Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
МнениеАрхив публикаций ]
 Распечатать

Адвокат МИХАИЛ ВОРОНИН: "В Марфо-Мариинской обители не было никакого ощущения того, что называется казенным духом"


Михаил Воронин был адвокатом и юридическим консультантом сестричества Марфо-Мариинской обители. После реорганизации обители адвокат Михаил Воронин продолжает консультировать своих бывших клиентов и представлять в суде интересы бывшей настоятельницы обители монахини Елисаветы, ушедших с нею сестер и воспитанниц на безвозмездной основе. Давно занимаясь правовыми коллизиями, связанными с проблемами религиозных организаций, в частности, Русской Православной Церкви Московского патриархата, адвокат хорошо осведомлен и в той специфике проблем, которые возникают внутри религиозных администраций.

"Портал–Credo.Ru": Что вы могли бы сказать по поводу освещения ситуации вокруг Марфо-Мариинской обители в СМИ, в частности на "Портале-Credo.Ru"?

Михаил Воронин: В основном, конечно, многое соответствует истине. Это можно отнести и к публикациям в газетах, и в электронных СМИ. Но в отношении некоторых материалов возникают и вопросы, которые касаются и Вашего Портала.

Поэтому первое, что необходимо отметить в связи с мнениями некоторых представителей новой администрации Марфо-Мариинской обители и пансиона, это то, что серьезные, категорические заявления без их подтверждения, без документированных фактов всегда остаются голословными. С юридической точки зрения это однозначно и никаким сомнениям не подлежит. Это напрямую, в частности, касается заявлений, прозвучавших в интервью новой исполняющей обязанности начальницы приюта Натальи Молибоги, опубликованном недавно на "Портале–Credo.Ru"

Это очень бросается в глаза. Поэтому, относительно нескольких заявлений, прозвучавших в интервью, нельзя не обратить внимания на их очень определенную суть. Это обвинения, которые содержат в себе откровенно клеветнические утверждения, не подтвержденные фактами. Но, в таком случае, последствия подобного выходят за рамки простой неэтичности и могут содержать в себе все основания для исследования их уже с позиции уголовного права. То есть, обвинение кого-либо, как делает это Молибога, например, в предложении совершить противоправные действия – организовать регулярную передачу неких неучтенных сумм "в конверте" и обвинение того же лица в такой же преступной практике совместно с бывшей настоятельницей, вполне могло бы, в случае обращения с заявлением в прокуратуру, стать основанием для возбуждения уголовного дела по факту распространения клеветы.

Конечно, можно допустить, что новая исполняющая обязанности не юрист и, может быть, человек, в силу своего образования не сведущий в самых элементарных нормах права. Но есть же какие-то тоже элементарные нормы этики, придерживаясь которых любой, даже совершенно неграмотный человек, отличает доброе от дурного, а правду от кривды. К сожалению, в данном случае отсутствует даже это.

– Может быть, это от предвзятости и продиктовано какой-то неприязнью нового начальства - определенной "ревностью" к начальству бывшему?

– Трудно сказать. Но такая же степень безответственности наблюдается и в действиях так называемого адвоката нового руководства обители г-на Шарапова. Практически он копирует манеру новой начальницы приюта. Он делает громкие эмоциональные заявления, ничем не обоснованные, не подтверждаемые даже косвенно. Возможно, причиной того справедливо считать отпечаток его былого трудового и жизненного опыта в советское время, который был получен благодаря работе в правоохранительных органах. Поэтому ничего особо неожиданного в поведении такого "адвоката", само собой, нет. Шантаж, неясные угрозы, запугивание, склонность к неправовым действиям – это, к сожалению, традиционный и очень популярный "стиль работы" многих сотрудников правоохранительных органов, который безуспешно пытаются искоренять и в наши дни.

– В интервью Н. Молибоги упомянуты определенные сложности, которые касаются здравницы обители в Крыму. Каковы перспективы ее судьбы?

– Ситуация с этой здравницей не представляет собой ничего неясного. В настоящее время, в соответствии с принципом юридической самозащиты эта здравница остается в ведении той организации, с которой еще не расплатилась Марфо-Мариинская обитель. По закону, до тех пор, пока все не будет выплачено, все имущество остается во владении этой организации, которая только по прошествии определенного срока и после двух напоминаний и предупреждений, может получить право это имущество продать, либо передать кому-либо документацию. Это означает, что у Московской патриархии есть еще время, чтобы, когда появится такая возможность, получить здравницу по закону...

– Каковы ваши впечатление об обители с точки зрения стороннего человека, не живущего там постоянно?

– До изгнания настоятельницы матушки Елисаветы мне доводилось заходить в Марфо-Мариинскую обитель раз или два в месяц, когда требовалось помочь с оформлением документов. И могу засвидетельствовать, что атмосфера там была просто необыкновенной. Во-первых, не было никакого ощущения того, что называется казенным духом. Все как-то очень уютно, аккуратно, по-домашнему. Интересно, что там даже запахи царили какие-то необыкновенно домашние – это нельзя было не ощущать и во всех помещениях, и в трапезной. В советское время мы почти все прошли детские сады, пионерские лагеря, турбазы с их столовыми. Но в обители все было, подчеркиваю, домашнее. В том числе и обед, например, который готовили один для всех – для воспитанниц, сестер и сотрудников.

В комнатах у воспитанниц всегда был порядок – все вымыто, вычищено, белье выглажено, кроватки с уложенными подушками аккуратно застелены. Всегда чистые окна, столы. Читая интервью новой начальницы, я поражался, откуда могли взяться такие беззастенчиво лживые описания, якобы, "грязи", "зловония", какого-то гротескного беспорядка. Просто немыслимо!

...Кстати, совсем недавно заходил в обитель, когда там уже во всю орудовала новоназначенная администрация. Обошел всю территорию. Но нет уже того ощущения свежести, приветливости и миролюбия. Куда бы не шагнул и что бы ни рассматривал – всюду тут как тут за тобой подозрительно наблюдает чей-то ревнивый старушечий взгляд. Детей даже не видно. И ощущение такое, что тебя за диверсанта принимают.

– В обители, как известно, привечали и бездомных. Так, вероятно, новые сотрудники говорят теперь, что там настоящий притон "бомжей" был?

– Да, нет! Бездомных, нищих сестры действительно постоянно подкармливали. Раздавали им одежду, которую для того и приносили жертвователи. Часто оказывали медицинскую помощь, которая таким людям, как правило, нужна всегда. Но это не значит, что кто-то мог обустраивать не территории что-то по своему усмотрению. Так что, ни о каком "кочевье" при обители даже говорить было нельзя...

Беседовал Михаил Ситников,
для "Портала–Credo.Ru"


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-19 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования