Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
Комментарий дняАрхив публикаций ]
Распечатать

«Фазовый переход» российского общества. Свободные люди, которые готовы идти на риски, — единственная категория людей, которая может всерьез принять христианство


Сразу предупреждаю, что я буду писать только о новой духовной проблеме, вставшей перед нашим обществом, а вовсе не про политику. Но это я объясню в конце.

Не все верили, что так будет, но на следующий день после выборов в Государственную думу России мы "проснулись в другой стране". Нет, конечно, не потому, что оппозиционные партии получили больше голосов и теперь будут чуть меньше продавливаться при голосованиях. Как и было сказано за последний год много раз, будущее России решится не голосованием. Реальные механизмы политической власти, действующие уже сейчас, соотносятся с голосованием только символически.

Впрочем, почему же "только"? "Символически" для России — это куда серьезнее, чем "юридически".

Символическая картина выборов лишена политических партий, как лишена их сама российская политическая реальность — все равно голосовали не столько "за", сколько "против", и "против" того, что не следует путать с партией. Символическая картина наших нынешних выборов состоит из роликов в Интернете — про веселые "карусели" и охоту на "вбросы", про разгон уличных акций... Их показали по телевидению во всем мире, кроме России, но в России теперь все равно смотрят ЮТуб вместо теленовостей.

Выборы превратили охоту на жуликов и воров в самый популярный вид спорта. Западные партнеры, они же и конкуренты, изменили тон, говоря о России почти так, как будто в ней правит Лукашенко. Вот это и есть реальный, то есть символический, а не юридический итог: выборы как общенародный спортивный праздник. Новый вид охоты стал входить в моду чуть раньше, а нынешний праздник стал днем его общенародного признания.

Почему для России так важно именно это, почему это важнее всех юридических процедур? Потому что в России был такой тип легитимации "гениальной власти" — такой, который Макс Вебер назвал харизматическим. Был — а теперь нет. Исчезла харизма власти — исчезла и легитимность. Власть еще остается, а права на насилие - ни экономическое, ни физическое, - за ней больше не признают. Нелегитимная власть могла бы стоять и дальше, но только в вакууме. В нашей реальной жизни она погружена в процесс, который вообще невозможно остановить.

С российским обществом произошло то, что — приведу сравнение из естественных наук — аналогично фазовому переходу (как из воды образуется лед или из пара вода) или, скажем, сходу лавины — математические описания этих процессов имеют большое сходство, они подчиняются так называемому степенному распределению. Сначала в течение довольно долгого времени изменения копятся настолько медленно, что их не замечают. Ну, отскочил там один камешек, другой… Ну, придумал блогер Навальный шутку про "жуликов и воров", ну, подхватили ее там и сям в "уютных жежешечках"… А потом наступил день Х, когда сразу множество людей вдруг пришло на выборы, записалось в наблюдатели и увлеклось тем видом спорта, о котором вчера еще не подозревало. И это значит — что всё, загрохотало. Теперь лавину не остановишь, пока она не сойдет вся. Теперь политизацию активного слоя граждан России не остановишь, пока он не охватит всю страну, сколько ее есть. Такие процессы называются катастрофическими — в математическом смысле слова, как минимум, но часто и не только в математическом. Именно выборы доказали эмпирически то, что некоторые хотя бы интуитивно понимали заранее: процесс увлечения новым видом охоты подчиняется степенному распределению, то есть является катастрофическим.

Недавно Станислав Белковский писал, что мы вошли уже во вторую фазу процесса, аналогичного революции, похоронившей Советский Союз: в обществе не просто критика власти, но теперь еще и уверенность, что эта власть реформированию не подлежит. Следующая фаза — крушение власти. Но с крушением советской централизованной системы власти было просто: ударь по центру, она и развалится. А нынешняя власть, как он пишет, "размазана по стране"; она не очень боится даже удара по Путину. Впрочем, какой-то способ ее демонтировать, по его мнению, все равно должен найтись. И вот он нашелся: это тот самый "фазовый переход", который сейчас испытало российское общество. Почти мгновенное изменение "качества людей" по всей стране — это "фазовый переход" от неполитичности к политичности.

В СССР Горбачева "фазовые" изменения не могли передаваться с такой скоростью: не было Интернета, общедоступных средств передачи фото и видео… А теперь всё есть, все связи мгновенны.

Когда задумывались фальсификации выборов, власти пытались решить традиционную проблему — не пропустить политическую оппозицию. Считалось, что народу все это безразлично. И правильно ведь считалось. Народу политическая оппозиция, системная и несистемная, по сей день безразлична. Но на выборах что-то произошло такое, что народ посчитал оскорбленной не оппозицию, а себя. Народ политизировался, но не в пользу каких-либо партий или движений, а только в свою личную пользу: сам того не заметив, он впервые захотел, чтобы власти с ним считались. Но осознанное требование к власти — это уже политическая позиция, причем, такая, что она-то и способна охватить всю страну со скоростью передачи информации по Интернету.

Власть сама привлекла к себе народное внимание выборами, но вместо малоинтересных депутатов и чуть более интересных буфетов, на выборах народ встретили азартные охотники на жуликов и воров, предложив к ним присоединиться, хотя бы только морально. И людям с чувством собственного достоинства оказалось почти невозможно отказаться. Ведь если у тебя нет психологии "сломанного человека" — а у нынешнего поколения активных людей ее чаще нет, чем есть, — то ты не любишь, когда тебя заставляют играть в карты с шулерами. И будешь очень рад запустить карточным столом шулеру в лицо. Это мощнейший физиологический механизм, который свойственен почти всем, кроме людей с перебитой психикой или, напротив, с аскетической подготовкой. А воля к власти, делающая профессиональных политиков, свойственна в такой мере не всем. И поэтому новый вид спорта не остановишь: не все хотят в политику, но все захотят наказать шулера. Люди распробовали.

Вот теперь можно сформулировать, какая тут проблема — духовная. Процесс "фазового перехода" активной части народа — это процесс стихийный. Его можно было разбудить, но им нельзя управлять. Можно только его прогнозировать и к нему приспосабливаться. Дай Бог нашим политикам (имен которых мы, скорее всего, еще почти и не знаем: это будут те, кого вынесет лавина) если не прямо уж мудрости, то хотя бы здорового политического инстинкта самосохранения… Но, главное, что мы заразились азартной игрой. Совсем без азарта тоже нельзя, — не бывает результатов, где нет азарта, — но как бы не переиграться.

О политических перспективах судить — не мое дело, а о духовных скажу вот что. Свободные люди, которые готовы идти на риски ради своего понимания собственного долга, — это единственная категория людей, которая может всерьез принять (или отвергнуть) христианство. Все остальные, если и становятся христианами, действуют полусознательно, хотя их тоже положено допускать к причастию, да мы со стороны и не можем разбираться, у кого какая сознательность. Такой "выброс" в общество ответственных людей дает христианству еще один шанс в нашей стране. Но эти люди играют в азартные игры, а у игромана такие же проблемы с христианством, что и у алкоголика или наркомана. Конечно, изменение собственного общества к лучшему — это не игра с джек-потом, а нечто куда более достойное. Но тут как с алкоголем: играй, да не заигрывайся.

Такой вот христианству шанс, и такая вот проблема.

Епископ Григорий (Лурье),
для "Портала-Credo.Ru"

 


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-20 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования