Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
МнениеАрхив публикаций ]
 Распечатать

Член Общественной палаты РФ, руководитель рабочей группы по развитию общественного диалога и институтов гражданского общества на Кавказе МАКСИМ ШЕВЧЕНКО: "Я бы выделил некоторое политическое пробуждение Патриарха Кирилла в 2010 году"


"Портал-Credo.Ru": Какие значительные события религиозной жизни России и мира в ушедшем году Вы могли бы выделить?

Максим Шевченко: Приходят на ум дискуссии вокруг мечетей в Москве, слушания по иеговистам, дискуссия вокруг девочек в Боголюбском монастыре, а также закон о передачи собственности, которая им принадлежала до 1917 года, религиозным организациям — это самое существенное.

Еще бы я выделил некоторое политическое пробуждение Патриарха Кирилла в связи с событиями на Манежной. Он же особо не высказывался по политическим вопросам, но тут высказался. И высказался очень серьезно. Можно вспомнить и его визит в Украину, который прошел летом этого года.

- Он в Украину сейчас часто ездит…

- Да. Для Украины это очень важное событие. Я думаю, что он решил всерьез побороться за Украину. По крайней мере, совершенно четко определить границы влияния с католической Церковью, благо что с Папой у него очень хорошие личные отношения. Это не Иоанн Павел II, нынешний Папа вменяемый.

- Вопрос со строительством мечетей повис в воздухе, несмотря на то, что Путин заявил четко и определенно, что в Москве мечети будут построены. Но как быть с общественным протестом?

- Есть как общественный процесс, так есть и общественное движение "за". Граждане, проживающие в Текстильщиках, — это не только противники строительства мечети, но и сторонники строительства мечети. Мне кажется, что наше общество должно научиться в нормальном цивилизованном ключе согласовывать такие процедуры. Мечеть — не бордель, которых изобилие в Текстильщиках, поверьте. И не какое-то развратное место, откуда день и ночь орет попса.

Ничего плохого в храмах нет. Я хочу, чтобы там строились православные храмы, мечети, если надо, то и другие храмы традиционных религий. Это только пойдет на пользу людям. А то, что люди не понимают пользы, которую им приносит строительство духовных мест для молитвы, так люди и никогда в истории этого не понимали. Власть должна быть властью для того, чтобы защитить как права верующих, так и, вместе с тем, постулировать некие духовные и гражданские принципы.

Нельзя идти на поводу у толпы, которая движима темными инстинктами. А неприятие строительства мечети, в данном случае, инициировано только темными инстинктами, мнением, что мусульмане — это какой-то источник криминала, заразы и еще чего-то такого, что они везде баранов будут резать.

Это следствие мощной пиар-кампании, к которой привлекались неонацисты типа Чудиновой и ей подобных или Поткина (Белова). Это очень серьезный вопрос. Власть должна идти по пути развития гражданского общества. Разрешение на строительство торгового центра получить гораздо проще, чем на строительство мечети или православного храма.

Это вопрос не только мечетей. Я знаю православные храмы, которые десятилетиями живут в подвалах разрушенных старых храмов Москвы, а офисные помещения там занимают разные фирмы — юридические, туристические и т.д. — их оттуда не выгнать. Не надо идти на поводу у толпы.

- Как Вы оцениваете создание новой централизованной мусульманской структуры?

- Я уже неоднократно говорил о том, что чем больше муфтиев, тем лучше. Пусть в России будет тысяча муфтиев, потому что муфтий — это всего-навсего администратор, это не духовное лицо. Это человек, который распоряжается вакуфами и имуществом общины.

- Но тут не муфтии, тут централизованная организация — муфтият!

- Ну и хорошо, муфтият — это административная организация, которая распоряжается недвижимостью и имуществом. Она потенциально, по своему каноническому статусу, не имеет никаких духовных сущностей. Духовные сущности в исламе образуются за счет знаний и опыта человека. Если человек хорошо знает Коран и тафсиры – толкования, то он становится алемом. Если он учит других людей и люди признают его авторитет, то он становится устазом. Если он уже пожилой уважаемый человек, и люди прислушиваются к его авторитету, то он становится шейхом. Но муфтий ни с какой стороны не является духовным лицом только потому, что он муфтий, носит саудовский халат на себе и надевает чалму. Это не имеет никакого значения! Вот Ахмат-хажди Кадыров никаких халатов и чалму не носил, но все его признавали и признают духовным лидером. Так оно и было на самом деле.

Чем больше муфтиев, тем совершеннее административное управление мусульман. Я приветствую создание новой структуры и надеюсь, что это поможет мусульманам лучше управлять имуществом на тех территориях, где они этим имуществом располагают.

- Знаете ли Вы о подписанном Медведевым законе, который облегчает въезд в Россию высококлассных специалистов? В нем есть норма о запрете таким иностранным специалистам заниматься религиозной деятельностью. Что Вы думаете по этому поводу?

- С одной стороны, мне понятна эта практика. Когда мы говорим о религиозной деятельности, мы имеем в виду, прежде всего, клерикальные структуры, так называемые профессиональные жреческие структуры, которые, естественно, не хотят никакой конкуренции. Верующим, де факто, все равно. Если приезжает духовный американец, от которого так и исходит Дух Святой, так оно, казалось бы, и лучше, чем какой-нибудь местный, который абсолютно бездуховен и только "заточен" на материальные ценности.

Поэтому когда мы говорим о любых религиозных проблемах, надо иметь в виду всегда два пласта: пласт конкуренции духовного сословия и интересы верующих. Ничего страшного, так как у нас в России сложилась такая система, что религиозная жизнь — это есть жизнь духовного сословия по преимуществу, а никаких не верующих. Верующим, как говорится, пикнуть нельзя, и им рот затыкают, в целом, практически во всех конфессиях. Так государство, кстати, выстраивает свои отношения — оно выстраивает свои отношения не с верующими, а с пастырями всех конфессий. Только священники, или муфтии, или раввины, или пасторы имеют право о чем-то таком говорить.

Поэтому этот запрет и не плох, и не хорош, потому что он ни на что не влияет, по большому счету. Конечно, он бьет болезненнее всего по протестантским церквям, которые очень сильно завязаны на своих иностранных, американских партнеров. Что значит для протестанта не заниматься религиозной деятельностью? Даже иезуит, допустим, приезжает и дает слово не заниматься проповедью. И не проповедует с амвона. Но для протестантов проповедь является одним из важнейших вероисповедальных факторов — протестанты не могут не проповедовать. Для них проповедь — одно из таинств.

Как можно запретить человеку креститься, например, публично? То же самое — запретить протестантам проповедовать. А если приезжает какой-нибудь американский или южно-корейский пастор, приходит на собрание протестантов, сидит, стиснув зубы — сдерживает себя. Хочется ему поговорить в Духе — на языках, но он же дал слово ни в коем случае не проповедовать. Потом не выдерживает — нисходит на него, по учению пятидесятников, Дух Святой — и он начинает проповедовать в Духе, на языках говорить. Потом выходит на трибуну и начинает глаголить: "Братия! Истинно говорю вам …". И как водится — огненную проповедь, которая заводит зал. Зал ликует и кричит "Аллилуйя!" Этого пастора надо арестовывать и депортировать, получается, по этому закону?

Конечно, это абсурдная вещь. Тогда надо написать к этому закону дополнение и сказать, какими именно типами проповеди запрещено заниматься.

- Богослужебной деятельностью также запрещено заниматься.

- То есть приезжает, допустим, итальянский всеми уважаемый священник, про которого весь мир знает, что он — хороший богослов, духовный человек, что Папа к нему благоволит, и Патриарх Кирилл не будет отзываться про него иначе, как про очень тонкого христианина. Да чего далеко ходить, хотя бы та же самая мать Тереза, если бы была жива! Приезжает мать Тереза, ходит и всех благословляет. Мать Терезу взять и в кутузку посадить, потому что она занимается религиозной проповедью? А уж, не дай Бог, какой-нибудь священник совершит мессу.

- Так архиепископ Павел Пецци — итальянец…

- Поэтому, конечно, как всегда наши чиновники проявили себя чинушами. И, полагая, что они лучше всех на свете все знают, тут не додумали. Поэтому, конечно, это абсурдная вещь.

Или, допустим, приезжает какой-нибудь турок, или араб, или сириец, очень лояльно настроенный к российскому государству. И его приглашают в мечеть. Он совершает намаз, и ему предлагают прочитать проповедь. Его опять же тоже в кандалы - и в застенки.

Я уже не говорю про евреев, потому что нет раввина, который не был бы израильским гражданином. Таких раввинов просто в природе не существует.

- У КЕРООР есть.

- Может быть, если глубоко копнуть, то у какого-нибудь раввина и не окажется израильского паспорта. Но, в целом, как правило, все раввины, все продвинутые деятели еврейства имеют израильское гражданство второе. Так что же, их теперь тоже депортировать? Это что же получается? Закон-то антисемитский, что ли, антиеврейский? Нехорошо получается.

Беседовал Владимир Ойвин,
"Портал-Credo.Ru" 


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-21 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования