Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
Комментарий дняАрхив публикаций ]
Распечатать

За кем идет девушка в чадре?


Новый террористический акт на Тушинском поле в Москве не мог оставить равнодушными верующих и официальных представителей различных конфессий России. Если рассматривать этот теракт в более широком политическом контексте, то становится очевидной функция, которой его наделили те, кто спланировал и осуществил его. Эта функция заключается в переключении общественного мнения с "регулярного" режима на "аварийный". Как удачно высказались об этом в сети, "взрыв произошел в медиапространстве, взвинченном информационными ожиданиями, после последних громких арестов и разоблачений. "Что-то еще должно случиться…"". Практики террора работают уже сейчас на выборную кампанию и прогнозируют "переключение" избирательских симпатий на тех, кто "решает чеченскую проблему", а не ловит каких-то "милицейских растратчиков".

В этом контексте не вполне мотивировано звучат слова из заявления Патриарха Алексия II, который именует террористов "людьми, ослепленными безумием". Действиями тушинских тактиков могло руководить все что угодно, кроме безумия. В реальную политику безумцев не берут, как не берут туда людей фанатично верующих. От них только суета и помехи всякие. Реальный политик не меряет эффект людьми (их количеством), а меряет соотношением затрат и качеством запущенных процессов. Поэтому вышедшее из ОВЦС МП заявление Патриарха выглядит оторванным от жизни ритуальным актом со столь узнаваемыми "миротворческими" заявлениями о том, что "никакая религия, никакие убеждения не могут оправдать пролития невинной крови".

Теракт в Тушино связан не с исламом, а с российской электоральной борьбой и с объемом и формой распределения финансовых потоков, направляемых в Чечню. Однако основные исламские политические игроки российской сцены сочли необходимым в очередной раз откреститься от "исламизма", указав, что он не имеет ничего общего с исламом. Да, действительно, на уровне анализа это понимает всякий, кот даст себе труд задуматься о соотношении религиозного принципа ислама (верности и покорности) и насилия. Логика терактов порождена современной политической конъюнктурой, способами обработки информации в СМИ, каналами и способами воздействия общественных сил на политику государственных структур.

Движение "Мусульмане России" предостерегает как мусульман – от неосторожного и чересчур явного проявления солидарности с террористами, так и всех вообще граждан РФ – от ассоциации ислама с терроризмом. Ислам противостоит терроризму и не может оправдывать его, но исламские общества, особенно слабо или вовсе не интегрированные в мировую социально-экономическую систему, не могут не продуцировать "протестную энергию", которая в свою очередь может опереться на психолого-социальный ресурс ислама. Нечто подобное мы видим и в России, где официальная позиция РПЦ МП может порой достаточно сильно расходиться с тем, во что верует народ. Так в разных социальных средах можно встретить бытование идей и мифологем, с которыми безусловно не согласится ни один высокопоставленный и ответственный церковник (например о "русском народе-богоносце", о "жидо-масонском засилии", о "американском сатанизме", о необходимости вставать на смертный бой за веру православную против баптистов и "сектантов" и т.д.).

Со своей стороны, главный раввин России (ФЕОР) Берл Лазар провел прямую параллель с ближневосточной ситуацией и указал на "дестабилизацию межнациональных отношений" как на цель террора. Попытка средствами пиара связать чеченских террористов с арабскими – идея столь же очевидная, сколь и бесперспективная. Если арабы борются за самостоятельное государство, то организаторы тушинских взрывов – за кусок ворованного финансового пирога. Гораздо ближе к истине верховный муфтий Талгат Таджуддин (ЦДУМ), который несмотря на в целом довольно предсказуемое официальное заявление справедливо говорит, что теракт совершен "с одной целью - сорвать выборы президента Чечни". Тут есть своя правда, высказанная с восточной осторожностью: проблема – не в том, что "враждебные идеи ваххабизма и религиозного экстремизма" захватывают умы россиян, а в том, что "не тот" президент Чечни может нарушить равновесие политических и конфессиональных элит, с трудом установившееся на пространстве России. А особенно на Северном Кавказе.

Со своей стороны Союз православных братств видит в тушинском теракте хороший повод напомнить, что давно пора "всех черных из Москвы извергнуть", согнать их бондустаны в "зону оседлости" и очистить рынки от "лиц кавказской национальности". "Доколе в Москве и России будут греметь взрывы и гибнуть люди?" -- риторически вопрошает заявление СПБ, прозрачно намекая на то, что если товарищи-"представители нынешней власти" не пойдут на предлагаемые меры "этнической зачистки", то православный избиратель их больше не изберет.

А как же сам избиратель, народ, спросит читатель? Простым людям видно как то, что "паны дерутся, а у холопов чубы трещат" (т.е. народ платит жизнями за политику властей), так и то, что враг – понятие максимально отвлеченное, связанное скорее с абстрактной этничностью ("злой чечен", "люди кавказской национальности", "черные"), чем с религиозной принадлежностью. Народное сознание постсоветского человека по-своему экуменично ("не важно, какой ты веры, а важно, какой ты человек"), но при этом этнически ориентировано. А вот для того, чтобы народ вместо терактов ходил на выборы, надо о нем заботиться, причем не так, как это принято сейчас, "по остаточному принципу", а всерьез и долго. Тогда Аси Гишлуркаевы не попадут в агентства "черного пиара" новоявленных политворотил, думая, что идут отмщать за убитых мужей-ваххабитов.

Исламизм и религия - две параллельные системы. Религиозный интерес начинается и развивается там, где кончается политическая ангажированность. Там, где религия обслуживает политические интересы ("возрождение отечества", "осовобождение родины от гяуров", "выборы нашего кандидата" и т.д.), она перестает быть религией, но завлекает людей подобно водовороту. Религиозный интерес появляется там, где кончается политизация религия и манипулирование ею в интересах политических элит.


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-19 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования