Российской Церкви. Возможно, Архиепископ Сергий предполагал, что и в Московском Успенском Соборе ему будет обеспечен такой же успех, как во Владимирском.

Когда Собором был образован, среди прочих, Отдел о высшем церковном управлении, во главе его также встал Архиепископ Сергий.

Но Собор и, соответственно, работа Отдела о высшем церковном управлении приняли совсем другое, неожиданное для обновленцев направление.

Был избран Патриарх. Единомышленники Архиепископа Сергия, в том числе Львов и профессор Титлинов сложили с себя полномочия Членов Собора.

К сожалению, мы пока не располагаем сведениями, как вел себя в это время уже ставший митрополитом Сергий.

В послании от 19 янв./1 февр. 1918 года Патриарх анафематствовал советскую власть:

"Опомнитесь, безумцы, прекратите ваши кровавые расправы. Ведь то, что творите вы, не только жестокое депо, это - поистине дело сатанинское, за которое подлежите вы огню геенскому в жизни будущей - загробной и страшному проклятию потомства в жизни настоящей - земной.

Властию, данною Нам от Бога, запрещаем вам приступать к Тайнам Христовым, анафематствуем вас, если только вы носите еще имена христианские и хотя по рождению своему принадлежите к Церкви Православной.

Заклинаем и всех вас, верных чад Православной Церкви, не вступать с таковыми извергами рода человеческого в какое-либо общение..."

Как бы в ответ на анафему Патриарха, 25 января/7февраля вечером был зверски убит Киевский Митрополит Владимир.

Этого же числа Собор, который еще ничего не мог знать об убийстве Митрополита Владимира, принимает Постановление: "В случае болезни и других печальных для Патриарха возможностей, предложить ему избрать нескольких блюстителей Патриаршего Престола, которые в порядке старейшинства и будут преемствовать ему". (2)

Над только что восстановленным патриаршеством нависла угроза - угроза физического уничтожения.

Если с Патриархом произойдет то же, что с Митрополитом Владимиром, нового Патриарха вправе избрать только Собор. Но сможет ли он состояться?

Когда Москва уже знала об убиении Митрополита Владимира, 3/16 февраля, на Соборе было сообщено, что имело место закрытое заседание, на котором на случай чрезвычайных обстоятельств "было постановлено, что вся полнота власти Патриарха переходит к местоблюстителю."

Собор не избирал этих местоблюстителей голосованием, а от своего лица поручил их избрание Патриарху - для того чтобы имена их, будучи известны одному Патриарху, оставались тайной для гонителей. По смыслу это были как бы "запасные патриархи", и каноническая тонкость заключалась в том, что они, через Патриарха Тихона, получали свои полномочия именно от Высшего органа Церковной Власти - Священного Всероссийского Собора. Отдельно от Собора, в единоличном порядке, Патриарх не имел права назначать лиц для передачи им Патриаршей власти - завещательная практика передачи первосвятительской власти в Церкви запрещена Святыми Канонами: 76 Апостольским Правилом и 23 Правилом Антиохийского Собора.

Поэтому и говорят некоторые исследователи, что это постановление Собора было принято вопреки церковной традиции - в силу чрезвычайных обстоятельств. Но со стороны Патриарха не было здесь превышения его полномочий, потому что эти чрезвычайные полномочия он получил от Собора.

"Я знал о таком поручении Собора Патриарху, но на заседании том не был. Преосвященный же Прилукский Василий (Зеленцов) подтверждает, что он был и на первом (закрытом) заседании, когда Патриарху было дано поручение, и на втором, когда Патриарх доложил Собору, что поручение исполнено." - напишет Митрополит Сергий в 1926 году 17/30 апреля Митрополиту Агафангелу. (3)

Митрополит Владимирский Сергий в числе этих трех не был и на время ушел в тень.

Двое из этих назначенных Патриархом местоблюстителей были Митрополит Кирилл Казанский и Митрополит Агафангел Ярославский. Кто был третий? Большинство ответит: Митрополит Петр Крутицкий и Коломенский... Но так ли уж прост этот вопрос?

Ответ уже неправильный потому, что во время Собора, когда по его поручению Патриарх избирал местоблюстителей, Петр Федорович Полянский не только не был Митрополитом, но не был и лицом духовным - он был просто синодальный служащий, мирянин. Хотя в его биографиях говорится, что он принимал в Соборе деятельное участие, его нет в списке Членов Собора. Возможно, это объясняется тем, что в Москву Полянский приехал позже.

В книге "Новые мученики Российские" протопресвитера Михаила Польского говорится (стр. 135-136):

"Избранный Собором Патриарх Тихон привлек П.Ф. в качестве одного из ближайших своих сотрудников. В 1920 году Патриарх Тихон постриг П.Ф. в монашество и 25 апреля рукоположил его в сан епископа, с назначением на должность патриаршего викария, впоследствии возведши его в сан Митрополита Крутицкого...

По завещанию покойного Патриарха Тихона, Митрополит Петр Крутицкий значился в числе трех иерархов, долженствующих в порядке определенной преемственности быть местоблюстителями патриаршего престола. Обстоятельства сложились таким образом, что никто из первых двух митрополитов не имел фактической возможности исполнять обязанности местоблюстителя патриаршего престола и только Митрополит Петр Крутицкий, третий кандидат, указанный Патриархом Тихоном, вступил на эту высокую ответственную должность."

Но здесь есть весьма существенная каноническая неточность. Напомним, что завещательная практика передачи Патриарших полномочий осуждена Вселенской Церковью.

Следовательно, "по завещанию покойного Патриарха Тихона" вступить на "эту высокую ответственную должность" Митрополит Петр не мог. Требуют также разъяснения слова об обстоятельствах, сложившихся так, что приступить к местоблюстительству не смог никто, кроме Митрополита Петра.

В изложении Льва Регельсона это выглядит так:

"Первосвятительскую власть в Русской Церкви после смерти Патриарха Тихона удалось сохранить лишь благодаря тому, что одним из своих Местоблюстителей Патриарх Тихон избрал в 1918 году будущего митрополита Петра, который в момент избрания был всего лишь синодальным служащим! Многих архиереев изумляла и смущала его дальнейшая стремительная "карьера", в течение шести лет превратившая его в митрополита Крутицкого и Коломенского... Но именно благодаря необычайности своей судьбы он оказался единственным избранником Патриарха (фактически, избранником Собора, по доверию к Патриарху - выделено Л.Регельсоном), оставленным на свободе к моменту смерти Патриарха Тихона. Трудно даже предположить, как сложилась бы и без того трагическая судьба Русской Церкви, если бы мудрый замысел Собора и Патриарха не был осуществлен в жизни..." (4)

В данном случае более точно изложены причины, в силу которых Митрополит Петр мог стать Местоблюстителем - не по завещанию Патриарха, но, фактически, по избранию Собора.

Но вызывает сомнение: точно ли судьба Русской Церкви сложилась бы еще трагичнее, если бы Митрополит Петр не стал Местоблюстителем? "Первосвятительскую власть удалось сохранить"... - но надолго ли? С 12 апреля 1925 года, когда было объявлено имя Местоблюстителя, по декабрь 1925 года, когда Митрополит Петр был арестован... И к кому затем перешла первосвятительская власть? - к митрополиту Сергию... - а что могло быть трагичнее?

Вспомним здесь, как повел себя митрополит Сергий, когда, добившись заточения Патриарха и суда над Митрополитом Вениамином, власть захватило обновленческое ВЦУ. Митрополит Сергий выступил с воззванием, в котором заявил, что считает ВЦУ обновленцев единственной законной канонической властью, целиком разделяет все его мероприятия и к этому же призывает всех чад Церкви.(5) Таким образом митр. Сергий выступил заодно с гонителями Св. Патриарха Тихона и убийцами Св. Митрополита Вениамина. В числе этих мероприятий ВЦУ, "целиком разделяемых" митр. Сергием, были не только деяния обновленческого разбойничьего собора 1923 года, приветствовавшего Ленина и лишившего Св. Патриарха Тихона сана и монашества, но еще и такие "предсоборные" мероприятия:

- зловещее выступление одного из трех организаторов ВЦУ - Красницкого, а также других обновленцев против Митрополита Вениамина на суде;

- постановление, вынесенное ВЦУ после объявления смертного приговора Митрополиту Вениамину и с ним пострадавших о лишении Митрополита Вениамина и остальных сана и монашества (в книге из серии "ЖЗЛ" Михаила Вострышева "Патриарх Тихон", Москва, 1995, стр. 246-247, - это постановление справедливо названо "диавольской подлостью");

- постановление ВЦУ от 6/19 июля об увольнении ряда Архиереев - соратников Патриарха Тихона; среди них Митрополита Кирилла Казанского - "за контрреволюционную скверну" и Митрополита Агафангела Ярославского - "за церковную смуту".

Каким образом человек, участвовавший в этих злодеяниях, многократно подпадавший под прещения Св. Канонов Церкви и под анафему Св. Патриарха Тихона (анафематствовавшего ВЦУ обновленцев как "учреждение антихристово") мог через три года оказаться во главе Российской Церкви?

Кроме риторического смысла, у этого вопроса есть и практическая сторона.

В постановлении обновленческого ВЦУ среди имен иерархов, подлежащих увольнению и преданию церковному суду, - имена только двух Патриарших Местоблюстителей, Митрополита Петра среди них нет. Почему?

Если встать на точку зрения Регельсона, обновленцы не могли заподозрить Митрополита Петра, как недавно возведенного в сан, в числе предполагаемых кандидатов в Местоблюстители, и потому ловчая сеть его миновала. Но ведь, с другой стороны, по словам о. Михаила Польского, Петр Полянский был одним из ближайших сотрудников Патриарха и от его руки принял монашество и сан...

Но от его ли руки? Точно ли Митрополит Петр был постриженником Патриарха?

Здесь начинаются загадки.

Сам Митрополит Петр так не считал. Он писал митр. Сергию из ссылки, что обращается к нему, "как к самому близкому мне архипаcтырю, которому много обязан в прошлом и от святительской руки которого принял постриг и благодать священства..." (письмо от февраля 1930 года; цит. по: Иеромонах Дамаскин Орловский. Мученики, исповедники и подвижники благочестия Русской Православной Церкви XX столетия, Тверь, 1996, стр. 511).

Итак, по собственному свидетельству Митрополита Петра, он был постриженник митр. Сергия Страгородского, связанный с ним близкими отношениями...

Сразу оговоримся здесь, что мы ни в коем случае не хотим бросить тень на Митрополита Петра, так жестоко потом принесенного в жертву митрополитом Сергием.

Но, может быть, именно отсутствие Митрополита Петра в списке уволенных обновленческим ВЦУ (т.е. предназначенных для уничтожения ГПУ) говорит, что эта жертва была намечена заранее и для особых целей.

Не забудем, что митр. Сергий принимал участие в заседаниях ВЦУ, проходивших в захваченных обновленцами Патриарших покоях. Обновленцы так и заявляли: "При участии Сергия Владимирского..." принято, например, "Постановление о праздновании дня пятилетия Октябрьской революции в храме Христа Спасителя"...(6)

Мелкие сошки - Введенский, Белков, Красницкий понимали: именно присутствие такой крупной фигуры, за какую почитали митр. Сергия, придавало вес всем их "деяниям".

Конечно, эта значительная фигура могла заслонить собою своего постриженника, избавить на сей раз от расправы; другой вопрос - для чего?

Свое завоевание - с такими трудами только что восстановленное патриаршество - Церковь хотела сохранить во что бы то ни стало. Этим объясняется принятие Собором чрезвычайного постановления о Местоблюстителях. Чрезвычайность заключалась, во-первых, в том, что Местоблюстителей было три;

во-вторых, Местоблюстители назначались самим Патриархом, тогда как при обычном порядке избрания Местоблюстителя он избирается после кончины Патриарха епископами путем тайного голосования;

в-третьих - в отличие от обычного Местоблюстителя,- права которого были ограничены, чрезвычайным Местоблюстителям Патриарх передавал всю полноту Патриаршей власти. Сохранение Патриаршей власти, а вкупе с нею - Высшей Власти в Российской Церкви - и было целью Постановления от 25 января 1918 года.

Но в условиях возрастающих лютых гонений, Высшая Церковная Власть начала сознавать, что ее дальнейшее существование может стать невозможным и придется обратится к древнему принципу церковного устройства во время гонений: "где епископ - там и церковь". К этому древнему принципу восходит принятый Св. Патриархом Тихоном совместно со Священным Синодом и Высшим Церковным Советом на случай  прекращения существования Центральной Церковной Власти Указ № 362 от 7/20 ноября 1920 года. Как будто и было восстановлено Патриаршество на Руси, чтобы Патриарх мог благословить Церковь на этот путь.

И непонятно, что имеет в виду Регельсон, когда говорит: "трудно даже предположить, как сложилась бы и без того трагическая судьба Русской Церкви, если бы мудрый замысел Собора и Патриарха не был осуществлен в жизни"...

А был ли осуществлен замысел Собора и Патриарха? Не потому ли и оказалась столь трагической судьба Русской Церкви, что осуществлен он не был?

Два документа имелось после кончины Св. Патриарха Тихона. Оба они именуются "Завещаниями". Одно из этих "Завещаний" было опубликовано в газете "Известия", под ним стояла дата смерти Патриарха... но стояла ли под ним его подпись?.. В книге Протопресвитера Георгия Граббе "Правда о Русской Церкви на Родине и за рубежом" (Джорданвилль, 1989) приводится несколько доказательств того, что это, якобы предсмертное Послание Патриарха, было фальсифицировано Тучковым. Приводится свидетельство очевидца последнего разговора Патриарха с Митрополитом Петром, из которого явствует, что Патриарх не поставил своей подписи под представленным ему Митрополитом Петром неким документом. Видимо, это был составленный Тучковым черновик "Послания"; в таком виде, по всей вероятности, Тучков его и опубликовал, о чем красноречиво свидетельствует неправильность в заголовке: "Божьей милостью Тихон, Патриарх Московский и всея Российския Церкви."

"Такой формулировки заголовка Св. Синод в своем тексте никак уже не мог допустить; ее мог допустить только Тучков..." - пишет протопресвитер Георгий Граббе. Официальный заголовок Патриарших посланий был: "Божьей милостью, Тихон, Патриарх Московский и всея России".

Затем, на состоявшемся после погребения Патриарха в Донском монастыре совещании 60-ти Архиереев, Митрополит Петр огласил только завещательное распоряжение Патриарха о местоблюстительстве. Как мог Митрополит Петр умолчать о существовании второго "Завещания", если бы оно было; где, как не на этом собрании, уместно было бы огласить его? Но ни здесь, ни далее Митрополит Петр никогда не ссылался на текст опубликованного через несколько дней в "Известиях" якобы Патриаршего "Завещания". Что еще более замечательно, никогда не ссылался на него и сам митр. Сергий - даже в своей "Декларации", хотя цитатами из "Известинского завещания" очень удобно можно было подтвердить положения "Декларации".

На самом деле авторство этого документа установить не так трудно. Вот начало другого документа, под названием Призыв представителей группы "прогрессивного духовенства " (от 14.5.1922):

"Верующим сынам православной церкви России.

Братья и сестры о Христе!

В течение последних лет, по воле Божией, без коей ничего не совершается в мире (здесь и далее выделено - О.В.), в России существует рабоче-крестьянское правительство.

Оно взяло на себя задачу устранить в России жуткие последствия мировой войны, борьбу с голодом, эпидемиями и прочими нестроениями государственной жизни..."

Подписали этот "Призыв" Епископ Антонин, Сергей Калиновский, Владимир Красницкий, Александр Введенский, Евгений Белков... и другие обновленцы.(7)

Сравним теперь с началом так называемого "Завещания":

"Божиею милостию, смиренный Тихон, Патриарх Московский и всея Церкви Российския.

Благодать вам и мир от Господа и Спаса нашего Иисуса Христа.

В годы великой гражданской разрухи по воле Божией, без которой в мире ничего не совершается, во главе Русского государства стала Советская власть, принявшая на себя тяжелую обязанность - устранение жутких последствий кровопролитной борьбы и страшнейшего голода..."

"Зачала" почти полностью совпадают, только Рабоче-Крестьянская власть переименована в Советскую. Но дальше воспевается власть именно Рабоче-Крестьянская: "... Мы призываем... слиться с нами в горячей молитве ко Всевышнему о ниспослании помощи Рабоче-Крестьянской власти...".(8)

Кто же автор этих документов? Обновленцы или Патриарх Тихон? Ни тот и ни те.

Антирелигиозная комиссия от 26 июня 1923 года в связи с выходом Патриарха Тихона из тюрьмы постановила:

"...Воззвание-обращение и опровержение Тихона поручить распубликовать тт. Попову и Тучкову." (9) Вот Тучков и "распубликовывал" - а перед этим в силу своего разумения составлял - "Призывы", "Обращения", "Послания", "Завещания" и даже телеграммы иерархов друг другу...

Итак, этот документ - целиком или в значительной своей части - подделка большевиков; таково же было мнение и Архиерейского Синода Зарубежной Церкви.

И не слишком ли странное это совпадение -внезапная смерть Патриарха сразу после подписания им угодного большевикам Послания?

Вероятно, все было совсем наоборот: Св. Патриарх Тихон и был в этот день отравлен, поскольку большевики убедились, что больше они не добьются от него никаких компромиссов.

Во главе Церкви им срочно был нужен некто другой.

На Архиерейском совещании 30 марта/12 апреля оглашается текст так называемого "Завещания" Патриарха Тихона от 25декабря/7 января 1925 года:

"В случае Нашей кончины Наши Патриаршие права и обязанности, до законного выбора нового Патриарха, предоставляем временно Высокопреосвященному митрополиту Кириллу (Смирнову). В случае невозможности по каким-либо обстоятельствам вступить ему в отправление означенных прав и обязанностей, таковые переходят к Высокопреосвященному митрополиту Агафангелу (Преображенскому). Если же и сему митрополиту не представится возможности осуществить это, то наши Патриаршие права и обязанности переходят к Высокопреосвященному Петру (Полянскому), митрополиту Крутицкому.

Доводя о настоящем Нашем распоряжении до общего сведения всех Архипастырей, пастырей и верующих Церкви Российской, считаем долгом пояснить, что сие распоряжение заменяет таковое Наше распоряжение, данное в ноябре месяце 1923 года.

Тихон. Патриарх Московский и всея России. (10)

Л. Регельсон говорит, что "таким образом, Патриарх Тихон открыл Церкви имена тех избранников, которых он, по поручению Собора, наметил в 1918 году..." (11) Но образ, каким открыты имена избранников, вызывает недоумение - ведь в этом документе нет ни одной ссылки на соответствующее Постановление Собора, и ничего нет удивительного в том, что, как пишет далее Регельсон: "...большинство собравшихся архиереев восприняло это распоряжение как "завещание" (...), и в этой нечеткости понимания соборного происхождения власти Чрезвычайных Местоблюстителей уже скрывалась возможность будущих тяжких ошибок."

Из одного текста этого документа еще не следует, что здесь имеются в виду те самые Местоблюстители - избранные Патриархом во время Собора... Напротив, умолчание об основаниях, на которых передаются трем названным лицам Патриаршие права и обязанности, наводит на мысль о незаконности этих оснований - ведь передача Первосвятительской власти в завещательном порядке запрещается Святыми Канонами. Кому, как не Св. Патриарху Тихону лучше всего было известно, что избрание им Местоблюстителей совершено по воле Собора. Мог ли Патриарх никак канонически не обосновать такое важное свое распоряжение, которое таким образом, приобретало вид сомнительный с точки зрения Св. Канонов?

Тем не менее, от лица собравшихся в Донском монастыре иерархов было вынесено такое заключение:

"Убедившись в подлинности документа и учитывая 1) то обстоятельство, что почивший Патриарх при данных условиях не имел иного пути для сохранения в Российской Церкви преемства власти и 2) что ни митрополит Кирилл (Смирнов), ни митрополит Агафангел (Преображенский), не находящиеся теперь в Москве, не могут принять на себя возлагаемых на них вышеприведенным документом обязанностей, Мы, Архипастыри, признаем, что Высокопреосвященный митрополит Петр Полянский) не может уклониться от данного ему послушания и во исполнение воли почившего Патриарха должен вступить в обязанности Патриаршего Местоблюстителя." (12) 

Первый пункт заключения вызывает возражения, которые мы уже приводили. "Не имел иного пути для сохранения преемства власти..." - этими словами заключения узаконивается неканонический путь передачи власти посредством "завещания".

Что же касается второго пункта - невозможности для первых двух Местоблюстителей приступить к своим обязанностям, - то тут следует остановиться подробнее.

Оказывается, как пишет Регельсон: "Первой под документом стояла подпись Нижегородского митрополита Сергия - он снова был самым авторитетным иерархом и,  возможно, одним из главных составителей текста  заключения..." (13) 

Здесь загадка. Как мог быть самым авторитетным иерархом бывший обновленческий митрополит, подпадавший под анафему Патриарха Тихона?

Вот текст этой анафемы:

"Грамота Святейшего Тихона, Патриарха Всероссийского.

Божиею милостию смиренный Тихон, Патриарх Московский и всея России всем архипастырям, пастырям и всему православному русскому народу.

Благодать и милость Господа нашего Иисуса Христа да преумножится. В тяжелую годину наших испытаний, в годину торжества сатаны и власти антихриста, когда на наших глазах новыми иудами -предателями из рода нашего разрывается нетленный хитон Христов - Святая Церковь Православная, Мы, по долгу своего Первосвятительского служения, призываем всех верных сынов Божиих стать твердо и мужественно за веру Божию и на защиту Святой Церкви древлеправославной даже до уз, крови и смерти, если того потребуют обстоятельства жизни, и запрещаем признавать Высшее Церковное Управление, как учреждение Антихриста, в нем же суть сыны противления Божественной Правде и церковным святым канонам.

Сие же пишем, да ведомо будет всем вам, что властью, данной Нам от Бога, анафематствуем Высшее Церковное Управление и всех имеющих с ним какое-либо общение.

Благодать Господа да прибудет со всеми вами. Аминь.

Смиренный Тихон, Патриарх Московский и всея России.

Москва. Донской монастырь. 6 декабря 1922 г ." (14)

Мы уже упоминали, какую важную роль играл митр. Сергий в ВЦУ обновленцев.  Скажут: да ведь он потом покаялся...  Ответим: если б не покаялся, путь к овладению власти в Российской Церкви был бы ему заказан. Анафема любимого народом Патриарха была подобна каиновой печати во лбу; никакое ГПУ не помогло бы совладать с отвращением народным.

Действовал ли митр. Сергий по указке ГПУ? Этот вопрос, видимо, остается открытым в том смысле, что неизвестно, кто из них по чьей действовал указке. Теперь из опубликованных документов можно видеть, что работало целое ведомство, тайное и страшное; там замышлялись церковные расколы, провоцировались ссоры между иерархами, там тоже анализировались и планировались пути развития Церковной жизни...Там тоже была своя иерархия - от рядовых служащих до зловещих вождей, обменивающихся секретными "посланиями".

Мы уже видели, что Тучков составлял вместе с обновленцами их опусы, и если Красницкий вполне сознательно сотрудничал с ГПУ, то мог ли оставаться в неведении - кому он служит, - такой образованный, мудрый, авторитетный митр. Сергий? Более того, если Красницкий и Тучков - сопоставимы по калибру: оба -иуды, то загадочная мрачная фигура митр. Сергия сопоставима скорее с "хозяевами" Тучкова - еще более страшными и мрачными, нежели ГПУшник Тучков, фигурами Ленина, Троцкого и им подобных. Чем можно объяснить магнетическое влияние, подобное гипнозу, какое имел митр. Сергий на современников? Он столько раз проявлял свою антихристианскую сущность - и опять оказывался в числе "самых авторитетных иерархов". Видимо и там - в тайном ведомстве - он тоже пользовался авторитетом. Его подталкивали к власти, расчищали к ней дорогу.

И уже, по меньшей мере, два раза - во время предсоборной работы, которую он возглавлял, и во время первого обновленческого раскола - власть почти была в его руках... Но захватить ее путем грубого насилия было нельзя - ведь требовалось "прельстить, если возможно, и избранных".

Итак, пытаясь разобраться в этапах карьеры митр. Сергия, не надо забывать, что митр. Сергий действовал не сам по себе - за его спиной стояло всесильное "Ведомство".

Почему не могли принять на себя обязанностей Местоблюстителя Митрополиты Кирилл и Агафангел? Конечно, потому, что об этом позаботилось ГПУ. К обязанностям Местоблюстителя был допущен тот, кому надлежало сыграть роль переходной ступени для восшествия к власти ставленника богоборцев. Постриженник митр. Сергия, связанный с ним какими-то особыми духовными узами, Петр Полянский, очевидно, заранее готовился на эту роль. Как это было - сейчас пока нельзя сказать доподлинно. Быть может, митр. Сергий своим авторитетом оказывал давление на Патриарха, чтобы третьим кандидатом в Местоблюстители был указан Петр Полянский - в этом случае он, действительно, мог быть назначен Патриархом еще во время Собора. Может быть, имена кандидатов были "переиграны" впоследствии и Митрополитом Петром был заменен некто иной. Но не исключено, что это, неканоничное по форме, "Завещание" о местоблюстительстве было подложным - так же как и "Завещание", опубликованное в "Известиях" и рупоре лжи -"Правде". В таком случае, в "Завещании" среди кандидатов в Местоблюстители не могло прямо быть указано имя митр. Сергия - это все-таки вызвало бы подозрения, - но указывалось имя того, из чьих рук митр. Сергий должен был получить власть.

Как бы то ни было, несомненно одно - этот документ был крайне выгоден митр. Сергию, иначе под заключением, признающим его подлинность и правильность, не стояла бы первою его подпись.

Итак, Митрополит Петр стал Патриаршим Местоблюстителем. Совсем недолго оставалось ждать митр. Сергию.

Через полгода, 23 ноября/6 декабря 1925 года Митрополит Петр составляет распоряжение:

"В случае невозможности по каким-либо обстоятельствам отправлять Мне обязанности Патриаршего Местоблюстителя, временно поручаю исполнение таковых обязанностей  Высокопреосвященнейшему Сергию (Страгородскому), митрополиту Нижегородскому. Если же сему митрополиту не представится возможности осуществить это, то во временное исполнение обязанностей Патриаршего Местоблюстителя вступит Высокопреосвященнейший Михаил (Ермаков), Экзарх Украины, или Высокопреосвященнейший Иосиф (Петровых), архиепископ Ростовский, если митрополит Михаил (Ермаков) лишен будет возможности выполнить это мое поручение. Возношение за богослужениями Моего имени, как Патриаршего Местоблюстителя, остается обязательным... "(15)

Через несколько дней Митрополит Петр, исполнивший свое предназначение и ставший более ненужным, был арестован - он уже не вернется к власти.

А митр. Сергий стал "заместителем Местоблюстителя". Теперь уже он власти не упустит до самой смерти.

Но имел ли право Митрополит Петр передавать власть митр. Сергию, составив свое распоряжение по образцу распоряжения Патриарха (если оно было подлинным)? Нет. Восприняв всю полноту Патриаршей власти от Патриарха Тихона в соответствии с соответствующим Постановлением Собора, Митрополит Петр не мог воспринять право передавать эту власть дальше - по той простой причине, что в права Патриарха такое право не входит, а Патриарх Тихон получил его персонально и в исключительном порядке от Собора.

Читаем в письме, написанном, видимо, Митрополитом Кириллом к митр. Сергию в июле 1933 года:

"Завещание Патриарха, на основании коего митр. Петр воспринял свои полномочия, издано... на основании особого поручения, данного Собором 17-18 года лично Святейшему Патриарху Тихону...

...Митр. Петр, действительно восприявший после Патриаршего завещания все патриаршие права и обязанности, не мог воспринять и не воспринял права передавать все патриаршие права и обязанности архиерею по своему выбору. Утверждение, будто митр. Петр совершил такую передачу своим распоряжением от 6 декабря 1925 г. на основании патриаршего завещания, делает почившего Патриарха повинным в установлении для Русской Православной Церкви осужденного Вселенской Церковью порядка завещательной передачи церковных полномочий, а митрополита Петра - в применении такого порядка в жизни церковной. Всеми силами души протестую против такого сговора почившего Патриарха и его Местоблюстителя..." (16)

Св. Патриарх Тихон, вероятно, свободен от подозрения в таком сговоре. Но сговор этот в той или иной форме, видимо, имел место между его Местоблюстителем и тем, кто станет "заместителем Местоблюстителя". И какою же страшною ценою Митрополиту Петру придется искупить свое доверие к митр. Сергию...

5/18 апреля 1926 года объявил о своем вступлении в исполнение обязанностей Патриаршего

Местоблюстителя отбывший ссылку Митрополит Агафангел. Видимо, он был спровоцирован на это Тучковым. Зловещее ведомство, вероятно, намеревалось перессорить между собою кандидатов в Местоблюстители; митр. Сергий принял в этих интригах деятельное участие и показал зубы.

13 мая они встречались с Митрополитом Агафангелом в Москве.

20 мая Митрополит Агафангел послал в Нижний Новгород телеграмму: "Вы обещали прислать проект письма Владыкам о передаче мне полномочий церковной власти, благоволите ускорить."

Митрополит Сергий отвечал: "Проверив справку, я убедился в отсутствии Ваших прав; подробности письмом... (17)

Митрополит Агафангел посылает новую телеграмму:

"Вы при свидетелях определенно изъявили согласие передать мне права, дела, управление, обещались известить иерархов об этой передаче... Теперь Вы, к удивлению моему, отказываетесь от передачи и тем готовите новую смуту. Вынужден буду сделать решительный шаг, опубликовать через особое послание результаты нашего соглашения и Ваш последующий отказ. Всякую ответственность за последствия с себя снимаю." (18) 

23 мая митр. Сергий в письме к Митрополиту Агафангелу пытается обосновать свой отказ передать ему власть тем, что жив законный Местоблюститель, от которого он ее получил.

Но получил-то он ее, как мы видели, незаконно, не имея на то права, а Митрополит Агафангел, напротив, в силу распоряжения Патриарха, имел прямое право приступить к обязанностям Местоблюстителя в случае невозможности исполнения их Митрополитом Петром.

В своем письме к Митрополиту Агафангелу митр. Сергий утверждает: "...Присвоение Вами этой должности должно быть рассматриваемо как самочинное восхищение достоинства и власти первого епископа, то есть весьма тяжкое преступление против канонов, караемое, как известно, лишением сана..."

Но эти слова митр. Сергия есть ложь и клевета, возвращающиеся на главу писавшего, который сам повинен в восхищении достоинства и власти первого епископа.

Последующие строки письма не оставляют в этом никакого сомнения:

"...настоятельно прошу Вас... немедленно отказаться от Ваших притязаний на должность Местоблюстителя, отменить выпущенное Вами в Перми Послание...

Если же Вам неугодно будет подчиниться этому моему, как заменяющего Патриаршего Местоблюстителя, распоряжению, то настоящим моим к Вам посланием я, впредь до рассмотрения Вашего дела Собором епископов, освобождаю Вас от попечения о Ярославской епархии..." (19) 

ГПУ совместно с митр. Сергием старались очернить репутацию законного кандидата в Местоблюстители, а возможно, надеялись низложить его, устроив, в случае его неповиновения, "суд"...

Почувствовав, быть может, подвох, Митрополит Агафангел отправил Сергию телеграмму, что он предполагает "ради мира церковного отказаться от местоблюстительства". (20)

Тем временем Митрополиту Агафангелу приходит пирьмо от Митрополита Петра (от 22 мая):

"...узнал, что Ваше Высокопреосвященство изволите вступить в отправление обязанностей Патриаршего Местоблюстителя. С любовию и благожелательно приветствую это Ваше вступление. По выходе на свободу, если будет угодно Господу Богу, переговорим лично о дальнейшем возглавлении Православной Церкви. О настоящем моем решении благоволите сообщить Митрополиту Сергию." (21) 

1 июня Митрополит Агафангел ожидал Сергия в Москве, но тот не приехал, а вместо этого прислал письмо (от 14 июня), начало которого звучало издевательски: "...Ваше Высокопреосвященство не можете в настоящее время занять должность Местоблюстителя ни помимо митрополита Петра, как Вы это пытались сделать, издав свое Пермское послание, ни через митрополита Петра, как Вы это надеетесь сделать теперь." Митрополит Сергий уже перестал церемониться и прямо заявил, что считаться с распоряжениями Митрополита Петра он более не намерен:

"...митрополит Петр, передавший мне хотя и временно, но полностью права и обязанности Местоблюстителя, и сам, лишенный возможности быть надлежаще осведомленным о состоянии церковных дел, не может уже ни нести ответственности за течение последних, ни тем более вмешиваться в управление ими. С другой стороны я (или кто будет после меня), восприяв на себя вместе с должностью Местоблюстителя и всю ответственность за правильное течение церковных дел, не могу относиться к распоряжениям митрополита Петра, исходящим из тюрьмы, иначе, чем только как распоряжениям или, скорее, советам лица безответственного... Такое понимание смысла и последствий временной передачи Местоблюстителем своей должности... является для нас и практически необходимым, потому что только при нем мы можем считать обеспеченной каноническую устойчивость нашего церковно-правительственного строя..." (22) 

Эти слова митр. Сергия соответствуют действительности только в том случае, если под "церковно-правительственным" строем понимать правительственный строй Советского государства - с этой точки зрения "каноническая устойчивость" этого строя оказалась обеспеченной на многие десятилетия.

Но с точки зрения действительно церковного строя, эти слова митр. Сергия - прямой обман, так же как и дальнейшие:

"Вот почему наш Собор определил, чтобы Патриарх заранее, еще будучи на свободе, назначил себе временного преемника, которому бы и передавал все свои права и обязанности. Следуя этому определению, мы утверждаем: пусть митрополит Петр остается законным Местоблюстителем и пусть его имя возносится за богослужением; но исполнение его распоряжений, исходящих из тюрьмы, мы отложим до того времени, когда он сам возвратится к власти и, вполне отвечая за свои действия, решит, исполнить ли эти распоряжения или нет..."

Митрополит Сергий мог позволить себе делать такое заявление - скорее всего, ему хорошо было известно, что Митрополит Петр никогда не возвратится к власти...

Применение же митр. Сергием к своей личности определения Собора о назначении Патриархом преемника, которому он бы передавал все свои права и обязанности, является прямой ложью и извращением Соборного Постановления, ибо в нем нет речи о том, чтобы и преемник передавал дальше свои права и обязанности своему преемнику, как это сделал Митрополит Петр... Своим распоряжением от 6 дек. 1925 года Митрополит Петр прямо нарушил 23 Правило Антиохийского Собора:

"Епископу не позволяется, вместо себя, поставляти другаго, в преемника себе, хотя бы он был и при конце жизни: аще же что таковое соделано будет: то поставление да будет недействительно. Но да соблюдается постановление церковное, определяющее, что епископа должно поставляти не инако, разве с Собором и по суду епископов, имеющих власть произвести достойнаго, по кончине преставльшагося,"

Митрополит Сергий не только оправдывает это нарушение канонов, но и возводит в принцип, утверждая, что "только при нем мы можем считать обеспеченной каноническую устойчивость нашего церковно-правительственного строя".

Вместо этой незаконной передачи власти, Митрополит Петр, убедившись, что не имеет возможности исполнять обязанности Местоблюстителя, так же как и остальные два кандидата на эту должность, должен был перевести Церковь на епископское самоуправление в соответствии со специально на этот случай составленным Высшей Церковной Властью в лице Св.Патриарха Тихона, Священного Синода и Высшего Церковного Управления Указом № 362 от 7/20 ноября 1920 года.

И, в сущности, уже не имел принципиального значения окончательный отказ Митрополита Агафангела вступить в должность Местоблюстителя - большевики все равно не дали бы ему ее исполнять.

29 октября 1926 года митр. Сергий был арестован (или подвергся видимости ареста, чего мы знать пока не можем), что весьма способствовало укреплению нового порядка передачи власти от преемника к- преемнику. Архиепископ Иосиф (Петровых), вступивший в управление Российской Церковью, в свою очередь 8 декабря 1926 года издал распоряжение о передаче власти одному из трех назначенных им заместителей. Это привело к созданию нелепой ситуации, когда в управление Церковью вступил викарий Митрополита Агафангела Архиепископ Угличский Серафим (Самойлович). Таким образом он, в качестве главы Церкви, стал выше своего правящего Архиерея. Вероятно, это было подстроено, чтобы унизить Владыку Агафангела.

Поводом для ареста митр. Сергия послужила попытка епископов избрать Патриарха путем сбора подписей. В результате этой попытки, по сведениям Л.Регельсона, не менее 40 епископов было арестовано, а Митрополиту Кириллу, за кандидатуру которого высказалось большинство' иерархов, был продлен срок ссылки.

Зато в начале апреля 1927 года был освобожден митр. Сергий, и Архиепископ Серафим сдал ему управление Церковью.

5/18 мая митр. Сергий создает Синод, в который вошли: митр. Серафим (Александров) - сотрудник ГПУ, архиепископы Алексий Симанский и Сильвестр Братановский - обновленцы (как и сам митр. Сергий), и архиепископ Филипп (Гумилевский) - беглопоповец. Таким образом был создан фальшивый центр власти, против возникновения которого был направлен Указ № 362 Патриарха Тихона. Но Указ этот не был исполнен.

А вскоре, 29 июля, появилась и Декларация.

Один из законных Местоблюстителей Патриаршего Престола Митрополит Агафангел с группою единомысленных ему архиереев Ярославского церковного округа (их поддержал и Митрополит Иосиф) так реагировали на Декларацию в обращении к митр. Сергию от 24 января/6 февраля 1928 года:

"Мы... отныне отделяемся от Вас и отказываемся признавать за Вами и за Вашим "Синодом" право на высшее управление Церковью..." (23).

29 марта/11 апреля 1928 года митр. Сергий со своим Синодом принимает постановление о запрещении в священнослужении всех непризнающих их Ярославских иерархов, кроме Митрополита Агафангела - ему давался месячный срок на покаяние, после чего он также подлежал запрещению.

Началась полемика между Митрополитом Агафангелом и митр. Сергием о природе понятия "раскол". 5 марта/7 апреля 1928 года (третья годовщина смерти Св. Патриарха Тихона) Митрополит Агафангел пишет: "Что же касается нашего заявления об отделении от Вашего Высокопреосвященства и Вашего Синода, то оно, при внимательном прочтении его, не может подать повод обвинять нас, подписавших его, в каком-то расколе. Мы не одним словом не обмолвились, что отделяемся от Вас по разномыслию в вере, тайнодействии и молитве, а только в порядке административного управления..." (24) 

Митр. Сергий отвечает:

"По мысли канонов расколом называется именно разделение не из-за веры, а из-за вопросов, допускающих врачевание или же из-за нежелания подчиниться распоряжению законной Церковной власти ("самочинное сборище"). (25)

Между тем, эти. слова всею их грозною силою обращаются опять же на главу самого митр. Сергия, поскольку это именно он не подчинился распоряжению Законной Церковной власти - Указу № 362 Св. Патриарха Тихона: восхитил власть первого епископа и составил "самочинное сборище". К тому же и Митрополит Агафангел, как законный преемник Патриарха, имеет право на власть несравненно более неоспоримое, чем самозванец Сергий.

Категорически отрицательно отнесся к Декларации митр. Сергия и первый по старшинству Патриарший Местоблюститель Митрополит Кирилл.

Между ними сразу развернулась полемика об объеме прав заместителя. В 1929 году Митрополит Кирилл писал митр. Сергию, что власть его может пониматься лишь в пределах строго ограниченных обязанностей временного заместителя, а никак не главы Церкви; что его права в Церкви - "только отражение прав митрополита Петра и самостоятельного свето-лучения не имеют". (26) 

А митр. Сергий измышлял в ответ совершенно еретическое утверждение: "Не ограничивает моих полномочий и то обстоятельство, что получил я их не непосредственно от Св. Патриарха, а от Местоблюстителя... Смысл единоличного заместительства в том и состоит, что Патриаршая власть всегда остается в Церкви налицо во всем ее объеме, хотя бы она в данных руках была лишь на очень короткое время и хотя бы до этих рук она дошла через много промежуточных ступеней." (26)

Впоследствии Митрополит Кирилл занял еще более резкую позицию по отношению к самозванцу.

До своего ареста (1 июля 1934 года) Владыка Кирилл занимался организацией Церкви "непоминающих" митр. Сергия - т.е. фактически - катакомбной. В январе 1934 года он писал: "Его грех в превышении власти, и православный епископат не должен был признавать такую власть и, убедившись, что митр. Сергий правит Церковью без руководства от митр. Петра, должен был управляться по силе Патриаршего Указа 7/20.IX.1920 г., готовясь дать отчет в своей деятельности митрополиту Петру или Собору. Если до созыва Собора Местоблюститель умирает, то необходимо снова обратиться к Патриаршему завещанию и в правах Местоблюстителя признать одного из остающихся в живых, указанных в Патриаршем завещании иерархов. Если ни одного из живых не окажется, то действие завещания окончилось, и Церковь сама собой переходит на управление по Патриаршему Указу 7/20.IX.1920 г., и общими усилиями епископата осуществляется созыв Собора для выбора Патриарха..." (27) 

Митрополит Кирилл еще не мог знать, что созыв Собора отложится неизвестно на сколько десятилетий, если не навсегда...

А как же реагировал на деяния своего заместителя сам Митрополит Петр, которого митр. Сергий, как мы видели, рассматривал лишь как "промежуточную ступень" для получения власти.

Широко распространено мнение, что Митрополит Петр одобрял действия своего заместителя.

В доказательство обычно приводится доклад епископа Василия (Беляева) митр. Сергию. Приведем с незначительными сокращениями его текст:

"29 октября настоящего года я возвратился из ссылки...

С 1 августа по 23 сентября я прожил в поселке Хэ Обдорского района Тобольского округа вместе с Митрополитом Петром Местоблюстителем и, по его поручению, должен Вам сообщить нижеследующее: Владыка получил возможность (из газ. "Известия") прочитать декларацию нынешнего православного Синода и вынес от нее вполне удовлетворительное впечатление, добавив, что она является необходимым явлением настоящего момента, совершенно не касаясь ее некоторых абзацев. Владыка митрополит просил передать его сердечный привет митрополиту Сергию и всем знающим его..." (28)

Но вот что отвечает на это сам Митрополит Петр:

"Между прочим, мне пишут, что епископ Василий о делах от моего имени представил Вам доклад. Должен заметить, что ни ему, ни другому моему сожителю я не давал никаких поручений, касающихся церковных дел..." В этом же письме Митрополит Петр говорит:

"Мне сообщают о тяжелых обстоятельствах, складывающихся для Церкви в связи с переходом границ доверенной Вам церковной власти. Очень скорблю, что Вы не потрудились лосвятить меня в свои планы по управлению Церковью. А между тем вам известно, что от местоблюстительства я не отказывался, и, следовательно, Высшее Церковное Управление и общее руководство церковной жизнью сохранил за собою. В то же время смею заявить, что... Вам предоставлены полномочия только для распоряжения текущими делами, быть только охранителем текущего порядка... Мне тяжело перечислять все подробности отрицательного отношения к Вашему управлению, о чем раздаются протесты и вопли со стороны верующих от иерархов и мирян. Картина церковных разделений изображается потрясающей. Долг и совесть не позволяют мне остаться безучастным к такому прискорбному явлению, побуждая обратиться к Вашему Высокопреосвященству с убедительнейшей просьбой исправить допущенную ошибку, поставившую Церковь в унизительное положение, вызвавшее в ней раздоры и разделения и омрачившее репутацию ее предстоятелей. Равным образом прошу устранить и прочие мероприятия, превысившие Ваши полномочия." (29) 

Где же тут можно увидать одобрение? Ответа на это письмо Митрополит Петр не получил, и отправил второе, на которое тоже не было ответа:

"Признаюсь, что из всех огорчительных известий, какие мне приходилось получать, самыми огорчительными были сообщения о том, что множество верующих остаются за стенами храмов, в которых возносится Ваше имя. Исполнен я душевной боли и о возникающих раздорах вокруг Вашего управления и других печальных явлениях... Необходимо поставить церковную жизнь на тот путь, на котором она стояла в первое Ваше заместительство. Вот и благоволите вернуться к той, всеми уважаемой Вашей деятельности... Повторяю, что очень скорблю, что Вы не писали мне и не посвятили в свои намерения. Раз поступают письма от других, то, несомненно, дошло бы и Ваше. Пишу Вам откровенно, как самому близкому мне архипастырю, которому многим обязан в прошлом и от руки которого принял постриг и благодать священства..." (30) 

Чем бы ни был обязан Митрополит Петр митр. Сергию в прошлом, в настоящем он, видимо, все более начинал чувствовать, что становится обязанным митр. Сергию совершенно иным образом. Из заявления Митрополита Петра в ОСО ОГПУ и во ВЦИК от 15 июля 1928 года:

"...оставление меня в селе Хэ Обдорского района, далеко за полярным кругом, среди суровой обстановки слишком пагубно отражается на моем здоровье, которое после моего годичного проживания здесь пришло в окончательный упадок... Дальнейшее оставление меня в настоящем, трудно переносимом климате, при моих сильно развивающихся болезнях (эмфизема, миокардит, хронический ларингит и проч.) и при отсутствии средств для ослабления их, равносильно обречению на смерть..." (31) 

Красноречивым выглядит отказ Митрополита Петра принимать денежные переводы от митр. Сергия, посылаемые им через ссыльного профессора И.В. Попова. Митрополит Петр просил И.В. Попова передать митр. Сергию, что переводов больше посылать не нужно, что он ни в чем не нуждается. (32)

Находящийся за Полярным кругом Митрополит Петр не мог не нуждаться, но он, видимо, не хотел получать от митр. Сергия сребренники, которые ему платила Советская власть за предательство Церкви и в том числе его - Митрополита Петра.

Невозможно без содрогания читать письмо Митрополита Петра председателю ОГПУ Менжинскому от 25 мая 1931 года:

"В настоящее время я настолько изнурен, что затрудняюсь двигаться, стоять и даже говорить. Приступы удушья, иногда совместно с обморочными состояниями, участились, и всякий раз после них делаюсь совершенно разбитым и словно немыслящим. Лишение существенных потребностей слишком велико, и все мои мысли фиксированы на одном вопросе: когда же, наконец, окончатся мои скитания по тюрьмам и ссылкам, продолжающиеся вот уже девять лет... За все время ареста я еще ни разу не видел солнца." (33) 

Митрополита выводили на прогулки по ночам.

23 июля 1931 года - новый приговор: 5 лет концлагеря с предписанием содержать в одиночке.

В 1933 году условия содержания еще ужесточились. Вид нового места ночных прогулок, напоминающий сырой погреб, вызвал у старца приступ удушья.

Ужесточение условий он сам связывал со своим отказом отречься от местоблюстительства. На эти предложения Советской власти он дал достойный Первоиерарха ответ:

"В сущности местоблюстительство лично для меня не представляет интереса, наоборот, оно все время держит меня в оковах гнета... Но я должен считаться с тем обстоятельством, что решение данного вопроса не зависит от моей инициативы и не может быть актом моей единоличной воли. Своим званием я неразрывно связан с духовными интересами и волей всей Поместной Церкви. Таким образом вопрос о распоряжении местоблюстительством, как не являющийся личным вопросом, не подлежит и личному усмотрению, в противном случае я оказался бы изменником Святой Церкви." (34)

Но митр. Сергию Местоблюститель Петр уже мешал.

14/27 апреля 1934 года митр. Сергий принял титул Блаженнейшего Митрополита Московского и Коломенского, присвоив себе Патриаршую епархию и право ношения двух панагий, - поставив себя таким образом выше того, кого он замещал.

В декабре 1936 года митр. Сергию был усвоен титул Патриаршего местоблюстителя, из чего за рубежом был сделан вывод о кончине Митрополита Петра.

Заграница переоценила порядочность Советской власти и ее служителя - митр. Сергия. Оказывается, самозванец восхитил местоблюстительство еще при жизни Местоблюстителя - по последним сведениям, Митрополит Петр был расстрелян только 10 октября 1937 года.

Но в книге протопресвитера Георгия Граббе "Правда о Русской Церкви на родине и за рубежом" приводятся такие сведения:

"Управление Архиепископа Кентерберийского уведомило Митрополита Анастасия о полученном сообщении от Британского поверенного в Делах в Москве, что в январе 1937 года была совершена официальная панихида по Митрополите Петре в Соборе у Дорогомиловской заставы."

Разве не душераздирающая подробность близящейся к завершению многоскорбной жизни Митрополита Петра - он еще жив, а некогда так любимый им и почитаемый - и так жестоко его предавший Сергий Страгородский уже служит по нем панихиду...

Вы поторопились служить панихиду по Российской Церкви, Сергий Страгородский.

------------------------

(1)  Алексий, патриарх Московский и всея Руси, "Слова, речи, послания, обращения доклады, статьи", Москва, 1948 г., стр. 82.
(2) Цит. по: Л. Регельсон. Трагедия Русской Церкви, стр. 66. '
(3) Там же, стр. 66.
(4) Л.Регельсон. "Трагедия Русской Церкви, стр. 167. 
(5) "Соборный разум", № 1, стр. 8.
(6) "Соборный разум", № 2-3, стр. 11.
(7) цит. по: "Русская Православная Церковь в советское время", Москва, 1995, книга 1, стр. 193.
(8) там же, стр. 242-243. 
(9) там же, стр. 216.
(10) там же, стр. 250.
(11) "Трагедия Русской Церкви", стр.98.
(12) там же, стр. 100.
(13) там же, стр.100. 
(14) цит. по: Русская Православная Церковь в советское время, кн. 1, стр. 199.
(15) Цит. по: Л. Регельсон, Трагедия Русской Церкви, стр. 101.
(16) там же, стр. 176-177.
(17) цит. по: Иеромонах Дамаскин. Мученики, исповедники и подвижники благочестия Русской Православной Церкви XX столетия, Тверь, 1996, стр. 387. 
(18) там же, стр. 387.
(19) там же, стр. 388. 
(20) там же, стр. 388.
(21) там же, стр. 389. 
(22) там же, стр. 389-390.
(23) цит. по: Л. Регельсон. Трагедия Русской Церкви, стр. 152.
(24) там же, стр. 155.
(24) там же, стр. 155. 
(25) там же, стр. 171.
(26) там же, стр. 172. 
(27) там же, стр. 180. 
(28) Цит. по: Иеромонах Дамаскин Орловский. Мууеники, исповедники и подвижники благочестия Русской Православной Церкви XX столетия. Тверь, 1996, стр. 510.
(29) там же, стр. 511.
(30) там же, стр. 511.
(31) там же, стр. 358.
(32) там же, стр. 359.
(33) там же, стр. 365.
(34) там же, стр. 368.

© "Суздальские епархиальные ведомости", № 2, ноябрь 1997 года


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-20 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования