Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
Комментарий дняАрхив публикаций ]
Распечатать

15 лет и 1 храм. Коллизия со старообрядческим храмом в Москве, "стихийно" захваченным "никонианами", напомнила о противоречиях "ельцинского" указа о "церковной реституции" 15-летней давности


Нынешняя история старообрядческого храма Тихвинской иконы Божией Матери в Москве, переданного под ресторанную сурдинку во владение религиозному монополисту постсоветской России, разумеется, есть свидетельство как приоритетности статусов, сложившихся в российском предпринимательском сообществе (и правящем классе в целом), так и этических представлений в сфере имущественных отношений, сложившихся в самой РПЦ МП. Впрочем, как говорится в подобающих случаях, "кто бы сомневался". Вместе с тем, в старообрядческом сюжете при желании можно обнаружить и другую, неочевидную, сторону, указывающую на состояние умонастроений и, соответственно, общественных отношений в нынешней России, где отсутствуют сколько-нибудь внятные механизмы реализации законов, или, на худой конец, общественные переговорные стратегии, способные предотвращать подобные кризисные ситуации и/или разрешать их в условиях сложившегося в обществе довольно скептического отношения как к самому формальному праву, так и к его реальным возможностям.

Как будто по заказу события на пересечении Хавской улицы и Серпуховского вала происходят накануне 15-летия ельцинского указа, запустившего процесс возвращения имущества религиозным организациям. В этом конкретном случае речь идёт о том, что старообрядцы вполне обоснованно претендуют на построенный их предками храм, что не составляет никакого секрета для чиновников и хозяйствующих субъектов, распоряжавшихся все эти годы церковным зданием (по существу, извлекавших прибыль из его эксплуатации). Никто не отменял указ президента Бориса Ельцина 1991 года о безвозмездной передаче имущества культового назначения российским религиозным организациям – правопреемницам тех, что действовали в Российской республике по состоянию на 25 октября (7 ноября нового стиля) 1917 года. Да и собственность 15 лет назад в РСФСР – составной части СССР – вся сплошь была государственной. Она могла при этом находиться в хозяйственном ведении партийных, советских, профсоюзных, различных производственных и колхозных подразделений. Уже одно это даёт основание московским старообрядцам обратиться в ближайший арбитражный суд с иском о незаконности приватизации храма, а потом, в случае проигрыша дела, писать в Европейский суд по правам человека, держащий дела о защите меньшинств на особом контроле. А незащищенным меньшинством оказалась отнюдь не маргинальная группа с сомнительной для массового сознания репутацией, но общность вполне респектабельная, имеющая солидный исторический и культурный багаж, завидный "послужной список" имён в общенациональном пантеоне, позитивно воспринимаемая общественным сознанием, продемонстрировавшая способность к хотя бы ограниченному самовосстановлению после серии чудовищных разгромов XXстолетия (промышленников, крестьян, ремесленников-артельщиков, чьими стараниями держалось старообрядчество в царской России), которая в современных условиях стремится к диалогу с "большим" обществом, правда, на своих, не всегда понятных для чиновников условиях.

Раз уж речь зашла о меньшинствах, уместно сделать одно отступление. Как ни парадоксально, современному (постсоветскому) российскому законодательству, скроенному под политкорректные либеральные североамериканско-европейские образцы, придающие колоссальное значение вопросам реализации прав разнообразных меньшинств, практически неведомо само понятие меньшинства… Всего-навсего один закон, принятый среди первых в начале 90-х гг. – о коренных малочисленных народах Севера, - хоть как-то отвечает критериям признания прав меньшинств. И больше ничего… А так, основные правозащитные категории российского права - это "равенство" и "равноправие". Однако, несмотря на очевидную тождественность равенства и равноправия, использование в юридическом обиходе их обоих дало основание главе ОВЦС МП митрополиту Кириллу (Гундяеву) предложить собственную (рассчитанную на широкую общественную поддержку) трактовку иерархии этих понятий. По мысли митрополита Кирилла, равенство не означает равноправия, т.е. можно считаться равными, но при этом реально не быть равноправными. Так что получается, что положение меньшинств определяется в РФ международными законами, ратифицированными Россией, но вот только среднестатистический чиновник об их существовании вообще ничего не знает.

К тому же статус государственной собственности, который имели культовые здания в 1991 г., уравнивает в правах с большинством других российских территорий три субъекта Российской Федерации, находившихся на момент октябрьского вооружённого переворота вне юрисдикции России – это Тува, южный Сахалин с Курилами и Калининградская область. Самый интересный в этом списке, конечно, Янтарный край России. Помню, как несколько лет назад я задал вопрос ключарю строившегося тогда кафедрального храма Христа Спасителя в Калининграде – по каким юридическим основаниям епархия РПЦ МП получила лютеранские и католические церкви для обустройства в них православных приходов, – на что он, не задумываясь, ответил: "По Потсдамскому соглашению тут всё наше". И добавил, что немцы из Германии весьма позитивно относятся к обустройству православных церквей в бывших кирхах и костёлах. Допускаю, что немцы относятся благосклонно ("покаяние, примирение..."), но Потсдамские соглашения тут ни при чём. Причина передачи РПЦ МП кирх и костелов в ином – в позиции властей, решивших наделить собственностью дружественную корпорацию. Вместе с тем, вскоре после крушения СССР, проблемы организации приходской жизни стали возникать и у местных лютеран, католиков и представителей других конфессий. Власти приняли решение – выделять участки для строительства культовых зданий неправославных конфессий, хотя, насколько мне известно, то тут, то там в Калининградской области, да и в самом городе, католики-миряне и лютеране периодически пытаются претендовать на исторические здания, ссылаясь (быть может, не слишком юридически грамотно и доводя дело до конца) на принцип правопреемства.

Интересно и то, что тот самый ельцинский указ никак не определял степень сохранности подлежащих передаче зданий. Поэтому быстрее всего возвращались развалины, которые (особенно на селе) епархии вскоре перестали брать на баланс. В отдельных сёлах можно увидеть следующую картину: пустует, разваливается большой, сохранившийся храм, зато богослужения проводятся в молитвенном доме, переоборудованном из бывшего сельпо, клуба или школы.

За 15 лет по ельцинскому указу практически все храмы бывшей Российской Греко-Кафолической Православной Апостольской Церкви были переданы епархиальным структурам РПЦ МП. Долгое время указ, написанный, как гласит предание, на салфетке во время банкета в Валаамском монастыре, оставался единственным документом, регулирующим имущественные отношения государства с религиозными организациями. Прочие имущественные коллизии, как-то: земельные отношения, передача культурных памятников в собственность религиозных организаций, возвращение имущества некультового назначения - лежат в несколько иной плоскости и впрямую не связаны с нормами ельцинского указа.

У других конфессий дела с реализацией прав по ельцинскому указу решаются намного труднее. Наибольшую сложность представляет возвращение строений, оказавшихся на территории промышленных предприятий (с этим ничего не могут поделать даже всесильные епархии). Общины обращаются с исками в арбитражные суда и, как правило, проигрывают дела. Похоже, пик этих дел пришёлся на рубеж 1990—2000-х гг. СМИ в своё время довольно подробно освещали процессы в Питере вокруг здания церкви евангельских христиан-баптистов и исторического здания костёла в Орле.

Практически безнадёжно обстоят дела с возвращением помещений, используемых образовательными учреждениями, попроще – с культурными объектами. Но во всех случаях колоссальную роль играет субъективный фактор и стечение обстоятельств: захотели губернаторы Михаил Прусак и Александр Руцкой сделать, соответственно, Великий Новгород и Курск инвестиционно привлекательными городами для иностранцев – в одночасье решили вопрос о возвращении костёлов, которые эксплуатировались как культурные учреждения.

Так или иначе, но вопрос о передаче зданий культового назначения для РПЦ МП близок к закрытию, однако, самостоятельно она не может подвести его итог, поскольку указ писался для всех равноправных религиозных организаций. Это обстоятельство теоретически открывает возможность для переговоров на уровне Общественной палаты, была бы только на то воля государства.

Впрочем, вмешательство Общественной палаты не исключает рассмотрения подобных дел в Европейском Суде.

Михаил Жеребятьев,
для "Портала-
Credo.Ru".


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-20 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования