Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
БиблиотекаАрхив публикаций ]
Распечатать

Рабан Мавр. О воспитании клириков: приобретение и упражнение добродетелей. [католицизм]


Между тем тому, кто пытается путем усердного размышления обрести духовное знание, необходимо также одновременно постоянным упражнением добиваться богатства добродетелей, чтобы, желая быть богатым в одном и пренебрегая искать другого богатства, не потерять плодов истинной ценности; и может случиться так, что он не только не извлечет пользы из добытого, но и должен будет понести наказание от Господа как его незаконный владелец, ибо говорит рабам сама Истина: "Кто знает волю Господина своего и не делает, будет наказан" (Лук. 12*).

Что пользы людям собирать большие богатства и очень мало пользоваться ими, когда гораздо лучше тот, кто доволен своей бедностью и радуется своему труду, нежели тот, кто всю свою жизнь, имея богатства, прожил в нужде. Свидетель тому -Соломон, который говорит: "Лучше простой, но работающий на себя, нежели выдающий себя за знатного, но нуждающийся в хлебе" (Притч. 12). Святая простота только себе приносит пользу; и насколько она созидает, [если исходит] из заслуг жизни, настолько вредит - если нет; и имеет силу противостоять противоречащему [ей]. Но из двух несовершенств я предпочитаю святую простоту, нежели грешное красноречие. Поскольку Мудрость говорит: "Лучше бедный, ходящий в своей непорочности, нежели богатый, ходящий путями лжи; кто соблюдает закон, тот мудр" (Притч. 19).

Нужно же, чтобы тот, кто стремится к знанию, стремился и к добродетели, чтобы то, что он понимает умом, он же с пользой применял в деле; и чему бы хорошему он ни учил на словах других делать, пусть прежде докажет необходимость этого своими делами, чтобы, исполняя и передавая Божественные наставления, он был назван большим в Царствии небесном; меньшим же - если передаст и исполнит лишь одно из самых малых наставлений Бога. Спаситель говорит: "Всякий, приходящий ко Мне и слушающий слова Мои и исполняющий их, подобен человеку, строящему дом, который копал, углубился и положил основание на камне, поэтому, когда случилось наводнение, и вода наперла на этот дом, она не могла поколебать его, так как он основан был на камне. А слушающий и не исполняющий подобен человеку, построившему дом свой на песке без основания, который, когда наперла на него вода, тотчас обрушился; и разрушение дома сего было великое" (Лук. 6).

Любой член Церкви должен в равной мере усердно стремиться ко всем добродетелям, чтобы, будучи прекрасным и внешне, и внутренне, он предстал бы достойным на трапезе Царя вечного и на духовной колеснице вознесся бы к вечной родине. Он должен стремиться к рассудительности, чтобы благоразумно предвидеть, истинно понимать и понятое помнить. Он должен стремиться к справедливости, чтобы быть набожным, благочестивым и смиренным; чтобы сохранять прощение и отмщение, почтение и правдивость; чтобы охранять договоры, судебные решения и законы. Он должен стремиться стать сильным, чтобы обрести величие и уверенность, терпение и упорство. Он должен стремиться к самообладанию, чтобы стать воздержным, умеренным и снисходительным; и кроме всего этого нужно стать верным вершителем мира и любви - это есть связующее начало совершенства. Человек, наделенный в совершенстве этими добродетелями и осиянный светом мудрости, может правильно и подобающим образом нести служение Богу и достойно исполнять в церкви обязанность молитвенника; как утверждает древнее предписание, тот должен быть достойным человеком и умелым в искусстве говорения.

Если исполнение этого предписания наблюдается в мирских ораторах, то тем более оно должно исполняться в несущих слово Божье, у которых не только речь, но и вся жизнь должна быть наукой добродетелей. Но поскольку о путях обретения того, что следует понять в Священном Писании, мы сказали уже достаточно, с Божьей помощью поговорим немного об изложении того, что уже понято, и этой новой книгой завершим весь труд.

Есть лучший способ изложения, заключающийся в том, чтобы тот, кто слушает, слышал истинное; и чтобы понимал то, что слышит; выдающееся дарование лучших умов - любить в словах истину, а не сами слова. Чего стоит золотой ключ, если им нельзя открыть то, что мы хотим? Или чем плох деревянный, если с его помощью можно это сделать, когда мы не хотим ничего другого, кроме как открыть то, что закрыто? Ведь сказал некий оратор, и верно сказал, что нужно говорить так, чтобы учить, услаждать, увлекать за собой. Затем он добавил: учить - необходимость, услаждать - удовольствие, увлекать - победа. Из этих трех элементов то, что стоит на первом месте - необходимость обучения - заключается в том, что мы говорим; остальные два - в том, как мы говорим. Одним словом, при обучении речь наставника не должна делать желанным то, что пугало, призывать к тому, о чем потом придется сожалеть, но [должна] открывать то, что было скрыто.

Если же говорящий хочет усладить слух того, для кого говорит, или увлечь его, то, если он не уделяет внимания форме своего изложения, он не добьется этого; для достижения желаемого важно знать, как сказать. Нужно так услаждать слушателя, чтобы он стремился слушать, так увлекать, чтобы он склонялся к действию; и как слушатель наслаждается, если ты приятно говоришь, так он и увлекается, если ему нравится то, что ты обещаешь, боится того, чем ты угрожаешь, ненавидит то, что ты порицаешь, принимает то, что ты советуешь, скорбит о том, о чем, по твоему мнению, нужно скорбеть, радуется тому, чему ты призываешь радоваться, жалеет тех, на кого ты ему указываешь, призывая пожалеть, избегает тех, кого ты, устрашив, посоветуешь избегать.

И все, что угодно, с помощью большого красноречия может волновать души слушателей, не с тем, чтобы они знали, что надо делать, но чтобы склонились к действию, о необходимости которого они уже знают. Итак, священнику, призывающему в проповеди слушающего к какому-либо действию, следует не только давать наставления, чтобы научить, и услаждать, чтобы быть услышанным, но и увлекать, чтобы победить.

Итак, каждый проповедник может выразить это настолько более подобающим образом, насколько лучше он сможет различать разновидности добродетелей и пороков, чтобы, когда он будет уметь противопоставлять одно другому, он смог бы найти подобающее средство лечения для любой раны. Ведь есть такие виды добродетелей, которые некоторым образом произрастают из других видов, как ветви из деревьев: то, что прорастает из одного корня добродетелей, дает на общем от этого корня стволе прекрасные листья. И наоборот, в пороках есть некоторые ядовитые ростки, из которых произрастает множество всяких пагубных пороков, и как добродетели вырастают одна из другой, будто драгоценное потомство от родительницы, так и в данном случае - от нечистых матерей происходят нечестивейшие дети. Но поскольку пороки ведут с добродетелями длительную войну, мы расскажем, насколько это возможно, каковы проводники каждого порока и каковы его спутники: ведь таким образом мы одновременно покажем, какая добродетель с каким именно пороком сражается. И ведь мы не сможем уклониться от огненных копий пороков, если не научимся противопоставлять им соответствующий заслон добродетелей, чтобы, защищенные ими и ведомые Христом, мы могли преодолеть это дерзкое войско вместе с его предводителями.

Ведь когда пороки искушений сражаются против нас в невидимом сражении при власти высокомерия, то одни из них выступают вождями, другие следуют за первыми, как войско. И не все они равно захватывают сердце: сначала немногие крупные одолевают заблудший ум, затем многочисленные малые толпами обрушиваются на него. И сам царь пороков - высокомерие, захватив полностью покоренное сердце, вслед за тем влечет его к опустошению с помощью семи главных пороков - своих верных полководцев; а за ними следует и войско, так как из них, несомненно, рождается множество других тяжких пороков. И корень всякого зла - высокомерие; об этом свидетельствует и Священное Писание: "Начало всякого греха - высокомерие" (Сир. 10). Первое же потомство его, а именно семь главных пороков, происходят от этого ядовитого корня: это - тщеславие, зависть, гнев, уныние, алчность, чревоугодие, страсть к роскоши.

Ведь именно страдая от того, что мы охвачены этими семью пороками высокомерия, наш Спаситель, исполненный семиликой благодати от Духа, вышел на духовную освободительную битву. Но эти пороки имеют против нас каждый свое войско. Ведь из пустого тщеславия рождаются неповиновение, хвастовство, лицемерие, соперничество, упрямство, несогласие и стремление к нововведениям; из зависти - ненависть, наушничество, злословие, ликование по поводу несчастий ближнего, уныние при его успехах; из гнева - ссоры, самомнение, оскорбления, крик, негодование, поношения; из уныния - злоба, неприязнь, малодушие, отчаяние, бездеятельность, склонность к 5 недозволенному; из алчности - предательство, ложь, обман, клятвоотступничество, мятежность, насилие и вместо сострадания ожесточение сердца. От чревоугодия происходят беспричинное веселье, балагурство, невоздержанность, многословие, притупленность чувства к восприятию; от страсти к роскоши - душевная слепота, безрассудство, непостоянство, суетливость, себялюбие, ненависть к Богу, любовь к сиюминутному, ужас или отчаяние перед будущим.

Но, перечислив семь низких пороков, проистекающих от высокомерия, которые ведут против нас войско пороков, давайте посмотрим, каковы вожди добродетелей и каковы полки воинов, которые нам предоставляет вдохновитель смирения Христос для сражения с когортами пороков; и противопоставим вождям пороков вождей добродетелей, войскам - войска. Таким образом, вождю - пустому тщеславию должен быть противопоставлен вождь-смирение, который главным образом порождает в человеке пренебрежение к себе и презрение к бренным вещам; а его спутникам - спутники противоположного, т. е. неповиновению - повиновение, хвастовству - смиренное служение, лицемерию - естественность, соперничеству - бескорыстие, упрямству - покорность, несогласию - мир, стремлению к нововведениям - благоговение перед Богом и почитание предков. Вождю-зависти должен быть противопоставлен вождь-благожелательность; его спутникам - спутники противоположного, т. е. ненависти - истинная любовь, наушничеству - честный разговор, злословию - благочестивая похвала, ликованию в связи, с несчастиями ближнего - сопереживание его печали, при его успехах - радость его благополучию.

 Вождю-гневу противопоставлен вождь - кротость; спутникам одного - спутники другого, т. е. самомнению - миролюбие души, оскорблениям - ласковость, крику - словесное убеждение, негодованию - любезность нрава, поношению - чистота речи. Вождю-унынию противостоит вождь - душевная радость; войску первого - войско второго, т. е. злобе -доброта, неприязни - мягкость, малодушию - долготерпение, отчаянию - стойкость, бездеятельности - духовное горение, склонности к недозволенному - усердие в чтении божественных книг. Вождю-алчности противостоит вождь-щедрость; полкам одного - полки другого, т. е. предательству - подлинная верность, лжи - искренность, обману - правда, клятвоотступничеству - отказ от клятв, мятежности - спокойствие, насилию - уступчивость, ожесточенности - милосердие. Вождю-чревоугодию противостоит вождь-воздержание; когортам одного - когорты другого, т. е. беспричинному веселью - сдержанность, балагурству - рассудительность, невоздержанности - умеренность, многословию - молчаливость, притупленности чувства к восприятию -страсть к овладению знаниями, сонливости - бодрствование.

Вождю-страсти к роскоши и его окружению противоборствует вождь-бескорыстие со своими соратниками, т. е. душевной слепоте противостоит созерцание Бога, безрассудству - предусмотрительность, непостоянству - неизменность, суетливости - сдержанность, себялюбию - умерщвление желаний плоти, ненависти к Богу - совершенная любовь к Нему. Вот то, что надлежит знать руководителю душ и что он должен сохранять в разнообразии проповедей, чтобы с вниманием определять людские немощи и предоставлять необходимые для их излечения лекарства. Но очень важно, побуждая к разному, служить разным потребностям, и хотя очень трудно вообще убедить кого-либо изменить свое поведение под влиянием необходимого размышления, однако намного труднее в одно и то же время одному человеку общим обращением наставлять многочисленных слушателей, страдающих от разных недугов.

Поэтому речь должна быть организована с таким искусством, чтобы, учитывая, что пороки слушателей различны, найти необходимые средства для каждого, но чтобы при том они не были противоположны сами себе и чтобы можно было пройти посреди всех страстей в едином направлении, отсекая как бы обоюдоострым мечом со всех сторон наросты чрезмерных людских замыслов: так нужно высокомерным проповедовать смирение, чтобы при этом у робких не усилился страх, так робким должна быть внушаема твердость, чтобы, однако, она не породила у высокомерных разнузданности, так [рекомендуема] забота о добром деле, чтобы тем не менее неумеренное беспокойство не вызвало своеволия в действиях.

Так должна устанавливаться мера беспокойства, чтобы при этом не возникало беззаботное оцепенение у бездеятельных; так должен подавляться гневу нетерпимых, чтобы одновременно не рождалось безразличие у спокойных и мягкосердечных; так следует разжигать в кротких ревность, чтобы во вспыльчивых не раздуть пожар; так пробуждать в скупых широту души, чтобы, однако, при этом удержать щедрых от расточительности; так проповедовать расточительным умеренность, чтобы, однако, не привлечь к роскоши воздержных; так восхвалять в воздержных непорочность, чтобы, однако, не оказалась пренебрегаема супругами плодородность плоти; так должно быть проповедуемо добро, чтобы каким-то образом не оказалось призыва к злу; так должно быть хвалимо высшее добро, чтобы не потеряло надежду худшее; так должно быть воспитываемо худшее, чтобы, пока оно считается удовлетворительным, не было стремления к лучшему.

Проповеднику следует также так заботиться об устранении временной грусти, чтобы не увеличивалась внезапная радость; и так должна быть сдерживаема внезапная радость, чтобы не росла временная грусть; так должен быть подавляем внезапно возникший страх, чтобы, однако, не возросла долго вскармливаемая опрометчивость; так должна быть подавляема давно возникшая опрометчивость, чтобы, однако, не окреп внезапно пронзивший страх.


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-20 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования