Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
МыслиАрхив публикаций ]
01 октября 18:00Распечатать

Роман Лункин. CЛУЖЕНИЕ КАК ПОЛИТИКА. РПЦ МП вступила в борьбу за финансирование социально значимых проектов


Социальная работа кажется делом понятным: для ее осуществления необходима добрая воля и люди, готовые работать добровольно, бесплатно или за малую плату. Помимо общественных фондов, единственными, кто по сути своего мировоззрения должен заниматься благотворительностью и помощью людям, являются религиозные организации.

Участие в социальной деятельности является показателем той роли, которую та или иная Церковь играет в обществе. Именно поэтому в попытке вернуть себе общество (или хотя бы его часть) Московская патриархия выступает с инициативой о государственном финансировании социальной работы Церкви. Более того, в Госдуме РФ готовится к обсуждению проект Федерального закона "О взаимодействии органов государственной власти и органов местного самоуправления с религиозными организациями", в котором социальными партнерами власти объявлены лишь "традиционные религии". Деньги от государства способны серьезно разделить не только социальные учреждения, но и Церкви, и верующих.

Возникает масса вопросов: должно ли государство поддерживать социальную работу НКО? Может ли власть выбрать себе социального партнера среди религиозных объединений и дать средства только ему? Кому давать деньги и нужно ли это?

Среди тех, кто активно занимается кропотливой работой с малообеспеченными, с сиротами, престарелыми, наркозависимыми, можно назвать не только РПЦ МП, но и Католическую Церковь, работающую через церковную организацию "Каритас", а также протестантские объединения - баптистов, евангелистов и пятидесятников.

Взаимодействие социальных учреждений и Церквей в России прошло два этапа. С начала 1990-х годов и примерно до 2000 года детские дома, дома престарелых и тюрьмы были в целом открыты для всех религиозных объединений. На втором этапе – с 2000 года до наших дней – католики и протестанты, которые были достаточно активны, были вытеснены из социальных учреждений под давлением чиновников, которые не хотели быть связанными с "нетрадиционными религиями", а также под влиянием позиции местных епископов и священников РПЦ МП. В настоящее время католики ведут по большей части официальную работу через "Каритас", стараясь не идти на конфликт с православием и российскими властями. Однако протестантские Церкви, несмотря на противодействие, практически сохранили свои позиции в социальных учреждениях. В нуждающихся в помощи приютах и домах инвалидов баптисты и пятидесятники работают неформально или через общественные организации – фонды, созданные церквями и евангельскими объединениями.

РПЦ МП, в отличие от остальных российских конфессий, не только претендует на роль главного социального партнера государства, но и постепенно воплощает в реальность масштабные социальные проекты, осваивая солидные спонсорские бюджеты. Так, по данным на 2006 год, эта Церковь окормляет 2 867 больниц, 1 578 детских домов и 1 892 иных социальных учреждений. При РПЦ МП действует 1 433 церковных социальных учреждения (дома престарелых, богадельни, сестричества милосердия, благотворительные столовые, центры реабилитации для наркозависимых и лиц, страдающих алкоголизмом). РПЦ МП "окормляет" 2 072 воинских частей, 1 198 исправительных учреждений (сведения из доклада Патриарха на заседании Священного Синода 26 декабря 2006 г.).

Кроме того, РПЦ МП осознает свою важную социальную задачу. В докладе Патриарха Московского и всея Руси Алексия II на Архиерейском Соборе 2008 года был небольшой раздел, посвященный социальному служению. Предстоятель РПЦ МП отмечал: "Церковь не ставит себе задачу подменить государство в попечении о тех, кому необходима помощь. Но мы, православные христиане, должны своей любовью, своим неформальным, личным подходом к каждому больному, сироте, пожилому человеку восполнить ту заботу, которую люди получают от государства… Социальное служение должно восприниматься не как внешняя обязанность Церкви, а как глубоко органичное, естественное проявление христианского образа жизни. Совместные дела милосердия укрепляют приходскую общину". В данном случае Патриарх отметил естественные христианские установки, которыми пользуются католики и протестанты, готовые помочь государству там, где его средства и забота просто отсутствуют. При этом, основной боевой единицей социального служения является крепкая община и энтузиазм ее членов.

Наряду с этим, со стороны Московской патриархии звучат более агрессивные призывы. 23 сентября замглавы ОВЦС МП протоиерей Всеволод Чаплин в эфире православного телеканала "Союз" заявил, что церковные социальные учреждения "должны были бы получать в первую очередь бюджетное финансирование, потому что, кроме государственных средств, в них вкладываются еще и средства, и труды Церкви".

По словам о. Чаплина, "у нас сегодня много церковных детских приютов, домов престарелых, других социальных учреждений. Часто они работают гораздо лучше, чем огромные государственные социальные учреждения, где содержатся сотни людей, иногда в довольно печальных условиях". Отец Всеволод указал, что в большинстве современных стран церковные социальные учреждения "пользуются приоритетной поддержкой государства", а в России "до сих пор есть люди, которые считают, что нужно восстановить монополию государства на социальную деятельность".

Довольно странно слышать от отца Всеволода слова о "монополии государства", поскольку действия федеральных и местных властей всех уровней не решили еще ни одной социальной проблемы, а единственная конфессия, которой разрешено входить в любые соцучреждения, – это РПЦ МП. Однако надо отдать должное Московской патриархии – она поднимает насущные вопросы, которые в конце концов могут помочь общественно полезной деятельности всех конфессий, хотя изначально РПЦ МП добивается финансирования только для себя.

Международный опыт свидетельствует о том, что каждая страна ищет свои пути социального партнерства. К примеру, в Соединенных Штатах, на которые часто ссылаются как на пример существования эталонных демократических правил, выработанных самой историей, запрещена любая поддержка Церквей властями. Религиозным организациям в США запрещается прямое получение правительственных грантов. Конституционное ограничение финансирования религии основано на представлении, что религия функционирует более эффективно, если она автономна, не связана с государством и ей не угрожает правительственный надзор и контроль. Как и в России, в США достаточно большое многообразие традиций и обычаев внутри страны, различные правила и соотношения религий в разных штатах. Поэтому только жесткое провозглашение принципа отделения Церкви от государства на федеральном уровне помогает избежать конфликтов. Финансировать можно лишь общественные благотворительные фонды и организации, но им не разрешается обращать в свою веру, а также допускать дискриминацию по признаку религиозной принадлежности при приеме на работу. Все эти правила разработаны в целях защиты религиозной свободы, недопущения дискриминации при использовании государственных денег для финансирования программ. В 2001 году президент Джордж Буш-младший выступил с предложением о выделении правительственных средств Церквям и другим религиозным организациям, которые занимаются социальным служением, что вызвало споры и бурю возмущения. Одни опасались, что будет разрушен принцип отделения Церкви от государства, другие, что Церкви, получившие средства, займутся прозелитизмом, третьи боялись, что средства могут также получить "нетрадиционные" религии и НРД (главным образом, саентологи). То есть "добрые намерения" Буша были расценены как источник поддержки за счет денег налогоплательщиков маргинальных религиозных групп, так как магистральные американские Церкви и без этих денег помогали людям.

Вместе с тем, американские законы не помешали православию в Северной Америке стать успешным в социальной сфере. Именно в США возникла первая крупная международная православная гуманитарная организация. Международное Православное Благотворительное Общество (IOCC) - это признанная международная организация, работающая, в основном, в сложной обстановке на Балканах и Кавказе, а также в Эфиопии и Палестине.

Если ситуация в Америке характеризуется многоконфессиональностью и различием традиций и даже демократических законов, касающихся религии, то в европейских странах, как правило, существует одна или две исторические традиции. В Испании, Италии, Польше – католичество, в Германии, Франции, Чехии – католики и протестанты, в Швейцарии, Нидерландах – протестанты, в Украине – католики, протестанты и православные.

К примеру, немецкая модель (по определению профессора Елены Мирошниковой, кооперационная модель государственно-церковных отношений) гарантирует свободу не только личности, но и религиозных организаций, предоставляя им конституционные гарантии для деятельности в соответствии с правом на самоопределение. Эта модель стремится найти баланс между индифферентностью и идентификацией. В Германии введен особый статус для религиозных объединений - "субъект публичного права". Это позволяет Церквям приобретать некоторые привилегии, не будучи включенными в государственную структуру. Таким же образом субъектами публичного права являются и органы социального страхования, и добровольные объединения граждан, такие как общества охотников или профсоюзы. Государство обязано защищать те религиозные организации, которые имеют такой статус, и содействовать их общественной деятельности, что подразумевает сбор церковного налога и поддержку социальных проектов. Обеспечивая соблюдение свободы вероисповедания и свободы неверия, эта модель предусматривает некоторые привилегии религиозным организациям (в силу их специфических особенностей) по сравнению с другими общественными организациями.

В других странах не столь прямо на основании четких правил поддерживают Церкви и их работу. Католическая Церковь сама определяет свои отношения с властями, заключая с государством конкордаты.

В Чехии в 2002 году была введена система, похожая на российскую. Вновь зарегистрированные религиозные объединения могли приобрести "специальные права" только по прошествии 10 лет с даты их регистрации, если число их членов достигнет 0,1 % от всего населения (то есть более чем 10 тысяч верующих), а также если они публикуют ежегодные отчеты, состоят во Всемирном Совете Церквей и т.д. Религиозные организации, зарегистрированные по Закону 1991 года, автоматически получали эти "специальные права", однако при определенных условиях государство могло их отобрать. "Специальные права" таковы: преподавание религии в школе, создание своих школ, пастырское окормление тюрем и военных частей, получение государственных субсидий.

Россию роднит с европейскими странами наличие "традиционных конфессий", главным образом, Православной Церкви, которая претендует на государственную поддержку вместе с другими "традиционными" - мусульманами и иудаистами.

Но католическая и протестантская традиция социальной работы в корне отличается от православной: Святой Престол всегда действовал через "Каритас", но при поддержке властей, лютеране и реформаты-кальвинисты были также связаны с государством, но они адаптировались к демократическому обществу и сами стали гарантами соблюдения свободы совести. При этом, вовлеченность Церквей в общественную деятельность и приходская деятельность не были разрушены, как это было в советское время с РПЦ МП. В результате нынешняя ситуация в России во многом похожа на американскую – в Центрально-Черноземном регионе господствует православие, на Дальнем Востоке – протестантизм, на Северном Кавказе – ислам, в Поволжье – ислам и православие, в Сибири – православие и протестантизм. В значительном числе регионов поддержка православия основана лишь на том, что люди смотрят федеральные телеканалы и читают новости о православности губернатора, а не на посещении православных богослужений и приходских собраний.

Таким образом, социальный вопрос в России имеет несколько характерных черт. Во-первых, пионерами социального служения являются Московская патриархия и многочисленные протестантские Церкви и миссии (в особенности, пятидесятники). Эти направления христианства хорошо представлены в соцучреждениях и тюрьмах. Если РПЦ МП при поддержке местных чиновников организует приюты и детские лагеря, то протестанты активно создают центры реабилитации для нарко- и алкозависимых, и сами арендуют и выкупают детские лагеря (а православные им всячески препятствуют). Католики, мусульмане и иудаисты также занимаются социальной работой, но не столь массово, как РПЦ МП и протестанты. Во-вторых, опасения многих религиозных деятелей по поводу того, что социальное служение связано с прозелитизмом, вполне обоснованы. Для верующих исправление социальных пороков тесно связано с обретением веры. Особенно это выражено в протестантском богословии. В-третьих, мотивация социальной деятельности у РПЦ МП и других христианских Церквей в корне отличается. Несмотря на вполне обтекаемые заявления Патриарха Алексия II о необходимости социальной работы, в законодательных учреждениях представлена стяжательская агрессивная позиция митрополитов Климента и Кирилла, часто выражаемая отцом Всеволодом Чаплиным.

Для религиозных меньшинств социальное служение – это миссия, стремление стать частью общества, осознание своего долга перед всеми нуждающимися. Такие же цели перед собой ставят многие большие православные приходы, организующие на свои средства приюты, школы и столовые.

Для официальных лиц Московской патриархии поддержка социальных проектов Церкви – продолжение государственно-церковной политики, протекционистской по отношению к РПЦ МП. Это подтверждение того, что православие стало социальным партнером государства, и ему уже нет нужды постоянно доказывать свою социальную значимость. К реальной приходской социальной работе в рамках РПЦ МП это не имеет никакого отношения. Социальные проекты неправославных объединений (а мусульман и протестантов совсем нельзя назвать меньшинством – их в России миллионы, причем в среднем каждый последователь этих конфессий более активен, чем его "православный по рождению" собрат) могут стать еще более полуподпольными, опосредованными (через фонды и общественные организации). Вытеснив из социальной сферы одних и перечислив деньги другим, государство не решит социальных проблем.


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-21 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования