Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
Комментарий дняАрхив публикаций ]
Распечатать

Новый жупел Кремля. Независимо от того, виновен или нет о. Глеб Грозовский, его дело имеет большое политическое значение


Предупредим сразу: правды в этой истории мы не узнаем, скорее всего, никогда, или, по крайней мере, в обозримом будущем. Отчасти будут правы те, кто скажет, что правду в этой истории нам знать и вовсе неполезно. "Кто ты, судящий чужого раба?" Занимался ли о. Глеб Грозовский педофилией или нет – дело не наше, а Божие, его совести, его семьи, епископа, жертв, если таковые есть, и правоохранительных органов (в эффективности которых в современной РФ автор этих строк имеет некоторые основания сомневаться). Мы будем выяснять не это, а некоторые принципиальные вещи, которые актуализировала история Грозовского для всех нас; над которыми, по крайней мере, стоит задуматься.

Самая очевидная, лежащая на поверхности вещь: а есть ли педофилия в Церкви, как она там возможна и как с нею бороться? Да, не только современный общемировой опыт, но и древнее каноническое право показывают: педофилия в Церкви есть. Ну, не в Церкви, строго говоря, как в Теле Христовом, потому что, по апостолу Павлу, "таковые Царствия Божия не наследуют", а в церковной структуре, религиозной организации. Более того, она там не просто есть, а играет кое-где "системообразующую" функцию, скрепляя круговой порукой причастия общему греху закрытые кланы-ордена, порой добивающиеся, за счет своей общей тайны и порождаемого ею тесного союза, высокого положения и влияния. Подобное есть и в светской политике – в частности, российской. Историки утверждают, что советская власть по-своему использовала этот порок, назначая причастных к нему на церковные должности, где легко могла ими манипулировать с помощью шантажа. Слабых духовно и, так сказать, аскетически неподготовленных людей специально вовлекали в этот или подобный ему грех, чтобы связать узами повиновения и страха перед властью на всю оставшуюся жизнь.

Теоретической, так сказать, базой для педофильского или – скажем шире – выраженно греховного образа жизни является "учение" о том, что земное благополучие, земные наслаждения вполне совместимы с верностью Христу в современных условиях. Конечно, в Евангелии написано несколько иначе, но это "книга символическая", не стоит воспринимать ее слишком буквально, а любой фанатизм, снобизм, радикализм и прочий "изм" вообще вреден для здоровья. Вам сразу укажут на какого-нибудь несчастного послушника, который стал творить Исусову молитву – и сошел с ума. Таким образом, в "реальном православии", утверждает эта "теория", есть красивая риторика-символика (в частности, Евангелие, которое мы целуем), а есть конкретный "духовный опыт" (ну, того же аввы-митрополита Никодима) о том, как это красивое сочетать с реальной жизнью в современном мире, в современных ритмах и с современными целями. "Опыт" того, где и как можно допустить какое-то "послабление", где и насколько необходимо "открыть вентиль", дабы давлением аскетического пара не разорвало котел, и дабы этот разрыв не принес "вред Церкви". Этот весьма "практически полезный опыт" удивительно перекликается с аналогичным опытом у партнеров по экуменическому диалогу, поэтому часто наиболее продвинутые теоретики "реального православия" (используя это словосочетание, мы имеем в виду аналогию с циничной, но неизбежной "реал политик") являются экуменистами. Хотя в наше время они есть и в противном лагере. Безусловно, близость к потокам ("Зенит" - "Газпром" - "Синдесмос") душу с телом также расслабляет и посту с молитвой не всегда благоприятствует. Что бы там ни говорили, но богатство или даже достаток – не евангельский стиль жизни, увы…

Тут мы снова оговоримся, что не имеем в виду лично о. Глеба Грозовского – просто неистовый шум вокруг его дела заставляет все это проговорить. С одной стороны (светская активность, гламур, благосклонное отношение к дорогим подаркам, отсутствие пристрастия к частому и уставному богослужению, экуменизм и т.п.), кто-то видит в нем признаки такого "реал-православного". С другой стороны (искренность и открытость, добрый нрав, крепкая семья, любовь прихожан, талант проповедника-миссионера, отказ от карьеры футболиста в пользу священного сана и т.п.), кто-то готов поручиться за его порядочность и создает общецерковное движение в его защиту. Священноначалие при этом выжидательно молчит (об этом мы еще поговорим ниже). Правы и неправы могут быть и те, и другие – эффективного церковного суда, а тем более эффективной правоохранительной системы ведь в современной России нет. Да и "кто ты, судящий чужого раба?"

Впрочем, несколько слов о личности обвиняемого и о "личности" обвиняющих сказать нужно. О. Глеба называли "духовником футбольного клуба "Зенит", в котором он когда-то играл. Такому именованию были определенные основания, но клуб, в принципе, поддержавший своего соратника в тяжелый для него час, одновременно и как-то не совсем ловко от него отрекся. Это не делает чести клубу – впрочем, от него никто и не ждал политической свободы. А дело здесь, похоже, действительно отдает политикой. Семья о. Глеба не столь уж далека от нынешнего патриарха РПЦ МП, который лично, будучи ректором, принял отца нынешнего обвиняемого (протоиерей Виктор Грозовский, умер в 2007 году в довольно раннем возрасте) сразу на третий курс семинарии. Дед нынешнего обвиняемого, Иосиф Зеликович Грозовский, был в свои 30 лет высокопоставленным сотрудником "Известий", но в годы репрессий попал в Норлаг и там погиб. Таким образом, как выходец из еврейской семьи, о. Глеб имеет все шансы на израильское гражданство – поэтому, когда дело только начали "лепить" (летом нынешнего года), ему дали "коридор", которым он благополучно воспользовался. Учитывая подчеркнутые угрозы Следственного комитета (а именно этот, чисто политический, репрессивный орган путинского режима пошел тараном на Грозовского, безответственно называя его в телеэфире "педофилом", плюя, в свойственной ему манере, на презумпцию невиновности) арестовать священника на границе, вряд ли он из Израиля вернется. Робкие попытки "православной общественности" связать "гонения на батюшку" со спором за участок земли в Гатчинском районе или с бытовым конфликтом на острове Коневец неубедительны: делами с подобным "гешефтом" Следственный комитет не занимается, здесь явно что-то более серьезное. Это очередной "звоночек" высокому покровителю семьи священников Грозовских с самого Олимпа: подмечено, что именно по осени между патриаршей и президентской резиденциями под Геленджиком пробегает черная кошка… Может, погода, конечно, влияет, но вряд ли только она. Здесь Кирилл Фролов со своей дежурной конспирологией отчасти даже и недалек от истины. Впрочем, это слабое утешение для родителей детей (да и для самих детей), если те действительно стали жертвами педофилии, в чем якобы не сомневается великий и ужасный Следственный комитет РФ…

Но какой же конкретно сигнал шлет Олимп в уставший от этих сигналов Чистый переулок? В том-то и проблема, что стиль путинской сигнализации – предельная нечеткость. Страшно, а что конкретно надо делать – непонятно. "Чтоб не расслаблялись…". Если все-таки искать конкретики, то нельзя исключать, что Кремль всерьез опасается пропагандистского ущерба для себя от скандалов вокруг морального облика сановников РПЦ МП, когда уже не удержать от попадания в прессу некоторые подробности того, что следует делать молодому церковному карьеристу, "желающему епископства". Упивание вином внезапно свалившегося богатства, "в немже есть блуд", завело далеко и действительно стало рассматриваться как "угроза информационной безопасности", то есть стабильности режима, тесно сросшегося с РПЦ МП. То есть сигнал № 1: "обуздать содомию!" Сигнал № 2: Московская патриархия вовсе не является для Путина неприкасаемой священной коровой, любые проблемы с которой всегда будут решаться кулуарно и полюбовно. При необходимости, "мочить в сортире" (извините за это навязчивое путинское выражение – пошлый девиз его эпохи!) будут и деятелей РПЦ МП, если они намерены наращивать свои амбиции в сфере перераспределения фондов и финансирования. Сигнал № 3 (уже, наверное, больше для церковного сообщества, ну и для части бизнеса одновременно): В.М. Гундяев не является достаточно мощным лоббистом, не стоит через него "решать вопросы" или рассчитывать на эффективность его влияния на президента, а также злоупотреблять этим каналом. Психологически Путину легче послать патриарху такой сигнал непрямо, через информационное поле, чем каждый раз в чем-то отказывать при личной беседе. А раз сигнал раздался прямо сразу после путино-гундяевской встречи в День народного единства 4 ноября, значит именно эта встреча могла чем-то сильно не понравиться одной из сторон. Осталось теперь догадаться, ну или узнать – чем именно…
Но вернемся из кремлевских кулуаров в РПЦ МП. Ведь вот что должно быть особенно неприятно и ужасно ее клирикам: всякий раз в случаях, подобных делу Грозовского, священноначалие РПЦ МП, хотя речь идет о его собственных клириках, ведет себя так, будто обсуждаются обычные светские преступники. Священноначалие безвольно полагается на решение (то есть в большинстве случаев произвол) правоохранительных и судебных органов. Ни о каких внутренних, канонических расследованиях, несмотря на то, что на бумаге существует церковный суд, а в большинстве епархий созданы дисциплинарные комиссии, речь не идет. Сложилась система, прямо противоположная тому, за что боролся патриарх Никон (в целом, почитаемый в РПЦ МП): если при нем государственные чиновники не могли судить за уголовные преступления не то что клириков, но даже и патриарших крестьян, то теперь при малейшем намеке на уголовщину патриархия без разговоров отдает своего клирика на растерзание правоохранителям, которые, по единодушному мнению всего общества, включая президента РФ, являются весьма коррумпированным, а значит – криминальным формированием. Таким образом, у РПЦ МП практически не остается собственной юрисдикции, "но и весь суд отдала" она светской государственной власти. Заметим, речь идет не о собственно уголовном суде, а о каноническом, ведь уголовный приговор "басманного" суда может быть очень даже неправосудным и необъективным. А канонический суд, наверняка зная о таких особенностях "басманного" суда, заранее умывает руки и принципиально отказывается самостоятельно разбираться в виновности клирика, приговаривая его, скажем, к лишению сана не потому, что он действительно совершил тяжкое каноническое преступление, а потому, что так решил какой-то коррумпированный "басманный" судья, точнее – этому горе-судье так приказал коррумпированный чиновник высокого уровня. Хуже того – самой церковной структуре, включая "народ церковный", как будто дела нет, праведно или неправедно оклеветан тот или иной клирик. Дескать, не наше это дело, "в прокуратуре разберутся". Не лучше ли пойти в десант, где хоть "своих не сдают"?

Александр Солдатов,

"Портал-Credo.Ru"

 

 

[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-19 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования