Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
Комментарий дняАрхив публикаций ]
Распечатать

Вот и наступил Великий Пост. Наконец-то он перестал быть экзотикой и стал частным делом тех, кого это касается


А читатель-слушатель-зритель российских СМИ может еще с облегчением подумать: "Наконец-то это просто Великий Пост – а не "информационный повод", который теперь несколько дней будет муссироваться во всех программах и изданиях".

Похоже, через 15 лет после падения коммунизма наши СМИ и наши граждане к Великому Посту успели привыкнуть. Он перестал быть интересной экзотикой и, слава Богу, не превратился в какой-нибудь общенародный "праздник потребления" определенного рода продукции — вроде коммерчески раскрученных Нового года и 8 марта. К Великому Посту привыкли просто как к частному делу тех, кого это касается, – тех, кто постится. Если это как-то отражается на экономике, то, разве что, тех кафе и ресторанов, которые заводят у себя "постное меню". Но это как раз те пределы, в которых экономика и эортология (учение о праздниках и, шире, вообще об устройстве церковного календаря) как раз и должны помогать друг другу.

Популярность Великого Поста и популярность православного христианства в нынешней России – вещи пересекающиеся, но вполне самостоятельные. Так, подавляющее большинство тех, кто при социологических опросах называют себя православными, не постятся вообще и никак. И бесполезно им напоминать церковные каноны о том, что отказывающийся поститься отлучает себя от Церкви. О Церкви они имеют еще более смутное представление, чем о посте. Хорошо – но и это не всегда так – если они хотя бы просто веруют в существование Бога.

Но у поста есть собственный круг почитателей, далеко не исчерпывающийся сознательными православными. Пост популярен еще и как одна из полезных для здоровья диет – из проверенных и авторитетных, для уважающих традиции людей. Среди таких постящихся встречаются даже и атеисты, и, во всяком случае, среди них очень много людей, не задумывающихся об особой роли Церкви в своей жизни.

Появление тех и других – непостящихся православных христиан и постящихся нехристиан – дело абсолютно естественное.

Смысл слова "христианин" и даже слова "православный" в современном словоупотреблении никак не связан со строгими каноническими определениями этих терминов, согласно которым бессмысленно говорить о христианстве такого человека, который не исповедуется и не причащается регулярно и вообще не строит свою жизнь согласно учению Церкви. Если же в своем определении христианства мы будем руководствоваться одними собственными интуициями, то интуиции тех, кто не хочет поститься, имеют такое же право на существование, как и интуиции всех прочих.

Появление постящихся нехристиан тоже закономерно. В наше время модно "думать о здоровье" и принимать на себя разнообразные диеты, даже куда более строгие, чем христианские посты. А пост и на самом деле для здоровья полезен. Почему же тогда им не воспользоваться в целях светских?

Тут опять нечего возразить. Церкви от постящихся нехристиан вреда никакого, а самим этим людям и на самом деле будет польза — хотя только на земле, а не в Царствии Небесном. Пощение для мирских целей никак не приближает человека к Церкви, но и не настраивает против нее. К тому же, бывает, что человек стремится к Церкви бессознательно, и его внутренняя самоцензура мешает ему в этом себе признаться. Тогда ему нужны, до поры до времени, всякие отговорки, среди который сойдет и такая – "пощусь, мол, потому что для здоровья полезно". Так может выйти духовная польза даже из недуховного пощения.

Самое же главное – наконец-то пост стал в массовом сознании российских людей частным делом граждан, и это важный шаг в направлении к тому, чтобы таким же делом стала и вся в целом религия. А то пока что мы сидим несколько между двух стульев.

До 1991 года Россия не жила без религиозной государственной идеологии и светским государством не была. Сейчас, как все понимают, механического возврата к прошлому нет — ни к "до 1991 года", ни к "до 1913 года".

А что есть? А ничего и нет. Есть, разве что, проекты государственной идеологии от "традиционных конфессий", которые иногда рассматриваются государством – всегда вежливо, но никогда всерьез. Общая черта этих проектов — выработать и заставить функционировать отдельно от религии идеологическую составляющую той или иной исторически сложившейся в нашей стране религиозной практики.

На первый взгляд — привлекательно, так как много исторических примеров, кажущихся убедительными. Если же разбираться по существу — то абсурдно. Так, наличие в нашей истории Минина и Пожарского, равно как и Александра Невского, подразумевает, что когда-то наши предки были способны вести религиозные войны — ведь именно религиозной была мотивация войн в этих и во многих других случаях, да и вообще как и мотивация самого существования Российского государства. Большевики сообразили не отказываться от этой схемы, а лишь модифицировать для собственных нужд.

Но современное российское общество – не исключая и "представителей традиционных конфессий" – это именно общество, уставшее от религиозных войн. В нем еще возможны отдельные религиозные фанатики, но уже невозможны массовые религиозные движения с этими фанатиками во главе. Идеологии "светской религиозности" строятся на абсурде: на елку влезть и штаны не порвать — получить только результаты религиозной консолидации общества, но отказавшись нести ее тяготы.

Конечно, и во все века большинство людей были малорелигиозными. Но они все равно были другими: они внутренне соглашались, чтобы стратегические направления их собственной жизни определялись не ими сами, а сознательно религиозными людьми. Конечно, и во все века большинство людей соглашаются, чтобы стратегическая направления их собственной жизни определялись не ими самими, — но современные люди просто перестали понимать язык религиозной мотивации.

Его перестали понимать даже сами авторы проектов "традиционных конфессий" – проектов такого типа, что настоящие религиозные люди прошлого могли бы выдумывать только в качестве тактического приема, а не постоянной государственной идеологии. Как, например, большевики, создавшие в октябре 1917 года коалиционное правительство с левыми эсерами и анархистами. Но ведь наши нынешние авторы идеологического триумвирата православия, ислама и иудаизма с примкнувшим к ним буддизмом, собираются создавать такую коалицию всерьез. Да, пожалуй, они ее уже и создали в виде какого-нибудь Совета при президенте и тому подобных представительских форумов.

Почему же такие коалиции в наших условиях стабильны? — А только потому, что они ничего не делают, и делить им – в окружающей реальности, а не в разговорах и театрализованных религиозных действах, – нечего.

Но государственная идеология должна быть совершенно противоположной. Она должна быть такой, чтобы за нее можно было воевать.

Нынешнее поколение еще может прожить просто по инерции старого, но в следующем поколении, если государственной идеологии не появится, развал государства — особенно нашего государства, имперского типа – неизбежен. Но я уверен, что государственная идеология появится.

Просто ее создание — не дело нашего поколения 40-летних, которые родились еще в "Египте". Это дело тех, кто родился сейчас — в 1990-е годы и позже. Наше поколение еще сможет продержать страну 10-15 лет, необходимых, чтобы успеть передать ее в их руки.

А наше поколение — это поколение, которое они, если все будет хорошо, будут чтить как поколения своих Моисея и Аарона, и они простят нам, даже если мы и на самом деле не 15, а значительно больше лет заставим их плутать по пустыне (все же, откровенно говоря, цифра 40 меня ужасает и реалистичной не кажется; мне хочется верить, что мы с нашей пустыней управимся лет за 20-25, из которых 15 уже прошло).

Нам есть, что сказать молодому поколению, и есть, чему его научить. Но есть одно, чего нам ни в коем случае не надо пытаться делать, — это пытаться самим лезть обустраивать Землю обетованную. Не будем забывать, что даже Моисей смог увидеть эту землю только издали и лишь перед самой смертью.

Самое же главное, чему мы должны научить следующее поколение, — это не политические навыки и технические знания, но, прежде всего, религия (м.б. лучше – вера? Тогда замени всюду далее.). Именно религия в чистом виде, без всяких нагрузок посторонней идеологии — государственной или национальной.

Религия не является делом только лишь частным, но становиться делом общественным, не изменяя самой себе, она может только тогда, когда она устойчива именно на уровне частном. Другими словами, когда есть некоторая прослойка серьезно верующих, но при этом и серьезных в других отношениях людей. Сейчас такой прослойки нет: верующих всерьез вообще очень мало, и, в подавляющем большинстве, это социальные аутсайдеры. Мы должны постараться, чтобы она возникла хотя бы в следующем поколении. А дальше – следующее поколение разберется без нас.

Если ему понадобится религиозная государственная идеология, то оно (оно, но не мы!) создаст и ее. Если светская — то найдет формы светской. В конце концов, если не "Третий" и не "Второй", то первый Рим держался на идеологии именно светской, которая потому и смогла так легко быть воспринятой и христианством.

А религиозное воспитание – оно нам необходимо, но именно потому, чтобы не испортить, нельзя его отдавать нынешнему государству и паразитирующим на нем бюрократическим аппаратам "традиционных конфессий".

Итак, нынешний Великий Пост – это еще один момент, когда мы – и верующие, и все остальное общество, можем лишний раз вспомнить, что религия дело важное, но дело частное.

Обоснование этого секулярного тезиса у нас получилось тут слегка окрашенным в мессианские тона, но ведь мы и старались его строить на почве той религии, само название которой образовано от слова, являющегося греческим переводом еврейского "мессия" – христианства.

Иеромонах Григорий (Лурье),
для "Портала–
Credo.Ru".


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-20 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования