Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
МыслиАрхив публикаций ]
29 мая 16:58Распечатать

Епископ Луцкий и Ровенский Иов. «ЧТО В ИМЕНИ ТЕБЕ МОЕМ?» К столетию осуждения Синодом Российской Церкви мнимой ереси имябожничества. Часть первая


18 мая (по старому стилю) 1913 года "Церковныя Ведомости, издаваемыя при Святейшем Правительствующем Синоде" (№ 20, сс. 277–286), опубликовали документ под названием: "Божиею милостию, Святейший Правительствующий Всероссийский Синод всечестным братиям, во иночестве подвизающимся". В этом синодальном послании было подвергнуто критике и осуждено якобы "смутившее многих православных, монахов и мирян, учение схимонаха Илариона о сладчайшем Имени Господнем Иисус" (1), "с одной стороны…, как оно изложено в книге: "На горах Кавказа", а с другой, в мудрованиях его Афонских последователей, как эти мудрования выражены в "Апологии" иеросхимонаха Антония (Булатовича) и в разных воззваниях и листках, разсылаемых с Афона" (2).

Вскоре осужденное учение получило от Синода официальное наименование "ереси имябожничества", а несколько сотен афонских монахов-имяславцев, не согласившихся с синодальным решением и продолжавших отстаивать свою точку зрения как исконно православную и святоотеческую, подверглись репрессиям и насильному изгнанию с Афона.

До сих пор эти события столетней давности вызывают ожесточенные споры и даже церковные расколы, поскольку одни принимают и защищают позицию Российского Синода (а также Синода Константинопольской Церкви, объявившего, что "новоявленное и неосновательное это учение составляет хульное злословие и ересь" (3), другие же, наоборот, отвергают постановления церковных властей того времени, изобличая их в предвзятости и в исповедании "ереси имяборчества".

 

"Новый догмат"

 

За что же было осуждено церковными властями учение схимонаха Илариона и его последователей? Оказывается, "о. Иларион поддался искушению дать свое как бы философское объяснение, почему так спасительна молитва Иисусова, и… заблудился в своих измышлениях, выдумал, как он сам говорит, новый "догмат", не встречавшийся раньше нигде" (4). "Новый догмат — обоготворение самого имени Иисус — соблазн" (5), — излюбленный ярлык, наклеиваемый на имяславцев их противниками. В подтверждение того, что о. Иларион выдумал "новый догмат", приводятся слова из его письма к духовнику: "Положение догмата, сделанное нами, важное, необычное, чрезвычайное и в таком виде, как мы его поставили, не встречается нигде" (6). Однако по поводу столь "доказательного примера" так и хочется воскликнуть вслед за св. Григорием Паламой: "Но каковы козни лукавого! Ведь то, чтобы в этих [словах] не уловить мысль пишущего, бывает от чьей-либо неспособности или неправильного умонастроения" (7).

Да, о. Иларион действительно искренне недоумевал, почему в богословских учебниках его времени, изобилующих разными схоластическими тонкостями и пустопорожними байками, нет четко сформулированного православного учения о том, что такое Имя Божие, "о немже подобает спастися нам" (Деян., 4:12), и видел адекватное выражение столь важного догмата веры в чеканной формуле о. Иоанна Кронштадтского: "Имя Божие есть Сам Бог" (8). Уместно сравнить "соблазнительную" фразу о. Илариона со "скромными" словами одного из главных критиков имяславцев, можно сказать, главного инициатора их осуждения и изгнания — архиепископа Волынского, а потом митрополита Киевского Антония (Храповицкого), который в своей статье "Догмат Искупления" писал: "Прямого ответа на вопрос, почему для нас спасительны Христово воплощение, страдания и воскресение, ответа, сколько-нибудь яснаго, не дано еще никем, если не считать маленькой передовицы в Церковном Вестнике 1890 года и статейки в Богословском Вестнике 1894 года, коих автором был пишущий эти строки" (9). При желании, данное заявление можно истолковать как "крайне нечестивое и суемудренное" утверждение о том, что святые отцы и многие поколения богословов слабо разбирались или вообще никак не разбирались в основных вопросах веры и их догматические труды "не дотягивают" до уровня статей вл. Антония. Именно так и поступали предвзятые критики "Догмата Искупления", однако, по моему мнению, эти несколько напыщенные слова были сказаны вл. Антонием (справедливо или нет — отдельный вопрос) по отношению к более-менее современным ему богословским исследованиям, а не по отношению к догматическим творениям корифеев святоотеческой мысли.

Впрочем, оставим "Догмат Искупления", а приведем следующее очень важное суждение вл. Антония, которое напрямую касается нашей темы: "Когда предлагается читателям новое (более или менее) разъяснение христианских догматов, то верующий по-православному автор всего менее рассчитывает ввести в сознание Церкви какую-нибудь новую истину; напротив, он убежден, что полнота истины есть всегдашнее достояние сознания церковного; и если, например, до IV века понятие естества и лица оставались невыясненными или если до VII Вселенского Собора не был формулирован определенно догмат иконопочитания, то это вовсе не значит, чтобы ранее Церковь не знала правильного учения о Троице или бы колебалась между идолопоклонничеством и иконоборством" (10). Ясно, что именно в таком русле мыслили о. Иларион, а также его последователи-имяславцы, которые никакого "нового догмата" не выдумывали, но лишь отстаивали хорошо известный из Священного Писания и Священного Предания догмат веры, лапидарным определением которого считали фразу св. Иоанна Кронштадтского: "Имя Божие есть Сам Бог".

О том, что догмат об Имени Божием всегда являлся достоянием Церкви, свидетельствует знаменитый духовный писатель, богослов и аскет XIX века св. Игнатий Брянчанинов: "Учение о Божеской силе имени Иисусова имеет полное достоинство основного догмата и принадлежит к всесвятому числу и составу этих догматов" (11). Суть этого догмата, в изложении св. Игнатия, такова: "Имя Господа нашего Иисуса Христа — Божественно; сила и действие этого имени — Божественны; они — всемогущи и спасительны; они — превыше нашего понятия, недоступны для него" (12); "Имя Господа — паче всякого имени: оно источник услаждения, источник радости, источник жизни; оно — Дух; оно — животворит, изменяет, переплавляет, боготворит" (13).

А поскольку труд о. Илариона "На горах  Кавказа" был, главным образом, посвящен исключительной значимости молитвы Иисусовой, автор просто обязан был дать богословское объяснение, почему так спасительна эта молитва, ведь, по словам св. Игнатия Брянчанинова, "благодатная сила молитвы Иисусовой заключается в самом Божественном имени Богочеловека, Господа нашего, Иисуса Христа" (14). Увы, этого, по разным причинам, не хотели признавать оппоненты имяславцев как на Афоне, так и в Синоде, а потому обвинили о. Илариона в измышлении "нового догмата" и объявили еретиком.

Любопытно, что один из главных синодальных деятелей, осудивших "имябожническую ересь", — вл. Антоний Храповицкий, по воспоминаниям близко знавшего его архимандрита Киприана (Керна), вообще "очень осторожно относился к Иисусовой молитве: "Лучше по молитвеннику молиться, чем четку тянуть и повторять одно и то же в ожидании небесного света". Этим объясняется его крайне непримиримое отношение к имяславию" (15). Данное свидетельство вполне соотносится с предостережением св. Игнатия Брянчанинова: "Невежественное богохульное умствование против молитвы Иисусовой имеет весь характер умствования еретического" (16). Конечно, вл. Антоний сам постоянно перебирал четки, и даже запечатлен с ними в руках на многих фотографиях и портретах. Однако это совсем не означает, что у него было правильное понятие о молитве Иисусовой, ибо, как говорит преп. Иннокентий Комельский, "хотя многие, если не все, молятся ею просто и внешне, и никто против этого не восстает, искусство же ею действовать, каковое состоит в блюдении сердца умом в молитве, очень мало кто знает" (17). Именно из-за пренебрежительного отношения к искусству умно-сердечной молитвы вл. Антонию казалось неминуемо ведущим в прелесть учение о. Илариона о том, "что подвижник только на первых ступенях молитвеннаго делания повторяет Иисусову молитву устно и полностью; затем, усовершившись в ней, он, становясь сам выше всякаго прошения, только славословит Иисуса, призыванием Его имени: "Иисусе Христе", даже только: "Иисусе". Поднимаясь еще выше в духовной жизни, он уже не имеет нужды произносить и это слово, а сохраняет его в своем сердце, как постоянное сердечное достояние" (18). Но то же самое утверждают и все святые отцы-исихасты, как, например, св. Марк Эфесский: "Божественные сии речения… справедливо можно было бы назвать столпом молитвы и вместе с тем православия; ими одними довольствуются достигшие "возраста Христова" (Еф., 4:13) и духовно совершенные, носящие в своем сердце и каждое из этих божественных проречений, как передано священными апостолами, то есть "Господи Иисусе — Иисусе Христе — Христе, Сыне Божий", а иногда, конечно, и одно лишь сладчайшее имя "Иисусе", словно всецелое молитвенное делание…" (19).

 

(Продолжение следует)

ПРИМЕЧАНИЯ:

1 - Божиею милостию, Святейший Правительствующий Всероссийский Синод всечестным братиям, во иночестве подвизающимся // Церковныя Ведомости. — № 20, 18 мая 1913 г. — С. 277.

2 - Там же. — Сс. 277–278.

3 - Грамота Вселенского патриарха Германа от 5 апреля 1913 г. // Цит. по: Прибавления к Церковным Ведомостям.  — № 20, 18 мая 1913 г. — С. 885.

4 - Божиею милостию, Святейший Правительствующий Всероссийский Синод всечестным братиям, во иночестве подвизающимся // Церковныя Ведомости. — № 20, 18 мая 1913 г. — С. 278.

5 - Из частного письма афонского монаха Денасия Десятовского // Цит. по: Священная тайна Церкви: Введение в историю и проблематику имяславских споров. — СПб., 2007. — С. 356.

6 - Цит. по: Прибавления к Церковным Ведомостям.  — № 20, 18 мая 1913 г. — С. 888.

7 - Свт. Григорий Палама. Собеседование православного с варлаамитом, 38 // Свт. Григорий Палама. Трактаты. — Краснодар, 2007. — С. 164.

8 - Протоиерей И.И. Сергиев (Кронштадтский). Моя жизнь во Христе. — СПб., 1911. — С. 714.

9 - Архиеп. Антоний [Храповицкий]. Догмат Искупления // Богословский Вестник.  — Т. 2, № 8/9 за 1917 г. — С. 155.

10 - Цит. по: Архиепископ Никон [Рклицкий]. Митрополит Антоний [Храповицкий] и его время (1863 – 1936). Кн. 2. — Нижний Новгород, 2004. — С. 444.

11 - Свт. Игнатий Брянчанинов. О молитве Иисусовой (беседа старца с учеником) // Святитель Игнатий (Брянчанинов). Собрание творений. Т. 1. Аскетические опыты. — Свято-Успенская Почаевская Лавра [СУПЛ], 2005. — С. 274.

12 - Там же. — С. 321.

13 - Свт. Игнатий Брянчанинов. Слово о молитве Иисусовой // Святитель Игнатий (Брянчанинов). Собрание творений. Т. 2. Аскетические опыты. — СУПЛ, 2005. — С. 317.

14 - Там же. — С. 298.

15 - Киприан (Керн), архимандрит. Воспоминания. — М., 2002. — С. 46.

16 - Свт. Игнатий Брянчанинов. О молитве Иисусовой (беседа старца с учеником) // Святитель Игнатий (Брянчанинов). Собрание творений. Т. 1. Аскетические опыты. — С. 274.

17 - Прп. Иннокентий Комельский. О внутреннем делании // Преподобные Нил Сорский и Иннокентий Комельский. Сочинения. — СПб., 2008. — С. 369, 371.

18 - Архиепископ Антоний [Храповицкий]. О новом лжеучении, обоготворяющем имена, и об "Апологии" Антония Булатовича // Прибавления к Церковным Ведомостям.  — № 20, 18 мая 1913 г. — С. 870.

19 - Свт. Марк Эфесский. О словах, содержащихся в божественной молитве "Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя", 3 // Византийские исихастские тексты. — М., 2012. — С. 453.


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-21 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования