Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
Комментарий дняАрхив публикаций ]
Распечатать

Кто не верит прогнозам. Будущее России и консервативная мысль в руках религиозных ораторов


В русской культуре считается неприличным обсуждать "при живом царе", что будет после него. При живом президенте тема грядущих выборов какая-то скользкая и неудобная. При живом первоиерархе или патриархе неудобна тема его преемника – стыдно и вообще нехорошо. Посему негласный запрет на "муссирование слухов и прогнозов" действует. Когда президент Ельцин лег в больницу на операцию, аналитики стали задумчиво делать в воздухе пассы руками и произносить загадочное слово "преемник". Когда недавно здоровье Патриарха Алексия пошатнулось, аналитики привычно стали сравнивать кандидатов на патриарший трон. После кончины старообрядческого Митрополита вопрос "Кто?" стали задавать себе многие староверы. Но вполголоса, ведь анализировать "допреж решениев" - это табу.

Дело в том, что русский человек, во-первых, боится сглазу, а во-вторых, стремится к стабильности. Он - стихийный монархист и выборность со сменяемостью приемлет со вздохом. Аналитика у нас - искусство post factum. Но думать никто запретить не может. В том числе и думать вслух. Если не о том, "кто будет?", то хотя бы о том, "как будет?".

Грядущие в 2008 г. президентские выборы могут принести некоторое оживление и в мир религиозных общин и групп. Так случилось, что религиозная политика стала одним из приоритетных направлений деятельности нынешнего президента. "Мирное сосуществование" и распределение ролей на социальном поле коснулось неизбежно и религиозных общин. Кто "борется за мир" в социуме, тот говорит с властью на одном языке.

Вот и думают религиозные лидеры – что бы сделать сейчас, чтобы ситуация сохранилась и даже улучшилась? Казалось бы, меньше всего надо бы думать о будущем таким солидным корпорациям, как РПЦ МП – казалось бы, уж "главенствующей конфессии" при любом раскладе ничего не угрожает. Но стабильность эта кажущаяся. Государственная власть самим фактом своей стабильности консолидирует ряды РПЦ, заставляя ее держаться вместе, выступать единым фронтом. Такая консолидация спасает РПЦ от раскола на множество взаимоисключающих "согласий": модернистов, единоверцев, анти-ИНН-щиков, филокатоликов, "кирилловцев". Поскольку их самоидентификация в настоящий момент определяется консолидированной политикой священноначалия РПЦ, то их противоречия пока находятся в спящем виде. Но с другой стороны, различные группировки и силы внутри РПЦ МП стремятся "застолбить" место под солнцем ввиду возможных перемен в политике государства. Это при том, что прямое влияние разных маргинальных групп на электоральное поведение верующих всегда невелико.

Впрочем, необходимо подстраховаться. Есть ли постоянная составляющая современной политики, которая бы не зависела от личности президента и от большинства в парламенте на настоящем этапе? Кажется, да. Эта составляющая – новый консерватизм, иногда называемый "неовизантизмом". К исторической Византии он имеет только косвенное отношение. Он видит предел устремлений в установлении иерократии, то есть, по мысли идеологов этого направления, - непрямой теократии.

Тот, кто заявит себя сторонником этой политической идеи, может надеяться на кусок политического пирога в будущем. В этой идее есть много здравого. Именно в лучах Византии историческая Россия пережила лучшие свои времена. По мере угасания этих отблесков ее затягивал либерально-западнический плен, сладкое марево декаданса с истерической псевдогероикой петровского пошиба. Поэтому отказ от декаданса, от Смуты становится политико-духовным императивом. Религиозным политикам, прогнозирующим будущее "за выборами", хочется, естественно, пристроиться в авангард этой идеи.

Но у этой здоровой идеи, как часто случается, мало находится талантливых пророков и витий. Многими пропагандистами неовизантизм мыслится однобоко – как построение вертикали власти под идейным контролем церковного истеблишмента. Получающаяся в результате картина ужасает своей убогостью. На роль пророков и витий претендуют люди профессионально не способные, а идейная проработка страшит крайней непродуманностью. Вот недавний пример. Небезызвестный секретарь СПГ К. Фролов на днях выстроил некую лестницу приоритетов в церковно-политическом поле. И оказалось, что друзья православия выстраиваются не по линии церковно-исторической традиции и богословских приоритетов, а по линии их лояльности нынешнему политическому курсу. Излишне говорить, что этот курс – производное сиюминутных и случайных обстоятельств, и ориентировать на него идеологию недальновидно. Получается, что ближе всего к русскому православию Армянская Церковь, не признающая двух природ во Христе после воплощения, а Грузинская или Константинопольская патриархии – чуть ли не "пятое колесо" в телеге православия! (прямая цитата из г-на Фролова).

Чего уж тут вспоминать добрейшего Александра Исаевича Солженицына с его призывами обратить взоры на старообрядцев! О них нет даже речи. Ведь критерий вынесен за пределы собственно религиозные – этот критерий "за президента" или "против президента". В последнем случае неизбежно выходит, что враги ("пятое колесо") – то ли "оранжисты", то ли "агенты ЦРУ", то ли "жидо-масонский заговор". Конспирология – политический вариант сверхценной идеи, вроде печально известной "фоменковщины" в истории. И энтропические, бунташные тенденции вроде "оранжизма" - это прорыв трудно обуздываемой стихии, дезориентированной народной утопии. Неоконсерватизм вместо раздачи приоритетов и тиражирования слухов о "заговоре" мог бы разработать схему обуздания народного утопизма путем создания лестницы простых и духовных целей.

Однобокая интерпретация неоконсерватизма в религиозной политике только вредит идее, превращая ее в руках недалеких ораторов в заложницу сиюминутной политической конъюнктуры. А не грех бы подумать, что идея привьется только тогда, когда осуществится нравственный и ответственный отказ от некоей чужеродной и нововводной прививки, самоотождествление людей с идеей консервативной революции.

Политическая интерпретация религии есть цинизм, канонизированный в т.н. "синодальное время", когда Церковь превратилась в государственный департамент. Не стоит возрождать эти традиции – в русской истории есть куда более здоровые тенденции. И религиозная жизнь не призвана подпирать политическую. У нее другие задачи и интересы. Будущее России требует, скорее, не подпорок, а глубокой внутренней рефлексии и пересмотра приоритетов в духовной и нравственной сферах. При любом президенте.

Алексей Муравьев,
для "Портала-Credo.Ru"


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-20 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования