Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
Комментарий дняАрхив публикаций ]
Распечатать

"Лоскутный" мир отца Всеволода Чаплина. Представители РПЦ МП предлагают создать религиозную альтернативу новому мировому порядку в отдельно взятой стране


Услышать или прочитать живую и откровенную речь за подписью официального представителя высшей российской церковной номенклатуры – это большая редкость. С этой точки зрения, "Лоскутки" отца Всеволода Чаплина, заместителя председателя ОВЦС МП, ближайшего соратника митрополита Кирилла (Гундяева), обладают значительной общественной и культурной ценностью.

Конечно, неправильно было бы говорить, что никто из священников РПЦ МП не высказывается по поводу важных социально-политических вопросов. Самым свободным в своих публичных высказываниях, к примеру, является глава Синодального отдела по взаимодействию с вооруженными силами РПЦ МП протоиерей Димитрий Смирнов. Если протоиерея Димитрия с его резкими и несколько театральными высказываниями о преподавании "Закона Божия" в прайм-тайм по всем телеканалам и о том, что демократия хуже коммунизма, можно соотнести, если брать светскую политтусовку, с каким-нибудь Жириновским, то протоиерей Всеволод – "единоросс" в Московской патриархии, выражающий те же мысли языком более обтекаемым и дипломатичным.

Отец Всеволод Чаплин - пока единственный священнослужитель РПЦ МП, который понятным языком стал излагать цели и задачи активных православных граждан и церковной верхушки, оценивая окружающую действительность. Известные уже шесть частей "Лоскутков" отца Всеволода Чаплина – это критика современной светской культуры, общественного устройства на Западе, да и той формы демократии, которая сложилась в России. То, что складывается из его замечаний, – "лоскутное одеяло" - предлагается читателю в качестве альтернативы тому новому мировому порядку, который формируется в мире и всё в большей степени распространяется на нашу страну.

Сквозь школьные воспоминания и исторические параллели, в "Лоскутках" звучит неожиданная для столь нестарого человека, как о. Всеволод, ностальгия по советскому прошлому, когда Церковь привлекала интеллигенцию, которой нравилась ее специфическая атмосфера, в церквях было меньше корыстных людей, страна не была подвержена влиянию "тоталитарного либерализма" с Запада, а на телевидении не было "разрушительного смеха", которым движет гордыня, как сейчас. В своих музыкальных пристрастиях отец Всеволод также напоминает чрезвычайно консервативного интеллигента позднего советского периода, любящего только классику и осуждающего новомодные веяния. Остатки былого величия советской империи вызывают у отца Всеволода добрую жалость: "Господь сильно смирил бывшую советскую элиту. Большая часть ее пережила не просто крах карьеры, но очень болезненную ломку ценностей. Теперь мне очень жалко этих стариков. Всегда стараюсь проявлять к ним побольше внимания".

Что касается других христианских конфессий, то отец Всеволод Чаплин пишет о героических "традиционных" протестантах, которые знали своё место и вели себя не так шумно, как нынешние. В "Лоскутках" автор высказывает надежду на то, что все новые протестантские Церкви и движения, возникшие в последние 15 лет, исчезнут, и в стране вновь появится такой же смиренный и благочестивый протестантизм, какой был в советское время. Постсоветское разнообразие во многом пугает отца Всеволода Чаплина. Он констатирует: "Общество в России становится все более расколотым. "Элита" и "плебс", Москва и регионы, богатые и бедные, старики и молодежь... Разный язык, разные песни, разные кварталы, разные магазины. Не дай Бог, будут еще и разные храмы".

Предупреждая о наступлении идеологии равнодушного к вере общества из Европы и Америки, что само по себе верно в отношении массового сознания, отец Всеволод даёт чрезвычайно жёсткий прогноз развития событий. Для автора "Лоскутков" очевидно, что времена, названные Ахматовой "вегетарианскими", заканчиваются. Перед лицом множества опасностей у Запада есть два выхода – создание "множества очагов конфликтов, причем крайне разрушительных (ядерных, химических и прочих)" или же формирование "глобального "оруэлловского" тоталитарного режима – с повсеместной электронной слежкой, с промыванием мозгов, с жестким подавлением диссидентов, с распространенной системой стукачества".

Вслед за главой "московского отделения Союза православных граждан" Кириллом Фроловым, протоиерей Всеволод призывает верующих не замыкаться в православном "гетто", а стать глашатаями церковных интересов во властных структурах, во всех сферах общественной жизни, прежде всего, в СМИ, школе и в армии (правда, вкусы Кирилла Фролова не столь утонченны, как у о. протоиерея, но это уже дело частное). Тактику и стратегию достижения этих целей автор "Лоскутков" предлагает радикальную, адекватную наступающему "тоталитарному либерализму". Свобода воли и демократия отбрасываются отцом Всеволодом так же, как это предположительно должны сделать творцы "оруэлловского" режима будущего. Фактически священнослужитель предлагает создать "новый православный порядок" - как зеркальное отражение описанного американо-европейского тоталитаризма, который, правда, ещё не наступил.

И хотя тему демократии и вообще демократических институтов о. Чаплин в "Лоскутках" не затрагивает, его высказывания о том, что избирательная и партийная система, рыночная экономика, свобода слова не вписываются в менталитет россиян, известны. Свобода воли и права человека в "Лоскутках" объявляются весьма относительными. Логика действий современных клерикалов вполне понятна в контексте радикального призыва отца Всеволода действовать по-старому, а именно - пропагандистским путём, "а иначе не поймут". В "Лоскутках" ставится вопрос выживания нации и Церкви, а значит продвижения "тотального православия". С позиций нынешней власти и руководства Московской патриархии нельзя придумать лучшего оправдания авторитаризма, чем то, которое придумал отец Всеволод Чаплин: "Не стоит ждать, пока все люди вокруг нас станут способны к самостоятельному размышлению о смысле жизни. Боюсь, этого не случится никогда. Кому-то надо просто сказать, громко и ясно: делай так и не делай иначе. Сказать десять, сто, тысячу раз, повторив это в школе и с телеэкрана. Иначе просто не поймут. И никакого диспута с апелляциями к разуму просто не воспримут. Не случайно методы отца Александра Меня привели ко Христу многих интеллигентов, но не стали основой массовой проповеди".

"Новый мировой порядок" с православных позиций – очень похож на советское коммунистическое общество, только в качестве идеологического центра ("субъекта шестой статьи Конституции") выступает Церковь. Однако отца Всеволода Чаплина трудно заподозрить в симпатиях к советскому строю в целом. Кроме того, как это ни странно, вполне можно себе представить дореволюционного священнослужителя, который так же горячо выступает с критикой в адрес либералов, Запада и светской культуры и призывает говорить о православии во всех СМИ. Внешне как будто бы Церковь возвращается к своей прежней роли, но на деле произошло смешение советских и некоторых, возможно, сохранившихся после 1917 года черт традиционного российского православия вообще.

"Лоскутки" отца Всеволода формируют сознание православного патриота, который осознаёт преемственность церковной традиции и гордится ею, стремясь так же как и до революции требовать особого уважения и покровительства от государства. Между тем, для того, чтобы быть таким патриотом, надо сделать вид, что народ не уничтожал церкви сам под атеистическими лозунгами, надо сделать вид, что Сталин не помогал создать Московскую патриархию с определенными целями и со всеми вытекающими отсюда последствиями, надо сделать вид, что после 1990-91 годов Церковь сразу перестала быть советской, надо сделать вид, что российское общество готово к восприятию церковных православных традиций в полном объеме и только такое постсоветское православие выведет страну из разного рода кризисов. Наконец, надо сделать вид, что власть изменилась и с ней можно заключить новый византийский конкордат, который сделает православие высшей и самой могущественной религией и идеологией в стране. Но даже если сделать массу таких допущений (разрушающих, в общем-то, традиционную православно-патриотическую картину мира, в соответствии с которой вся власть сосредоточилась в руках "мирового кагала", и через цифровую идентификацию мир движется к антихристу), то окажется, что прежде чем начать создавать "новый мировой порядок" из "лоскутков", надо победить внутренних врагов, списки которых, как отмечал отце Всеволод Чаплин, уже составлены. Такова будет "Моя борьба" грядущего "великого православного вождя", еще не явленного России и миру...

Роман Лункин,

для "Портала-Credo.Ru"


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-19 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования