Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
Комментарий дняАрхив публикаций ]
Распечатать

Пасхальная статистика и православие будущего. Именно на Пасху становится ясным, в какой форме будет выживать православие в российском обществе


Наверное, трудно найти сейчас православного священнослужителя, который бы не посетовал на "народную кладбищенскую Пасху". Среди служителей алтаря давно стало привычным с некоторой усталостью выражать недовольство тем, что большое количество граждан, презрев церковные службы, на Пасху и околопасхальные дни устремляется на кладбища, где в окружении могил, далеко не всегда увенчанных православным крестом, предается умеренным (или не очень) возлияниям и закусывает оные пасхальными яйцами. Самые ревнительские священники даже называют таких людей "гробопоклонниками".

Как сообщают компетентные службы ГУВД (а одних милиционеров на Пасху в Москве было 20 тысяч!), столичные кладбища посетили примерно 680 тыс. человек, их них на пасхальное воскресенье - 500 тыс. человек, а накануне, в субботу - еще 180 тыс. человек. Это меньше, чем год назад, когда кладбища посетили "всего" 640 тыс. человек.

Эти цифры свидетельствуют о том, что число наших сограждан, озабоченных связью времен и своими отношениями с усопшими предками, возрастает. И если посмотреть на этот процесс максимально отвлеченно, то в нем можно увидеть и положительную сторону. Если мы будем оценивать процессы, происходящие в духовной жизни населения современной России, не с точки зрения догматического православия, а с точки зрения социологической реальности, то надо будет признать, что именно народная религия и ее главный компонент – "любовь к отеческим гробам" - и есть именно то "православие", которое возрождается ныне по всей России. Православие для народа - это просто "религия наших предков".

Сами пасхальные службы в Москве, по данным того же ГУВД, посетили 359 тыс. человек. Это – только те, кто пришел "поглазеть" на крестный ход, а на ночных службах в ночь на воскресенье стояло и молилось всего-навсего 80 тыс. человек. Сравниваем это с численностью населения Москвы – процент не особенно впечатляющий. Впрочем, число людей, готовых отстаивать длинные ночные службы, серьезно готовиться к таинствам и внимательно слушать святоотеческие поучения, читаемые на пасхальной службе, никогда не было особенно значительным. Для сравнения вспомним, что в 2000 г. в православные церкви Москвы с молитвенной целью (а не "поглазеть") пришло не более 120 тыс. человек, а в 1992–1994 гг. – 180 тыс. В 2002 г. МВД предсказывало, что во всех пасхальных мероприятиях (включая Страстную седмицу, Пасху, Красную горку и Радоницу) примут участие примерно 15 млн человек по всей стране, то есть чуть более 10% ее населения. Данные по другим регионам подтверждают ту же картину – на главный православный праздник приходит (во всяком случае, по данным МВД и областных администраций) от 0,5 до 2,1 % населения. Вот это и будет более или менее реальная цифра граждан, готовых воспринять нечто большее, чем "народное православие".

Еще в конце 2003 г. патриарх Алексий в своем выступлении на епархиальном собрании Москвы с горечью сказал: "Храмы пустеют. И пустеют не только из-за того, что увеличивается количество храмов. Это естественный процесс, он будет продолжаться". Горевать тут особенно нечего. В церковь готово ходить все меньше народу просто потому, что это занятие слишком далеко от той обыденной жизни, которой живут люди, а социальные механизмы, заставляющие видеть в церковной практике отдушину, выход, освобождение от давящего унылого быта, еще (или уже) не работают.

В то же время "народное православие" с его культом мертвых, кулинарными обычаями, ритуальными возлияниями и подобными чертами всегда переплеталось с православием церковным. По этой причине чрезвычайно трудно вывести объективную статистку того, сколько же человек празднует Пасху. С одной стороны, ее празднует огромное количество народа, но с другой, большинство этого народа привержено, скорее, народному православию, а не церковно-догматическому. Именно "народное православие" сейчас социально востребовано, и миссионерский успех Церкви будет зависеть от того, насколько успешно она сумеет инкорпорировать это "народное православие" в свою практику.

Вопрос о спасении и восстановлении человечества Христом, который составляет главное содержание Пасхи для "глубоко воцерковленных" православных христиан, относится к таким трудным для понимания и возвышенным учениям, что удовлетворительно объяснить его без использования специальных понятий и без предварительной подготовки просто невозможно. По этой причине народное православие было и остается единственно возможным православием для огромной массы народа.

Сейчас особенных предпосылок для усвоения массой народа иного, более приближенного к церковно-догматическому пониманию, православия не наблюдается. И не стоит их ожидать в ближайшее время. Хотя и говорят, что ложь, правда и статистика – три разные вещи, однако "церковно-кладбищенские" неопровержимо свидетельствуют, за какой разновидностью православия будущее.

Алексей Муравьев, для "Портала-Credo.Ru"

[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-20 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования