Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
МнениеАрхив публикаций ]
 Распечатать

Банкир, совладелец «Новой газеты» АЛЕКСАНДР ЛЕБЕДЕВ, выступивший поручителем за обвиняемых по делу "Pussy Riot": "Если РПЦ МП выступит с позиции милосердия, она может навлечь на себя недовольство власти"


"Портал-Credo.Ru": Что Вы ожидали услышать сегодня в Мосгорсуде [интервью записано 9 июля]?

Александр Лебедев: Мы ожидали, что они примут во внимание и ребенка маленького и то, что, конечно, никто никуда не убежит, и то, что предварительное следствие закончено. Это максимум вещей! Неправедное решение, неправосудное и несправедливое. Я сейчас пока не говорю о самом этом мифическом преступлении. Но, наверное, еще одно продление придется, к сожалению, терпеть.

- Как менялось Ваше отношение к акции "Pussy Riot"?

- Я ничего не хочу обсуждать, кроме меры пресечения. Я просто считаю, что она абсолютно незаконна и несправедлива. Что касается статьи 213-й, пункт б, Уголовного кодекса РФ ("Хулиганство, то есть грубое нарушение общественного порядка, выражающее явное неуважение к обществу, совершенное по мотивам политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды либо по мотивам ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы" – Примечание редакции), странно, что они не обратили внимание, что я, как поручитель, сам являюсь предметом расследования Следственного комитета по той же статье (по эпизоду с нападением на бизнесмена Сергея Полонского в прямом эфире телевидения – Примечание редакции).

- И при этом находитесь на свободе.

- Да. У нас есть еще и такой аргумент в пользу освобождения PussyRiot. Знакомство с материалами следствия в условиях предварительного содержания, поскольку все процедуры режимные, составляет только 4 часа в день – это когда они могут с адвокатом общаться. Если бы они были на свободе, ксерокс и адвокат у них в любое время были бы в распоряжении. Есть же такие формы, как домашний арест, выход под залог, подписка о невыезде.

Кстати, когда "Наши" на Селигере вешали на кол муляж головы правозащитницы Людмилы Алексеевой, это точно хулиганство по предварительному сговору, в группах и так далее. Но нет же никакого расследования этого!

- Что может повлиять на решение суда?

- Общественное мнение. Наше поручительство – это часть общественного мнения. Конечно, хорошо бы не 53 тысячи подписей поддержки собрать, а 530 тысяч. Ведь у каждого судьи есть внутреннее правосознание. Было ясно с самого начала, что, наверное, будет вот такое решение, но, мне кажется, они прислушиваются к обществу. Так что надо не быть равнодушными, другого выбора у нас пока нет.

- И все-таки неравнодушных сейчас довольно много. Неужели этого недостаточно?

- Поверьте мне, в какой-нибудь 20-миллионной стране в Европе стопроцентно собрали бы 2 миллиона подписей. Необязательно выходить на улицы, но хотя бы поставить свою подпись – в этом нет ничего сложного. Вместо того чтобы в интернете чатиться и обмениваться всякой бессмысленной информацией, нетрудно же взять и занять общественную позицию по какой-то теме. Это единственный способ, на самом деле. У нас что говорит президент Владимир Путин? Что 100 тысяч подписей – законодательная инициатива. Можем мы, в конце концов, хоть 100 тысяч подписей собрать, чтобы он наконец нам ответил?!

- Что Вы думаете о словах адвоката Николая Полозова, что, по сведениям надежного источника в Администрации президента, девушек сегодня отпустят?

- Я неоднократно сталкивался с нашей судебной системой. И уже когда я прихожу в зал суда, я могу по лицу судьи многое прочитать. И тут я точно прочитал: не было никакого звонка из администрации. Это была ночная шутка Полозова, не более того.

- Шутка? Я слышал, сегодня вообще день шуток вокруг этого суда. Какие еще были шутки?

- Например, такая довольно странная шутка, которая прямо ко двору пришлась судебной системе: "А если бы это было сделано в мечети?" Знаете, если бы это было сделано в протестантской церкви в Англии, ничего не было бы. Просто вообще, думаю, не было бы никакого предмета. Это надуманное дело.

- Как Вам кажется, сращивание государства с Церковью на руку государству или РПЦ МП?

- Мне не хочется широко философствовать по поводу достаточно понятной судьбы трех молодых женщин. Это отдельная тема, хотя у меня есть мнение на этот счет.

- Но Кремль влияет на ход следствия?

- Думаю, неофициально – да. Это традиционно для нашей судебной системы, она является частью вертикали власти. Надеюсь, когда-нибудь она перестанет чувствовать себя этой частью.

- Вам не кажется, что этот процесс является символической точкой перелома, чтобы Россия отошла от вертикали власти?

- Является: и этот процесс, и многие другие вещи, будь то митинги или обыски у так называемых оппозиционеров. Я смеюсь, что "так называемых", поскольку в стране нет института оппозиции. Если бы все те, кого называют лидерами оппозиции, объединились вокруг какой-то платформы и структуры, тогда можно было бы сказать, что это оппозиция. А так – просто множество людей, которые выражают свои точки зрения. Когда я был на Марше миллионов 6 июня как частный гражданин, я не слушал Сергея Удальцова, потому что я ведь не марксист-ленинец. И я понимаю, что у такой оппозиции нет настоящих лидеров.

- Так, может быть, "Pussy Riot" помогут становлению российской оппозиции?

- Ну не знаю. Но, в любом случае, этот процесс напоминает процесс суфражисток в Великобритании в XIX веке. В правоустанавливающем смысле их деятельность, безусловно, окажет очень большое влияние на общее развитие страны. И думаю, глупо будет, если власти продолжат оказывать давление на суд. Оно может быть непрямым: судьи – тоже люди, у них есть какое-то впечатление и ощущение того, чего от них ждут. Причем ведь судей у нас не выбирают – они назначаются указом президента, многие из них пришли из правоохранительных органов.

Потому-то многие русские, в том числе и я, судятся друг с другом в Лондоне, что бы там ни говорил Дмитрий Медведев. Дело не в британских судьях, а в нашей судебной системе. Кстати, в Лондоне судиться гораздо дороже.

- То есть Вы считаете, что этот процесс приведет не к усилению диктатуры, а скорее наоборот?

- Да, скорее наоборот. Благодаря таким прецедентам люди начинают все больше стремиться делать что-то для других. Конечно, очень много инерции, даже в интернете, но все это подобно наковальне, на которой выковывается протест.

- Как Вы относитесь к письму Ивана Охлобыстина к Патриарху, где он говорит, что позиция официальной Церкви по данному делу портит ее имидж?

- Вы не забывайте, что это же форма политического протеста. Православная церковь имеет к этому некое отношение только в силу того здания, где этот протест имел место. Но поставьте себя на место иерарха: он не сможет пропустить политический подтекст в этом выступлении. И даже если РПЦ на высоком уровне выступит по этому вопросу с позиции милосердия, она может испугаться навлечь на себя уже некое недовольство политической власти. К сожалению, они учитывают не слишком много факторов в этих взаимоотношениях с властями. Я бы с позиций духовного лидерства был более независимым. Но не мне давать советы.

- В каком-то смысле PussyRiotподают российскому протестному движению пример бесстрашия, причем на религиозной основе: они же обращались к Богородице с призывом прогнать Путина.

- Ну я не думаю, что Навальному, Удальцову и Собчак стоит петь в церкви.

- Однако в Польше был показан пример такой оппозиции, одним из лидеров которой был Папа Римский Иоанн Павел Второй.

- Вы об эпохе "Солидарности", что ли? Ну нет, ну вряд ли. Католическая церковь Польши изначально была настроена антисоветски и антикоммунистически в силу гонений и в силу истории отношений с Россией при большевиках в 20-30-х годах. Нет, не похоже, думаю, что нет. К сожалению, кстати говоря. Конечно, было бы интересно услышать какие-то взгляды от конфессий, но они все-таки стараются на тему политического устройства не высказываться. Хорошо это или плохо, не знаю. Посмотрим. Важен, наверное, и паритет в таких случаях.

- Вы православный?

- Да, я православный.

- Тогда все-таки, может быть, вернемся к вопросу, с которого мы начали: как Вы относитесь к выступлению панк-группы в Храме Христа Спасителя?

­ Если это форма политического протеста, то выбор места вторичен, на мой взгляд. А это была форма политического протеста, и выбор места был обусловлен желанием привлечь максимальное внимание. На этом пока мало кто акцентировался. Обществом не очень изучено, что же это такое было. Если это было просто хулиганство, то это административный состав преступления, который максимум штрафом ограничивается. Я точно не знаю, но вполне возможно, что Административным кодексом запрещены какие-то определенные действия в святилище.

Как православный, скажу, что девушки могли бы найти какую-то другую форму. Но важно то, что они хотели сказать. Поэтому Вашим главным вопросом было бы, согласен ли я с тем, ради чего они в свидетели Богородицу призывали. Но на этот вопрос я Вам не отвечу!

Беседовал Феликс Шведовский,

"Портал-Credo.Ru"


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-21 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования