Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
МыслиАрхив публикаций ]
15 июня 16:21Распечатать

Валерий Емельянов. ЭКСПЕРТЫ ВТОРОЙ ГИЛЬДИИ. О "вменяемых" и "невменяемых" и не только, некоторые соображения по поводу "Манифеста" Романа Лункина


Нашему обществу, безусловно, нужна диверсификация экспертизы по религиозно-общественным вопросам, причем экспертизы квалифицированной и неангажированной. Тем более в нынешней ситуации, когда все более очевидно, что РПЦ МП удалось установить в этой сфере если не полную монополию, то совершенно ясное доминирование. Причем, это относится и к сфере сугубой компетенции государственных органов.

Поэтому первоначально прилив некоторого энтузиазма вызвало сообщение о создании сотрудниками Института религии и права Романом Лункиным и Инной Загребиной Гильдии экспертов по религии и праву. Организация эта известна своим достаточно объективным подходом (насколько таковой вообще может существовать в политических реалиях этой страны) и, несмотря на определенные оговорки, неангажированностью со стороны какой-либо конкретной конфессии.

Правда, прочтение манифеста о создании этой гильдии вызвало сначала недоумение, а на второй странице и вовсе обескуражило. Во-первых, речь идет не о защите свободы совести и выбора религиозных или иных духовных убеждений (что вполне естественно и логично для демократического общества и сознания), а исключительно "о защите веры". Кстати, на вопрос автора этих строк о том, будут ли они защищать права атеистов, один из инициаторов создания гильдии ответил: "Конечно, если это вменяемые атеисты". Честно говоря, такая попытка разделить людей на "вменяемых" и "невменяемых" уже что-то неприятно напомнила…

Попугав общественность возможностью целой "антирелигиозной компании" в масштабах России (которая сегодня не просматривается и в самых сильных очках), авторы манифеста безаппеляционно заявляют в п.3, что на современном этапе защита прав верующих страдает рядом недостатков. И далее, по пунктам:

"Во-первых, это практически абсолютное отрицание исторической и культурной роли религиозных объединений, которые часто называют "традиционными" (в каждом регионе России набор "традиционных" религий и конфессий может быть разным), а также их права на какие-либо привилегии и преференции, что идет в разрез с опытом демократических государств".

Вот тебе и на. Оказывается, уважаемые академические эксперты опираются, а значит и разделяют пусть и приемлемое, скажем, для научно-религиоведческого обихода, но абсолютно неправовое понятие "традиционных религий" и вытекающих из этой традиционности преференций для них. Понятие вброшенное, как все мы знаем, в закон 1997 года с подачи РПЦ МП и ставшее одним из ключевых оснований для тотальных нарушений прав верующих, "нетрадиционных" и не только. А неправовым оно является, в том числе, и потому, что не имеет четкого и устойчивого определения, позволяющего оперировать им на различных уровнях юридической практики. Ведь не считать же таковыми, например, сентенции представляющегося исламоведом картографа Силантьева, считающего, что традиционный ислам — это тот, который при царе "лояльно" относился к российскому государству"! В те времена, кстати, когда государственная православная Церковь занималась среди мусульман неприкрытым и наглым прозелитизмом. И такой вопрос: входит ли в число "традиционных" религий христианство в целом, или же только православие по версии РПЦ МП? Ведь, скажем, католическая Церковь, часто не попадающая в разряд "традиционных", во многом более укоренена в российской истории и культуре, чем некоторые толки протестантизма, почему-то обласканные в качестве "традиционных".

Второй тезис "гильдейских экспертов" заключается в том, что-де свобода совести в понимании многих заключается в отсутствии контроля над действиями религиозных объединений со стороны органов власти. Наверное, в чем-то можно согласиться с таким подходом, с одной оговоркой — это не должен быть контроль над мыслями и идеями, провозглашаемыми и исповедуемыми той или иной религиозной группой.

И, наконец, третий пункт, судя по контексту, являющийся ключевым для инициаторов создания Гильдии экспертов. Приведем его полностью. Речь идет о провозглашении абсолютной светскости государства, светскости ради самой светскости, светского характера всех сфер общественно-политической жизни:

"Требование абсолютной светскости во всем, и при этом осуждение представителей "традиционных" религий, прежде всего, православия за их высказывания по всем социально значимым вопросам и проблемам и за их требования к обществу и государству — оказывается не только бессмысленным и невыполнимым, противоречащим здравому смыслу, но и принципу свободы совести, как он понимается в рамках международного сообщества.

Гильдия экспертов по религии и праву провозглашает, что требование светского характера везде и во всех сферах жизни государства и общества не является обязательным в демократическом обществе, а активная социальная, политическая, экономическая и культурная роль крупнейших религиозных объединений и конфессий лишь укрепит гражданское общество в России. Эксперты должны говорить о роли и значении церквей в российском обществе, необходимости их влияния для создания здорового и справедливого общества, развития и модернизации России"

Налицо очевидная манипуляция понятиями. Никто и никогда не требует абсолютной светскости во всем, в государстве и обществе. Уровень религиозности общества определяется его исторической и культурной традицией, и в самую последнюю очередь — политической волей государства на данный момент. Конституционно светское государство может существовать в обществе с высоким уровнем религиозной практики в обществе (например, Польша или Греция). В то же время, например, в ряде скандинавских стран, где имеются государственные Церкви, к которым приписываются все граждане, платящие к тому же особый церковный налог, отмечается один из самых низких уровней практической религиозности. Большинство граждан посещают церковь три раза в жизни. Один раз они приходят туда сами, в паре со своим избранником или избранницей, а два других их приносят — либо родители на руках, либо родственники и коллеги вперед ногами.

А вот иным, чем светским, государство в демократическом и тем более многорелигиозном обществе быть не может. Просто потому, что в ином случае оно не сможет быть гарантом равноправия всех своих граждан. Ангажирование при таком раскладе только с одной конфессией равнозначно тому, как если бы футбольный судья сказал, что матч, конечно, будет проходить по всем правилам, но судить он будет в "одни ворота".

Однако г-н Лункин продолжил манипуляцию понятиями. В интервью порталу "Слово для тебя" эксперт еще раз развивает тезис о том, что светскость не является обязательным требованием для демократического общества и что, хотя в статье 14-й Конституции РФ Россия провозглашается светским государством, светскость — это не значит атеизм. Интересно, кто внушил уважаемому эксперту, что между светскостью (секулярностью) и атеизмом ставится знак равенства. Светскость (секулярность) - это независимость и равноудаленность государства как института от всех религиозных групп, что является средством поддержания баланса и гармонии в религиозной сфере. Хотя, впрочем, ясно кто. Именно церковная (причем не только православная) пропаганда нашего времени, активно пытается внедрить в сознание людей тезис о том, что секуляризм — это синоним безбожия, хотя на самом деле это не так.

В статье, опубликованной на портале, Лункин уже более определенен. Он уже заявляет, что борьба за светскость используется частью ученых и правозащитников против борьбы с религией вообще (хотелось бы, чтобы эту часть обозначили поименно, равно как и другую, которая, наверное, борясь за светскость, с религией не борется все-таки). В частности, указывается на такое исчадие воинствующего атеизма, как фонд "Здравомыслие" (в числе членов которого есть как атеисты, так и верующие), который, подумать только, посмел выступить против инициатив РПЦ МП о введении института военного священства, а также преподавания православной культуры в школах.

И просто шокируют концептуальные наработки эксперта, утверждающего, что  "при провозглашении светскости и в отсутствие формальных положений в законодательстве о поддержке православия или ислама, государство уделяет им больше внимания. Наряду с этим, Русская православная церковь играет ведущую роль в гражданском обществе, в дискуссиях, в законотворчестве, в обсуждении острых социальных и культурных тем. Православие, отчасти ислам, в какой-то мере определяют информационные поводы и общественную атмосферу".

У юриста такие рассуждения г-на Лункина, кажется, историка или философа по образованию, ничего, кроме смеха, вызвать не могут. Пусть будут все равны по закону, но некоторые чуточку ровнее, правда, уже не по закону. Смех этот, однако, сквозь слезы. Дело в том, что нам по сути предлагается та же ситуация, что и в тоталитарном СССР, только с обратным знаком. Тогда тоже, если, помните, конституцией заявлялась свобода совести (ст. 52. Конституции СССР), свобода для советских граждан исповедовать любую религию или вести атеистическую пропаганду. На деле же мы имели монопольную государственную идеологию воинствующего атеизма с репрессивными проявлениями в отношении религии и верующих. Кстати, коммунисты, надо отдать им должное, были людьми грамотными в правовом отношении, и ввели в последнюю Конституцию СССР пресловутую 6 статью, провозглашавшую КПСС "ядром политической системы советского государства" и легитимизировавшую на самом высоком уровне ее идеологию, а значит, и воинствующий атеизм. Кстати, определением "светское" в отношении советского, атеистического де факто, государства никогда не оперировали.

Прочитав всю эту словесную эквилибристику, невольно задаешься вопросом: что заставило авторов, весьма доселе уважаемых в своей профессиональной среде экспертов, вдруг поменять курс в таком вот специфическом направлении?

Первый вариант ответа на данный вопрос выглядит следующим образом. Кому-то очень влиятельному в свято-даниловых кулуарах стало понятно, что "православная экспертиза" в лице бесновато-кликушествующего Фролова и религиоведческо-сектоведческие исследования изрядно себя скомпрометировавших и всем уже поднадоевших Дворкина с компанией уже не подходит к моменту и в чем-то даже вредит имиджу Церкви. Поэтому и сделана ставка на экспертов с либерально-интеллигентским реноме, выходцев из Института религии и права. Но потом подумалось: зачем-то РПЦ, как танк, безо всякого удержу буквально прет в сферы если и не сугубо секулярные, то в которых, по крайней мере, недопустима монополия одной религии. Причем это делает в стиле никонианского XVII столетия. Ей-то как раз больше подходит нынешнее "экспертное сообщество" типа "православных экспертов", клубных "византийцев" или клерикалов, засевших в экспертном совете при Минюсте. Да и вообще при такой политической стилистике не нужны РПЦ никакие эксперты. Вон, при Никоне, никаких экспертов не было, а какая Церковь была… Сила! Правда, с помощью этой силы осуществлялся геноцид таких же русских и таких же православных христиан старого обряда.

Более правдоподобным представляется второй вариант. Специалистам из Института религии и права захотелось лучшего места под экспертно-религиоведческим солнцем. И они решили его занять, встроившись в нынешнюю линию Московского патриархата. Только вот свойственно нашей академическо-кабинетной интеллигенции не совсем адекватно оценивать все жизненные реалии. У них есть реальная возможность оказаться на вторых ролях, "экспертами второй гильдии", так сказать. Сложившееся православное сообщество их в свою среду не пустит, хотя бы из банального опасения конкуренции, и для того есть аргумент - постоянное припоминание "сектозащитной деятельности". А с другой стороны, задекларированная позиция очевидно вызовет отторжение у, условно говоря, светского и либерально настроенного сообщества.

Не дай Бог, если автор этих строк ошибается с выводами. И убедить в этом может, например, здоровое, открытоеи аргументированное обсуждение концептуальных понятий, задекларированных "гильдией", таких как "традиционность" ,"светскость", "секулярность" или соотношение защиты прав верующих и принципа свободы совести. Автор этих строк и Ассоциация международного сотрудничества "Время и мир" выражают полную готовность принять участие в подготовке и проведении такой дискуссии.

Валерий Емельянов, ИАЦ "Время и мир",
для "Портала-
Credo.Ru"


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-18 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования