Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
МнениеАрхив публикаций ]
 Распечатать

Эксперт Института прав человека ЛЕВ ЛЕВИНСОН: "Не надо демонизировать ювенальную юстицию… Одним из авторов соответствующего закона был православный депутат Александр Чуев"


"Портал-Credo.Ru": Лев Семенович, в церковной среде идут жаркие дебаты вокруг так называемой ювенальной юстиции. Нужна ли она вообще?

Лев Левинсон: Когда разговоры вращаются вокруг вывески, термина, то это предмет достаточно расплывчатый и под ювенальной юстицией понимается какой-то жупел, вроде современного искусства. Такое же отношение, такие же страсти, когда непонимание порождает чудовище.

Конечно, под термином "ювенальная юстиция" можно понимать разные вещи. Последствия введения ювенальной юстиции, если это произойдет при содействии государственных органов, могут быть и весьма негативными.

Надо смотреть на то, что сегодня предлагается, и на те возможности, которые открывает эта новая форма попечения о несовершеннолетних. Для начала я бы заметил, если уж речь пошла о сопротивлении введению ювенальной юстиции, что в основе этого лежит какое-то недоразумение. Непонятно, против чего люди возражают. Против вмешательства государства в семейные дела? Если оно избыточно, то это плохо.

Сегодня есть серьезные проблемы с отбиранием детей у социально необеспеченных родителей. По существу, это происходит по политическим мотивам. Я знаю с десяток случаев, когда у активистов левых движений или у неугодных журналистов отобрали детей. Здесь уже можно обобщать – видна тенденция. Отбирают детей якобы потому, что "жизненные условия не соответствуют критериям" - непонятно каким. Туалет на улице – это может быть достаточным поводом к тому, чтобы ребенка отобрать. Причем, заметьте, это происходит без всякой ювенальной юстиции, на основе законодательства, в котором нет слова "ювенальная": Семейного кодекса, Гражданского кодекса, закона о безнадзорности и беспризорности.

При отсутствии каких-то сдерживающих законодательных норм эти законы позволяют государству волюнтаристски, без судебного решения, действовать. Тут очень серьезные юридические проблемы, и их надо решать. Есть случаи, когда надо действительно срочно отбирать детей, потому что существует реальная угроза для здоровья и жизни ребенка. Но это не значит, что семья должна быть неприкасаема и можно детей хоть на цепи держать.

Мы знаем, кто сейчас находится в первых рядах борцов с ювенальной юстицией, а кто отмалчивается. Я прямо скажу, что председатель Комитета по делам женщин, семьи и детей Госдумы Елена Мизулина ничего не делает для продвижения ювенальной юстиции. При этом она является одним из авторов законопроекта о введении ювенальных судов. Одним из авторов законопроекта о ювенальной юстиции, который был в первом чтении принят, был бывший депутат Госдумы РФ небезызвестный Александр Чуев. Он поначалу был сторонником этого законопроекта. А потом придумал еще одну платформу для того, чтобы разжигать страсти и ловить рыбку в мутной воде.

Не стоит демонизировать всех, кто занимается ювенальной юстицией. Одним из тех, кто активно продвигает законопроект о ювенальной юстиции, является Олег Зыков. Обвиняют его в продвижении закона о ювенальной юстиции как какого-то великого зла. При этом его обвиняют еще и в том, что он выступает за легализацию наркотиков, за заместительную терапию метадоном, что ложь чистой воды. Он против легализации наркотиков. И заместительной терапии он тоже не придерживается. Эту ложь распространяют г-жа Медведева, г-жа Шишова – фармопсихологи, которые ругают всех, кто не разделяет их позиции в вопросах социально-политических. Им выгодно это делать, не понимая, что они себя позорят. Но ведь они представляют собой православие, в чем и преуспели. Они теперь там востребованы.

– Насколько совмещается то, что предлагается законом о ювенальной юстиции, с религиозными ценностями?

– Смотря какую модель иметь в виду. Сегодня в этом определенности действительно нет. Тот проект, который я сейчас назвал, автором которого, кроме Мизулиной и Чуева, является и Екатерина Лахова, который официально рассматривается, там только матрица, некий модуль. Просто в закон о судебной системе вводится категория ювенальных судов. Сам закон о ювенальных судах еще не внесен и есть разные его версии.

Базовый закон о судебной системе будет дополнен и это пройдет. А вот что это будут за суды, и что это будет за ювенальная юстиция? Пока рассматривается французская модель. У государственных органов очень большие полномочия по контролю за семьей, что сомнительно. Французская модель не идеальна. Там не только можно контролировать, но и вмешиваться активно во взаимоотношения родителей и несовершеннолетних детей.

А у нас вообще чистый лист. Какой закон напишут – такой и будет ювенальная юстиция. Должно быть, кратко говоря, исправительное правосудие, реабилитационное поле, реабилитационные институты – не более того, Но реализовывать его будет государство и оно способно испохабить эту идею еще как!

Мне кажется, что сегодня полномочия государства весьма велики и законодательно введенного общественного гарантированного участия нет. Все отдано на добрую волю чиновников, которые к чему-то могут тебя допустить. Не существует законодательной гарантии участия общественности. Что сейчас плохо с детской юстицией, то может случиться и с ювенальной юстицией. Может возникнуть ситуация, при которой созданный институт превратится в машину, которая будет требовать себе все новые и новые дела, чтобы оправдать свое существование, этакий Молох.

– А Ваша позиция в этом вопросе какова?

– Я не сторонник ювенальной юстиции, я сторонник специализированных ювенальных судов, которые будут ориентированы на восстановительное правосудие. В гражданском судопроизводстве я особых проблем не вижу. Там, скорее, есть вопросы правоприменения. А вот уголовное судопроизводство надо менять принципиально, тут должна быть другая модель судопроизводства. В отношении детей ювенальное судопроизводство должно быть максимально нерепрессивным, должно быть максимально восстановительным для этих правонарушителей. Это надо для сохранения внутреннего мира и личности подростков.

Сейчас судопроизводство в отношении подростков попадает в общий конвейер обычного уголовного правосудия. Сейчас есть эксперимент с детскими судами в Петербурге, в Ростовской области. Это, конечно, не полноценный, робкий эксперимент, так как закона нет. Отработка уточненной модели ювенального судопроизводства. Но там намного меньше молодежи оказывается в неволе.

Это должна быть гибкая система. Это не означает что ребенка, да он уже и не ребенок в 17 лет, надо за все прощать. Если посмотреть, кто и за что сидит в воспитательных колониях, то там много дерзких проступков, например в процентном отношении там больше убийств, чем во взрослых колониях. И уж если убивают, то жестоко. И в этих случаях наказание неизбежно, но и тут должен быть индивидуальный подход. Надо работать с психологами, с педагогами.

Но основная масса сидящих в колониях – по-прежнему сидят за угоны машин, за разбой и грабеж. Это не такие преступления, за которые нужно карать, как сейчас. В этом направлении и должна разворачиваться ювенальная юстиция. Но главное здесь - максимальное участие общественности. Всяких гражданских и детских организаций, школ, религиозных общин.

Беседовал Владимир Ойвин,
"Портал–Credo.Ru"


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-20 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования