Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
МнениеАрхив публикаций ]
 Распечатать

Социолог и религиовед, кандидат философских наук МИХАИЛ ЖЕРЕБЯТЬЕВ: "Одно из проявлений исламофобии - негласные запреты властей на строительство мечетей. Аргумент здесь такой – мечеть станет "якорем" для натурализации"


"Портал-Сredo.Ru": Совсем недавно мы обсуждали тему крещения китайских граждан по обряду РПЦ МП и тему интеграции иностранцев в российское общество через религию. Как социолог, что Вы можете сказать в связи с недавней инициативой муфтия Нафигуллы Аширова о необходимости создания анклавов для религиозных меньшинств, которое многих озадачило?

Михаил Жеребятьев:  Можно, конечно, считать, что у Аширова какой-то предвзятый взгляд. Но это, скорее, особенности индивидуального восприятия. Посмотрите криминальную хронику, познакомьтесь с результатами социологических опросов, поговорите с чиновниками и простыми людьми – проблем на поле "межкультурных коммуникаций" в России хоть отбавляй! Похоже, "наверху" негласно исходят из того, что в России всегда с этим делом было хорошо, жизнь сама идёт так, как она шла и раньше, а "лучшее" в таких делах может оказаться "врагом хорошего".

– Сегодняшние российские власти очень любят акцентировать такой исторический факт, что в отечественной истории этнических и религиозных гетто не было.

– Это не совсем так. В дореволюционной России все же была черта оседлости для евреев. Да, города и в империи, и в СССР, в основном, строились не по принципу национальных или религиозных кварталов. Впрочем, не обошлось и без внушительного числа исключений. Ростов-на-Дону, Тифлис, старый Ташкент. Даже Таллинн советского периода получил в 1960-70-е гг. сплошь русские микрорайоны. На союзных промышленных предприятиях работали, в основном, русские, а только союзные министерства и вели там массовое жилищное строительство. Советские города в Средней Азии тоже до поры до времени носили характер русскоговорящих интернациональных гетто со всей атрибутикой русских городов, включая и действующие православные храмы. В 1940-50-е роль гетто выполняли населённые пункты, предназначенные для проживания огромных масс освободившихся и ссыльнопоселенцев. Были этнические поселения "спецпереселенцев", "стройки коммунизма", "ЗАТО" - закрытые административные территориальные образования, обнесенные по периметру колючкой. Ну и, наконец, сегодняшние "Рублёвки-Бабловки".

– Список исключений получился, действительно, внушительный. Но в советское время религиозный фактор не был значим. Он не только не выделялся, а всячески скрывался и "наверху", и "внизу". Как вели себя люди, принадлежавшие к разным этническим группам (а, значит, и разным вероисповеданиям), заселявшие города до революции?

– Уже начиная с XVIII столетия, в российских городах вовсю работал нивелирующий жизнь секулярный фактор. Государство блокировало религиозный поиск (жёстко ограничивая его набором сложившихся некогда вероисповеданий), следовательно, оставался секулярный путь социализации и адаптации. Да и на дворе стоял "Век Просвещения". Французская секулярная версия просвещенчества пользовалась в тогдашней России большой популярностью.

Правда, признать версию адаптации к городским условиям разных этнических и религиозных групп, которая имела место в России XVIII – начала XX вв., универсальной, запрограммированной (наподобие генетического кода) тоже нельзя. Она была адекватной условиям и вызовам именно тех эпох. Эти процессы имели собственную внутреннюю логику и, как следствие, инерцию. Ситуацию кардинально изменили 1917 год и Гражданская война, задавшие иные алгоритмы выражения этничности и конфессиональности.

Но до революции была ещё одна интересная вещь. Представители разных этносов и вероисповеданий иногда составляли весьма значительную часть горожан. Этнические и религиозные меньшинства в масштабах страны могли оказываться большинством в условиях конкретных городских поселений. Интересен пример Лодзи - "текстильной столицы" империи, где все группы были в меньшинстве и все помогали друг другу. По-другому, т.е. по тогдашним государственническим лекалам с их строгой иерархией вероисповеданий там ни осмыслять происходящее, ни действовать было невозможно.

– Но вернёмся в день сегодняшний, какие проблемы, связанные с миграцией,  Вам видятся главными?

– Пожалуй, главное - это отсутствие разграничения по линии гражданин-негражданин не только в массовом сознании, но и в понимании представителей власти и сотрудников правоохранительных органов. В этом же ряду стоит вопрос неотъемлемости религиозных прав, которые включали бы в себя представление о наборе как личных, так и публичных прав.

Ведь в предложении Нафигуллы-хазрата речь идёт совсем не об иностранцах. Шейх Нафигулла говорит о мусульманах, – граждане они, не граждане – неважно. Религиозные права Конституция гарантирует всем находящимся на территории России.

Чаще всего практикующие мусульмане – это мигранты с Северного Кавказа с российскими паспортами. Первым делом федеральная власть должна приступить к формированию общегражданской российской идентичности. Вместо этого в России слишком далеко зашел процесс этнизации идентичности. Даже если ситуацию начнут выправлять сверху, потребуются титанические усилия, чтобы изменить господствующие в нашем обществе этно-изоляционистские представления граждан о самих себе.

Отдельная тема перспектив натурализации в России иностранцев. Наплыв этой категории людей в нормальных условиях, - т.е. если где-то не идёт гражданская война, - России не грозит. Приток ограничится сезонными миграциями работников с низкой квалификацией. Просто Россия не слишком привлекательная страна для натурализации больших групп иммигрантов и, прежде всего, семей. Здесь нет современных механизмов социальной защиты, сопоставимых даже с не самыми развитыми странами. И в организации социальной сферы вряд ли стоит ждать изменений к лучшему.

– Теперь любые миграционные процессы российские чиновники (русские по происхождению) жёстко увязывают с этноконфессиональной принадлежностью переселенцев.

– Проявлением такого рода фобий стали негласные запреты властей на строительство мечетей. Аргумент здесь такой – мечеть станет "якорем" для натурализации. Если разобраться, – что плохого в том, что у группы появятся дополнительный фактор для натурализации? Давайте усвоим одну простую вещь – Северный Кавказ перенаселён, так же, как всегда была перенаселена Галиция и прилегающая к ней Волынь. Они в течение многих столетий давали колоссальные миграционные выбросы, без разницы,  кому эти территории принадлежали – Речи Посполитой, Империи Габсбургов, Польше, СССР, Украине.

Сейчас, конечно, Россия рада замирению на Кавказе. Но какие "гроздья гнева" там зреют под оболочкой мира, сводящегося к нарочито проводимой архаизации общества тамошними правящими элитами? Об этом предпочитают не задумываться и публично не обсуждать. А зря. Уже сейчас Кавказ периодически подаёт признаки идущих под "корой" тектонических процессов. В реальности одним из клапанов "выпуска пара" на Кавказе, как, кстати, и регулирования происходящих там процессов федеральным центром может и должно стать поощрение миграции в "русские" регионы России. Об этом надо честно и открыто говорить людям, если мы хотим по-настоящему прогнозировать конфликты.

– Судя по передаче Соловьёва, Нафигулла–хазрат не слишком хорошо подготовился к ней, иначе бы привёл очень сильный довод в пользу своего предложения – опыт Сингапура.

– Пример Сингапура очень поучителен для нашего этнически-повёрнутого массового сознания в смысле его исправления. Китайцы составляют здесь абсолютное большинство (около 90 %). Они могли бы надеть на всех намордники и объявить – "живите по нашим китайским понятиям". Сингапур – не самое демократическое государство, по крайней мере, оно ритуально не поклоняется "идолам" либерально-демократической идеологии. Так нет же! Китайское большинство сознательно культивирует расовое, этническое, языковое и религиозное разнообразие. Именно там существует интересная система соблюдения властями пропорций при продаже жилья в новостройках представителям этнических групп. Она строится с учётом процентного соотношения данных групп в общегосударственном масштабе. Вот этот опыт интересен, его нужно обсуждать. Возможно, применять как-то к школам, формулировать принципы наполнения классов. Ведь могут быть случаи, когда кто-нибудь заявит, - "не хочу, чтобы мой ребёнок учился вместе с кем-то". Само же предложение муфтия Аширова о резервировании квартирного фонда за меньшинствами не слишком реалистично, ибо плохо согласуется с условиями нынешнего малоцивилизованного российского рынка жилья с его чудовищными ценами. Несколько семей, конечно, могут договориться между собой о приобретении квартир в одном месте. Но таких людей явно немного. А немоскивичи не могут рассчитывать на социальное – бесплатное – жильё. Другое дело, что цель соседства с единоверцами может вызвать к жизни принципиально новые модели экономической взаимопомощи живущих в России мусульман. Надо подождать, и тогда можно будет сделать вывод - способна ли российская умма в её сегодняшнем состоянии к такого рода самоорганизации. Если такое произойдёт – это будет весьма показательно, причём "показательно" во многих отношениях.

Но, в первую очередь, сейчас нужно обсуждать возможности участия в патрулировании улиц вместе с милицией представителями диаспор. Ведь РНЕшникам Баркашова милиция позволяла это делать. И, конечно, по-прежнему актуален вопрос гражданского контроля за деятельностью правоохранительных органов. Надо искать механизмы такого контроля. Причём религиозным организациям это будет сделать легче, чем этническим общинам. Потому что у религиозных организаций нет жёсткой завязки на фактор гражданства.

– РПЦ МП официально высказала свое отношение к предложению муфтия Аширова? Мне кажется, выражение какой-то позиции было бы здесь уместно.

– Думаю, иерархи вообще постараются обойти этот вопрос молчанием, поскольку именно при сопоставлении одной религиозной общности с другой становится очевидным, что православного большинства (я имею в виду институционально верующих) в России нет. Но есть ещё один момент. В Москве пропорция институционально верующих православных значительно выше, чем по стране в целом. Истоки этого явления уходят ещё в 1970-е гг.. Если возможности жизни в анклавах (гетто) добьются для себя мусульмане и другие этнические меньшинства, глядишь и воцерковленные православные захотят того же. Причём их шансы на создание анклавов (гетто) будут гораздо выше – они, как правило, - потомственные москвичи. Но тогда сразу же станет понятно, кто такие "типичные" православные и что они в меньшинстве. Да и как тогда эту публику будет контролировать иерархия?

Беседовал Антон Свиридов,
для "Портала-Credo.Ru"


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-19 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования