Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
Комментарий дняАрхив публикаций ]
Распечатать

Разбор полетов. Итоги внешней церковной политики российского государства за последние 10 лет. Рассуждения по поводу "окончательного завершения" Всезарубежного Собора РПЦЗ(Л)


В "объединительном процессе" между РПЦ МП и РПЦЗ(Л), очередной этап которого только что завершился, роль российского государства и даже лично президента РФ настолько очевидна, что самое важное для нас - оценить достигнутые на сегодня итоги процесса в контексте российской внешней политики. А о церковных аспектах процесса можно почти и не говорить — их там не очень-то много…

1. "Попы" и "мужи на государственной службе".

О том, что произошло с российской внешней политикой на IV Всезарубежном Соборе, наш Портал уже писал. В итоге прошедшего после IV Всезарубежного – Архиерейского Собора тут ничего принципиально не изменилось, поэтому комментарий недельной давности полностью сохранил актуальность.

Если совсем коротко, то произошло следующее: президента Путина убедили, что его вмешательство нужно только для обозначения начала и потом еще завершения победоносного процесса, но вдруг оказалось – что Путина выставили впереди, а процесс все не завершается и не завершается. Обещали, что Всезарубежный Собор примет "Акт о каноническом общении". Но Собор прошел, а "Акта" не принял. После Всезарубежного Собора еще попытались принять "Акт" на Архиерейском Соборе, но сейчас ясно уже, что и там принятие "Акта" не удалось навязать — хотя старались из последних сил. Принятый там документ называется только "проектом" "Акта о каноническом общении". Проект этот еще будет дорабатываться в комиссиях, а кто и в каком виде будет принимать его окончательный вариант – это еще Бог весть.

Теперь к имиджу Путина и вообще государственной власти России прилипла еще одна хроническая проблема, решение которой все время пробуксовывает. И эта проблема отнюдь не исчерпывается религиозной областью. Для огромной части электората смысл каких-то объединений каких-то религиозных структур непонятен и неинтересен. Но, даже вопреки поспешным победным реляциям российских СМИ, которые потом пришлось капитально корректировать с учетом реального положения вещей,избиратели теперь запомнили, что и здесь у Путина есть какие-то хронические "проблемы"…

В конкретном случае участия российской власти в нынешнем объединительном процессе причины ошибок лежат на поверхности: доверие к архимандриту Тихону (Шевкунову) и ОВЦС (Отделу внешних церковных связей) РПЦ МП. Ни архимандрит Тихон, ни ОВЦС не имели злостного намерения обманывать российскую власть, но они просто не проявили такой компетентности, которой необходимо требовать от людей, принимающих решения государственного уровня. И, повторю, даже не они, не церковные чиновники, виноваты в нынешних ошибках российской власти. Виноваты те мужи на государственной службе, которые решили довериться "попам" вместо того, чтобы серьезно вникать в ситуацию и во всем разбираться самим.

"Не стреляйте в попов — они играют, как умеют". Это я не к тому, что кого-то другого, из числа этих самых "мужей на государственной службе", нужно отстреливать. Отстреливать никого не нужно, а разбираться в своих ошибках нужно всем.

Нужно говорить не только о конкретных ошибочных решениях, а о системных ошибках соответствующих государственных структур — прежде всего, российского МИДа и спецслужб.

2. Немного ретроспективы: 1991—1996.

В текущем 2006 году исполняется как раз 10-летие открытого участия государственных структур РФ в зарубежной политике РПЦ МП. В качестве точки отсчета такой деятельности можно принять 1996 год, когда при помощи российской дипломатии РПЦ МП начала добиваться захватов церковной собственности РПЦЗ на территории Палестинской Автономии. Первым был участок у Мамврийского дуба, потом Хеврон и потом – самая драматичная страница во всей этой истории — захват монастыря в Иерихоне, когда захваченные помещения были заняты даже не "чекистами в рясах", а пьющими и курящими молодыми людьми из российского консульства.

Что предшествовало 1996 году? В год развала Советского Союза, 1991-й, царила полная неопределенность. Как рассказывали позднее бывалые люди в Кремле, если бы Митрополит Виталий, глава РПЦЗ, приехал в Россию и сказал, что законный глава Русской Церкви — это именно он, то ему бы в Кремле все поверили. Но, конечно, ни Митрополит Виталий, ни вообще РПЦЗ уже и тогда не годились для столь глобальных задач.

Начиная с 1991 года, потянулись годы смуты, когда у властей РФ не было вообще никакой церковной политики. Положение стало меняться лишь в конце 1993 года, после расстрела Белого Дома. Ельцинское правительство вступило в неформальный, но весьма тесный "конкордат" с РПЦ МП. Автором этого проекта называют Ю.М. Лужкова, одного из главных архитекторов того строя, который сложился в результате октябрьских событий 1993-го. Лужков ввел моду позировать со свечкой на праздничных службах, хотя сам говорил в интервью, что он не причащается в православной Церкви, потому что является убежденным трезвенником и вообще не пьет вина.

Первые плоды "конкордата" оказались особенно сокрушительными для российских приходов РПЦЗ. Именно тогда, в 1994 году, в основном, и происходили брутальные захваты храмов при помощи ОМОНа. Тогда же началась эффективная "зачистка"РПЦЗ: нынешний Митрополит (а тогда архиепископ) Лавр и архиепископ Берлинский Марк вступили в конфиденциальные переговоры с представителями РПЦ МП и стали выдавливать из РПЦЗ российских иерархов и активистов. Не случайно поэтому, что на 1994 год пришлась кульминация конфликта, который привел в начале 1995-го к расколу между РПЦЗ и Российской Православной Свободной Церковью (ныне переименованной в Автономную – РПАЦ).

Государство проявило прямо-таки исключительную заинтересованность в использовании РПЦ МП для построения своей внутренней политики и поэтому всячески обозначало свою неразрывную связь именно с Московской патриархией. Разумеется, небескорыстно. Тогда среди государственных мужей преобладало мнение, будто РПЦ МП способна заметно повлиять на позицию электората в ходе грядущих президентских выборов 1996 года.

Выборы 1996 года, когда "православные по рождению" российские граждане едва не выбрали президентом лидера коммунистов Геннадия Зюганова, принесли государственным мужам жестокое разочарование в электоральном потенциале РПЦ МП.

С тех пор на государственном уровне никто больше не заинтересован в сильном подыгрывании РПЦ МП. В этом могут быть – и часто бывают – заинтересованы чиновники на местах, но механизмы такой заинтересованности всегда самые примитивные, то есть коррупционные.

Казалось бы, РПЦ МП должна была уже тогда вылететь из государственной политики. Но произошло другое: потеряв позиции в государственной политике внутренней, она приобрела их в политике внешней. В известной мере, повторилось то, что произошла с РПЦ МП в конце 40-х или даже начале 60-х гг. - государство стало рассматривать ее как инструмент решения некоторых деликатных внешнеполитических проблем, преимущественно пропагандистского характера.

Именно участие во внешней политике России до сих пор остается главным политическим козырем РПЦ МП, с помощью которого она надеется также вернуть и приумножить свой внутриполитический капитал.

3. "Разбор полетов": 10 лет использования РПЦ МП во внешней политике РФ.

Ниже мы предложим очень краткий обзор имеющегося опыта использования РПЦ МП для нужд внешней политики России. Не будем скрывать, что наш обзор окажется довольно критическим. Говоря о роли российского МИДа и спецслужб, которые должны были бы направлять внешнеполитическую деятельность РПЦ МП, мы будем вынуждены повторить крылатую фразу выдающегося госчиновника ельцинской эпохи — "хотели как лучше, а получилось как всегда". Но мы все-таки сделаем акцент на первой части этой фразы – на "хотели как лучше". Мы постараемся сделать нашу критику как можно более конструктивной, чтобы на ее основе можно было сформулировать конкретные рекомендации для государства.

Первую и главную рекомендацию нужно сформулировать прямо сейчас: использование РПЦ МП для нужд российской внешней политики необходимо, и, несмотря ни на какие неудачи, мы не должны это ставить под сомнение. Речь может идти лишь о том, чтобы изменить "технологию" использования РПЦ МП на внешнеполитической арене.

Итак, напомним, где у нас за последние 10 лет происходили какие-либо "боевые действия" с участием РПЦ МП (разные "представительские функции", осуществляемые той же РПЦ МП где-нибудь в Китае, Северной Корее или Иране, рассматривать не будем). Это уже упомянутая Палестинская Автономия, а точнее будет сказать – ближневосточный конфликт, а также: Украина, Франция, Англия и США.

На уровне церковных организаций в Палестине и США РПЦ МП противостоит, главным образом, РПЦЗ, во Франции и Англии — Константинопольскому патриархату, а в Украине — формально Украинской Православной Церкви Киевского патриархата (УПЦ КП) и Украинской Автокефальной Православной Церкви (УАПЦ), которые поддерживаются тем же самым Константинополем.

Константинопольский патриархат с 1940-х годов является инструментом государственной политики США (а до этого, вследствие российской революции 1917 года, он был инструментом внешней политики Великобритании). РПЦЗ была в сходном положении в советское время, но в 90-е годы она оказалась на "спорной" территории.

Кроме перечисленных конфликтов, РПЦ МП участвует в затяжном конфликте на территории России и Украины — с Римско-Католической Церковью. Только из-за этого конфликта Папа Римский до сих пор не может посетить Россию, и развитие межгосударственных отношений между Россией и Ватиканом оказывается блокированным.

Российское государство во всех помянутых случаях отождествляло свои интересы с интересами РПЦ МП. Что же из этого происходило? Разберем по пунктам.

1. Конфликт РПЦ МП с Ватиканом. Здесь ущерб от практики отождествления государственных интересов с корпоративными интересами РПЦ МП наиболее очевиден. Римско-Католическая Церковь является очень влиятельной глобальной организацией, действующей, преимущественно, в тех странах, которые находятся в отношениях конкуренции с Россией на мировой арене. Это, прежде всего, Евросоюз и США. И в ЕС, и по отношению к США Ватикан образует идеологическую оппозицию, которую пытаются маргинализировать всеми возможными способами. Еврочиновники в Брюсселе строят козни Ватикану едва ли не чаще, чем России. Если бы российское государство оказалось способным к глубокому политическому союзу с Ватиканом, то это едва ли не оказалось бы столь же плодотворно, сколь нынешние "особые отношения" между Россией и Германией. Единственная причина, по которой это сейчас невозможно, — "приклеенность" к российской внешней политике корпоративных интересов РПЦ МП. России не стоит бояться никакой "католической экспансии". Мы давно уже вступили в эпоху, когда возможна только одна религиозная экспансия — исламская.

Представим, однако, такую Россию, в которой РПЦ МП была бы не гирей, прикованной к ноге МИДа, а чем-нибудь вроде метательного снаряда, которым иногда можно куда-либо запустить, а иногда – спрятать за спину. Последствия для отношений с ЕС были бы очевидны (через развитие союзничества с Ватиканом). Обратимся теперь к остальным упомянутым выше конфликтам. Они имеют наибольшее значение для отношений с США.

2. Конфликт с Русским Западноевропейским экзархатом во Франции. Несмотря на свою географическую локализацию, конфликты во Франции и Англии принадлежат не европейской только, а глобальной политике. В обоих случаях речь идет о противостоянии РПЦ МП и Константинопольского патриархата.

Во Франции РПЦ МП ясно дала понять о своих претензиях на собор в Ницце, причем, сделала эта через российских дипломатов. Наш Портал подробно описывал этот конфликт. Собор принадлежит Русскому Православному Экзархату, образованному русскими эмигрантами под юрисдикцией Константинопольского патриархата еще в 1931 году. Все эти годы Экзархат особенно дорожил своей "несоветской" репутацией, хотя и находился в каноническом общении с РПЦ МП. Эта история показала, наконец, каким конкретным содержанием наполняется инициатива Патриарха Алексия IIобъединить под своим омофором все юрисдикции русской традиции, выраженная в его послании архиереям и "всем православным приходам русской традиции" в Западной Европе от 1 апреля 2003 года. Тогда, в 2003 году, "православные приходы русской традиции" не стали спешить под руку Москвы, и сейчас они получили наглядное доказательство того, что рука эта была бы для них тяжела.

И всё бы ничего, все бы это оставалось внутренним делом РПЦ МП, но теперь себя скомпрометировали российские дипломаты. А, казалось бы, что им мешало не делить французских православных на "своих" и "чужих", а считать "своими" для России равно прихожан и приходов РПЦ МП, и приходов Константинопольского патриархата, и, добавим, приходов Зарубежной Церкви? Неужели православным верующим русского экзархата, хотя бы и под юрисдикцией Константинополя, не дорога Россия? Неужели они не хотели бы теплых и дружественных отношений с российским правительством? Наконец, неужели не в интересах России получить во Франции целую организацию, объединяющую друзей России? Не говоря уж о том, что это дало бы России очевидные преимущества и в отношении Константинопольского патриархата, в составе которого Россия также может иметь своих друзей.

Единственная причина, почему это не происходит, – зависимость российской внешней политики от РПЦ МП в каждом вопросе, где речь заходит о религии и Церкви.

3. Конфликт с Сурожской епархией РПЦ МП на территории Великобритании. С еще большей очевидностью сказанное нужно повторить относительно конфликта, который сейчас разгорелся в Англии. Там речь идет уже не о том, что РПЦ МП не удалось нечто приобрести, а о том, что она потеряла – особую епархию, созданную в 1962 году и имеющую очень значительный духовный и моральный авторитет в западном мире. Теперь эта епархия обозначила свой курс на вхождение в Константинополь, и РПЦ МП уже не сможет этому воспрепятствовать. Об этом конфликте также подробно рассказывает наш Портал.

Все это тем более оставалось бы внутренним делом РПЦ МП, если бы не замешанность и в этом конфликте российских дипломатов, о чем теперь поведал в открытом письме к своей пастве глава Сурожской епархии епископ Василий (Осборн), которого Московская патриархия спешно отправила "на покой".

Сурожская епархия имеет уникальные возможности доносить голос православия до людей западной культуры, и, при всем этом, она всегда была с Россией, хотя и дистанцировалась, как могла, от коммунистической власти. Получилось, что при коммунистах этот оазис русского православия существовал в РПЦ МП, а вот после того, как патриархийные иерархи получили свободу, они попытались этот оазис растоптать. РПЦ МП в глазах той части мировой общественности, которой небезразлична религия (а это далеко не только православные), такими действиями компрометируется очень сильно. Но зачем вместе с репутацией РПЦ МП падать репутации российского правительства?

Опять повторим вопрос: почему российские дипломаты стали делить верующих на "своих" и "чужих" не по признаку их отношения к России, а по признаку их принадлежности к корпорации РПЦ МП? Почему российские дипломаты не понимают собственных интересов российского государства?

4. Конфликт РПЦ МП с православными юрисдикциями в Украине. Кажется, российская государственная власть сделала выводы относительно своей главной ошибки во время президентских выборов в Украине. Тогда она стала работать только с одной политической силой – обанкротившейся официальной властью в лице президента Кучмы и его назначенца Януковича, вместо того, чтобы работать со всем спектром политических сил. Это тем более относится к российской политике в отношении церковных структур в Украине – с тем, однако, отличием, что в отношении церковных структур никаких выводов не сделано до сих пор.

Сейчас это привело к тому, что все украинские православные и католические верующие, не входящие в УПЦ МП (Церковь Московского патриархата), настраиваются внутри своих церковных организаций против России как государства. Агрессивную позицию РПЦ МП в отношении этих церковных организаций они связывают с агрессивностью российского государства по отношению к украинскому народу и его европейскому выбору.

К сожалению, мы не можем пока сказать, что эти люди неправы. Российская политика в отношении украинского православия представляет только интересы РПЦ МП, и поэтому она на самом деле враждебна религиозным потребностям большинства украинских верующих.

Есть ли в такой конфронтации какая-либо реальная необходимость для российского государства? Сомневаюсь. Совершенно очевидно обратное: российское государство смогло бы резко усилить свои позиции в Украине, если бы перехватило инициативу "собирания" украинских юрисдикций под омофором Патриарха Киевского (под омофор которого смотрят и многие приходы, пока что пребывающие под юрисдикцией УПЦ МП). Здесь нет возможности подробно говорить о таком проекте, но он бы мог привести к масштабной перестановке сил в мировой политике, после которой Константинопольский патриархат оказался бы в политической зависимости от России в гораздо большей степени, нежели от Вашингтона.

Для России лучше два орудия политического труда, два противовеса – патриархаты Москвы и Константинополя, чем одна гиря в виде нынешней РПЦ МП. Это бы позволило вернуть внешнюю церковную политику российского государства на те высоты, с которых она пала в результате падения Российской империи.

О нынешнем переговорном процессе с РПЦЗ я сейчас ничего дополнительно говорить не буду. Думаю, что и так понятно, насколько много Россия могла бы приобрести, если бы не передала отношения с этой религиозной организацией в неумелые и грубые руки РПЦ МП. Российская империя не допускала никакого разделения между патриархатами и была во всем мире общепризнанным покровителем не только всех православных, но даже еще и монофизитов, и несториан.

Но вернемся пока что из прекрасного мира мечты на грешную землю.

5. Что можно предложить российскому государству прямо сейчас?

Главная рекомендация будет тривиальной по сути, но, увы, нетривиальной по нашей житейской практике: в области политики, будь это даже политика церковная – государство обязано думать собственными мозгами, а не пользоваться протезами, предлагаемыми ОВЦС.

Поясню эту мысль, переходя на язык, более близкий тем мужам государственным, которые курируют отношения с РПЦ МП. Вспоминается характеристика, которую дал один такой чиновник (человек, надо сказать, штатский) в одной частной беседе митрополиту Клименту (Капалину), желая указать на его недостатки в качестве будущего преемника Патриарха Алексия: "Он умеет только крыть очередями от пуза, а не умеет вести прицельный огонь".

Что в этой характеристике неправильного? Ведь никто же не станет утверждать, будто митрополит Климент (Капалин) умеет вести прицельный огонь? Ведь действительно же – и наш обзор тому лишнее подтверждение – администрация РПЦ МП работает неизбирательно и предельно грубо!

А неправильно то, что не надо требовать или хотя бы ждать "от попов" умения вести прицельный огонь. Такое неумение вообще не является недостатком митрополита Климента (Капалина). Прицельный огонь должны уметь вести мужи государственные. А то, что они ожидают таких навыков от духовенства, – это, увы, недостатки их собственные, а вовсе не кадрового состава РПЦ МП.

Итак, политический итог десятилетия применения РПЦ МП в качестве орудия в российской внешней политике должен быть один: российское государство обязано научиться вести собственную церковную политику, как внешнюю, так и внутреннюю. Для этого – повторим нашу уже много раз звучавшую мысль – ему нужно создать особый квалифицированный орган, аналогичный прежнему Совету по делам религий.

Игумен Григорий,

для "Портала-Credo.Ru"


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-20 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования