Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
МыслиАрхив публикаций ]
14 июня 12:59Распечатать

Иван Нелюбов. ИСЛАМ И РЕЛИГИОЗНЫЕ МЕНЬШИНСТВА.По отношению к исламскому миру, да и вообще к Востоку, все внешние концепции и умозрительная методология изначально обречены на неполноту, односторонность и неадекватность


Поводом поразмышлять на вышеназванную тему стала научная конференция, прошедшая в Центре изучения религий при Российском государственном гуманитарном университете (РГГУ) 4 июня, которая называлась "Этноконфессиональные меньшинства в исламском мире". Мероприятие было очень камерное, и больше напоминало по своему формату заседание кафедры., Да и тема звучала очень академично. Между тем, обсуждался вопрос весьма малоизученный в современной науке, и вообще довольно редко подвергаемый детальному и беспристрастному изучению, причем, по обстоятельствам не столько сугубо научного плана, сколько по причинам так называемой "политкорректности".

Прежде, всего, попробуем весьма схематично обрисовать отношение ислама к представителям других религий. В Коране, как известно, говорится, что иудеи, христиане и сабеи (гностическая секта исповедующая культ Иоанна Крестителя) веруют в одного и того же Бога и не считаются неверными, но "людьми Писания". В силу этого обстоятельства мусульманское общество и государство предоставляет "людям Писания" (араб-ахль аль-китаб) защиту, покровительство и возможность свободно исповедовать свою религию.

Но, как показывает практика, на историческом пути религии обычно довольно далеко уходят от принципов, заложенных в их изначальных Писаниях. И ислам в этом смысле не стал исключением. И в исламском мире мы наблюдали и можем наблюдать трения и проблемы, возникающие, в том числе, и на межрелигиозной почве. А наука, как это видно из многочисленных трудов, а также выступлений на упомянутой конференции, может только описать положение, но вряд ли сделать выводы аналитического характера. Причем, не в последнюю очередь, по соображениям политкорректности.

Вот и в услышанном автором этих строк докладе известного специалиста по исламо-христианским взаимоотношениям Алексея Журавского еще раз были повторены коранические принципы отношения мусульман к немусульманам. Было добавлено только, что ислам часто трактуется как высшее духовное выражение арабизма, которое воплотилось в личности пророка Мухаммеда. И это послужило основанием для того, что в новое и новейшее время исламский призыв среди арабов-христиан шел именно под лозунгом возвращения к "арабскости".

Все это верно, но вспомнилась, например, сура Корана "Ясное Знамение" (№ 98) в которой, между прочим, говорится: "Неверующие из людей писания и многобожников, пока к ним не явилось ясное знамение – Посланник от Аллаха, который читает очищенные свитки. В них содержатся Правдивое Писание. Те, кому было даровано писание, распались только после того, как к ним явилось ясное знамение (пророчество Мухаммеда-И.Н.)... А ведь им было велено лишь поклоняться Аллаху, служа искренне ему как единобожники, совершать намаз и выплачивать закят. Это – правая вера. Воистину, неверующие из людей Писания и многобожников окажутся в огне геены и пребудут там вечно (аяты 1-6, Коран, перевод смыслов Эльмира Кулиева).

Мы не случайно привели здесь эту небольшую суру почти целиком. Она достаточно ярко иллюстрирует еще один аспект отношения ислама к иноверцам. Да, существует определенная терпимость и покровительство к иноверцам, прежде всего из других авраамических религий. Но совершенно очевидно, что эта терпимость имеет определенные пределы.

Появление и полное раскрытие ислама ставит перед иноверцами жесткую альтернативу – либо принять его как высшую и последнюю истину, либо оказаться у границы духовного и правового поля мусульманского общества, постоянно рискуя оказаться за его пределами. И подтверждает это, пусть не всегда трагическая, но все время проблемная история этноконфессиональных меньшинств в мусульманских обществах.

В этой связи представляется необходимым, все-таки отбросить излишнюю "политкорректность" и четко определить вывод о том, что духовный диалог с исламом имеет как свое начало, так и пределы, за которыми он развиваться не может. Да и не нужно это ни христианам, ни мусульманам. Ведь в этом случае диалог грозит перейти в бурную полемику, а там, что называется и до драки недалеко. Ведь межрелигиозная антитеза заложена в основе религии, ее Священном Писании.

Все это вовсе не означает призыва к отказу от диалога с исламом. Просто, на наш взгляд, следует вспомнить мудрые слова Священного Корана "лякум диникум ва лияд дин" ("У вас своя религия – у нас своя". Коран, сура аль-Кяфирун, аят 6) и перевести диалог из межбогословской сферы на землю, на обсуждение гуманитарных и социокультурных вопросов. Вернувшись же из заоблачных сфер мыслей на твердую почву жанра репортажа заметим только, что все эти соображения были высказаны автором этих строк в ходе дискуссии на конференции.

Это уважаемое академическое собрание подтвердило еще одну весьма распространенную в последнее время, особенно среди мусульман, мысль. Утверждается, что адекватно ислам, что называется извне, адекватно понять не может даже самый продвинутый ученый востоковед. Тем более, добавим мы, что если на этого ученого оказывает влияние культурная традиция, основанная на христианстве (проще – "западная"), в атмосфере которой довелось вырасти и воспитаться, либо изучать в исследованиях.

Очень хорошей иллюстрации этой мысли послужило выступление доктора историческихнаук Евгения Рашковского из Института мировой экономики и международных отношений (ИМЭМО) РАН. Правда, автор сразу оговорился, что он не востоковед и его заключения носят в значительной мере субъективный характер. "Субъективное мнение " проявилась в двух интересных тезисах.

Тезис первый – между двумя религиями существует глобальное различие в историческом дискурсе. Христианство – религия историческая, Бог как и человек постоянно присутствует в истории на всем ее протяжении. В исламе же Бог абсолютно трансцендентен, а главная идея истории – постоянное очищение таухида (строгого единобожия) от привнесенных человеком нетаухидных черт.

Тезис второй – в христианстве одним из краеугольных камней является право личности, в то время как в исламе право уммы – выше прав личности. В частности, если христианин по каким-то причинам хочет оставить свою религию и церковь, то он может сделать без ущерба для собственной личности, в том числе и физического.

Подробно изучая в последнее время доктрину ислама и образ жизни мусульман, автор проникся определенным чувством эмпатии. И с точки зрения этой самой "эмпатии" хочется даже не возразить, но расставить некоторые акценты. Абсолютно верно то, что одна из сакральных целей истории для последователей ислама - стремление к исповеданию религии как можно более чистого Единобожия. Да, Бог для мусульманина – прежде всего трансцендентен. Он имеет 99 прекрасных имен, но не одно из них не отражает полностью и адекватно его сущность. При этом Аллах присутствует в жизни человека, и истории человечества через полное подчинение Его воле и тем делам, которые Он предначертал.

Уходя от теологических тонкостей, заметим лишь: как можно говорить об абсолютной транcцендентности Божества, когда в Коране есть слова: "Мы ближе к вам, чем ваша сонная артерия", а мусульмане подчеркивают, что ислам – не только религия, но и образ жизни, и общественная система.

Насчет свободы личности. Да, в юридическом смысле тезис о приоритете свободы личности в христианстве справедлив. Покойный имам Хомейни в свое время так и говорил: "У нас право выше личности". Но, с другой стороны, в исламе нет ничего подобного Церкви. Общение с горним миром, понимание Корана абсолютно индивидуально. Так что еще вопрос, где больше личностной духовной свободы.

Ну, а насчет безопасности этой самой личности в случае выхода-входа, так здесь очень много от нашего человеческого несовершенства, воплощенного часто в национальных обычаях, понимаемых, почему-то, как религиозная традиция. Однажды пришлось беседовать с сирийским христианином, принявшим в Египте ислам, и оставшимся там жить. Домой он возвращаться боится – дальние и близкие родственники ему за этот шаг голову оторвут...

Нет, я вовсе не собираюсь использовать уважаемую конференцию как повод для некой апологетики ислама. Просто всем вышеизложенным хотелось бы проиллюстрировать мысль о том, что проблема "Ислам и этноконфессиональные меньшинства" и поиски ее решения требуют тщательного изучения и всестороннего анализа, причем, во многом с применением исследовательской "эмпатии". Ведь по отношению к исламскому миру, да и вообще к Востоку, все внешние концепции и умозрительная методология изначально обречены на неполноту, односторонность и неадекватность.

Наши исследователи, собравшиеся на одно из первых мероприятий по данной тематике, прекрасно это понимают. Не случайно абсолютное большинство материалов носили не философско-религиоведческий, а исторический характер. Они были посвящены зороастрийцам и армянам Ирана, синкретической секте алавитов, представители которой находятся сейчас у власти в Сирии, христианам-уйгурам, через которых христианство (в несторианском исповедании) распространилась наДальний Восток, а в последствии и в Золотую Орду, христианам-коптам в Египте.

Что ж отрадно, что накапливается эмпирический, исторический материал. Ведь история-это философия в фактах и примерах.

Иван Нелюбов,
для Портала-Credo.
Ru.


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-19 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования