Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
МыслиАрхив публикаций ]
21 февраля 16:01Распечатать

Дмитрий Завольский. В ДОСПЕХАХ ДОНА КОНСТАНТИНА. Фильм "Гибель империи. Византийский урок" о. Тихона (Шевкунова) воспроизводит средневековое понимание истории, более внимательное к символам, чем к фактам


"Фильм – не история, а нечто "над ней", на грани псевдоистории, в жанре публицистической реконструкции путей, пройденных нашей цивилизацией", - пытается дать одобрительное определение фильму "Гибель империи. Византийский урок" Константин Ковалёв ("С позиций Третьего Рима", "ЛГ", №5, 6-12 февраля с.г.). Простите, но как можно "реконструировать" что-либо подлинное "на грани псевдоистории"? При этом о самой формулировке с г-ном Ковалёвым не поспоришь: показанный 30 января с.г. и повторенный 9 февраля утром каналом "Россия" документальный фильм архимандрита Тихона (Шевкунова) действительно имеет мало общего с историей, даже если сводить её к последовательному изложению событий.

"Фильм – нечто вроде "напоминания об утопии" с историческими реминисценциями... Фильм – пространная аллегория..." – продолжает благожелательный критик. Утопия, конечно, как жанр себя не исчерпала, но утопия, выдающая себя за историю, – это "Триста спартанцев".

"Фильм – некоторое "историческое нравоучение". Мы имеем яркие образцы данного жанра в древнерусской литературе... Фильм, наконец, – довольно недвусмысленное предостережение, вариант прозорливого напоминания об ошибках прошлого". Говоря о "нравоучении", г-н Ковалёв поминает "Поучение Владимира Мономаха". Я бы вспомнил другого автора, царя Ивана Васильевича – высказавшегося на одну тему с Шевкуновым. Фильм о. Тихона воспроизводит как раз такое средневековое понимание истории – строго линейной, качественно неизменной, – более внимательное к символам, чем к фактам. "Константин-царь всем миром владел", а потом его плохие "преемники" растратили "стабилизационный фонд", не поддержали "оборонную промышленность", отдали страну на откуп "олигархам" и на растерзание "западу". Для того, чтобы нарисовать такую схему, нужно обладать даже не средневековым, а вот уж воистину неосредневековым, вульгарно голливудским восприятием.

Но голливудское мировосприятие при этом отнюдь не отрицает прогресс и заимствования (и даже царь Иван Васильевич их не отрицал, допустив, помимо плохого, немало хорошего). А ведь именно изменений о. Тихон боится, как чумы. И рассказывает с удовлетворением, что византийская финансовая система тысячу лет оставалась неизменной, а с ужасом – что переход от "призывной" армии к "профессиональной" оставил империю беззащитной. Такой вот "мессидж", как теперь говорят.

О. Тихон то ли сам не знает, то ли не считает нужным поведать зрителю, что Византия за многие века своего существования оказывалась перед естественной необходимостью решать принципиальные вопросы самых разных сторон государственного и национального бытия, и одна ошибка не могла погубить державу, изображённую на карте времён Юстиниановых войн. А вот непробиваемая верность святой старине (и какой именно?... и где вообще точка отсчёта?...) угробила бы византийскую цивилизацию на первом же повороте, ибо вся византийская история была историей борьбы и приспособления. Когда Византия не успевала приспособиться к меняющимся обстоятельствам, она проигрывала. А то и гибла. И всякий раз новая, воспрянувшая Византия была результатом всесторонней перестройки разгромленной и отступившей прежней державы.

У зрителей о. Тихона должно сложиться впечатление, что рушился Второй Рим по законам классицизма: здесь и сразу. Шевкунов спрессовывает века. Мальчик в тунике (по-моему, больше похожий на сирийца, чем на грека), карта большой Юстиниановой империи (середина VI в.), подозрительно похожая на Российскую, "стабилизационный фонд" Василия II (Х в.) и пушки Мехмеда II (1453 г.) – всё это существует у него чуть ли не одновременно. Естественно, что пушки оказались у Мехмеда II (а не у Константина XI) по причине растраты "стабфонда" Василия II. А на западе точил зубы злобный Запад, и по этой причине злой сарацин полз на берег и требовал мальчика в тунике к себе в гарем. Для полноты впечатлений оставалось назвать турок моджахедами или душманами.

Однако и Шевкунов, и поддерживающие его критики не желают видеть, что их мифотворческая прямолинейность наивна до неправды. О. Тихон всячески поносит "Запад", и вправду не любивший "схизматиков" и "презренных гречишек", но при этом забывает сообщить, что раскол христианской Церкви был подготовлен не только догматическими и политическими посягательствами будущих католиков, но и вековой религиозной смутой в Византии, царским насаждением иконоборческой ереси. Что Византия (если не считать трагического 1204 г.) сталкивалась не с единым "западным заговором", а с разбойничьими набегами франко-норманнов или каталонских наёмников и с торговым крючкотворством итальянских морских республик, и в поражениях этих чести было мало. Что константинопольская держава, сжимавшаяся в город-государство, истрепала себя в борьбе с православными Сербией и Болгарией, делившими греческое наследство, невзирая на общую османскую угрозу. Что "Запад" был отнюдь не в восторге от полумесяца на Босфоре, но столетнее наступление турок на Балканы совпало с жесточайшим кризисом западноевропейской цивилизации, а попытки католиков начать вторую реконкисту закончились в 1444 г. разгромом под Варной.

Но Наталья Нарочницкая, ничтоже сумняшеся, тем не менее делает заявление, попросту пугающее своей сомнительностью и злободневностью: "…Речь идет об источниках резкого обогащения Запада в результате ограбления Византии. До сих пор недооценивается масштаб вывезенных из Византии и затем из Южной Америки в период Конкисты богатств, сопоставимых с трудами поколений. Это для многих неудобная правда". Предательский и варварский разгром Царьграда крестоносцами в 1204 г., не только разрушивший Византию как великую державу, но и пожравший огромную часть античного наследия человечества, – действительно, правда, неудобная для безоговорочных поклонников Запада. Но жутко слышать от известного политика, что шальное золото, пролившееся в замкнутую европейскую экономику, сделало жизнь на Западе "лучше" и "веселей". Золото ацтеков и инков, ненадолго обогатив испанскую знать, попросту обесценилось, как произошло бы с любой другой валютой, умножившейся на пустом месте. А уж память о золоте и бронзе, награбленных и переплавленных крестоносцами, осталась в истории лишь в облике квадриги, похищенной более культурными венецианцами.

"Атомизация – черта современного сознания, которому свойственно отгораживаться от великих вопросов, замыкаться на потребительстве во всех сферах", – небезосновательно заявляет Нарочницкая. Так не является ли примером атомизации сознания (в данном случае, в смысле клипового упрощенчества) – низведение истории к плакатам и лубкам? Не в этом ли сиюминутное потребительство? Крестоносцы, плавившие античные статуи на цветной металл, тоже были близорукими потребителями. Но дело тут не в западном "индивидуализме" или в какой-нибудь особой порочности католичества, а в общечеловеческом варварстве. И сами ромеи (точно так же, как их общие с западноевропейцами предшественники – римляне и античные греки) терпели поражения (или одерживали позорные победы), когда забывали о всестороннем человеческом опыте и предавались полуживотному варварству.

В голливудском комиксе про короля Артура полулегендарных вождей "бриттов и римлян" для простоты сюжета превращают в фантастических лощёных варваров, которые презирают христианский Рим и рубятся с несимпатичными саксами – с главными, вообще-то, предками англичан и американцев. Ради доходчивого примитивизма и выспренних речей о "свободе каждого мужчины, женщины и ребёнка" американские кинематографисты отдают на заклание и правду историческую, и правду мифа, и правду крови, и правду веры. Можно ли принести пользу родине и вере, столь вольно обращаясь с истиной?

Авторы фильма норовят с помощью "поучений" вернуть своих зрителей в умственное средневековье, забывая, что в одну реку нельзя войти дважды и, если возвращаться в прошлое безоглядно, в нём ничего не обретёшь, кроме прошлых поражений. "Зато можно дважды сесть в одну лужу", – справедливо заметил сам о. Тихон при обсуждении своего фильма в телепрограмме "Национальный интерес" ("Россия", 10 февраля с. г.).

Александр Македонский не носил рыцарских доспехов, но убеждённые в обратном рыцари побеждали противника (включая византийцев), ибо оснащены были не только заблуждениями, но и достижениями своего времени. А вот нынешние донкихоты, взяв за образец Карла Великого или "императора Константинопольского", не смогут противостоять даже санитарам.


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-18 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования