Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
МнениеАрхив публикаций ]
 Распечатать

Доктор исторических наук НИКОЛАЙ ЛИСТОПАДОВ: "Если ислам политически активен, то почему буддизм должен стоять в стороне?"


Николай Александрович Листопадов, д.и.н., востоковед-бирманист, работал в Бирме в 1982-1986 гг. и в 1990-1994 гг. Последний раз посещал Бирму в ноябре 2003 г.

Вначале общие замечания. Вряд ли правильно говорить о конфликте сангхи как таковой и властей. Сангха, насчитывающая до 500 тыс. человек, весьма неоднородна. Ничего не было слышно о том, что руководство сангхи поддерживает протестующих. Судя по сообщениям, протестовали молодые монахи, скорее, послушники. В Бирме очень легко стать монахом, в том числе и временно.

"Портал–Credo.Ru": Каковы были взаимоотношения между буддийскими организациями и властью во время Вашей работы в Бирме? Имели ли место какие-либо конфликты между ними?

Николай Листопадов: Я работал в Бирме в 1982-1986гг. и в 1990-1994 гг. В 1980г. власти Бирмы в лице режима генерала Не Вина подготовили и созвали Всебирманский собор буддийских монахов, в котором участвовали представители всех девяти буддийских сект/школ. Был создан Высший совет сангхи, а также подконтрольная правительству организационная структура сангхи снизу до верху.

Вообще, исторически, для буддизма, кроме тибетского, да и то с оговорками, не свойственна жесткая оргструктура, в отличие, скажем, от католицизма или православия. Главная единица – отдельный монастырь.

Разумеется, государство стремится взять сангху под контроль. Так произошло в 1980 г. Конечно, создание с помощью государства оргструктуры сангхи в какой-то мере упорядочило жизнь монашеской общины. Были, разумеется, и недовольные чрезмерной опекой государства над сангхой. В целом же в 80-е годы отношения между властями и сангхой были достаточно спокойные.

В 1988 г. Бирму потрясли массовые антиправительственные выступления с требованиями демократии. Монахи и послушники в этих событиях тоже участвовали, но главной движущей силой были студенты. В сентябре 1988 г. власть взяли в свои руки военные. Военное правительство стало оказывать значительную поддержку сангхе, да и развитию буддизма в целом, в частности, строительству храмов и т.д. Руководство сангхи, конечно же, приветствовало такую политику.

- Каковы, на ваш взгляд, исторические и культурные предпосылки данного конфликта?

- Скорее, речь вести надо не столько об исторических и культурных предпосылках конфликта, а о традиционных проявлениях, реакциях традиционных институтов в эпоху глобализации. У послушников много свободного времени. Они слушают иностранные радиостанции, а также имеют, пусть и ограниченный, выход в Интернет, знают, что авторитаризм в мире сейчас не популярен, а модны идеи демократии, свобод, прав человека. К тому же молодые монахи тесно связаны со своими сверстниками, студентами, многим из которых не нравится военный режим. О том, что протестующие монахи выдвигали какие-либо сугубо религиозные лозунги, я не слышал. Их требования носили, так сказать, общедемократический характер.

- Имели ли место подобные преценденты в истории Бирмы?

- Как я уже отметил, и раньше имело место, правда, не столь масштабное, участие монахов в акциях протеста, их отказ в 90-е годы принимать подаяние от военных. Активно монахи участвовали и в национально-освободительном движении против англичан.

- Как можно соотнести активное сопротивление буддийской сангхи власти с принципами ненасилия и монашеским этикетом?

- Конечно, монашеские правила не позволяют членам сангхи участвовать в политических акциях, тем более, насильственных. Вообще, в Бирме довольно устойчиво мнение, что монахи должны быть вне политики, а заниматься исключительно религиозными делами. Они даже не могут голосовать на выборах. Можно, конечно, сказать, что монахи – часть народа, и они должны быть вместе с народом, выражать его чаяния в критических ситуациях.

- В чем причина того, что сангха фактически возглавила протест против хунты, хотя до этих событий взаимоотношения Альянса и власти были вполне дружескими, власть поддерживала сангху. Нельзя же, в действительности, считать причиной именно повышение цен на топливо, скорее, это лишь повод?

- Опять же, не сангха, как таковая, выступила против властей, а отдельные ее представители, послушники. Альянс – это какая-то оппозиционная негласная организация монахов, к официальным руководящим органам сангхи она отношения не имеет. Причиной выступления монахов, на мой взгляд, была общая ситуация, усталость общества от многолетнего правления военных. Повышение цен тоже сыграло свою роль катализатора. Корни происшедшего правильнее искать в общем состоянии дел в стране, а не в религиозной специфике. Антиправительственные выступления приняли буддийскую окраску, что не удивительно для традиционалистской буддийской страны.

- Как объяснить факт поддержки Далай-ламой акций протеста со стороны монахов, в числе которых были не только мирные выступления?

Поддержка Далай-ламы монашеских акций мотивирована, прежде всего, политическими соображениями (Китай – союзник военного режима), ну и, конечно, чисто гуманитарными.

- Почему, несмотря на традиционность буддизма для всего населения Бирмы, лишь небольшая часть военных отказалась участвовать в репрессиях?

- Буддизм, как и любая другая религия, прежде всего, учит добросовестно выполнять свои непосредственные обязанности. Монах должен молиться, а солдат - выполнять приказы, обеспечивать порядок. Опять же повторю, протестовала не вся сангха, а отдельные ее представители. Не каждый, надевший монашескую тогу, заслуживает почитания. К тому же, не всем нравится политизированность монахов.

- Чем, на ваш взгляд, вероятнее всего, закончится кризис, и какие последствия это будет иметь для сангхи Бирмы, политических режимов и правовых свобод в соседних государствах, а также для тибетского вопроса?

- Уже сейчас обстановка в Бирме более-менее стабилизировалась. Военным удалось установить контроль над ситуацией. С другой стороны, выступления монахов – это тревожный звонок для генералов, свидетельство глубинного недовольства людей военным правлением. Необходима эволюция военного режима, изменения в сторону демократизации. Контроль над сангхой со стороны государства усилится, пройдут чистки. Скорее всего, возрастет финансовая подпитка лояльных монахов. На соседних странах происшедшее в Бирме, скорее всего, напрямую никак не скажется, так же, как и на тибетском вопросе. Вряд ли стоит ждать следующих волн"шафрановой буддийской революции". Хотя и не исключены отдельные попытки последовать примеру бирманских монахов. В Шри-Ланке сангха традиционно политически активна, да и в Тибете. Пассионарность монахи проявляли и во Вьетнаме. В конце концов, если ислам политически активен, то почему буддизм должен стоять в стороне?

Беседовал Влад Медведев,
для "Портала-Credo.Ru"


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-19 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования