Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
МнениеАрхив публикаций ]
 Распечатать

Руководитель благотворительного фонда по организации Великорецкого старообрядческого крестного хода АНДРЕЙ ОРЛОВ: "Своей политикой сближения с патриаршей Церковью Андриан напугал многих недалеких людей в старообрядческих общинах"


Интервью с одним из единомышленников почившего старообрядческого Митрополита Андриана (Четвергова) корреспонденту "Портала-Credo.Ru" удалось взять еще 16 июня 2005 года в Кирове, когда Великорецкий крестный ход в Кировской области, во время которого у предстоятеля Русской Православной Старообрядческой Церкви случился трагический сердечный приступ, только готовился. За подготовку крестного хода отвечал Андрей Орлов, активист кировской старообрядческой общины, близко знавший Митрополита Андриана и общавшийся с ним на "ты". Андрей Орлов – представитель нового поколения в старообрядчестве, которое сразу встало на сторону Митрополита Андриана, когда он заявил о том, что Церковь должна занимать активную общественную позицию. Мысли кировского старообрядца помогут понять, сколь острые и непримиримые идейные споры будут происходить в среде белокриницкого старообрядчества не только во время и после избрания нового Митрополита РПСЦ, но и вообще в ближайшие годы.

Портал-Credo.Ru: Вы являетесь представителем молодого старообрядчества, у которого принципиально иной взгляд на отношения Церкви с окружающим миром, чем у более традиционных консервативных старообрядцев. В чем сейчас состоят главные проблемы старообрядчества, и какова роль Митрополита Андриана в их разрешении?

Андрей Орлов: Общая беда старообрядчества состоит в том, что мы теряем народ. По моему убеждению, надо проповедовать, ведь именно проповедь в наших общинах хромает. Как это ни странно, беда не в том, что люди не интересуются старообрядчеством, а в том, что мы не интересуемся людьми.

Я понимаю так, что в постсоветское время церковные власти белокриницкой иерархии сделали ставку на коренных старообрядцев, закоренелых традиционалистов, а в их среде, по моему мнению, много фарисейства. Главным в этой ставке на традицию было то, что люди из традиционных семей никуда не денутся, они всегда будут в Церкви. Способны ли они развивать какую-либо деятельность или же нет - это никого не интересовало.

Митрополит Андриан выступает за совместные проекты с РПЦ МП и за большую открытость по отношению к обществу, однако Митрополит понимает, с кем он имеет дело в своей Церкви. Он понимает, что частью верующих овладевает губительное чувство самоуверенности, что мы лучше в любом случае, мы истиннее всех, а поэтому все у нас нормально. При попытке сохранить внутрицерковное фарисейство у многих консерваторов наступает самоуспокоенность, стремление оставить все как есть на своих местах, ничего не менять. Сама возможность диалога с никонианами на основе покаяния за гонения и возвращения на исходные позиции прошлого многим казалась предательством старой веры.

Именно поэтому Митрополит Андриан своей политикой сближения и с патриаршей Церковью, и с обществом напугал некоторых недалеких людей в старообрядческих общинах. Можно сказать, что определенная часть старообрядцев против отношений с РПЦ МП, так как они считают, что они выше этого. Им все равно, что никониане, что протестанты, ведь если ты не старообрядец – значит, служишь антихристу. А Андриан, наоборот, полагает, что многие в патриаршей Церкви ушли вперед в духовном плане по сравнению с закрытыми старообрядцами-традиционалистами.

- Сможет ли политика открытости внести какие-либо конкретные изменения в жизнь Старообрядческой Церкви? Какие опасности в случае торможения "реформ" Митрополита Андриана подстерегают сторонников старой веры?

- По моему мирскому мнению, Митрополиту Андриану не хватает жесткости – у него всегда все на лице написано. Андриан постоянно высказывал какие-либо вещи для того, чтобы сделать Церковь более жизнеспособной. Но Андриан в своих стремлениях практически одинок – из традиционных влиятельных семей его поддерживают фактически только Четверговы.

В то же время, если все оставить так, как есть, то в современном мире, я убежден в этом, мы не выживем - протянем, наверное, не более 150 лет до полного вымирания Церкви. Уже сейчас в нашем старообрядчестве, как в Европе, все лучшее в прошлом, а будущее непонятно и смутно. Поэтому и те, кто обращаются в старообрядчество, ищут, прежде всего, нахмуренные лбы и не понимают, что наша вера состоит не только в одной строгости. Люди обращаются через книги, ищут прошлого и не находят его.

Надо трезво оценивать современную ситуацию в старообрядчестве и в староверии вообще. По моему мнению, пора обратить внимание на то, что местами старообрядцы одичали, что гордится-то сейчас нечем – даже купеческие традиции, в основном, находятся в прошлом. Нынешние верующие ставят в пример ревнителей благочестия прошлого, но если бы они восстали, то не узнали бы в нас христиан.

Во многих приходах нет священника, и жизнь верующих протекает нешатко-невалко. Отсутствие клириков также является общецерковной проблемой, так как кандидатов в священники мало и к ним предъявляются слишком строгие требования. Например, в Кирове у старообрядцев нет священника, и приход фактически не развивается. Дело в том, что в 90-е гг. из-за пассивности старосты белокриницкой общины Петра Филиппова, представителя закрытого традиционного старообрядчества, кировскому приходу не была передана молельня староверов-даниловцев в центре города. Вместо здания, исторически принадлежавшего староверам, власти выделили немногочисленным верующим дом бывшего сельсовета в селе Красное на окраине.

Активные приходы резко выделяются на общем фоне старообрядческой жизни. Такова большая община в Микварово, которую возглавляет о. Глеб Бобков. Там же находится женский скит, в котором подвизается мать Митрополита Андриана. В Микварово создан также приют для престарелых, в котором возрождаются традиционные народные ремесла.

- Вы сами подвергаете критике никониан и, видимо, видите все недостатки РПЦ МП, как и любой старообрядец. Как, на Ваш взгляд, должны деятели Старообрядческой Церкви относиться к Московской патриархии?

- Старообрядцам необходимо все-таки уметь находить в никонианской Церкви хорошие стороны. Тогда многие обвинения наши в сторону патриаршей Церкви окажутся несостоятельными. Хотя, с точки зрения последних инициатив Московской патриархии о диалоге со старообрядцами, празднование юбилея Патриарха Никона – это, конечно, провокация, направленная против нас.

И, конечно, на единоверие, постоянно навязываемое иерархами РПЦ МП, никто не пойдет, ведь в каждом русском мужике сидит протопоп Аввакум. Кроме того, главное дух, а буква и обряд без этого духа пусты.

В Кировской области нам надо активно работать с беспоповцами, так как многие из них готовы к диалогу, даже к переходу в белокриницкую иерархию, и так же вымирают, как и многие старообрядческие общины. В городе они быстро теряют свои традиции. До революции у них была и типография, и иконописная мастерская в Кирове, а сейчас все пришло в упадок.

Помимо отношения к патриаршей Церкви, нужно выработать более цивилизованное отношение к другим христианским конфессиям со стороны старообрядчества. Как православному человеку, мне, к примеру, многое непонятно у протестантов - в особенности, возмущает их иконоборчество. Но, кто знает, как будет судить Господь. Если бы была такая сфера, где мы могли бы сотрудничать, то протестанты наверняка бы задумались о правильности своей вере, о ее настоящей сути. Не ругать их надо, а молиться за них, ушедших в секту.

Ко всем инославным должно быть доброжелательное отношение. Одновременно, надо учиться бороться за души и за стенами церковной общины, и внутри нее. У нас часто бывает так, что член прихода только оступился в чем-то, его сразу затаптывают, как стадо бизонов, и костей потом не соберешь.

- Скажите, Андрей Николаевич, сталкивались ли старообрядцы с какими-либо трудностями при проведении Великорецкого крестного хода в 2005 году, ведь совсем недавно там прошел аналогичный крестный ход никониан. Были ли какие-нибудь трения с представителями РПЦ МП?

- Я считаю, что с Московской патриархией у нас должны быть добросососедские отношения. По крайней мере, между нами не должно быть вражды, так как любая вражда только на руку безбожникам. К примеру, от патриаршего Великорецкого крестного хода мы не могли никак отгородиться. Мы ходим крестным ходом в августе (в память о переносе образа свт. Николы Чудотворца в Москву, которое празднуется 29 июля), а никониане в июне (как было постановлено Святейшим Синодом еще в XVIII веке). Во время нашего крестного хода паломников часто пускают на ночлег в патриаршии храмы и даже кормят, так как и для верующих, и для священнослужителей этот крестный ход является большим испытанием.

В то же время подготовка крестного хода была омрачена спором вокруг собственности. Дело в том, что в селе Великорецком в бывшем больничном городке Старообрядческая Церковь купила несколько домов, списанные стройматериалы и землю для домов паломников. Там планируется отстроить со временем домовый храм и митрополичье подворье. Когда этот комплекс был уже куплен старообрядцами, начались конфликты с представителями Вятской епархии РПЦ МП. Московская патриархия требует теперь от нас землю обратно, так как старообрядческий комплекс разместится как раз на месте явления иконы свт. Николы Великорецкого, то есть у самой святыни, где всегда будет много паломников.

Для того, чтобы предъявить к нам претензии, никониане автоматически организовали рядом с нами свой патриарший Великорецкий монастырь и на месте явления иконы выкорчевали древний, также почитаемый, пень и выбросили его. После основания Великорецкого монастыря никониане выжили из села Великорецкого настоятеля церкви, с которым у нас сложились хорошие отношения. Насельники патриаршего монастыря обратились к вице-губернатору Кировской области Александру Галицких для того, чтобы он отобрал у нас землю. Сам Галицких хотел там построить гостиничный комплекс. Для никониан же - это территория вокруг святыни, которую они хотели занять первыми, но этого у них не получилось. Несмотря на все попытки Вятской епархии согнать старообрядцев, мы остались в Великорецком. В настоящее время земля находится у старообрядческой Церкви в собственности, и никониане ничего не могут сделать.

- Отношения представителей РПЦ МП и старообрядцев на местах резко контрастируют со стремлением Церквей к взаимному сотрудничеству. Что Вас привело к старообрядчеству и какие недостатки Вы увидели в Вятской епархии РПЦ МП?

- Я начал изучать старообрядчество с произведений о. Василия Зеньковского, так как он не так резок и тяжел, как Мельников. Крестили меня в бывшем единоверческом храме в Кирове – в Серафимовской церкви, построенной в 1913 году для единоверцев – там хороший клир, а в приходе много выходцев из педагогического университета, до сих пор атеистического по духу.

У никониан меня смущали личные грехи священнослужителей, которые вполне допускаются церковным руководством. Я поступал в первый набор Духовного училища РПЦ МП, но не пошел туда, увидев цинизм, царящий в епархии, руководимой митрополитом РПЦ МП Хрисанфом. В патриаршей церкви в Кирове – одни комсомольцы из педагогического университета, которые продолжают свое комсомольское дело в епархии. Секретарь епархиального управления - прот. Александр Балыбердин - вообще человек с погонами под рясой, занимавший ранее пост специалиста по связям с религиозными организациями в областной администрации. Балыбердин, как и многие никонианские священники, рассматривает свое служение, скорее как бизнес.

Беседовал Роман Лункин,

для "Портала-Credo.Ru"


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-19 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования