Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
МнениеАрхив публикаций ]
 Распечатать

Бывший узник совести о. ГЛЕБ ЯКУНИН: "Мы с отцом Димитрием Дудко не только жили по соседству, но и в Лефортовской тюрьме оказались рядом"


Портал–Credo.Ru: Отец Глеб, что Вы можете сказать в связи с кончиной отца Димитрия Дудко? Ведь Вы его хорошо знали…

О. Глеб Якунин: Да, мы были с отцом Димитрием Дудко друзья и коллеги по диссидентской церковной борьбе. Мы не только жили по соседству на ул. Дыбенко, но и в Лефортовской тюрьме оказались рядом. Я вспоминаю эпизод, когда меня водили на допрос в Московское управление КГБ, то мой следователь однажды, когда увидел, что я не слушаю его, а внимательно прислушиваюсь к громким голосам, раздающиеся за стенкой, прокомментировал: "Это что, Вы слышите, как Ваш приятель Дудко там разговаривает со своим следователем?" Я даже не знал, что это он, но подумал и обрадовался, что раз следователь изъясняется на повышенных тонах, значит Дмитрий держится.

К сожалению, потом его сломали и он "раскололся", "потек". Его следователь Подкопаев, кажется, тогда он был капитаном, за то, что он "расколол" Дудко, получил орден Красной Звезды. Тем, что он сдался и сделал это свое позорное заявление на телевидении, он сыграл "на руку" Московской патриархии, поддержал ее политику.

Что же касается Московской патриархии, то очень характерно ее поведение в отношении о. Димитрия Дудко уже в наши, постсоветские времена. Несмотря на его покаяние, они его заставляли служить в его преклонные лета где-то в Подмосковье, кажется в районе города Воскресенска, где очень много химических и цементных заводов, выкидывающих в воздух массу вредных веществ, где просто дышать-то вредно. Да еще его храм был в деревне, куда было далеко ездить. Они никак не могли его простить за прошлое диссидентство и так и не перевели в Москву. Он там жил не только в ужасных экологических, но и в тяжелых материальных условиях. И это несмотря на то, что его сын – мой крестник, работает в Отделе внешних церковных связей Московской патриархии и занимает там немалую должность.

Я с двойственным чувством встретил известие о его смерти. Он в последние годы хотел со мной встретиться. Но после тех знаменитых слов, которые он сказал о том, что не чекисты должны просить прощения у Солженицына и Сахарова, а те должны прощения просить у чекистов, после того, как он вдруг проникся любовью к чекистам, я не мог себя пересилить. Хотя, это выглядит на грани психопатологии.

Мне не хочется его осуждать – КГБ и ГУЛАГ ломали немало людей. Но потом то, всего-навсего, ему надо было, когда рухнул этот безбожный строй и государство, и как мы сейчас видим, не рухнул а только надломился КГБ, обратиться к своим духовным чадам и сторонникам и сказать: "Извините! Не выдержал!" Действительно второй арест многие не выдерживали и ломались. Мало кто бы его за это осудил. Ведь мы знаем, что трудно было осудить двух также публично раскаявшихся диссидентов Петра Якира и Виктора Красина. Их надо по христиански жалеть. Но и они должны покаяться. Дудко не смог этого сделать. Видимо, гордыня помешала. Всего-навсего надо было попросить прощения и его с любовью бы простили, принялии обняли бы. Очень трагично, что этого так и не случилось.

– Какова была Ваша первая реакция на телепокаяние о. Димитрия Дудко?

– Моя реакция была запоздалой. Ведь во время его выступления по телевизору, я сам сидел в тюрьме. Но для многих его духовных чад и почитателей это стало трагедией. Более того, выйдя на волю, он стал строить какие-то конструкции и мостики для оправдания своего покаяния и успокоить свою совесть. Ему не хватило самого простого, что доступно самому грешному человеку, а тем более, христианину, сказать: "Прости, Господи, грех, который я совершил!" А он, человек с такими талантами, духовно чуткий, не сумел пройти этот путь. Не менее печально, что его прибежищем стала газета "Завтра" и компартия.

– Обычно не принято критиковать недавно усопшего человека, даже если некоторые поступки в его жизни давали для этого веские основания. Вы считаете по-другому?

Я считаю, что когда человека справедливо критикуют, особенно с душевной горечью, даже сразу после смерти, даже на свежей могиле – это его очищает. Здесь неуместны обычные подходы.

Беседовал Владимир Ойвин,
"Портал-Credo.Ru"


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-19 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования