Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
Комментарий дняАрхив публикаций ]
Распечатать

Приволжско-уральский сюрприз. Российские протестанты могут претендовать на расширение конфессионального круга армейских капелланов


С самого начала 1990-х, вопреки утверждающим вероисповедное равноправие конституционным нормам, российская власть всех ветвей и уровней стремится оценивать религиозную ситуацию в стране и, соответственно, выстраивать "конфессиональную" политику, исходя из трех взаимосвязанных составляющих. Это а) близкие электоральному волеизъявлению номинально-религиозные декларации; б) представления об обязательной этнической и семейно-поколенческой "укоренённости в конфессии" и, наконец, в) проверка любых религий на соответствие схеме общественного разделения, в основу которой положен архаичнейший принцип "свой -чужой".

Вопрос массовой поддержки актуализировала в 1990-е гг. политическая ситуация альтернативных выборов. Второй элемент конструкции первоначально был сформирован стихийным художественно-культурным запросом на религию периода Перестройки. Однако в дальнейшем представление об этно-конфессиональном тождестве развивало множество акторов общественных процессов, в том числе власть при направляющей роли РПЦ МП.

Дихотомическое разделение религий на "свои - чужие" в качестве третьего элемента представлений о религии российской власти, в том виде, в котором оно существует сегодня, целиком и полностью определялось влиянием РПЦ МП. Правда, если в 1990-е подобные воззрения систематически озвучивал политический андеграунд (а под парламентские выборы 1995 г. и даже "протопартия власти" "Наш дом - Россия"), то в 2000-е представления РПЦ МП о "канонической территории", разделении на "традиционные" и "нетрадиционные", сам выверенный патриархией список "традиционных" совпали со становлением и тиражированием неформальной государственной идеологии "суверенной демократии".

В итоге сложившиеся представления, которые за все 20 лет ни разу не проходили проверки на прочность, легли в основу инициатив главы государства, которые допускают возможность религиозного образования в светской школе (под видом изучения вероисповедных культур) и института капелланов в армии.

С учётом долгих дискуссий об ОПК президентские образовательные начинания выглядят естественным компромиссом, который только и может предложить верховная власть в создавшейся ситуации. В вопросе же учреждения капелланства со всей очевидностью проявилась собственная воля Дмитрия Медведева. Представления и мотивации президента совпадают с господствующими в сегодняшнем российском правящем классе.

Итак, по мнению Дмитрия Медведева, которое он озвучил 21 июля 2009 г., "при введении должностей воинских и флотских священнослужителей в частях <…> на уровне военных округов, бригад, дивизий, в высших учебных заведениях, <…> мы должны руководствоваться реальными соображениями, реальными сведениями об этноконфессиональном составе частей и соединений". Президент предложил и норматив для появления должности штатного капеллана, отталкиваясь, например, от 10% минимального порога числа личного состава подразделений. То есть, если 10% военнослужащих принадлежат к определенной конфессии, то им предоставляется штатный капеллан их же исповедания.

Социологи давно отметили парадокс: в отдельных населенных пунктах и целых регионах религиозные меньшинства, малозаметные на федеральном уровне, показывают существенно большую долю, нежели 10%. Такой же казус зафиксировал и опрос военнослужащих-срочников, проводившийся недавно в Приволжско-Уральском военном округе. Половина назвавшихся верующими солдат заявили о своей приверженности исламу. На фоне 60-80%"православности" населения страны 40% православных от числа верующих военнослужащих округа - поразительно низкий показатель. И совсем уж неожиданно выглядит десятипроцентное присутствие среди защитников отечества в Идель-Уральском регионе российских протестантов, правда, почему-то посчитанных вместе с католиками. Окружное армейское руководство признало, что "преобладание числа мусульман над православными из числа верующих военнослужащих в масштабах военного округа фиксируется впервые".

Значительная доля солдат-мусульман для Поволжья и Урала вполне объяснима. Большая часть сегодняшних призывников служит в пределах того военного округа, где они жили на момент призыва. Хорошо известно также, что в последние годы в популяции селян служит по призыву людей больше, чем среди горожан. Хотя число русских вместе со считающимися православными чувашами, марийцами, эрзянами, мокшанами, удмуртами в приволжских, уральских и сопредельных регионах определённо выше, призывной контингент формируется в значительной степени за счёт селян татар и башкир, сохранивших, в отличие от русских, сельский уклад и имеющих лучшую демографию. Когда демографический ресурс русского села исчерпан, его заменяет мусульманский…

Протестанты из незаметной величины приблизилась к заветным 10%, которые президент обозначил в качестве пороговой цифры для получения религиозной общиной должности армейских капелланов. Большое число протестантов в армии - это и фактор хорошей демографии, и показатель отношения к гражданским обязанностям тех, кого обычно записывают в "чужие".

В любом случае, 10% протестантов среди военнослужащих-срочников дают право руководству протестантских Церквей России ставить вопрос об учреждении должности капеллана для собственных верующих, хотя бы уже потому, что их соверующих оказывается среди солдат больше, чем у двух других "традиционных конфессий", одна из которых вообще не имеет шансов дотянуть до заветного барьера.

Михаил Жеребятьев,
для "Портала-Credo.Ru"


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-19 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования