Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
МыслиАрхив публикаций ]
16 октября 15:03Распечатать

Священник Андрей Берман. О КРИЗИСЕ В РУССКОЙ ПРАВОСЛАВНОЙ ЦЕРКВИ.


 Часть этой статьи была напечатана в марте 2003 г. в чебоксарской газете "Столица -Ч", и, непонятно почему, вызвала ярость епархиального начальства. В данной статье автор не ставил своей задачей раскрыть тесную связь исповедания истинной православной веры со здравым устройством церковной жизни. Последующие бурные события в Чебоксарах, когда называющий себя православным, митрополит позволил себе участвовать в освящении языческой статуи, показали, насколько эта связь важна и необходима.
 

В 2000 году Русская Православная Церковь торжественно отметила двухтысячелетний юбилей христианства. Были проведены торжественные богослужения, Архиерейский собор, на котором были канонизирован сонм новомучеников, приняты Основы социальной концепции Церкви, и некоторым может показаться, что состояние Церкви сегодня полностью соответствует замыслу Божию и апостольскому преданию. По нашему мнению, объективный анализ не позволяет сделать такие оптимистические выводы.

Для понимания ситуации обратимся к некоторым теоретическим положениям. Символ веры, где изложены основные догматы христианства, обязывает нас верить "во единую Святую, Соборную и Апостольскую Церковь". Катихизис митрополита Филарета определяет Церковь как "от Бога установленное общество людей, соединенных православной верой, Законом Божиим, священноначалием и Таинствами". Такое определение нельзя считать исчерпывающим, так как в нем перечисляются только внешние признаки определяемого явления, но не уясняется сущность Церкви. Святой апостол Петр более точно определяет Церковь как "род избранный, царственное священство, народ святой, люди, взятые в удел". И далее: "некогда не народ, а ныне народ Божий" (1 Пет. 2, 9-10). Иными словами, Церковь - это люди отделенные от остального человечества и посвященные Богу. Сразу сделаем оговорку, что здесь не идет речь о спасении, которое является делом Божиим, мы рассуждаем исключительно о принципах устройства Церкви. Не входит в предмет нашего рассмотрения и вопрос о границах Церкви.

Понятие "священного" (sacrum) означает отделение от "мирского" (profanum) и в этом смысле всю Церковь необходимо считать народом священников. Между людьми находящимися в Церкви и внешними существует фундаментальное, можно сказать онтологическое отличие, такое же как между живым и мертвым. Недаром таинство крещения, которое вводит человека в Церковь, символизирует (именно символизирует, а не является аллегорией) смерть для мира и возрождение для жизни во Христе. Мирскими являются люди внешние для Церкви, в Церкви мирян нет, иначе можно прийти к выводу, что в священном сообществе присутствует нечто не священное, чуждое Богу. В Церкви не существует особых, специально посвященных для принесения жертв и совершения богослужений людей, отделенных от остального народа. Вся Церковь служит Богу и имеет соучастие в жертве своего Первосвященника - Иисуса Христа, что проявляется в виде совершения народом Божиим таинства Евхаристии, из которой происходят все служения в Церкви.  Для поддержания порядка и благочиния в Церкви существуют особые должности - епископа (греч. - "надзиратель"), пресвитера ("старейшина", "старец") и диакона ("служитель"). За этими должностями закрепилось название "священнослужителей", но по своей природе эти должности не являются священническими в истинном понимании этого слова. Служение епископа - это служение управления, пресвитера - предстоятельства, диакона - вспомоществования и милосердия. Епископы, пресвитеры и диаконы могут осуществлять свои служения только в единстве со всей Церковью, в единстве с народом Божиим. Исходя из этого, решается вопрос о природе власти в Церкви: в Доме Божьем (церковь - по-гречески "kiriaki" - дом Господень) нет никакой власти, источник которой находился бы за его пределами. Власть епископа в Церкви не носит характера внешнего, принудительного авторитета, как власть государства по отношению к гражданам, но осуществляется в духе любви. Внешне эта любовь должна выражаться в виде консенсуса - согласия всей Церкви по всем важным вопросам. Как сказал Господь наш Иисус Христос: "вы знаете, что почитающиеся князьями народов господствуют над ними, и вельможи их властвуют ими. Но между вами да не будет так: но кто хочет быть большим между вами, да будет вам слугою; и кто хочет быть первым между вами, да будет всем рабом (Мк. 10, 42 - 44). Обращаясь к пастырям Церкви, апостол Петр говорит: "пасите Божие стадо: не господствуя над наследием Божиим, но, подавая пример стаду" (1 Пет. 5, 2 - 3). Поэтому в Церкви не должно быть какого-то специального "духовенства" как закрытой корпорации.  Так же не предусмотрено и института "епископата", но есть епископы неотделимые от народа Божия, пресвитеров и диаконов. Здесь не место подробно излагать вопрос об усилении власти епископа, скажем только, что исторически сложилось так, что народ Божий постепенно перестал принимать участие в принятии важных решений в Церкви, превратился в "мирян", а духовенство -  в замкнутую касту. Желающих изучить эти проблемы более детально, отсылаем к трудам выдающегося православного богослова протопресвитера Николая Афанасьева.

Итак, Церковь - сообщество созданное Богом для себя, и в этом сообществе действует как сила Божья - благодать, так и движущие силы, характерные для любой другой социальной структуры. Обычно человеческие сообщества (цивилизации, государства, партии и т.д.) проходят в своем развитии несколько последовательных фаз - зарождение, становление, расцвет, закат, деградация и смерть. Наличие этих фаз связано с тем что энергия первоначального импульса, приведшего к возникновению данного сообщества, если не получает дополнительной поддержки извне, постепенно расходуется сообществом и исчерпывается. Если у истоков общества стоят люди, для которых бескорыстное служение делу является целью жизни, то по мере становления и роста в сообщество приходят личности, для которых пребывание в нем служит источником тех или иных выгод. В заключительной фазе жизнь такого общества определяют люди, основным мотивом деятельности которых является чистая корысть. Кстати, именно такие процессы привели к краху КПСС и СССР (вспомним расхожую максиму о том, что революции делают романтики, а плодами их пользуются подлецы). Те же явления можно наблюдать и в истории Церкви. Если в первоначальной Церкви у верующих "было одно сердце и одна душа" (Деян. 4, 32), и период гонений препятствовал слишком большому умножению в среде народа Божьего корыстных людей, то после того как христианство стало официальной религией Римской империи в нее хлынул поток людей движимых не желанием служить Богу, а разного рода меркантильными интересами - от спасения души и "удовлетворения духовных потребностей" до карьерных соображений и стремления к обогащению за счет народа Божьего. Если в начале основой церковного благочестия была евхаристия, общественное богослужение, то в последствии усиливается индивидуальная религиозность. Церковные люди стали редко причащаться и более ценить разного рода "сердечные умиления". Все это можно охарактеризовать как явления религиозной энтропии. Важно отметить, что в периоды возрастания религиозной энтропии усиливается бюрократизация и  религиозное отчуждение народа.

Однако по обетованию Спасителя "врата адовы Церковь не одолеют" и для поддержания своего народа Господь подает ему Свою спасительную силу - благодать. В особо критические периоды в Церкви увеличивается количество людей наделенных особой ревностью к делу Божьему, которые своим рвением подвигают остальных христиан к более сознательному отношению к вере.

Теперь обратимся к современному положению РПЦ. В настоящее время значительных размеров достигла бюрократизация Русской Церкви. Если еще несколько лет назад церковный народ еще мог влиять на принятие решений хотя бы в пределах прихода, то теперь, после принятия нового Устава РПЦ, люди Божьи лишились и такой возможности. Теперь епископ своим волевым решением может сменить состав приходского собрания (т.е. фактически прихожан). На епархиальном уровне существующие епархиальные советы и собрания есть чисто декоративные учреждения, никак не влияющие на положение вещей, епархиальную жизнь определяет единолично епископ и его окружение.  На общецерковном уровне органом, призванным служить голосом всей Церкви, и клира и "простецов", является Поместный Собор. Последний раз Поместный Собор собирался чтобы избрать Патриарха Алексия II, хотя должен был проходить каждые 5 лет. В связи с 2000-летием Рождества Христова планировали собрать такой Собор, однако в последний момент от этой идеи отказались, заменив Поместный Собор Архиерейским, состоящим из одних епископов. Обсуждалось мнение, что от Поместных Соборов вообще следует отказаться. Все это говорит о том, что церковное руководство не желает прислушиваться к голосу народа Божьего. Все это было бы терпимым, если бы все епископы РПЦ были высоко духовными людьми, однако различные скандалы, о которых время от времени сообщают СМИ, свидетельствуют скорее об обратном. Это не удивительно, если иметь в виду что в советское время атеистическое государство активно влияло на назначение архиереев, стараясь продвигать наиболее конформистских кандидатов. Мы не исключаем, что в то время такая практика могла быть оправданной, не наше дело судить прошлое. Однако архиерей-конформист, чисто психологически, чувствует себя не уютно, если в его окружении оказываются ревностные люди, не способные поступаться принципами ради угождения начальству. Епископы-конформисты воспроизводят себе подобных. Существует и другая опасная тенденция, когда епископ свое мнение или даже прихоть, не основанную ни на Писании, ни на Предании выдает за истину в последней инстанции. Такие архиереи любят повторять что "голос архиерея - голос Божий" что уже прямо является настоящей ересью восточного папизма, и терпимо быть не должно.

Главный недостаток низших клириков, кроме общих с епископами, - слабая богословская подготовка и недостаточный уровень общей культуры. Священники в РПЦ полностью зависят от своих епископов. Епископ по своему произволу может переводить клириков с прихода на приход, может вообще лишить священника права служения. Никаких прав у пресвитера по отношению к епископу нет, к порядку, зарвавшегося архипастыря призвать невозможно. Все это не способствует повышению авторитета пресвитеров среди народа и приводит к заниженной самооценке самих клириков. Пресвитеры теперь не в состоянии быть вождями своих прихожан.

Несколько слов нужно сказать и о положении приходов. Сейчас приходов как общин народа Божьего фактически не существует. Особенно это касается городских церквей. Мы имеем не прихожан, а клиентов, пришедших получить набор ритуальных услуг. У многих  называющих себя православными нет элементарного понятия о содержании православной веры. Некоторые из приходящих в церковь практикуют религиозный синкретизм, веря вместе с Христом в карму и т.п. Те люди, ревность которых не позволяет им относится к делу Божьему равнодушно, не имея достаточных знаний и авторитетного руководства, вместо решения действительных проблем начинают бороться в разного рода химерами, наподобие ИНН, требовать канонизации Ивана Грозного с Распутиным и т.д.

Положение в Чебоксарской епархии, по нашему мнению, отличается от общего положения только еще более низким культурным и образовательным уровнем духовенства. Не спасает ситуацию имеющееся в епархии духовное училище, которое весьма напоминает ПТУ последнего десятилетия советской власти. Отметим, что дело здесь не в преподавателях, а в весьма своеобразном понимании этого дела руководством епархии и училища.

Итак, проведенный нами краткий анализ позволяет утверждать, что РПЦ вступила в полосу кризиса. По нашему мнению, этот кризис не достиг еще высшей точки и имеет тенденцию к дальнейшему усилению и в состоянии привести Русскую Церковь к дезинтеграции, подобно тому, как это уже случилось в Западной Европе, где из-за отсутствия верующих церковные здания, подчас, отдают под увеселительные заведения. Конечно, это связано с общим упадком европейской цивилизации, но большая часть ответственности лежит на самих христианах.

Теперь мы должны спросить себя можем ли мы повлиять на эту ситуацию. Некоторые могут возразить нам, что навести порядок в Церкви под силу только ее главе - Иисусу Христу. Однако  пассивность в деле Божьем в момент Страшного Суда, безусловно, не послужит христианину к оправданию. В связи с этим возникает вопрос о допустимости реформ в Церкви Божией. Если понимать реформы как нечто привносящее новшества в церковную жизнь, то это невозможно, т.к. нельзя добавлять ничего человеческого в Богоустановленный порядок. Но мы уже имели возможность убедиться, что нынешнее положение не проистекает от Божественных установлений, а является следствием человеческой слабости. Обратимся к исконному значению слова "реформа". В латинском языке, из которого пришло это слово, приставка "re-" означает  действие, направленное вспять, обратное действие. Таким образом, слово "реформа" будет обозначать не что иное как "восстановление формы" или, иными словами, движение к первоначальному виду. В этом смысле реформация, как движение к богоустановленной форме существования Церкви,  не может быть отвергнуто людьми, провозглашающими верность Преданию. В нынешнем общественном сознании реформация воспринимается как обновление, поэтому, говоря о реформах в Церкви надо как-то отличить наше понимание этого термина от современного. Мы предлагаем термин "консервативная реформация", по аналогии с некоторыми общественными движениями, выступающими за возврат к традиционному обществу, объединенными термином "консервативная революция". Надо сделать оговорку, что мы решительно открещиваемся от направления, которое принято называть "обновленчеством", которое есть продукт стремления к власти некоторых церковных деятелей первой половины XX в. Церковная бюрократия, по нашему мнению, так же есть ничто иное, как самое настоящее обновленчество.

Нам остается теперь выяснить, какие конкретные шаги мы должны предпринять в направлении консервативной реформации. Отметим, что подобные движения уже имелись в истории Русской Церкви. Сюда относится движение "боголюбцев" середины XVII в. и религиозное возрождение начала XX в. Мы полагаем, что первым шагом к оздоровлению церковной жизни должен быть возврат к фиксированному членству в церковных общинах - приходах. Должны быть составлены приходские списки. Членом прихода может быть только сознательный православный христианин, подтверждающий свой христианский выбор ежемесячным причащением. Отсутствие на воскресной литургии без уважительной причины в течение трех недель, должно лишать права причащаться на срок епитимьи, и переводить человека из разряда верных в разряд кающихся. Решение о принятии в данную общину кандидата должно решаться на приходском собрании.  Вступление в число прихожан должно совершаться через традиционные христианские формы - крещение, покаяние, присоединение, после необходимой катехизической подготовки кандидатов. Нужно в полном объеме восстановить чин оглашения, которое должно длиться не менее полугода. Таинство крещения надо совершать традиционно в три погружения. Крещение младенцев должно совершаться по вере родителей, или если есть восприемник, способный дать необходимые христианские навыки ребенку. Крещение без подготовки может быть совершено только в случае смертельной опасности.

Необходимо в полном объеме восстановить полномочия приходских собраний, которые должны собираться не меньше четырех раз в год. Приходское имущество должно принадлежать Церкви в лице данной общины. Прихожане должны взять на себя вопросы, связанные с содержанием храма и причта. Приходские клирики (пресвитеры, диаконы) должны поставляться епископом по рекомендации прихожан или утверждаться приходским собранием. Перевод клирика должен осуществляться с его согласия и с согласия приходского собрания. Обвинения, выдвинутые против клириков должны разбираться специальным епископским судом в присутствии обвиняемого, обвинителя и прихожан. Отметим, что практика выборности духовенства является в Русской Церкви очень древней. Даже Духовный Регламент Петра I не возражал против выборности священников прихожанами.

Важной задачей является восстановление связи епископов с церковным народом. Нужно вернуться к практике выборности епископов. Конечно, процедура таких выборов не может иметь ничего общего с нынешними демократическими выборами. Цель выборов в Церкви - выявление воли Божьей. Инструментом такого выявления еще с ветхозаветных времен был жребий (вспомним "урим-тумим"). При посредствии жребия был выбран и святой исповедник Патриарх Тихон. В специальный ковчег должны быть положены записки с именами кандидатов и после усердной молитвы старейший клирик должен вынуть одну и назвать имя избранного. Одну записку надо положить с именем Иисуса Христа, чтобы Бог мог отвергнуть всех кандидатов. Отвергнутые Богом не могут далее принимать участие в данных выборах, в качестве кандидатов. Такая же процедура должна использоваться и при выборах Патриарха. Другим шагом к сближению епископов с народом может стать увеличение количества архипастырей. Вместо нынешних благочинных, епископов необходимо поставлять в каждый город, в крупных селах можно восстановить древний чин хорепископов. Епископ главного города данной области может выполнять функции первенствующего. Епископы не должны переводиться на другие кафедры. 

Другой назревшей проблемой является восстановление соборности на всех уровнях. В епархиях и благочиниях собрания должны собираться не реже двух  раз в год с участием и клира и "простецов". Вместо сессий Синода ежегодно должны собираться Поместные Соборы (тем более что все равно епископы съезжаются поздравлять Патриарха с тезоименитством). Функции синодальных учреждений могли бы взять на себя соборные комиссии, создаваемые по мере необходимости.

Остается сказать несколько слов о церковном образовании. В семинариях и училищах необходимо создавать полноценные открытые учебные заведения с государственной лицензией и, по возможности, аккредитацией, тем более что существует государственный стандарт по теологии. Для большей востребованности выпускников таких заведений в обществе, надо сделать образование общегуманитарным или педагогическим с теологическим уклоном. При учебных заведениях могут создаваться разного рода курсы, гимназии и т.д. Выпускники таких учебных заведений составят крайне необходимый теперь слой богословски грамотных людей в приходах, из которых общины могли бы выбирать клириков. Надо рассмотреть вопрос о воссоздании чина церковных учителей - дидаскалов, которые должны быть в каждом приходе, и заниматься катехизаторской деятельностью.

Мы отдаем себе отчет, что в полном объеме и немедленно такую реформацию провести в Церкви нереально, однако даже простое движение в эту сторону позволило бы постепенно преодолеть нынешнее кризисное положение. Все что здесь изложено нами не является чем-то новым и чуждым Церкви, все имеет основание в церковном Предании. Многие вещи кажущиеся нам теперь новыми, были позитивно оценены Поместным Собором 1917 - 18 гг., материалы которого должны быть положены в основу консервативных реформ. Большой положительный опыт накоплен Русской Православной Старообрядческой Церковью (Белокриницкого согласия), который надо также тщательно изучить. 

Мы просим рассматривать все, что здесь изложено не как истину в последней инстанции, а как приглашение к обсуждению проблем, которые мешают выполнять Церкви свое служение в этом мире. "Не удерживай слова,  когда оно может помочь; ибо в слове познается мудрость, и в речи языка - знание" (Сир. 4, 27 - 28). 


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-20 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования