Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
Комментарий дняАрхив публикаций ]
Распечатать

Построение линии обороны: итоги Всеправославного собора с точки зрения реальной политики


Не будем совершать ошибку наивных людей и пытаться понять значение прошедшего на Крите собора из его документов. Это занятие для гурманов, которым важны какие-то тонкости подковерной игры «священноначалия». Смысл собора, как уже было правильно заявлено, отнюдь не в его документах, а в нем самом. Как здорово, что мы все здесь сегодня собрались, — воспели иерархи «мирового православия», — и особенно здорово то, что среди нас нет «этих самых». — Вот, собственно, в этом и есть все значение собора. Разговор о соборе по существу на этом заканчивается. Ниже я просто напишу какие-то пояснения к этому единственному тезису.

Предыстория такова. Когда в конце 1940-х годов началась Холодная война, Сталин создал в ней особый церковный фронт. На этом фронте война шла между Москвой и Константинополем. Силы были примерно равны, и поэтому прорыва на церковном фронте не случилось. Возобладали силы взаимного сдерживания. Потом настоящая Холодная война кончилась поражением одной из сторон. Но церковный фронт не рухнул автоматически, так как он простоял слишком долго, и слишком многие силы были заинтересованы в сохранении равновесия. В принципе, для миноритарных акционеров «мирового православия» выгоднее иметь возможность маневра между двумя большими центрами силы, нежели иметь дело с монополией. Эту стабильность внешнеполитического положения РПЦ МП не могли не заметить государственные власти РФ, которые тогда же, в самом начале 1990-х, стали оказывать ей чрезвычайные преференции — и все это под публичное пение демократических мантр о светскости государства.

Но стабильность стабильностью, а война войной. После крушения СССР за внешней стабильностью РПЦ МП уже не было прежней прочности, и поэтому Константинополь периодически прощупывал ее оборону на отдельных участках. Было очевидно, что главный театр военных действий — Украина. Для победы если не во всей войне, то в ее решающей битве Константинополю следовало добиться отрыва от Москвы украинских приходов и придания им совершенно любого статуса, но лишь бы союзного Константинополю и враждебного Москве. Канонически для принятия нужных решений Константинополю не был нужен никакой собор: с точки зрения церковного права, Украина никогда не выходила из Константинопольского патриархата. Но собор был нужен для того, чтобы заранее создать такую линию обороны, о которую разобьется реакция Москвы после отторжения от нее Украины (а затем и других территорий: Молдовы, Эстонии, Латвии и так далее, включая что-то и в Западной Европе). Иными словами, нужно было изыскать способ разрушить прежнее «сталинское» равновесие и перегруппировать Церкви «мирового православия» так, чтобы на стороне Константинополя возник убедительный перевес.

Эту задачу и выполнил критский собор, а первое лицо РПЦ МП подыграло Константинополю неподражаемыми особенностями своего характера — обостряя все, что только можно было обострить. Константинополю была нужна максимальная поляризация, и поэтому непоявление РПЦ МП на соборе — это идеальный для него вариант. Это самая очевидная демонстрация изоляции РПЦ МП. Если бы делегация РПЦ МП приехала, то она бы уже одним этим размазала картину, но, к тому же, имела бы шансы создать некое политическое «болото» поместных Церквей между Москвой и Константинополем. Но такая политика требовала бы умения переносить личные унижения, а это для предстоятеля РПЦ МП исключено. Поэтому вместо личных унижений теперь будут дополнительные унижения всей его организации, причем, не только от «вражеского» Константинополя, но и от Кремля (среди авторитетных бизнесменов не принято уважать тех, кто разоряется по собственной глупости).

Изоляция РПЦ МП зашла гораздо дальше, чем можно было предвидеть. В последний момент от нее отказалась даже Сербская патриархия. Ее Патриарх не только принял абсолютно лояльное Константинополю участие в соборе, но и дал интервью о том, что Украина является заботой всего «мирового православия», не только РПЦ МП. Позже интервью было удалено из «YouTube» и с сайта «Katehon», для которого оно первоначально и бралось.

Не помог также и Афон, хотя с ним работали усиленно. Говорили, как всегда, о консервативных ценностях, но обещали, судя по разным признакам, ценности более реальные. Даже живого Путина привезли (и если это оказалось зря, то Путину может быть не очень приятно).

С кем осталась РПЦ МП? С Антиохией? — Это слабый и очень временный союзник – до тех пор, пока ситуация в Сирии не стабилизируется. Его позиция связана даже не столько с участием России в войне в Сирии, сколько с участием в этой войне Катара, финансирующего часть исламистской оппозиции. Иерусалимский патриархат нарушает все правила и договоренности, залезая в Катар и не пуская туда Антиохию, очевидно, потому, что смог договориться с тамошней государственной властью. А для бедных восточных патриархатов это доступ к большим для них деньгам. Выйдет Катар из войны в Сирии — и Иерусалимский патриархат выйдет из Катара, а Антиохия вернется в орбиту Константинополя.

С Болгарией? — Но это очень мало и дешево. Госцерковь Болгарии полностью зависит от правительства, так как весьма далека от крайне секуляризированного болгарского народа. А правительство зависит от НАТО.

С Грузией? — Да, пожалуй, с Грузией. Но правительство Грузии, «если что», не захочет конфликтовать с правительством Украины.

Ни Грузия, ни Болгария, ни Антиохия Украину под властью РПЦ МП не удержат.

Вот и все итоги собора.

Епископ Григорий (Лурье),
для «Портала-Credo.Ru»

Пожалуйста, поддержите "Портал-Credo.Ru"!


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-20 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования