Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
Комментарий дняАрхив публикаций ]
Распечатать

Благословение на радикализм. Союзы православных братств и православных хоругвеносцев перешли на официальное положение. Каковы перспективы?


Наконец-то патриоты-монархисты из тандема Союз православных братств – Союз православных хоругвеносцев (СПБ–СПХ) дождались официального признания. Патриарх Московский и всея Руси Алексий благословил официально и даже письменно их традиционный митинг и крестный ход. Мало кто уже помнит, что в конце 80-х гг., когда митинги и даже крестные ходы были, в общем-то, довольно обычным делом, это стояние у памятника-часовни напротив Политеха было настоящим откровением.

Тогда Православные хоругвеносцы были почти единственными монархистами, бросавшими вызов и политическому, и церковному официозу. Они говорили о "ритуальном убийстве" семьи последнего императора, о "мировой закулисе", о необходимости строго монархического пути, позднее – о вечном русско-сербском братстве. Они критиковали власть за Гайдара и Чубайса, за вседозволенность и криминальный характер, за нравственное разложение и "засилье еврейских банкиров". Из СПБ–СПХ выходили более умеренные братства, их обвиняли в антисемитизме и радикализме, официальное церковное начальство молчаливо дистанцировалось от них. А траурные крестные ходы все продолжали собираться.

Что собой представлял национальный патриотизм, сформировавшийся в 90-х гг. ХХ в. отчасти под влиянием идей профессора Льва Тихомирова, и митрополита Антония (Храповицкого)? Он всегда противопоставлял себя патриотизму с советско-ностальгическим уклоном. Противопоставление было идейное: если патриотизм советский ориентировался на интернационализм и революционно-сталинскую героику, то национальный патриотизм всегда выступал за осуждение большевицкой революции как "жидо-масонского заговора против русской монархии". Если у первых был один враг – Запад, то у вторых еще и "мировой заговор" и антимонархистская демократия. В религиозном смысле национал-патриоты выступали как ультра-православные и критиковали официальные церковные власти за недостаточную радикальность, отказ от последовательного монархизма и национальной идеологии.

Их противниками выступали обычно индивидуалисты-правозащитники, сторонники "свободы совести" и западной культуры. Но вот, недавно представители РПЦ МП заявили о своих претензиях на правозащитный "брэнд". Проблема в том, что, выступая на стороне власти, церковной правозащите будет трудно поставить себя на место индивидуума, который хочет защититься от тотального общества. И вот теперь защищать права будет РПЦ МП, то есть, разумеется, права государства от отдельных несознательных индивидуумов. Логично – общество российское становиться все тотальнее. И инструментом этой тотальности поневоле становится Церковь. Вот уже и "службы доверия" церковные открываются.

Но в случае с национал-патриотизмом такое инкорпорирование видится несколько искусственным. Ведь его сила и притягательность состоит именно в его оппозиционности, в его критичности и неприятии демократического и либерального общественного устройства. Всевозможные монархоидные идеологии, родственные друг другу, едины в одном: осуждении нынешнего общественного уклада как противоречащего Писанию и Преданию. Прогремевшее недавно "Письмо 500" в принципе недалеко от идеологии национал-патриотизма. Призывы "запретить иудаизм" и эмоциональные заклинания секретаря Союза православных граждан, гр. Фролова о покаянии не перед Богом или хотя бы друг перед другом, а перед… "царственными мучениками", имеют одну общую деталь: русский народ представляется жертвой каких-то темных сил (каких – догадайтесь сами). Обычно это именуется конспирологическим мышлением.

Роль этого мировоззрения в формировании современного неоправославного "космоса" трудно переоценить. Редкий сознательный православный ныне не верит хоть чуть-чуть в существование некоего антиправославного (или антицерковного) заговора, цель которого – захватить Россию, расчленить ее, утопить в котле с "бубями" и съесть. Мрачная конспирология придает и культу "царственных искупителей" какие-то абсолютно "готические" краски. Вот одна цитата, показывающая, как видят национал-патриоты своих заступников:

"Впереди всех наш Государь-мученик в Царской порфире и короне, держа в руках чашу, до краёв наполненную кровью. Справа рядом с ним — прекрасный отрок, Наследник Цесаревич, в мундирчике, тоже с чашей крови в руках, а сзади них, на коленях — вся умученная Царская Семья в белых одеждах, и у всех в руках — по чаше крови. Впереди Государя и Наследника на коленях, воздев руки к небесному сиянию, стоит и горячо молится о. Иоанн Кронштадтский..."

В этих мрачных истерическо-кровавых тонах толкует национал-патриотизм русскую историю. В ней, и правда, было немало кровавых страниц, но странным образом для русской культуры такие "призраки-капричос" не вполне характерны. А вот характерны они были скорее для увлекающегося и впечатлительного Федора Михайловича Достоевского с его "розовым христианством" и европейским кругом чтения. От Достоевского эта истерическая готика попала к его почитателям-монархистам в русском Зарубежье. И поехало дальше по ухабам русской истории. Вот уже епископ РПЦЗ Нектарий (Концевич) пишет: "С этого момента "тайна беззакония" получила свободу ... Из сказанного абсолютно ясно, что злодеяние было ритуальным... Подобно тому, как Христос был распят на Голгофе за грехи ВСЕГО мира, всеми оставленный, так и Государь принесен в жертву за грехи всей России, всеми оставленный". Учение о "искупительной жертве" царя родилось именно в этой среде и именно оттуда оно пришло на российские пажити.

Тот факт, что священноначалие РПЦ МП фактически легализовало "правую оппозицию" и одновременно заявило о претензии на усвоение "правозащитнической государственнической идеологии" показывает, что новый проект нацелен на формирование тотальной неоимперской, но, в силу своей официальности, малоперспективной идеологии. Что будет потом – покажет будущее. Но нельзя исключить, что на следующие крестные ходы рабочих снимут с производства и привезут на автобусах, как на митинг в пользу провозглашения Москвы олимпийской столицей-2012… Только столицей Олимпиады почему-то стал Лондон. Как бы и тут не прогадать.

Игнатий Алексеев,
для "Портала-Credo.Ru"


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-19 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования