Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
МнениеАрхив публикаций ]
 Распечатать

Историк и философ, автор книги «Трагедия Русской Церкви» ЛЕВ РЕГЕЛЬСОН: «Николай Федоров противопоставлял догмат Троицы западному индивидуализму и восточному коллективизму»


"Портал-Credo.Ru": Некоторые источники называют Вас одним из активных и, может быть, последних последователей философии Николая Федорова. Речь идет о русской космистской традиции, которую Вы интегрируете каким-то образом с официальным православием. Поясните, пожалуйста, насколько это верно. Что тут правда, а что вымысел? К какой философской школе Вы себя относите?

Лев Регельсон: Я не очень люблю эту формулировку — "русский космизм". Но Николай Федоров у меня очень почитаем. Не сразу я его принял, хотя прочитал я его еще до крещения — в 1965 году в библиотеке. Впечатление, конечно, он произвел, но отношение у меня к нему было в большой мере критическое. Больше меня увлекали Флоренский, Булгаков — вот эта линия.

Надо сказать, что за последние двадцать лет, когда я близко познакомился со Светланой Григорьевной Семеновой, она и ее дочь, Анастасия Гачева, проделали огромную работу по, я бы сказал, воцерковлению философии Федорова. И медленно и постепенно они меня убедили.

Во-первых, надо сказать, что они проделали титанический труд — они издали пятитомник — Полное собрание сочинений, включая письма. Выяснилось, какая это фигура – Николай Федоров, - кто с ним общался, какую роль он сыграл в становлении русской духовной жизни.

Скромный библиотекарь в Румянцевской библиотеке проработал 30 лет. И к нему шла вся интеллигентная Москва. Он по памяти знал весь каталог. И он не просто подбирал книги, а он рекомендовал каждому, что ему прочитать. В его комнатке велись бесконечные беседы. Можно сказать, что Владимир Соловьев просто считал себя его учеником, на Достоевского он оказал огромное влияние, судя по переписке. Лев Толстой жил там рядом (в Хамовниках), и они регулярно встречались. Единственным человеком, которого Толстой уважал, был Федоров. А Федоров его не уважал. Федоров его нередко публично, я даже не знаю, какое слово тут употребить...

- По каким причинам? Не сошлись характерами?

- Нет, Федоров был православным, он причащался, но он не догматист — он старался привлечь к своему делу верующих и неверующих — это не было препятствием.

Сцена в Румянцевской библиотеке: Толстой оглядел полки с книгами: "Сложить бы все эти книги, да сжечь", - сказал Толстой публично. Федоров повернулся и рявкнул на весь зал: "Ну и дурак!" И Толстой "проглотил".

И еще эпизод: Толстой поглаживает череп: "Люблю я тебя, курносую...". Имея в виду смерть. Как Федоров на него набросился! И Толстой все это "проглатывал", потому что Федоров был тем идеалом, к которому он сам стремился в личной жизни: безбрачный, абсолютный аскет, стакан чая и сухарики весь день, всю свою скромную зарплату раздавал. И это годами и десятилетиями и у всех на глазах, совершенно не афишируя. А Толстой все только собирался. Такая личность.

Федоров - воспитатель Циолковского. В каком смысле? Этому калужскому учителю он просто присылал книги для чтения. С возвратом, но он фактически его образовал. И он оказал влияние на десятки и сотни менее крупных личностей, типа Стасова.

Дело в том, что Федоров был фактически первым человеком, возродившим культ Святой Троицы.

- Что значит возродил? Внес какие-то новые элементы?

- Он его поставил в центр всей своей философской системы.

- Не христоцентричной, а триадоцентричной?

- Совершенно верно. Он совершенно сознательно использовал образ Святой Троицы и Сергия Радонежского как образ человеческого общежития, поэтому он очень глубоко вникал в догматику. Надо сказать, что тогда литературы было очень мало. И о Сергии Радонежском мало что знали. И икона Рублева еще не была расчищена — Федоров ее не видел. Она была расчищена в первый раз только в первую русскую революцию, а вторая расчистка происходила во время большевицкой революции.

О самом догмате Федоров говорит, что он является для нас путеводным — человек должен принять на себя этот образ — образ Божественной любви. Он противопоставлял его западному индивидуализму и восточному коллективизму — Троица, Которая сочетает в Себе высочайшее учение о личности и в то же время соборность.

- Сейчас в народном благочестии существует такая аналогия, что единство людей в Троице достигается преимущественно в семье, потому что там есть отец и мать, которые порождают "дух" в виде чада. Федоров был наоборот безбрачным…

- Он был безбрачным, но к монашеству он довольно скептически относился. У него же была идея воскрешения предков, поэтому у него присутствовал культ семьи — родовой семьи, хотя сам он был безбрачным.

Кстати, сейчас наши исследователи выяснили, что Федоров -потомственный князь Гагарин, внебрачный сын князя Гагарина от горничной. Ее выдали замуж за мещанина Федорова и отсюда это имя. И Федоров уже взрослым узнал, что его отец ему не отец. "Оказывается, родные — это не родные", — писал он, то есть для него это было потрясением.

У него есть идея всеобщего родства. Он склонялся к такому пониманию Троицы как семьи. Оно не просто народное, оно очень распространено. В истории христианства эта мысль высказывалась десятки, если не сотни раз, она иногда прямо навязывается. Но Федоров очень осторожно пытался это интерпретировать. Я, конечно, этого не разделяю. И это, конечно, не относится к его сильным сторонам.

Хотя здесь есть проблема, которую надо решать: до сих пор догмат по-настоящему не раскрыт — вы обратитесь к нашим богословам.

- Считается, что он не может быть раскрыт в принципе, потому что он касается тайн Божественной природы. А Бог Сам по Себе непознаваем. Он познаваем только в Своих действиях, проявлениях и результатах этих действий…

- Это так и не так. Богословие бывает апофатическое — непознаваемая сторона Бога — и катафатическое — то, что познаваемо. Если бы существовало только апофатическое богословие, то не было бы тринитарного догмата. Все-таки учение о Боге выражено в четких и ясных словах. И не зря 300 лет шла борьба между святыми отцами, вынашивание, умнейший народ эллины — эти святые отцы. Это вершина человеческой мысли.

В иудействе говорится о том, что Бог "непознаваем" — о Нем вообще ничего нельзя сказать, хотя говорят о сеферотах, но о Самом Боге вообще ничего сказать нельзя. А мы говорим. Догмат о Троице — это есть учение об этом. Поэтому апофатическая сторона все равно остается — Бог непознаваем по природе, но познаваем в Лицах.

- Скажем так: познаваем по действиям Лиц?

- Это сложный вопрос, я всю жизнь этим занимаюсь.

(продолжение следует)

Полный текст беседы Александра Солдатова со Львом Регельсоном будет опубликован на нашем Портале в ближайшее время


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-19 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования