Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
Комментарий дняАрхив публикаций ]
Распечатать

Об этике – или хорошо или ничего. Диакон Андрей Кураев призывает не жить в мире, в котором "матрица имеет тебя"


После перестройки, в эпоху первоначального накопления российского капитала православное духовенство не стремилось обличить отечественных бизнесменов за их способы зарабатывания денег. Церковные деятели, в особенности, в регионах, на отдельных приходах, сами принимали участие в переделе собственности и в осваивании "бандитских" денег. Секретом для общества подобное положение дел не является – об этом пишут социологи, сценки о взаимовыгодных отношениях "новых русских" и батюшек вставляются в популярные сериалы. Бизнес-этика в такой ситуации воплощалась в виде личных договоренностей и умолчаний о каких-либо поступках. Но и сейчас положение радикально не изменилось – жестко определенные этические правила по-прежнему чужды официальному российскому православию.

Даже опытным идеологам РПЦ МП трудно придумать сразу реальные этические нормы, которые соответствовали бы сегодняшнему православному бизнесмену. Так, в интервью журналу "Эксперт", призванному доказать совместимость православия и капитализма, диакон Андрей Кураев критикует капитализм как раз за жесткость и этических, и экономических правил поведения. Основной призыв А. Кураева, собственно, вообще не имеет никакого отношения к рыночной морали. Диакон призывает не жить в мире, в котором "матрица имеет тебя", то есть в мире, в котором "я редуцирован к месту, где осуществляют себя (а не меня) социальные и зоопсихологические сценарии, модели и законы". На смену законам должен придти, по мнению православного идеолога, человеческий подход. Прежде всего, это значит брать на душу столько, сколько позволит совесть – "если борьба за собственность и труд по ее удержанию не расчеловечивают тебя – что ж, значит, ты духовно силен и можешь ею владеть". Затем по мере сил предприниматель должен вести себя, как человек. А. Кураев приводит следующие слова: "Я никогда не просыпался по утрам с мыслью о том, как бы задать побольше работы моим рабам". Думаю, это изречение стоило бы повесить в кабинетах очень многих директоров". Другой совет диакона также относится к русским предпринимателям, которые ощущают себя православными: "Во время беседы с человеком, даже если это подчиненный, помолись о нем. Помолись о нем, прежде чем сорваться с цепи".

В отличие от многих глянцевых официозных зарисовок православных меценатов А. Кураев рисует реалистичный образ делового человека, у которого в кабинете висят иконы. Такой человек не будет прислушиваться к требованиям Концепции хозяйственной этики, выработанной представителями Московской патриархии. Такому предпринимателю не скажешь и том, что взятки нехорошо брать и давать. По словам о. Андрея Кураева, "вряд ли какие-то бумажки могут быть нормативными для реальных бизнесменов, даже живущих церковной жизнью. Я не могу себе представить, чтобы в каком-нибудь официальном церковном документе было бы прописано: ну ладно, в таких случаях, так и быть, можешь дать взятку. То, что может быть сказано где-то в частной беседе, в официальном документе не может быть сказано".

Широкой натуре современного предпринимателя, в котором сидит православный ген "многомерности" (почти беспредельности), противопоставляется протестант. С точки зрения социолога Макса Вебера, для этого протестанта такие православные бизнесмены оказались бы "духовными проходимцами", для которых деньги это все, а с ними "не построить огромный западный мир. Для этого должны были быть люди другие: своеобразные аскеты и монахи ради карьеры, ради предпринимательского успеха". Как подчеркивает А. Кураев, сейчас в России нет и другого качества, которое присутствует у носителей "протестантской этики" – человеческой национальной солидарности. В утрированном виде западная корпоративность, противоположная личностной и "договорной" православной, описана в работе Макса Вебера "Протестантские секты и дух капитализма". Последствия принятия в одну из американских баптистских общин, к примеру, таковы: "самый факт этого вступления рассматривается как абсолютная гарантия этических качеств джентльмена, и прежде всего его деловых качеств. Поэтому-то и упомянутый будущий банкир может с полной уверенностью рассчитывать на вклады всей округи и на предоставление ему неограниченного кредита вне всякой конкуренции. Этому человеку успех гарантирован".

В чем же дело? Почему российский купец такой "неправильный" с точки зрения западного мира? Обычно эту "неправильность" объясняют мистическим менталитетом русского человека, а не целенаправленным насаждением порочных ценностей в сердце россиянина. Однако православная церковная жизнь, с которой хотя бы теоретически себя соотносит около 80 процентов населения страны, сама является примером всяческого волюнтаризма. Об этом пишет сам Кураев в своей статье "Откуда у церкви деньги?" Диакон отмечает, что церковь справедливо старается не платить налоги государству, так как с духовных позиций это неверно. Церковь и живет не за счет прихожан, а за счет "захожан", так как уплата десятины верующими, как на Западе, это для России – "безумная фантазия". Во время финансовых кризисов священнослужители договариваются с бизнесом так, как могут и умеют. Если, по словам о. Андрея Кураева, то, что происходит у свечного ящика, "не описать лишь по законам Адама Смита, Карла Маркса и Егора Гайдара", то какому же в таком случае закону будет следовать светский православный богач и можно ли будет этот закон описать словами?

Роман Лункин,
для "Портала-
Credo.Ru"


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-20 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования