Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
Комментарий дняАрхив публикаций ]
Распечатать

Недавнее прошлое и близкое будущее: РПЦ МП в свете теории катастроф


Скелет живого существа состоит из неорганических веществ, обеспечивающих прочность, и органических, обеспечивающих гибкость. Скелет РПЦ МП как тоже живой организации состоит из иерархии хозяйственных ячеек (приходов, епархий и т.д.), обеспечивающих ей прочность, и носителей интеллектуального потенциала, обеспечивающих ей гибкость.

Носители интеллектуального потенциала занимаются разными вещами. Можно сказать, что среди них довольно обособленно держится сословие, занятое разработкой только экономических схем, а вот, скажем, разработка административных идей и идеологии, как внутренней, так и внешней, — это дело, примерно, одной небольшой группы людей.

Поэтому административно-идеологический потенциал (АИП) РПЦ МП — это нечто, существующее в реальности и, в принципе, могущее быть измеренным методами социологии. Если смотреть на соответствующие формулы, то можно сказать, что АИП — это аналог энергии для физической системы (поэтому я тут и использую понятие потенциала), или, если угодно, интеллектуальная энергия в социальной структуре (точнее, составляющая этой энергии, не связанная прямо с обслуживанием экономических нужд).

В 2012 году именно с этим административно-идеологическим интеллектуальным потенциалом РПЦ МП произошли такие изменения, что  теперь очень многое можно о нем сказать лишь на основе качественных наблюдений, без точных социологических замеров. Так всегда бывает, когда  какая-либо величина меняется очень резко: сам факт резкого изменения важнее, чем абсолютные цифры, в которых он выражается.

Ситуации, когда в ответ на изменение каких-либо управляющих параметров зависимая от них переменная начинает вдруг меняться не так, как  она менялась раньше, а очень резко, в математике называются катастрофами. Для них разработана так называемая теория катастроф, в которой, в частности, доказывается, что если зависимых переменных не более двух, а управляющих параметров не более трех, то возможны катастрофы только семи элементарных видов. Огромное количество природных и социальных явлений описывается одним из этих видов или сочетанием нескольких из них.

Происходящее сейчас с АИП Московской патриархии имеет ряд признаков катастрофы в этом - математическом - смысле, и ниже мы их обсудим, пытаясь выяснить также и конкретный вид катастрофы, и его вероятные последствия.

Катастрофа внешнего имиджа РПЦ МП

К предмету наших рассуждений будет перейти проще, если сначала мы рассмотрим более очевидное явление, повлиявшее и на интересующую нас  катастрофу. А именно - рассмотрим катастрофу имиджа РПЦ МП в светских СМИ и общественном мнении. На жаргоне самой РПЦ МП это получило название «информационная атака на Церковь» или даже «информационный террор против Церкви».

Разумеется, у этого явления есть и конспирологическая версия, которой, видимо, искренне держится верхушка РПЦ МП. На критике этой версии мы задерживаться не будем, но просто отметим, что она потребовала бы совершенно неслыханной мобилизации ресурсов, которую никакому отдельному центру или группе центров осуществить не под силу, и которая вообще не бывает нужна в таких случаях.

Пример информационной катастрофы имиджа РПЦ МП удобен тем, что он относится к хорошо изученному в рамках теории катастроф явлению — перемене отношения (attitude).

При некатастрофическом развитии массовое отношение к чему-либо изменяется монотонно (плавно) в зависимости от степени положительности (или отрицательности) получаемой информации. Чем более позитивные вещи мы о чем-то узнаём (уже с учетом наших способностей оценивать информацию критически), тем лучше мы к этому относимся; и наоборот. Тут не может быть никакого катастрофического развития, хотя может быть существенное повышение или понижение оценки. Оценка явления — это и есть независимая переменная. Она тут одна. Управляющий параметр пока тоже был только один: содержание информационного сообщения (степень его положительности в наших глазах, с учетом критической фильтрации содержания). Пока не появляется другого управляющего параметра, тут катастрофического развития быть не может.

Но второй управляющий  параметр появляется. На привычном языке анализа массового восприятия он называется involvement («вовлеченность»). Тут имеется в виду степень нашей заинтересованности в том, чтобы явление было положительным (или отрицательным), поэтому можно иначе назвать этот параметр предвзятостью. Тогда плавная и некатастрофическая реакция будет по-прежнему наблюдаться в отношении тех явлений, которые не столь интересны, и в отношении к которым предвзятости нет, а в отношении того, к чему есть предвзятость, будет совершенно иное восприятие информации. Предвзятость станет фактором расщепления, или, иначе, источником бифуркации, то есть она-то и приведет к катастрофе.

На рисунке 1 изображен в виде плоской поверхности в трехмерном пространстве потенциал системы, в которой одна независимая переменная (отношение к явлению; ее значения откладываются по вертикальной оси от отрицательных значений внизу до положительных вверху) зависит от двух управляющих параметров — предвзятости, т.е. важности вопроса для аудитории (это так называемый расщепляющий параметр), и степени позитивности информации (так называемый нормальный параметр).

Для грубого анализа общественного мнения такая модель, где всего одна переменная и два управляющих параметра, дает хорошие результаты, хотя для более тонких исследований ее нужно было бы усложнить (и рассматривать более сложные элементарные катастрофы). Потенциал отношения к явлению при некатастрофическом развитии меняется соответственно той части поверхности, которая близка к линии 1. При больших значениях предвзятости, однако, переменная меняется по линии 4, т.е. проходит через катастрофическое изменение. Начиная с некоего значения предвзятости, поверхность потенциала начинает образовывать как бы сборку на ткани, и поэтому катастрофа такого типа называется катастрофой сборки. На плоскости справа дана проекция этой сборки в виде криволинейного треугольника: его вершина (точка сборки) появляется при некотором критическом значении предвзятости, а с дальнейшим усилением предвзятости сборка на поверхности потенциала расширяется. Это и соответствует катастрофическому изменению зависимой переменной — то есть изменению отношения к явлению. Расхождение ребер этого криволинейного треугольника — это и есть бифуркация (разделение на два потока) - то, что делает катастрофу.

Линия 2 показывает, что с увеличением предвзятости позитивная оценка явления становится более позитивной, чем если бы та же информация воспринималась без предвзятости, а линия 3 показывает, что с увеличением предвзятости негативная оценка явления становится более негативной, чем при столь же негативной информации, но без предвзятости. Иными словами, предвзятость делает хорошее более хорошим, а плохое более плохим. Что же касается нейтральной информации, то она перестает восприниматься как нейтральная, а воспринимается поляризовано — как либо положительная, либо отрицательная.

Изменение тональности СМИ и блогосферы по отношению к РПЦ МП в 2012 году описывается как раз такой катастрофой сборки. Огромный потенциал доверия, который когда-то имела эта организация в глазах общества, сыграл тут с ней злую шутку, обернувшись фактором бифуркации. Шутки бы не произошло, если бы не такой контраст реальности РПЦ МП и ее имиджа, т.е. если бы в РПЦ МП меньше лицемерили, причем, не обязательно были бы более праведными, а хотя бы и неправедными. Тогда простое открытие истины о буднях этой организации и ее менеджмента не становилось бы такой информацией, в которую люди не хотят верить (это их нежелание верить в плохое относительно РПЦ МП было той самой предвзятостью, из-за которой процесс стал катастрофическим).

Но люди, даже весьма оппозиционные к правительству, не хотели верить в то, что РПЦ МП не лучше прочих государственных институтов. Без всякой внешней цензуры даже либеральные СМИ не хотели давать никакого «негатива» по РПЦ МП. Это отражало общественный консенсус в отношении к РПЦ МП, который описывался линией 4: значение всех негативных сообщений принижалось, а позитивных – преувеличивалось. В самой РПЦ МП этому радовались и думали, что так будет всегда. Но на самом деле, когда тебя оценивают так неадекватно, это может быть выгодно только сиюминутно. Жить с этим нельзя, т.к. постепенно какие-то сообщения будут просачиваться через фильтры предвзятости, и когда-нибудь, поскольку в реальности источник негатива не иссякает, наступит момент, когда все перевернется, и это будет катастрофически — именно так, как в течение 2012 года отношение к РПЦ МП в информационной сфере сменилось с резко положительного на резко отрицательное. Это тоже катастрофа сборки, которая может быть проиллюстрирована с помощью рис. 1, только теперь мы будем использовать этот рисунок не для демонстрации специфики предвзятого взгляда, а для демонстрации динамики отношения к РПЦ МП.

Понимание предвзятости остается прежним, а в качестве независимой  переменной у нас теперь не оценка отдельного сообщения об РПЦ МП, а отношение к РПЦ МП в целом, а в качестве так называемого нормального управляющего параметра (не создающего бифуркации) — нарастание отрицательного информационного фона, а, точнее, снижение положительного. Теперь на рис. 1 описывается не статическая ситуация, а процесс. Время идет справа налево — в сторону уменьшения положительного информационного фона. 2012 году соответствует участок  между двумя стрелками, идущими от цифры 4, — т.е. участок катастрофы. Как видно из рисунка (формы линии 4), нужно прогнозировать дальнейшее устойчивое снижение имиджа РПЦ МП в СМИ до тех пор, пока или РПЦ МП в ее нынешнем виде, или общество в своем нынешнем виде, или то и другое не прекратят свое существование.

В геологии катастрофы сборки часто приводят к провалам. Вот в такой провал в общественном мнении свалилась РПЦ МП в 2012 году.

Рис. 1 (Рисунок из презентации  B. Latané «The Catastroph of Attitudes»).

Разочаровавшиеся интеллектуалы

Теперь можно перейти к обсуждению нашей основной темы: что изменилось в административно-идеологическом потенциале РПЦ МП. Нам нужно будет оценить не одну зависимую переменную, а две: не только отношение к администрации РПЦ МП, но и готовность к активным действиям («бунту»).

Эти переменные зависят друг от друга, и потому их надо будет рассмотреть в рамках общей модели, но они разные. В ставшей стандартной для теории катастроф социологической проблеме «тюремного бунта» рассматривается готовность к бунту, но при этом очевидно, что она в тюрьме распространена далеко не так, как отрицательное отношение к условиям тюрьмы. Поэтому и нельзя путать две наши переменные.

Внешнее давление негативного отношения общества повлияло на внутреннее состояние носителей АИП. Некоторые механические (назовем их так) разрушения особенно очевидны — как, например, уничтожение той пресс-службы Патриарха, которая могла говорить на языке, понятном и интеллигенции, и администрации президента. На этом фоне (потери общего языка с администрацией президента) даже не столь уж важны исчезновения из информационного пространства или переход в бесконтрольное плавание других «говорящих голов» патриархии. За всеми этими крайними и бросающимися в глаза даже при взгляде со стороны явлениями стоит одно явление массовое: интеллектуальные люди стараются отмежеваться если и не от самой РПЦ МП, то от ее высшего «священноначалия». Это новый тренд. Очень многие прошли уже ту фазу, когда патриарх Кирилл (Гундяев) — «our son of bitch», и перешли в ту фазу, в которой, как минимум, не хотели бы никак ассоциироваться с ним и его командой.

В общем и в целом это тоже катастрофа сборки, которая описывается аналогично рис. 1. Интуитивно может казаться, что сам размер катастрофы должен быть меньше, чем для перемены информационного фона в нецерковном обществе. Но на самом деле он больше, т.к. предвзятость среды, в которой произошла катастрофа (вовлеченность в общие дела с руководством патриархии), — больше. Именно по этой причине разочаровавшиеся бывшие адепты каких-либо религий потом бывают более последовательными и непримиримыми их критиками.

То интеллектуальное ядро, которое сложилось в 90-е и даже отчасти в «нулевые» годы, создавая идеологию «православного возрождения» в рамках РПЦ МП, теперь разрушено, а новому взяться неоткуда. Причем, те, кто его когда-то составляли, получили серьезный антипатриархийный импульс. Конечно, в большинстве своем, это люди истрепанные и выгоревшие, стреляные гильзы: в оболочке РПЦ МП они еще чему-то служили, но, перестав служить, повторному использованию не подлежат. Но не все. А «настоящих буйных» и не обязательно должно быть много…

Прежде чем перейти к обсуждению «буйных», скажем еще несколько слов о последствиях ликвидации интеллектуального слоя внутри РПЦ МП как целого. Думаю, это явление вполне можно назвать именно так: патриархийные мыслители-«экономисты» жили и живут своей жизнью, но та среда, которая придумывала принципы жизни общецерковной, теперь разрушилась. Оставшийся интеллектуальный потенциал достаточен для экономики и для грубого административного принуждения, но это не тот способ, которым завоевываются лидеры общественного мнения и просто те люди, которым важна вера.

Мы знаем, что из 41 % населения России, которые относили себя к РПЦ МП в конце 2012 года, только 4 % (т.е. менее 2 % от всего населения России) могут быть названы воцерковленными верующими РПЦ МП. Вот именно по этим почти двум процентам и нанесен сейчас удар. Значительную их часть составляют люди, которые либо сами являются носителями ныне отверженного интеллектуального потенциала, либо находятся под его сильным влиянием.

РПЦ МП для своей стабилизации самым ходом истории принуждена теперь делать ставку только на «захожан» (а не прихожан) — на остальные 39-40 % из 41 %, то есть на тех людей, которые верят в РПЦ МП потому, что верят в Путина и «победу сильной России». Это одновременно увеличивает хрупкость структуры (за счет потери значительной доли эластичности) и подвергает ее общим рискам с путинским режимом. Причем, тут надо понимать, что риски-то общие, а вот величины рисков разные: в истории с «Pussy Riot», и уже не только в ней, РПЦ МП была успешно использована как выставленная властью перед обществом подушка для битья. РПЦ МП — очень внешний элемент структуры безопасности режима, вроде легко заменяемого бампера.

«Настоящие буйные»

После признания «священноначалия» РПЦ МП врагами Православия у кого-то возникает желание перейти к реальным действиям по изменению положения. Динамика этих настроений также следует закономерностям катастрофы сборки. Она была хорошо исследована на примере тюремных бунтов.

Опять возвращаемся к рис. 1, но переопределяем оси. Теперь независимая переменная – «бунтовщическая» активность (без подразделения на какие-либо формы, хотя формы у нее могут быть самыми разными), нормальный управляющий параметр — напряженность (для интересующей нас группы она создается ложью и прочим нехристианским поведением церковной администрации), расщепляющий (создающий бифуркацию) управляющий параметр — разобщенность людей. Важно, однако, что готовность к бунту проявляют также и те люди, которых нельзя причислить к носителям интеллектуального потенциала. Например, это могут быть простые священники и миряне. Сейчас мы будем иметь в виду также и их.

Когда нет разобщенности, то зависимость протестной активности от увеличения напряженности монотонная (плавная; линия 1). При росте разобщенности ухудшение режима ведет к дальнейшему подавлению протестной активности (линия 3). Все начинают думать, что чем больше их давишь, поддерживая их разобщенность (большую зависимость от администрации при малой зависимости друг от друга), тем больше они прогибаются. До поры до времени оно так и есть. Но потом вдруг система «выстреливает», как пружина. Мы попадаем в центральную часть линии 4.

Сейчас в РПЦ МП еще ничего, в этом смысле, не «выстрелило». Участились лишь отдельные выходы из РПЦ МП, самый масштабный из которых имел место в 2011 году в Ижевске. Пожалуй, 2012 год — это лишь точка перегиба линии 4 слева, когда начинается поворот на скорый катастрофический взлет, а петля гистерезиса (запаздывания реакции), в которой система (РПЦ МП) находилась в 2010–11 годах, заканчивается.

В тюремных условиях, если уж довели до такой ситуации, принимают крайние меры, а в условиях начавшегося бунта вводят спецназ. Но у РПЦ МП нет ничего из подобных механизмов. Единственный механизм ее единства — закрепление церковной недвижимости за епархиями. Только он и создает эту петлю гистерезиса. Но за счет чего он ее создает? За счет усиления бифуркации. Если показывать на рисунке 1, то линия 4 становится все дальше от линии 1, а криволинейный треугольник на правой стенке расширяется — сборка потенциальной поверхности увеличивается. Чем больше удается задержать катастрофу, тем она будет сильнее.

Брызги православия

Теперь постараемся сложить две картины воедино — картину недовольства и картину бунта. У нас оказывается две зависимых переменных — недовольство церковной администрацией и протестная активность. Управляющих параметров три или четыре: напряженность, негативная информация об администрации (она тоже создает напряженность, но это не вполне эквивалентные понятия), а также предвзятость и разобщенность (последние два параметра, по-моему, эквиваленты, т.е. должны считаться за один). Это соответствует сразу двум элементарным типам катастроф, которые нередко переходят друг в друга: омбилической гиперболической и омбилической эллиптической.

Построение рисунка, аналогичного рис. 1, для этих катастроф потребовало  бы многомерного пространства, что на практике означает необходимость  рисовать разнообразные сечения этого многомерного чертежа трехмерным пространством. Поэтому я объяснюсь  только в общих словах. Омбилическая гиперболическая катастрофа — это, например, образование гребня волны (рис. 2): округлая волна вдруг заостряется (на рисунке это точка 0), и затем у нее образуется нависающий и обрушивающийся гребень. Эта катастрофа может переходить в эллиптическую омбилическую катастрофу, когда гребень разделяется на иглы, которые тут же превращаются в брызги.

Рис. 2. Образование гребня волны (гиперболическая омбилическая катастрофа). Рис. из классической книги создателя теории катастроф Рене Тома «Структурная устойчивость и морфогенез», 1974.

Представим себе РПЦ МП как воду в стоящем на табуретке корыте. Корыто стоит устойчиво, а вода в нем колеблется волнами, но не особо сильными; их величина определяется динамикой каких-то внутренних некатастрофических процессов в РПЦ МП. Само корыто пусть символизирует государственный режим, в котором РПЦ МП реализовала возможность своего существования.

Те катастрофические процессы, которые происходят сейчас, в таком случае выглядят как образование у волн «барашков» (гребней) и брызг — вода стала понемногу разбрызгиваться из корыта, т.е. люди начали выходить из обязательств лояльности администрации РПЦ МП. При этом они могут продолжать или не продолжать посещать храмы РПЦ МП, а, посещая, могут причащаться или не причащаться. Но они уже определились в том, что РПЦ МП захвачена какими-то врагами веры. В этом смысле они вышли (разбрызгались) из «системы» РПЦ МП.

Относительное количество воды в этих брызгах и гребешках волн по сравнению с оставшейся водой небольшое, но это большой процент от «воцерковленных верующих», которых изначально в этом корыте было лишь около 4 %.

Волны с «барашками» уже затрудняют навигацию какого-нибудь игрушечного кораблика по волнам корыта, то есть затрудняют управление РПЦ МП, но в целом структура сохраняется. В каком-то виде она так и будет сохраняться, пока не опрокинется корыто.

Но корыту не обязательно опрокидываться, чтобы начались дополнительные катастрофические процессы. Например, оно просто может начать слегка подрагивать (как уже отчасти случалось в 2012 году). Внутри корыта это приведет к образованию волн, пусть и небольших, но способных к интерференции, а интерференция волн – это тоже источник катастрофических процессов (главным образом, двух типов катастроф — складки, характерной для поверхностной интерференции, и сборки — для объемной), когда образуются гигантские волны, превышающие обычные в два или четыре раза и выплескивающиеся за борт корыта. Этих процессов пока нет, но они близки. Они начнутся тогда, когда подразделения РПЦ МП на местах ощутят слабость власти центра и начнут забирать себе «столько суверенитета, сколько смогут». Эти процессы постепенно превратят централизацию РПЦ МП в фикцию, существующую только на бумаге.

Епископ Григорий (Лурье),
для «Портала-Credo.Ru»


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-19 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования