Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
Комментарий дняАрхив публикаций ]
Распечатать

От Никона к Сергию. Какова роль единоверцев в "объединительном процессе" Русской Церкви?


События недавней церковно-социальной истории нередко предстают в качестве объектов "ремоделирования" (трудно переводимое слово – нечто вроде сознательного перестраивания образа), о котором талантливо написал французский историк Л. Ферро. В принципе переписывание истории по идеологическим лекалам – постоянный процесс, на нем зиждется житийная литература, на этом же коне разъезжает дидактика. Школьные учебники истории стали настоящим полем битвы идеологических концепций.

В церковной истории в течение ХХ в. выработалось и установилось несколько концепций и понятий, одним из которых явилось пресловутое "сергианство". Поступок митрополита Сергия (Страгородского), выпустившего в 1927 г. декларацию о лояльности советской власти, имел далеко идущие последствия. Интерпретаторы с самого начала заспорили – каково же его значение.

Одни называли ход митрополита Сергия ересью (учение о том, что иерархи "спасают Церковь" даже путем нечестивых компромиссов, и что антихристова и открыто богоборная власть тоже "от Бога"). Другие именовали это "простым сервилизмом", наследственным "злом" Русской Церкви, идущим, по крайней мере, от времен Иоанна III. Третьи говорили о "вынужденной мере", пусть даже и не вполне оправданной нравственно. Наконец, были и мнения о "мученическом шаге спасителя Церкви", чем-то напоминающие нынешние разговоры о "подвиге Иуды", историческую роль которого пора уже и пересмотреть. В разбросе этих мнений неизбежно проявлялись позиции различных церковных группировок. Однако в них же проявился и тупик экклезиологичекого сознания, о котором мы скажем ниже.

И вот, в духе новой (то есть уже немного подзабытой старой, советской) "интерпретации" поступка митрополита Сергия, 17 апреля 2006 года в своей резиденции в Чистом переулке Патриарх Алексий II высказал мнение о том, что роль Сергия была не просто мученической – она была героической! Глава РПЦ МП напомнил, что Сергий еще до своего судьбоносного заявления являлся видным церковным деятелем. Патриарх, разумеется, умолчал о том, что его предшественник по кафедре побывал и в обновленческом движении, был в рядах сочувствующих феврализму, ходил с красным бантом, занимался "книжной справой" - правил богослужебные книги…

По словам Патриарха Алексия II, цель послания Сергия 1927 г. (Патриарх предлагает отказаться от самого устоявшегося термина "декларация") состояла в том, чтобы "показать богоборческой власти: Церковь не является контрреволюционным учреждением", а не в том, чтобы одобрять "безбожное государство". Тут, конечно, есть логическая натяжка, ибо политическая прагматика не терпит дуализма. Либо ты любишь то государство, которое есть в наличии, либо ты наблюдаешь "тени на стене пещеры". Любить абстрактную Родину может только законченный романтик. И вот, по словам Патриарха выходит, что Сергий (Страгородский) был самым возвышенным патриотом-романтиком, а его "Декларация" - манифестом любви к Родине, "когда это слово вообще редко употреблялось".

Такое оправдание "сергианства" и сервилизма через "патриотизм" - новое слово в историческом мифотворчестве (употребляем это слово без всяких негативных оттенков, как констатацию). "Это позиция искреннего патриота России ", - сказал Патриарх Алексий II. Таким образом, через несложный логический ход основатель РПЦ МП (благодаря политике митрополита Сергия, Сталин в 1943 г. легализовал "Сергиево согласие" как единственный разрешенный в СССР патриархат) был встроен в линию "зиждителей единой россиянской истории".

В духе современности главным термином здесь является "патриотизм", причем именно патриотизм с розоватым, а то и красноватым оттенком. Для этого патриотизма неудобны вопросы о Белом деле, об эмиграции, о добровольческом движении, о феномене Русской освободительной армии (РОА), об "антисоветчиках-диссидентах"… Все эти понятия выводятся за скобки, а то и предаются анафеме (как в случае с диссидентами). Остается только всепоглощающая "любовь к Родине", которая, по словам Александра Блока, увы, пожирает свои порождения "как матка собственного поросенка".

Итак, предпринята новая попытка оправдать компромисс митрополита Сергия (Страгородского) через абстрактный патриотизм с несколько советским "душком".

Казалось бы, довольно естественный тактический ход в преддверии Всезарубежного Собора, который будет решать вопрос о слиянии Зарубежной Церкви (ее "лавровской", наиболее многочисленной, части) и РПЦ МП. Поскольку все уже решено в кулуарах, то можно и "поиграть мускулами", продемонстрировав реальную силу Московского патриархата, и сбросить маску внешнего, хотя бы формального, осуждения "сергианства". Но за этим тактическим ходом видится и некий концептуальный, стратегический маневр более серьезного плана.

Для понимания этого плана нам придется оставить традиционную церковную экклезиологию с ее идеей о "единой Церкви" и не принадлежащих к ней раскольниках и еретиках, и обратиться к более динамичной модели религиозной действительности, применяемой для описания негосударственных религиозных образований. Мы будем рассматривать различные течения, образовавшиеся после крушения официальной государственной Греко-Российской Церкви, используя старообрядческую терминологию, как "согласия" и "толки", в разной степени преемствующие Церкви. Если в начале XX в. историк Ф.Е. Мельников называл "блуждающим богословием" состояние умов в государственной Церкви, то после ее разгрома большевиками разные идейные течения и разные группы оформились в свои течения и толки. Появились "тихоновцы", "иосифляние", "викторианцы", обновленцы, григориане, наконец "сергиане"… Вопрос был в том, кто сможет завоевать доверие советских руководителей – обновленцы, григориане или сергиане, - сражавшиеся на поле "лояльности". Бинго выпало именно сергианам. Последователи этого довольно аморфного согласия пошли под крыло к советско-партийным начальникам, в надежде воссоздать "государственную Церковь". Дело митрополита Сергия, если посмотреть на него шире, было попыткой воссоздания синодальной системы церковной организации на основе очищения ее от разномыслия и романтических надежд начала ХХ в. Политический прагматический разум победил, "опять оказался сильней".

Сейчас "дело Сергия", создавшего на основе своего согласия прототип новой "синодальной структуры" - духовного ведомства, кажется всерьез востребованным. Оговорки и реверансы времен перестройки и дипломатических игр с "зарубежниками" отныне сданы в утиль. После периода эмбрионального развития логически должна наступить стадия "выхода из куколки" – полного превращения "сергиева согласия" в "главенствующее исповедание".

Но эта стадия еще не наступила, и неизвестно, наступит ли – этому мешают некоторые социальные свободы и остаточные институты гражданского общества. С другой стороны, как показывают исследования социологов, идея нахождения в коллективном бессознательном концепта "духовного катехона" требует оформления в виде социального института. Иначе говоря, нужна "духовная иерархия", без которой общество видится неполным, недостаточным. Раньше хоть КПСС была… То правда, что Церковь не желает пока открыто выступать в этой роли в виде цензуры, обязательного всеобщего крещения и "казенного православия". Это попахивает самоубийством, отмечают социологи. В такой постановке вопроса эта претензия не высказывается, но в целом тенденция к такому "православному тоталитаризму" явно присутствует.

Ремоделирование истории происходит в рамках неких глобальных проектов. На наш взгляд, перед нами попытка "дать старт" финальной стадии фактического превращения "сергиева согласия" (то есть Русской Православной Церкви Московского патриархата) в Ведомство духовного исповедания Российской Федерации.

И вот тут надо вспомнить об историческом прошлом, а именно о том, что Великий Раскол XVII в. стал временем окончательного оформления этого ведомства. Тогда от Патриарха Никона, начавшего новый церковно-государственный проект завоевания Константинополя и утверждения Московского патриарха в качестве Вселенского, отошли т.н. "старообрядцы", то есть несогласные с его политикой. Поводом были реформы обрядов, но реальной причиной – именно превращение Русской Церкви в "духовно-государственное ведомство", в котором Патриарх "светит, как солнце, а царь, как луна, отражает его свет". Оформились два согласия – государственное новообрядное и гонимое старообрядное.

Именно тогда вновь появилась и была развита концепция неприятия государственно-церковной системы как "крамолы и раскола". Своих противников "никониане" стали именовать вполне официально "ворами" и использовать для гонений и казней всю мощь государственной машины. Именно в таких условиях окончательно оформилась особая синодальная система государственно-церковного симбиоза, в корне отличная от византийской. Ее основой стали идеи изоляционизма и монополизма, развитые первоначально игуменом Ламского монастыря Иосифом (Саниным) и его соратником митрополитом Даниилом, впоследствии дополненные "талантливым мордвином" Патриархом Никоном (Миновым).

Новообрядчество впоследствии раскололось на множество согласий, из которых самым крупным осталось на настоящий день именно сергиевское. По вышеуказанным причинам именно старообрядцы (как в лоне новообрядных согласий, так и вне их) критически относятся к углублению государственно-церковного симбиоза. Именно поэтому философу-единоверцу А.Г. Дугину принадлежат едва ли не самые резкие выступления против "сергианства". Вероятно, потому же старообрядный епископ РПЦЗ(Л) Даниил Ирийский, прежде придерживавшийся довольно свободных взглядов, стал выступать чуть ли не через день с заявлениями против единства "зарубежников" и РПЦ МП. Иначе говоря, в "сергиевщине" православные христиане, ощущающие свою связь с дониконовской Русью, видят логическое продолжение "никонианства", доведение его до абсурда. И попытки реабилитации "дела Сергия" - симптом того, что болезнь эта застарелая и едва ли излечимая простыми консервативными средствами.

Федор Конев,
для
"Портала-Credo.Ru"


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-19 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования