Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
Комментарий дняАрхив публикаций ]
Распечатать

Коррупция? Нет, освященная экономика! Перспективы «культурного феномена» коррупции в России


Многочисленные сведения о "моральном разложении, скандалах и коррупции" в Иерусалимском патриархате, которые довольно долго просачивались в Россию, разрешились, как известно, низложением Патриарха Иерусалимского Иринея. Несмотря на то, что пресса не прилагала особых усилий в освещении этого скандала, высокий уровень церковной коррупции в Иерусалиме не устраивал верующих. Поэтому, действия, предпринятые в отношении Патриарха, можно считать признаком осуждения и отторжения столь постыдного явления самими верующими.

В России же ожидать столь принципиальных заявлений большинства религиозных людей о своей нравственной позиции по многим причинам не приходится. В частности потому, что явление, которое имеют в виду во всем более или менее цивилизованном мире под словом "коррупция", в нашей стране пустило настолько глубокие, можно сказать даже общекультурные корни, что многие стороны жизни без неё просто не могли бы существовать.

Чтобы такое утверждение не вызывало особых недоумений, обратимся сначала к самому термину. "Коррупция" (от лат. corruptio) - означает подкуп, продажность общественных и политических деятелей или должностных лиц. В чем она может выражаться, кроме помощи в противозаконных деяниях или обходе разного рода запрещающих предписаний, предположить сложно. Разве что, в столь же сомнительных, с позиции законодательства, разрешений, поблажек и допущений. А что это, если не основной принцип, на котором держалось и держится в нашем обществе практически все, независимо от политического строя и личных особенностей лиц и групп, находящихся у власти?

Будем откровенны: что делаем мы, когда нас останавливает инспектор ГИБДД или в ДЭЗе нет нужной прокладки? Мы подкупаем ‑ инспектора неучтенным "штрафом", а слесаря "чекушкой", вступая с ними, таким образом, в коррумпированные отношения и становясь сами бытовыми коррупционерами. В результате, мы получаем желаемые "блага" – возвращение водительских прав и отсутствие течи из крана. По такой же модели строятся в подавляющем большинстве случаев и отношения между субъектами и объектами во всех проявлениях российской бытовой, общественной и политической жизни. Естественно, что религиозные организации, как и любые другие, участвующие в этой жизни, не могут быть исключением. Вот они им и не являются.

Вопросы тесной взаимосвязи руководства епархий РПЦ МП, а в мусульманских регионах – глав местных Духовных управлений мусульман, с органами власти и их вовлеченности в коррумпированные отношения серьезно исследуются независимыми экспертно-правовыми организациями. Результаты научных анализов публикуются Центром независимых политических исследований "ИНДЕМ", и интересующимся этой проблемой можно порекомендовать обратиться к изданиям "Коррупция в России" (М., 2001) и "Коррупция в России: понять, чтобы победить" (М., 2003). Так что убедиться в наличии коррупции на основании авторитетных данных, использующих конкретные факты, могут все, кто захочет. Больше того, о том, что это явление существует и процветает, все знают, однако в силу разных обстоятельств просто не придают ему особого значения.

Первые же серьезные исследования финансового состояния РПЦ МП, например, предпринятые еще в середине 90-х годов, показали что деятельность этой крупнейшей религиозной структуры России носит все признаки того, что называется у нас "теневой экономикой". То есть: отсутствие подконтрольности государству, неподверженность налоговым сборам, неподконтрольные каким-либо государственным или общественным органам производства, предприятия и учреждения; сплошной "черный нал"; даже отсутствие кассовых аппаратов в торговых точках. Иными словами, государство в государстве, подобное крупному мафиозному картелю некоторых развитых стран. Об уровне претензий этой религиозной корпорации можно судить хотя бы по реальным признакам ее претензий на приобретение контрольного пакета акций итальянского "Banca di Roma", аккумулировавшего средства Ватикана накануне 2000-летия Рождества Христова. Эти претензии прекратились только после скоординированного освещения этого "предприятия" в российской и зарубежной прессе.

При этом будет несправедливо упрекать нынешнее церковное руководство в том, что именно оно встало на путь коррупции. Устройство дел "по договоренности", включающее в себя неизбежное нарушение законодательства, практиковалось не только при советской власти, но и в дореволюционной России. Однако, если до объявления "перестройки" церковная организация зачастую была вынуждаема к подобному государственными чиновниками, которые "продавали" таким образом РПЦ саму возможность ее развития, то после обретения Церковью нового статуса, условия изменились.

Благодаря введению нового религиозного законодательства, РПЦ МП (а до сравнительно недавнего времени и все остальные религиозные организации страны) стала пользоваться особыми привилегиями у государственной власти и развернула весьма масштабный бизнес. Только приблизительные подсчеты доходов от использования земель и недвижимости, участия в промышленных и добывающих предприятиях указывают на миллиардные суммы годового оборота в валютном эквиваленте. Однако, разница между наиболее и наименее состоятельными религиозными организациями "на местах" продолжает увеличиваться. В отдаленных регионах России православные приходы находятся в бедственном положении, а священники буквально нищенствуют, тогда как ограниченный круг иерархов входит в таблицы рейтинга наиболее богатых людей страны, и контингента, именуемого олигархами. Об уровне жизни паствы, которая, по заявлениям иерархов, составляет едва ли не 70 % населения страны, хотя иные исследования называют в лучшем случае до 5 %, говорить не приходится. Сегодня за уровень прожиточного минимума выброшено около 40 % населения. А именно социально неадаптированных людей больше всего в Церкви.

Отделенная по Конституции от государства церковная корпорация, благодаря изменению политических реалий, в последние годы беспрепятственно использует свою производственную и финансовую независимость от общественного контроля, превратившись в выгодную зону внутреннего экономического оффшора. Впрочем, такое положение окончательно оформилось еще в последнем десятилетии ушедшего века. Оказавшись в последние годы особо востребованной государством в перспективе непосредственного участия в формировании внутренней политики страны, РПЦ МП расширила свои возможности еще больше, так как приобрела неформальный статус ценного политического олигарха в классическом смысле этого слова.

Казалось бы, что для богатой, негосударственной, весьма привилегированной, да еще и перспективной в религиозно-идеологическом плане структуры, коррупция должна потерять всяческую актуальность. В самом деле, зачем обходить закон, который не только не препятствует, но и гарантирует самые благополучные условия для развития?

Тем не менее, этого не происходит. Привожу взятые наугад примеры из мониторинга сомнительных с точки зрения коррупции прецедентов с участием РПЦ МП и органов власти.

2002 год. Архиепископ РПЦ МП Евлогий награждает начальника управления ФСБ РФ по Владимирской области Р.В. Сиванова церковным орденом преподобного Даниила Московского с формулировкой "за помощь в деле возвращения РПЦ имущества, оказавшегося в руках раскольничьих религиозных образований". Речь шла об отъеме храмовых зданий у Православной Церкви "неположенной" юрисдикции и передаче их Московской патриархии.

2003 год. Новый руководитель Ставропольской епархии РПЦ МП епископ Феофан (Ашурков) заявляет на собрании благочинных о желании отобрать у РПАЦ храм св. Ольги в Железноводске. Дело в том, что храм понравился ему, и во время его посещения он потребовал от старушек "вернуться в лоно Матери-Церкви", что подразумевало Московский патриархат. Узнав о том, что сейчас придут священники, епископ поспешил скрыться. А спустя некоторое время в суде появился иск, который под давлением "общественного мнения", выраженного местной газетой, был удовлетворен.

2004 год. В рамках IV межрегиональной научно-практической конференции "Общественные объединения как фактор становления и развития гражданского общества в России" выступили с заявлением представители самарского старообрядчества. Павел Половинкин (Поморская община) и Алексей Кирилин (РДЦ) привели ряд документированных примеров игнорирования властями прав староверческих организаций и распространения недостоверных сведений о них местными СМИ, опирающихся в вопросах религии на рекомендации исключительно Самарской епархии РПЦ МП.

2005 год. Нет ничего необычного и в том, что принципы коррупции сохраняются в других сферах отношений религиозных организаций с внешним миром. Буквально только что Консультативный совет пасторов протестантских церквей Екатеринбурга и Свердловской области обвинил в религиозной дискриминации местную власть, а Екатеринбургскую епархию РПЦ МП - в "негласном сотрудничестве" с криминалом. По причине ликвидации в области учреждения, которое занималось ранее религиозными проблемами, теперь православные активисты при попустительстве властей "развернули широкую сеть публичных акций не только против "нетрадиционных" религиозных организаций, но и против светских структур и отдельных лиц". Протестанты заявляют, что их "настораживает факт активного негласного сотрудничества криминальных структур и местной православной епархии при проведении отдельных политических и общественных акций", о чем "свидетельствуют факты принятия крупных пожертвований епархией на строительство храмов от легализованных криминальных авторитетов, ходатайство архиепископа Екатеринбургского и Верхотурского Викентия об освобождении ныне покойного депутата Гордумы и уралмашевского "авторитета" Александра Хабарова и активное участие членов ОПС "Уралмаш" в пикетах, совместно с Миссионерским отделом, возглавляемым священником В. Зайцевым".

Подобного рода однозначных примеров можно привести десятки. Косвенные свидетельства и результаты журналистских и общественных расследований указывают на сотни. Масштабы вовлеченности в коррумпированные отношения организаций или конкретных религиозных деятелей различны. Статусы участников таких отношений расположены в диапазоне от участкового инспектора милиции и настоятеля рядового прихода до высокого государственного чиновника или криминального авторитета и члена Синода РПЦ МП.

Любой здравомыслящий человек, сталкивающийся с неопровержимым свидетельствами коррупции, в которой участвуют разного рода подразделения и структуры власти и Церкви, вначале бывает неизбежно озадачен явной иррациональностью такого явления. Один следователь той еще, постперестроечных времен прокуратуры, помнится, никак не мог взять в толк: зачем архиерею надо было заказывать красть где-то особую иномарку пурпурного цвета с пусть и небольшим, но все же риском, что это обнаружится, если он был в состоянии ее купить? Дело со злополучным "Ауди" тогда, разумеется, замяли. Но прокурорский кадр так и не получил, наверное, ответа на свой вопрос. И все остальные, кто искал бы этот ответ в области психологии или экономики, тоже никогда не нашли бы его.

Тем не менее, ответ лежит на самой поверхности. Он в уникальной особенности общественного сознания, воспитанного столетиями, в том, что если при возможности "купить" появляется еще и шанс "украсть", – надо красть. В контексте религиозно-государственной коррупции, если можно выбирать между медленным созиданием реального социального авторитета и его декларативным приобретением с помощью законодательного норматива, то отчего бы не выбрать последнее?

Нетрудно представить себе реакцию какого-нибудь нашего уездного владыки, у которого по отечественной традиции, как и у былого секретаря обкома или руководителя ведущего предприятия "все схвачено" ‑ и губернатор, и военные, и прокуратура – на всю эту "смешную ситуацию" со смещением Патриарха Иринея. Для него подобное должно бы представляться каким-то невразумительным нонсенсом: какие там высказывания недовольства? Какая мораль? Какие расследования и какое церковное право, когда я здесь Владыка и Хозяин!?

Пословица "Закон, что дышло…" существует только в российской культуре и смысловых аналогов где-либо еще (в том числе в национальных культурах наших соседей по списку наиболее коррумпированных стран) не имеет. Ощущение права, хотя бы как уважения писанного для всех Закона, в нашей культуре традиционно отсутствует. Его замещает комплекс представлений о справедливости, которые у разных групп населения и в разных социальных сферах различны. Памятные попытки Екатерины Великой сделать государство не помехой, а опорой для общества, не увенчались успехом. И общество, не отдавая себе в этом отчета, до сих пор вынуждено структурировать все процессы и отношения внутри себя, опираясь на элементы вульгарных представлений, сводящихся к принципу "ты мне – я тебе".

Коррупция, вытесняемая в других странах совершенствованием механизмов права и ростом благосостояния общества за счет государственного упорядочивания жизни, не просто дублирует у нас экономические и прочие отношения, а поглощает их, обуславливая развитие вполне определенной этики, что выражается в неуклонном стремлении всей системы к наиболее подходящим для нее условиям – закрытости, косности, тоталитаризму. Роль в этом процессе организованной преступности, монополий новой промышленной и финансовой олигархии и религиозной корпорации трудно переоценить.

После обнародования на Русском народном соборе памятных "12 заповедей РПЦ" для православных бизнесменов, Патриарх Алексий IIи митрополит Крутицкий и Коломенский Ювеналий (Поярков) обратились к губернатору Московской области Борису Громову с просьбой решить серьезную церковную проблему. Дело в том, что в соответствии с налоговым законодательством, бизнес-деятельность РПЦ МП рассматривалась в одном ряду с другими коммерческими организациями, а значит требовала определенного налогообложения. Православный губернатор распорядился ликвидировать причины бесправного положения Церкви, и депутаты сотворили дополнение к законодательству "О льготном налогообложении". В отличие от нынешних пенсионерских, отмененные государством, налоговые льготы для религиозных организаций были возвращены тогда буквально за пару дней.

То, как обставляются подобные проявления коррумпированности отношений религиозных организаций с властью, хорошо проиллюстрировало тогда высказывание Патриарха Алексия IIв одном из интервью: "Собственность религиозных организаций представляет собой совершенно особую форму собственности, ибо основу ее составляет добровольная жертва человека Богу. Пожертвования верующих являются особым случаем экономических и социальных отношений, поэтому на них не должны автоматически распространяться законы, регулирующие финансы и экономику государства, в том числе и государственное налогообложение. Радикальное изменение порядка налогообложения наносит непоправимый удар по экономической жизнеспособности религиозных организаций, и мы намерены добиваться внесения соответствующих поправок в Налоговый кодекс".

И, знаете, верим! Верим, что невообразимый фонд недвижимости, сокровища Гохрана, автопарки и земельные угодья, промышленное производство и негосударственный международный туризм (паломничество) – все это состоит из "добровольных жертв Богу" нищих старушек, которые, в основном, и посещают храмы. А значит, верим, что все это – огромные капиталы, пропагандистское содействие государству в возвращении общества в условия советского общежития, антирелигиозная борьба с иноверцами и прочее ‑ все это посвящено Богу. А раз так, то если проверять перечисленное на предмет соответствия законности – то есть, сделать подконтрольным общественной или государственной экспертизе, без чего никак нельзя подвергнуть налогообложению, то это окажется непоправимым ударом по экономической жизнеспособности религиозных организаций. Ни больше, ни меньше.

Церковная корпорация боится не уплаты налогов или каких-то других отчислений, а прозрачности. Как, впрочем, и все остальные "олигархи" нынешней власти, смертельно напуганные в свое время прецедентом открытия своих активов Михаилом Ходорковским. Трудно представить, как могло бы отреагировать даже наше смиренно равнодушное до поры общество, оказавшись информированным об основных направлениях деятельности церковной корпорации. Помните, как долго не утихали в 90-х возмущения по поводу вскрывшихся фактов церковной торговли табачными изделиями и спиртным? Но это была лишь верхушка айсберга, лишь "проба пера" в новых, незнакомых тогда условиях.

Михаил Ситников,
для "Портала–
Credo.Ru"


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-19 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования