Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
Комментарий дняАрхив публикаций ]
Распечатать

Патриарх убивает кардинала. На своем новом, высочайшем иерархическом посту Кирилл (Гундяев) утратит часть своей харизмы и свернет часть своих проектов


Идут самые первые дни патриаршества Кирилла (Гундяева) – одной из самых ярких и спорных фигур новейшей церковной истории России, человека неординарного как в своих взлетах, так и в своих падениях. За дружным хором официальных славословий почти перестали быть слышны критические и скептические голоса (а именно митрополит Кирилл был основным объектом как внутри-, так и околоцерковной критики последних лет 18). Кто-то умолк добровольно, преклонив колени совести и разума перед величием патриаршего сана, кого-то заставили замолчать принудительно. Но наша задача сегодня – не взвешивать в тысячный раз все "плюсы" и "минусы" этой личности, не фантазировать на тему "реформ" и не предостерегать от неминуемых "катастроф". Наша задача – помянуть добрым словом те примечательные качества, которые Патриарх уже Кирилл, увы, не сможет использовать в своем новом качестве. Пора об этом подумать сейчас – чтобы не слишком удивляться или разочаровываться потом.

Главная угроза для харизмы митрополита Кирилла связана с утратой положения "серого кардинала" при менее ярком, чем он сам, Патриархе. Стоит ли подробно объяснять, чем такое положение выгоднее собственно патриаршего? Скажем кратко: очень много возможностей и гораздо меньше ответственности. Есть право на ошибку, на эксперимент, на смелый неординарный поступок или авантюрный проект. Если что-то и не получится, или выйдет слишком скандально, то можно это списать либо на "разномыслие", которому надлежит быть в Церкви, либо на "перекос", который может уравновесить, снивелировать "соборный организм". Патриарх, как лицо, выступающее от имени всей Церкви, персонифицирующее этот самый "соборный организм", по определению, имеет намного меньшую свободу маневра, скованно в своих начинаниях рамками традиции и обязательств. Кроме того, в качестве "кардинала" Кирилл мог иногда позволить себе выступить как частное лицо – рассказать анекдот, поделиться с журналистами своей страстью к горным лыжам, слишком откровенно порассуждать о сексуальных проблемах молодежи. В качестве Патриарха он таких "вольностей" позволить себе не сможет, ибо, по его же собственному признанию в интронизационной речи, предстоятель Церкви перестает иметь личную жизнь (и, добавим, слишком смелые частные суждения), а начинает целиком жить жизнью Церкви.

В этом смысле невозможно не согласиться с профессором Московской духовной академии диаконом Андреем Кураевым, которого до сих пор еще поругивают за слишком "черный" пиар во время минувшей патриаршей предвыборной кампании. Но победителей не судят! Согласиться же надо с предположениями Кураева о неминуемом "перерождении" Кирилла после того, как он возложит на свою седую главу белый патриарший куколь. В ходе предвыборной кампании мысль об этом сакральном перерождении была призвана немного умерить страхи консервативных православных, никак не могущих "переварить" слишком современный, модернистский образ Кирилла. По окончании кампании эта мысль Кураева звучит, скорее, как мудрое наставление многоопытного богослова начинающему Патриарху – ну вот, Ваше святейшество, и началась Ваша взрослая жизнь на свещнице церковной; все, что было до этого, - то Ваше детство, его надо преодолеть. И ведь действительно, под тяжестью патриаршего куколя, Кирилл стал держаться несколько менее свободно – говорить торжественнее и размереннее, ходить степеннее, служить благоговейнее…

Но необходимость выступать от имени многовековой традиции, от лица всей Церкви – не единственная причина неизбежной смены имиджа бывшего "тачабного митрополита". Есть и вполне прагматичные, более понятные рациональному уму нового Патриарха причины сделать это. Во-первых, ему придется считаться с консервативным большинством внутри РПЦ МП, которое, как уже говорилось, с некоторым трудом восприняло новость о патриаршестве председателя ОВЦС МП, многолетнего активного экумениста и духовного чада Никодима (Ротова). Это обстоятельство Кирилл очевидным образом учитывал уже во время предвыборной кампании – он старался пропитывать свою речь церковнославянизмами, использовать древнерусские элементы архиерейского "декора" (например, жезл), критиковать "католическую ересь" и отвергать любые реформы. Во-вторых, Патриарх, в отличие от "технического" председателя ОВЦС МП, оказывается один на один с высшей государственной властью, которая на Руси даже во времена самой распрекрасной "симфонии" воспринимала Церковь как один из послушных инструментов своей внутренней и внешней политики. Характерно подобное восприятие и для подчеркнуто прагматичной "путинской" власти, которая "конкретные интересы" предпочитает романтическим фантазиям. Если на посту председателя ОВЦС Кирилл мог лавировать между разными группировками во власти, заключая тактические союзы то с одной, то с другой, то теперь, как Патриарх, он навечно обречен иметь дело лишь с официальной властью – по преимуществу, в лице президента. Положа руку на сердце, какого-то особого "печалования", которое в нынешних политических условиях России будет обязательно трактоваться как оппозиционная деятельность, от Патриарха Кирилла никто не ждет. Да и к гражданскому неповиновению Путину-Медведеву, теоретически заложенному в "Социальной концепции" РПЦ МП, он призывать свою паству не будет. В-третьих, у Патриарха гораздо больше обязанностей и забот, чем у председателя ОВЦС МП, а следовательно – гораздо меньше времени и здоровья. Если раньше, условно говоря, аппаратом Кирилла был ОВЦС, то теперь его аппаратом становятся десятки других церковных ведомств плюс все епархиальные архиереи, которые так и норовят создать те или иные проблемы. А здоровье у Патриарха Кирилла, несмотря на все его горные и водные лыжи, между прочим, некрепкое. Это весь мир заметил во время погребения Патриарха Алексия II. А члены Поместного Собора заметили и накануне интронизации – многие из них уверены, что Кирилл "сократил" Собор, чтобы сохранить силы для интронизации и последующих мероприятий.

Итак, патриаршество Кирилла – не лучший вариант для его сторонников. Гораздо более комфортным вариантом для них было бы патриаршество марионеточной фигуры, которая взяла бы на себя часть текущих дел и представительских функций, оставив реальному главе Церкви – "серому кардиналу" - его "креатив". Это модель реальной власти Путина при символическом президентстве Медведева. Впрочем, по уровню "креатива" и Путин весьма уступает Патриарху Кириллу. Патриаршество – это смерть для "креатива", для "серого кардинала", позиция которого идеально подходила для воплощения замыслов Кирилла, для его характера, в конце концов.

Диакон Андрей Кураев, Кирилл Фролов и епископ Иларион ждут от нового Патриарха решительного "миссионерского наступления", массового привлечения российской молодежи в лоно РПЦ МП. Но парадокс в том, что именно патриаршие обязанности, более того – патриарший имидж, традиция патриаршего поведения – помешают Кириллу реализовать эти миссионерские планы, если даже они у него и есть. Между нами говоря, раньше митрополит Кирилл не был замечен в какой-либо активной миссионерской работе, занимаясь по преимуществу политикой и экономикой. Патриарший сан еще больше ограничит свободу его маневра и поиск новых, неординарных методов миссионерской работы. Огромнейший массив тысячелетней традиции и инертные многомиллионные клир и паства переварят в своем плавильном котле любую харизматичную личность, любого революционера. А Патриарх Кирилл, к тому же, и не революционер. Он – прагматик, а потому "прати противу рожна" не будет. Тем более, цена любого "миссионерского" эксперимента такого рода – раскол РПЦ МП. А это меньше всего нужно сейчас и Патриарху, и его партнерам по "симфонии властей".

Церковно-общественные и миссионерские проекты, связываемые с именем нового Патриарха, скорее всего, достанутся в удел активистам из его окружения, список которых весьма невелик. Один из них будет курировать "работу с молодежью" (в формах, напоминающих методики движения "Наши"), другой – "воцерковление политики", третий – внедрение "теологии" в систему светского образования. Не исключено, что рано или поздно, особенно по мере старения Патриарха, между ними начнется соревнование за доступ к Патриарху и влияние на него. Часть проектов превратится в рутину, часть будет "переварена" приходской и епархиальной действительностью и станет незаметной, а часть приобретет экзотические формы. Такие, например, какие мы наблюдали во время "молитвенного стояния" у храма Христа Спасителя в дни Поместного Собора РПЦ МП, когда организованно снятые с занятий и свезенные "за казенный счет" в Москву ПТУшники из регионов, матерясь, выступали за "единственную Россию, точнее – за Патриарха". Стоит ли говорить, что ни то, ни другое, ни третье никакому реальному миссионерству и сознательному обращению людей, особенно – молодых, ко Христу способствовать не будет. Скорее наоборот – крайне затруднит подлинное христианское свидетельство в России, скомпрометирует священные христианские понятия и символы в глазах сколько-нибудь образованной части общества, нуждающейся в реальной духовной пище, а не в примитивном нашистском "агитпропе".

Немного жаль святейшего Кирилла, точнее – его деформации как "ньюсмейкера". Ведь отныне информационные поводы, связанные с его деятельностью и высказываниями, постепенно будут утрачивать остроту и свежесть, превращаясь в стандартный "официоз". Нового же харизматичного "серого кардинала" РПЦ МП, который смог бы хоть отчасти заменить ушедшего с этой должности митрополита Кирилла, на горизонте, похоже, не просматривается.

Есть лишь один шанс "спасти положение" - и этот шанс, вероятно, начнут продвигать некоторые сторонники Патриарха Кирилла после того, как исчерпают резервуары своего ликования и свыкнутся с тем, что их кумир возглавляет Церковь. Поскольку "святейший – фигура планетарного масштаба", неординарная во всех отношениях, а Россия плавно движется по пути к созданию лучшей модели симфонии властей, нежели все бывшие доселе, то почему бы не выдвинуть Патриарха Кирилла кандидатом в президенты РФ на очередных выборах? Особенно, если кризис не будет подчиняться нынешнему диумвирату, и тот утратит доверие россиян. Сослаться можно на исторический прецедент президентства Архиепископа Кипрского Макариоса Третьего в Республике Кипр, в состав которой тогда входила и турецко-мусульманская община. А то скучновато жить, не видя перед собой очередной высокой цели ...

Александр Солдатов,
"Портал-Credo.Ru"


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-19 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования